Отрицание чувств

На улице не потемнело окончательно, но уже не так светло, как днём. А парни это ещё не замечали. Всех их внимание было сконцентрировано друг на друге. Больше ни на ком и ни на чем. Погода и время суток сейчас волновало их меньше всего. Лололошка пытался всё обдумать, как же он может помочь вылезти Дилану из этого круговорота ужаса. Так хотелось банально его защитить, обнять, уберечь, да сделать что угодно. Лишь бы ему стало лучше хотя бы на пару секунд. Чтобы хотя бы одна ночь прошла без кошмаров. Да хотелось просто, чтобы он был счастлив хоть один год в его же жизни. Ло тихонько плакал, от банальной беспомощности в этой ситуации. Он и, правда почти ничего не может сделать. И это его раздражало. Слезы уже невозможно останавливать, не получиться всё сдержать, как раньше. И даже сейчас Дилан ему помогает. Насколько же он сильный духом человек. Но должно же всё быть наоборот. Ведь так? Не Ло должны успокаивать. Парень не убирал руки и аккуратно перебирал волосы Лололошки. Хотелось сказать так много, но ком в горле не позволял, да и слов не найдётся, чтобы описать всё чувства и мысли. Ему же можно банально обнять Ло. Не хотелось, чтобы тот расстраивался из-за такой глупости как Дилан. Но для парня он не был какой-то там глупостью, он был настоящим домом. И человеком, которого он любил. И его проблемы были чем-то важным, а не простым пустяком. У Дилана вообще не было желания, чтобы он плакал. А всё что он мог сделать это сидеть и гладить его по голове, черт возьми. Ну почему юноша такой слабак, что даже поддержать его не может. — Дилан? — Ло приподнял голову из-за своего небольшого домика в виде колен и посмотрел на пол, на парня глядеть было стыдно, и он бы точно разревелся ещё сильнее. — Да? — Дилан продолжил массировать голову парня, чтобы он немного расслабился. И в теории успокоился. Принять такое ему будет тяжко. — Я.. — Лололошка пытался подобрать нужные слова, когда в голове всё путалось. Одна мысль перескакивала на другую, собраться не выходило. — Тяжело принять всё это. Мне очень жаль. Я попытаюсь быть рядом с тобой, когда захочешь. Постараюсь соблюдать твои границы и не нарушать тригерры. Я доверяю тебе, просить полного твоего доверия не буду. Когда ты захочешь полностью довериться, я буду готов. Ты для меня близок. Я готов быть при любой твоей панической атаке и помогать тебе, готов буквально на всё, лишь бы тебе было лучше. — Слова парень подбирал на ходу. Говорил, не думая. Но проговаривал всё свои размышления за последнее время. И сказал почти всё, что хотел только донести. — Я тебе уже доверяю настолько, насколько могу. Мой рассказ – это проявление этой доверенности тебе. Ты знаешь всё. — Дилан в этот раз без спроса положил свою голову на плечо Ло. Хотелось выплакаться ему, но он давно разучился. Парень опустил руки и уложил к себе на колени. Сил банально двигаться не осталось. Говорить тоже. Хотелось банально поспать? Да и побыть с парнем тоже хочется. Повисла пауза. Ком в горле Лололошки вновь появился. Нужно было обдумать, что можно сказать в ответ. Парню на это понадобилось не меньше двух минут. Он пришёл к одному выводу, Дилан хочет отдохнуть. Возможно, этот диалог они продолжат позже. — Ты хочешь спать, ложись прям тут. Если что продолжим потом, я не в состоянии нормально тебя поддержать. Поднять голову было сущим адом. И, правда, сил не осталось даже на движения. Парень свалился на кровать, Лололошка даже немного испугался. Юноша встал и отошёл к чужой кровати и вытащил оттуда подушку с одеялом. Он вернулся к парню и спокойно укрыл его уже своим покрывалом, но так, чтобы тот был полностью под ним. Дилан часто замерзал ночью и иногда бубнел про это себе под нос. А Ло, понимая это, не хотел, чтобы он заболел. — Не уходи. — Дилан пробормотал это себе под нос, надеялся, что его не услышат. Но у парня отличный слух. Лололошка аккуратно сложил одеяло с подушкой и положил на свою же тумбочку. Он присел на край кровати, так чтобы не касаться Дилана. Ло поднял руку и поднес её к макушке парня. Уже хотел её убрать, но его остановили от этого действия. Его ладони коснулась голова, а позже она опустилась обратно на подушку. Он сразу всё понял. Лололошка придвинулся чуть ближе, сел в пол-оборота и запустил свою руку в волосы парня. И начал медленно массировать. Небольшой массаж не помешает ему. Дилану необходим отдых. Раздумывать и мусолить одну и ту же тему не хотелось от слова совсем. Он и так обдумал всё по дороге в корпус. Даже не раз. Лололошка попытался всё принять, у него даже неплохо вышло. Да, было сложно, но он сможет. Тем более постарается для самого Дилана. Парень всё принял. И он готов ко всему, что только может случиться. Он всегда будет рядом. Сейчас юноша готов буквально на всё ради паренька, который лежит перед ним. Но если ему откажут, он даже шага не сделает. Дилану было спокойно. Рядом близкий для него человек. Очень близкий. Он опять почувствовал себя в безопасности именно с ним. Но почему? Почему он только с ним так себя чувствует, больше ни с кем. Почему ему хотелось довериться, почему есть желание его банально обнять. Что он такого сделал? Дилан постоянно замечал за собой странное отношение к юноше. Даже не странное, а какое-то особое что-ли. Это непривычно для него. Как будто чуждое ему чувство проснулось. То чувство, которое надолго уходило, а сейчас всплыло.  Впервые нужно было, правда, об этом подумать. И не просто пройтись поверхностно, надо разобраться в себе. Ранее парень откидывал всё мысли по этому поводу и просто игнорировал всё. Так упорно пытался об этом не думать. Но ему не убежать от самого себя. Пару минут размышлений, и он нашёл ответ. Это любовь. Он влюбился? Но это же так глупо, наверное. Да и неправильно. Хотя с Лололошкой под боком оно не казалось таким неправильным. Опять это чувство, но оно не такое, какое было ранее. Сейчас оно ещё сильнее, слишком огромное для него. До жути большое. Нет, нет, не может он быть опять влюблен в парня. Не может такого быть. Или может. Привязываться именно к Ло хотелось. Он его и, правда, любил. Любил сильнее, чем когда-либо. Дилана это пугало, любая сильная влюбленность его пугала. Но он влюблен еще и в парня, это казалось ужасом. Но было так приятно почувствовать что-то кроме страха и ненависти. Почувствовать что-то прекрасное и близкое сейчас для него, такое до жути будоражащее и любимое. Он правильно сделал, что решил подумать о таком. Раньше надо было сделать. А не отрицать всё подряд, какой же он глупый. Дилан сжался калачиком на кровати и приобнял кусочек одеяла. В его волосах всё так же оставалась рука Ло и массировала макушку. Дилан отвернулся, лишь бы не видеть Лололошку, он всё поймет по глазам. Парень слишком всё быстро распознает. Но это всё неправильно, ведь так? Скорее всего так. Дилан в этом не уверен от слова совсем. Почему такая сильная любовь может оказаться неправильной. Он же правда любит и любит сильно. Это неимоверная тяга к нему. Никогда такого не испытывал настолько сильно. Да и некогда было. Влюблен он был только в двух людей, один из которых это Ло. Другой давно от него отказался, та влюбленность была тяжким трудом, который Дилан ненавидел полностью. А вот эта любовь стала чем-то вроде спасения, легкости и настоящего дома для него. Это был дом, который он принял и полюбил. Парню тяжко любить после такого, но ему от этого не уйти. Но почему же не хочется даже думать об этих чувствах в негативном ключе, как будто это таким не является, и не будет являться никогда. Почему же всё пришло к такому, а вдруг чувства будут не взаимны. Он потеряет последнего близкого человека. Может тогда не признаваться? Но так хочется. Есть желание быть с кем-то, надеяться на кого-то. Хочется быть любимым и любить. Здравый смысл взял вверх. Дилану казалось, что такой смысл является здравым. Но на деле не очень. Признаться можно позже, если вообще надо это делать. Свои глупые желания можно и отложить. На время точно. Не хочется, чтобы он уходил от него. — Дилан? — Лололошка что-то заметил, но не мог понять, что и какого черта твориться с парнем. Он точно пришёл к какому-то выводу, вот только юноша не догадывался к какому. — Да? — Как только он услышал своё имя и даже немного испугался. Что можно ждать от Ло? — О чём думаешь? — Ло спросил, потому что правда хотел знать, хотел знать плохо ли сейчас Дилану. — Да так о кошке. — Он вновь солгал парню. Такая отвратительная ложь. И такая бессмысленная. Надеяться, что ему поверят, было глупо, очень. Дилан разочаровался сам в себе. Он такой дурак. — Дилан, не ври, пожалуйста. Если не хочешь мне говорить, то скажи мне об этом. Я пойму. — Юноша, действительно, примет всё. Любую правду, даже если она окажется жуткой, болезненной. Он примет всё от и до. В этом парень уверен. — Слушай, я… - Дилан остановился на фразе. Вдруг от него уйдут, когда узнают, что он чувствовал и чувствует. Говорить нельзя, нельзя. Но ему хочется. Рассказать банально обо всём в жизни, о всех травмах, чувствах. Да о чем угодно, не только о том, что уже было озвучено. Лишь бы он был рядом. — Дилан, если ты хочешь сказать, говори. Я не уйду от тебя. Я принимаю тебя любым. Он на пару секунд замялся, верит Лололошке, но говорить что-то такое это неправильно, глупо, да и несуразно в такой момент. Может ему не надо, но он хочет. А вдруг Ло уйдёт, как тот, кого Дилан любил раннее. Вдруг от него откажутся. Почему у него в мыслях крутиться только одно. То, что от него уйдут, откажутся, не примут. Эта пластинка заезжена. Но почему он не хочет не верить в это. Эти мысли – наглая ложь, которая осталась от прошлого. Это та модель поведения, которую зашили ему в голову. Опять метания из стороны в сторону. Это раздражает. Бесит, что парень не может определиться. Ну почему просто не может выбрать что-то одно. Почему так сложно не прислушиваться к прошлому себе. — Ло. Можешь уйти. — Ну почему Дилан настолько слаб, что прогоняет близкого человека просто так. Ему что-ли так сложно сказать правду. Это глупо, очень. Только через пару секунд он осознал, что сказал прямо сейчас. Ну, нет, нужно же отвергать парня. Но зачем? Дилан почувствовал себя слишком тупым. Это так всё бессмысленно и глупо. Захотелось убиться от стыда за мысли и свои слова. Опять он всё портит своим страхом. — Хорошо. — Лололошка убрал руку от головы парня и тихо и аккуратно привстал, взял с тумбочки одеяло и отошёл от кровати. — Сладких снов. Если хочешь поговорить, то я жду. Если будет паническая атака, то позови, пожалуйста. — Парень уже был у двери, в последний раз глянул на свою же кровать и человека, который на ней лежал. Да, знать ответы хотелось, но насильно вытаскивать их он не будет никогда. Парень переел взгляд на дверь и пару секунд на неё смотрел, словно ожидая чего-то. После вышёл за дверь и оставил щелку. Чтобы в случае чего услышать парня. Лололошка расстелил себе на диване, неудобно, но плевать. Сейчас ему плевать на всё, кроме Дилана, которому может быть плохо. А он бездействует. Но ему отказали. Если парень услышит хоть один позыв, то сразу придет, оставалось только ждать. Заснуть быстро не выйдет. Единственное, что хотелось это выключить всё свои мысли и забыться. Но так не выйдет. Лололошка же будет постоянно раздумывать и разбирать. Проскочило пару мыслей, что лучше бы он не начинал диалог и не спрашивал что-то. Ну почему он только всё портит, опять. Как будто от него всегда только хуже. Не только ему, но и другим людям. Это ужасно. Так хочется забыться в чьих-то объятиях. Просто не вспоминать о своём прошлом. Хочется, чтобы у Дилана было всё получше. Лололошка желал, чтобы тот наконец-то обрел счастье. Дилан свернулся калачиком, он ушёл, ведь парень сам попросил это. Но зачем. Он больше не чувствует спокойствия и безопасности. Осталась только тревога. Он сделал что-то не так. Должно было быть всё по-другому. А вдруг Ло обиделся на него и больше не захочет контактировать с ним и попросту бросит на произвол судьбы. Оставит его. И всё это из-за Дилана, который по-глупому его отверг. Нет, он не такой. Он — прекрасный и сильный. Ло с восхитительной душой, которую хочется любить. Настолько приятного и сильного человека Дилан не встречал. Он больше не чувствовал приятной руки, которая делала ему массаж головы. Не чувствовал рядом фигуру, которая защитит его. Не чувствовал человека, которого он любит. Принять то, что он любит тяжело, но отрицать это невозможно. Отрицать чувства больше не выйдет вообще. Оставалось открыть их. Дилан понял, что Ло знает не всё. Нужно это исправить. Второй раз врать ему он не будет. Оба в раздумьях, оба винят себя, оба хотят признаться друг другу. Спокойный сон им не светит. Они слишком устали от проблем. И даже сейчас не могут банально побыть вместе. Время шло до жути медленно, за эти затяжные минут десять у Ло вышло заснуть. Сам он не понимал, почему и как у него это вышло. Может от банальной усталости. Для него это было неплохо, но Лололошка надеялся, что Дилан смог сам уснуть, но внутренняя тревога его не оставляла. Сон у парня чуткий, он надеялся, что сможет услышать что-то. И не зря. Вся голова Дилана была заполнена мыслями. И раздумьями, что он виноват в этом. Что он отверг Ло и ему сейчас может быть обидно. Из-за своего глупого эгоизма он опять сделал это. Таким тупым он себя не чувствовал давно. Он такой глупый, что не может банально сказать три простых слова. Он сделал больно, значит и Дилану должно быть больно. И почему-то сейчас ему это не показалось глупой логикой. Парень тихо поднялся с кровати, чтобы не издать и единого звука. Главное, не разбудить Лололошку, не хочется, чтобы он беспокоился за него по пустякам. Дилан встал и немного пошатнулся, заболела голова, но плевать, ему, впрочем, на всё плевать. Он тихонько подобрался к столу, который был совсем неподалеку и взял это, оно было в слишком быстрой доступности. Это было тем, к чему нельзя возвращаться никогда, но он не смог. Мерзкое лезвие. Дилан забрал его. И так же аккуратно вернулся на кровать. Уселся на неё, ложиться он не хотел. Как только подумал, что возможно сам себя сейчас повредит опять, начал трястись. Руки дрожали, и он чуть не выронил лезвие. Парень быстро размотал руку и убрал бинт, который наматывал Ло в желании, чтобы ему было лучше. А он его сейчас разочарует. Опять. Он так старался аккуратно замотать раны, но Дилан наносит себе новые. Он отложил повязку на тумбочку и провел первый раз. Потом второй, третий, четвертый. Это только на предплечье, там он остановился только из-за того, что сильно заметно. Но полностью прекращать он не хотел. В ход пошло плечо там раз десять. Всё было как в тумане, Дилан забылся полностью. Он как будто отключился на время и не осознавал, что делает. Только через пару минут, как он смог остановиться, юноша понял, что же он натворил. Но почему сейчас он ничего не чувствует. Почему он даже не дошёл до панической атаки, ему просто плевать на это. Неужели это стало обыденностью даже после продолжительной задержки. Нет, нет, не может быть такого, нет. Почему сейчас другие чувства. Не такие, как в первый раз при срыве. Где то самое облегчение, которое было ещё раньше, почему его нету? Почему нету той паники. Сейчас осталась только ненависть к себе за такую слабость. Но почему ему не лучше. Раньше же было так. Осталось жуткое желание продолжить, сделать ещё пару раз, еще пару десятков раз. Но нужно ли остановиться? Огромное количество вопросов, на которые нету даже одного ответа. Дилан всё же отложил лезвие и глянул на то, что сделал. Его затошнило. Крови было многовато, он запачкал одежду, нужно будет потом постирать. Парень перевернулся на бок, чтобы рука была на нем и чтобы не сильно замарать постельное белье. Скорее всего, Ло заметит всё. Он не глупый. Сейчас у парня выходило заснуть, но почему это получается только после самоповреждения или рядом с Лололошкой. Хотелось использовать другой способ, а не этот, после которого было ещё хуже, чем до. Рука ноет. Дилан уже чувствовал, как засыхает кровь на ней, это было ужасно. Хотелось провалиться под землю, лишь бы не чувствовать это. Дальше будет хуже. Дилан – слабак, который ничего не смог выдержать. Засыпать с такими мыслями было не лучшей затеей. Нужно было пойти к Лололошке и обговорить всё, но парень этого не сделал.