Мир на грани войны

Дверь наконец заскрипела, медленно открываясь. Нёвиллет не двинулся, лишь благодаря Господа, что хоть какой то звук появился, чтобы занять его голову и выгнать из нее безумный страх темноты, который грозил поглотить его полностью вот уже несколько часов подряд. — Встать.— Послышался голос той девушки. Нёвиллет опустил голову, опираясь на немного дрожащие руки об пол и медленно вставая, поворачиваясь побледневшим лицом в сторону голоса.— Вперед. Он медленно пошел в сторону девушки, чуть не спотыкаясь об дверной проем, получив за это подзатыльник. Его вдруг взяли за шкирку, уже ведя самостоятельно; то точно не была рука девушки, та была мужская, твердая хватка, соотвествующяя с тяжелым дыханием движущимся возле отшельника. Его позже снова бросили на пол, только теперь вокруг было светлее, и пол был менее холодным. Беловолосый приподнялся на руках, за что получил удар ногой в живот, лежа теперь полностью тихо и неподвижно, ожидая больше приказов. Он сдерживал дыхание, чтобы оно не было слишком шумным, лишь силой воли заставляя себя не дрожать, или хотя бы делать это незаметно. — Всем остальным, доброе утро!— Послышался внезапно веселый голос девушки. Нёвиллет вздрогнул; вокруг него послышались легкие шорохи. Здесь были еще люди. И их было много.— Сегодня, к вам присоединился еще один слуга. Время увеличивается до двадцати минут, так как в прошлый раз, вам не хватило. Зато теперь, у вас будет возможность побольше повеселиться! О чем она говорит? Что сейчас будет? Нёвиллет всё еще не двигался, как почувствовал легкий удар по ноге, сразу же поднимаясь. Тот удар был намного слабее, совсем не причиняющий боль, заставив отшельника войти в еще большее недоумение. — Новенькие, вы наверняка еще не знаете, что здесь происходит, верно?— Девушка легко засмеялась, ее каблуки отдаваясь от пола пока она ходила кругами по, видимо, большому залу в котором они находились.— Я расскажу вкратце. Сейчас, вам будет дано определенное время на... Поединок. Вы можете пытаться прятаться, вы можете идти вперед, кругами, по стенам, свободно перемещаться. Но когда время закончится, вас должно остаться на пять человек меньше. Молчание повисло после её слов. Оно и так уже царило в помещении с их прибытия, но сейчас оно чувствовалось в десять раз густее. Миновав паузу, девушка продолжила. — Где-то в комнате есть оружие. Найдете вы его или не найдете — дело ваше. Но если через двадцать минут я не увижу пять тел лежащих на полу, я выберу сама, кто выбывает из игры. Нёвиллет вздрогнул. Он все равно проиграет; наверное, просто ляжет в углу и подождет, пока кто-то найдет это оружие и зарежет его заживо. Тут, его грубо взяли за руку и придвинули к себе. Он услышал сдержанный шепот, слышный только ему во всем зале. — Если не будешь двигаться, она тебя убьет сегодня же. Оружия не существует, она всех на него наводит, чтобы было больше рукопашных схваток. Двигайся вперёд по стене, чтобы тебя не заметили. Давай! Отшельник только успел немного повернуть голову в сторону, как его сразу же отпустили. Кто это был? Зачем он ему помогал? Зачем он только ему помогал? Послышался скрип. По всей видимости, это было начало "поединка", так как послышались тихие шаги по залу, ходящие по кругу. Сразу крик; двое, или даже трое человек упали на пол, слышны звуки рвущейся плоти, больше криков боли, ярости, даже удовольствия; один из них был в явной эйфории, и видимо он и был тем, кто заставил первого из противников резко и навсегда затихнуть. Послышался неприятный чпок, и глухой звук падающего тела на пол. Другой, по всей видимости, сбежал в другой угол комнаты, так как агрессивный игрок сразу громко поднялся, начиная искать следующих жертв. Нёвиллет вздрогнул; его ноги были ватными, он не ел уже несколько дней, еле спал, а сейчас надо было биться на смерть с этими незнакомыми людьми, да еще и в этой ужасающей его темноте... Его разбудил только толчок кого-то сзади, и он слабо двинулся вперед. Несколько шагов — и вот он упал. Споткнулся обо что-то; он в панике обернулся и нащупал тот предмет: нога. Дрожащая вытянутая нога. Он задышал быстрее, как вдруг послышался умоляющий шепот. — Не надо... Отшельник сразу убрал руку. Он не хотел причинять никому вреда, тем более кому-то в такой же опасной ситуации, как он. Нёвиллет кивнул, даже не подумав, что тот этого не увидит, и отполз подальше прежде чем снова встать. Послышались быстрые шаги в его сторону. Он сразу отпрянул, встретив боком каменную стену. Зловещая усмешка возле него, а потом яростный рев, и на него кто-то бросился. Сразу удар в живот, потом в ребра, от третьего в шею отшельник отмахнулся; они перевернулись на полу, устрашающий мужчина сидя на Нёвиллете, прижимая его к холодной поверхности под ним. Тот резко освободил одну руку; прилив адреналина перед возможно жалкой, больной смертью одарил беловолосого новой силой, с которой он схватился за первое, что смог: лицо противника, и втащил палец прямо в глаз. Визгливый рев и жалкий скулёж на несколько секунд заполнил комнату, но раненый и не думал отпускать жертву. Он прощупал шею отшельника, берясь за нее обеими руками и удушивая его, одной ногой перекидываясь на его живот, больно нажимая, надгибаясь и зловеще шепчя Нёвиллету прямо а ухо. — А ты не такой слабый, как остальные... Жаль, что я всегда сильнее... И тебя я раздавлю, как раздавил всех, кто сумели мне противиться... У отшельника потемнело в глазах, хотя всё вокруг и так было в тусклом свете; он начал кашлять, широко открывая рот и пытаясь забрать как можно больше воздуха, чувствуя жжение на шее и в груди. Реальность ускользала из под пальцев, глаза отчаянно открылись, начиная видить цветные пятна перед собой. Раз — противник впился беловолосому в плечо, раздирая плоть и откусывая кусок мяса, выплевывая в сторону и смеясь с наслаждением от вкуса крови на языке. Нёвиллет не мог даже кричать. Он резко зажмурился, уже не пытаясь высвободиться из мертвой хватки; он начал видеть силуэты над ним, силуэты людей, которых он знал: его отец, его брат, его маленькая сестра, Дайнслейф, Ризли... Они все смотрели на него с осуждением; разочарованны им, его нежеланием отбиваться от смерти... Он словно снова проснулся. Он не мог умереть, не сейчас. Надо было выбраться отсюда, или по крайней мере вытянуть остальных. Его руки, выигравшие силу, потянули чужие в стороны, резко разнимая их, и из последних сил пиная коленом куда попало, удачно попадая в член. Противник заскулил, немного отпрянув, давая времени ровно на то, чтобы Нёвиллет смог откатиться и тихо перебраться в другой угол, не позволяя себе кашлять или глубоко дышать, еле еле восстонавливая дыхание тихими вдохами. Силуэты исчезли, но цветные пятна остались, и он слабо открыл глаза, снова находя темноту перед собой. Даже страх перед остальными пленными и больной смертью не могли перебить его панику перед густой чернотой перед собой. Он вдруг почувствовал жжение подле виска, вздрагивая и удерживаясь за стену. Возле его уха почувствовалось чужое дыхание, которое сказало милым голосом. — Продолжай двигаться. Это еще не закончено. Узнав голос, Нёвиллет хотел кивнуть, но вспомнив, что ему это не было приказано, начал идти подле стены снова, тихо ступая по каменному полу. Жжение оставалось, началась сильная головная боль — это что, было электричество? Таким пытали командира серого войска? Так долго? Как он вообще после этого выжил? Нёвиллет пообещал себе напомнить попробовать узнать, где тот был сейчас и что с ним в конце стало. Послышался новый скрип: знак об окончании поединка. Его взяли за плечо, грубо подводя к противоположной стене и прижимая лицом к холодной поверхности. Уже знакомые каблуки подошли сзади, вместе со смешком. — Well done, companions! Как вам нововведения? В следующий раз, возможно, я положу оружие в более видное вам место. Сегодня умерло только двое, я не очень вами довольна... Двое? Нёвиллет слышал только одного. Хотя, может, это я умер, и мое тело сейчас лежит на полу, с потемневшей шеей и в окровавленной одежде. Не знаю, но я чувствую, я чувствую себя так, как будто бы я умер. Девушка медленно пошагивала между пленниками, некоторых осматривая подробнее. Одного она похоже взяла за волосы, так как тот заскулил, и отвела в сторону. Выведенный пленник обернулся, в панике выкрикивая. — Нет... Нет! Я сделаю что угодно, что угодно! Пожалуйста, умоляю! Нёвиллет вздрогнул; это был голос парня, об которого он споткнулся. Он немного опусил голову, начиная молиться про себя. Грохот, и парня усадили на землю; девушка подошла к нему с той же очаровательной улыбкой, которая почти чувствовалась в атмосфере, и надела на него коронку, потрепав его по голове. — Не беспокойся, деточка. В следующей жизни, ты родишся ребенком Шермис, и будешь достойным воином в память твоей прошлой жалкой жизни. Жужжание, и парень закричал; звук от электрического тока заполнил зал, крики отдавались от стен эхом. Они, должно быть, даже долетели до мирных людей на поверхности. Как люди могут с этим жить каждый Божий день? Нет, не Божий. В Шермис не было ничего Божиего. Крики наконец прекратились. Запах паленого мяса достиг отшельника, который сдержанно вздохнул, заканчивая молитву. Тело было отброшено, и девушка снова подошла к линейке. Беловолосый немного открыл глаза, и сразу затаил дыхание, как она подошла прямо к нему. Его взяли за руку, поворачивая лицом к ней, хотя он все еще ничего не видел. Даже очертаний. Паника вернулась. — Этого я хочу себе.— Вдруг послышался другой голос. Отшельник моргнул; то был человек, который ему советовал в начале турнира. Послышался недовольный звук от девушки. — Но он такой красиивый, я хочу его тело, как игрушку... — Яэ, я уверен, ты найдешь себе получше. Это старая барахолка; тем более, я хочу его себе.— Он повторил, кладя руку на плечо беловолосому. После нескольких мучительных секунд, Яэ вздохнула, отмахиваясь. — Ладно, забирай. Я тут еще одного приметила.— Она отошла, давая мужчине взять отшельника на себя и отвести его в сторону. Он открыл дверь, выталкивая отшельника через неё и закрывая за собой. Послышались новые крики. Они спускались по многочисленным лестницам, снова в темноту; если бы его сейчас так сильно не держали бы, Нёвиллет бы давно уже забился бы в какой нибудь угол на лестнице и дал панике проход. Но ни ситуация, ни бесконечное движение не разрешало ему этого делать: они все спускались, и спускались, и спускались, пока... Пока не уткнулись в дверь. Мужчина отворил ее, проводя сначала Нёвиллета, заходя сразу после и закрывая за собой. Отшельник пошатнулся, сразу будучи схвачен загадочным мужчиной. — Сиди тихо и не ломись, ты понял меня? Может, если получу, что надо, я награжу тебя. Отшельник кивнул, видя, что, для этого, уже не нужен приказ. Его взяли за обе руки и прикрепили их к кандалам на потолке, хотя эти были не такими уж и неудобными, как первые. На несчастье Нёвиллета, повязку с глаз с него не сняли. Мужчина придвинул к нему кресло, садясь на него и перекидывая ногу на ногу. — Значит так. Я узнаю это от тебя, или от Кейи, мне все равно. Мои цели тебе не должны быть известными. Если хоть кому-нибудь расскажешь даже если что-нибудь узнаешь — тебе никогда так больно в жизни не будет, как тебе сделаю я. Я понятно говорю? Отшельник кивнул. Мужчина довольно вздохнул. — Называя меня господин Радвингир. А сейчас, отвечай коротко и ясно: где прячется серое войско.