Milgram: Caligula

Мальчик лет 12 на вид, недовольно перевернулся на кровати. Свет ламп неприятно бил в глаза, заставляя попытаться прикрыть глаза руками. — С пробуждением, Эс, — Джекалоп усмехнулся, явно забавляясь с реакции надзирателя, — С прошлого этапа немногое изменилось в тюрьме, но обо всём по порядку. К приме- Эс кинул в кролика подушкой, из-за чего тот замолк. — Мне снился хороший сон о том что этой тюрьмы не существует! что я нормальный школьник! а ты взял и разбудил меня! — Вижу, ты вошёл во вкус? — Эса сковали цепи не давая пошевелиться, — Не забывай, кто ты, надзиратель. У тебя есть обязанности которые ты обязан выполнять. — Т-Ц, — Эс недовольно поджал губы, но склонил голову, — Ладно. — Возвращаясь к тюрьме, — Джекалоп сделал глубокий вздох, пока цепи на Эсе исчезали, — за время твоего отсутствия в тюрьме произошли некоторые изменения, хотя я поражён тому что этих изменений слишком мало. В прошлый раз один заключённый за ночь переворошил всю тюрьму. — Значит… Я справился? — Ну, как сказать… — Джекалоп задумчиво покачал головой, — В любом случае, начнём. На экране появился Мирай, изображение покрылось помехами. Показывая его новое фото. — Мирай Сукихико, ты объявил его невиновным, и как итог Мирай встревожен произошедшим в межэтапное время, его руки дрожат всё чаще. Заключенные беспокоятся о его благополучии, — Джекалоп усмехается, — не пора ли боятся им за себя? Этот заключенный настолько одержим своим невежеством, что решил перестать искать прощения, и просто действовать, — Джекалоп несдержанно смеётся, — Да, как ироничен факт того что он успел спасти несколько заключённых от глупых действий. — Каких действий? — Эс удивленно спрашивает, но отводит взгляд, понимая ему не ответят, пока отчёт не окончен. — Макото Айно, также невиновна, — кролик самодовольно фыркает, — видимо ваш приговор ни капли не изменил её взгляд, хотя что это? Сомнение? Чушь. Она заключенный без собственной воли, очевидно, что произойдёт если ее вдохновить. Доволен ли ты таким ответом, Эс? Эс поджал губу, видя как платье Макото стало свободнее. — Бьякуя Тенширо, — Джекалоп на секунду остановился словно обдумывал как больнее изъяснился, — Бедный ребёнок, есть почти отказывается. Перепуганный зайчишка, иначе не назвать, — он смеется видя как надзиратель отводит взгляд от перепуганного лица заключенного на экране, — Вы правильно мыслите. Это полностью ваша вина, но не волнуйтесь, я уверен, что вы с самого начала продумали все возможные последствия. Ведь иначе вы бы его не обвинили, не так ли? — Кана Аматсури, была объявлена виновной, но продолжает быть такой же как и в первом этапе, вот уж, неожиданность, даже после того как на неё совершили нападение, — Джекалоп ворчит, — Такая забавная заключенная, кажется, что тебя одурачили, и с самого начала ее целью не было прощение. Но похоже я и сам удивлён этому. — Мгм, — Эс кивает. — Хикару Куроко, он был первым на кого напали, да вот тот успел удрать, — Джекалоп цокает, словно хотел больше травм у заключённого, — однако удивительно, как легко провалились его громкие речи. Такое отчаяние было бы ожидаемо от других, но он… Не то что бы ему навредили сильно, но неужели стояло что-то ещё кроме его статуса в тюрьме, хотя уже и не важно. — Хикару Кинширо, — Джекалоп посмеялся, — шестая так уверена в себе, что вы попали в ее ловушку, сами того не ожидая. Что ж, докажите, что вы можете справиться с такими людьми, как она. Ведь её план провалился ещё в зародыше. — О чем ты? — Эс удивленно склонил голову, словно услышать похвалу от кролика не было обычным делом. — Слушай внимательней, Эс, — Джекалоп фыркнул, — Седьмой заключенный так подозрительно относится к вам, что это можно довольно интересно использовать, давайте направим его харизму в нужном направлении. — Ты отличаешься… — Эс, не отвлекайся. — В моём сне… Ты был другим? Здесь сны просто так не снятся… Так мне сказа- — Успокойся, сейчас же, — Эс угрожающе повысил тон, — Восьмая же считает что знает себе цену. Но, боже мой, она так наивно относится к происходящему, раз решила держаться за единственных упрямцев здесь. — Прощенные. — Верно, она околачивается рядом с ними, — Джекалоп покачал головой, — Что же до последнего прощенного тобой, то он не радостен, но и не в отчаянии. Для него есть даже поговорка отвергнутая любовь — идеальное основание для преступления. Смотри за ним внимательно, очень скоро он сотворит кое-что интересное. — Это будет опасно…? — Кто знает, а что говорить о десятой… Как же трудно с этими влюбленными… Только стресс и ничего больше, наверное, стоит держать их на расстоянии друг от друга, но раз Ями инициатор, то сделать подобное будет тяжеловато. — Да, конечно… Узнаем потом, — Эс откинул голову на спинку дивана. Перед глазами плыло, хотелось вернуться ко сну. — А теперь поговорим о том что произошло между заключёнными, — Джекалоп наклонил голову, пока на экране появились неумелые рисунки мелками изображающими заключенных. — Особое внимание уделю тому факту, что Хикару смогла взять под шествие Бьякую, Макото и Ями. Тем самым уговорив их в идее того что заключённые были прощены не просто так. — Поэтому ты говорил что Куроко плохо… Он знает, чем это кончится. — Не стоит забегать вперёд, Эс. — Да этого мы ещё дойдём, но да, — Джекалоп кивнул, — Куроко также не смог защититься от идей Хикару, однако видимо на них он смотрит иначе, чем Кинширо. Он сумел увести от них Ханако с помощью того что Шинджи выразил отказ от идеи шестой. — Авторитет Шинджи больше чем просто песни, он идеал, а значит в глазах фанатов тот за кем следовать правильнее. — Те кто остался в нейтралитете как ни странно, Мирай и Йоруко. — Если так… Значит с идеями Хикару также не согласна и Кана? — Да. Эти две группы до сих пор спорят, уверен, что тебе будет интересно послушать их, — Джекалоп фыркнул, — В любом случае, за это время, из-за того что Бьякуя был обвинен хоть я и ограничил его действия, стал отказываться от еды. Единственный кто смог заставить его поесть был этот Сукихиро. Позже он залетает ранения Каны, на которую нападет Макото. Знаешь, эти споры между женщинами. — Она сильно пострадала? — Женщину били в живот, думаешь это слабо? — Эс стыдливо отвел взгляд на слова джекалопа, — В общем, если та будет прихрамывать не удивляйся. — Что еще случилось? — Ох, точно перед расколом между заключенными девятый и десятая заключенная уединились в библиотеке, я следил по камерам до того как выключил их на пол часа увидев что они там творят. Ни стыда ни совести, а ещё говорят кролики нетерпеливы, — Джекалоп злобно тарабанил лапой, — Такс на чём я? А точно, кроме Каны и Бьякуи я тоже пострадал, морально. Как закончим с этими заключенными то я попрошу себе прибавку! Эс не слушал пытаясь примерно предугадать что произойдёт с ним на допросах. — Я раньше был заключённым? — Разумеется. Причем, твой случай был крайне любопытный. Придумать фальшивое «я» при этом самому быть в стороне. Использовать тебя как надзирателя было моей идеей. всё так гениально и просто. Хотя, будет забавно если итог останется неизмененным. — Ты мне не нравишься. — Не волнуйся, мы даже не на половине скоро точно привыкнешь.

***

Что это за взгляд, Ох, точно этот взгляд, Мне он знаком не по наслышке, И если то как раньше уйдите. Вижу, двое стали одним, С чего этому быть другим? Вижу, марионетки только роль, И неизвестных стольких боль? Вижу, отчаяние я на грани слёз, Пусть вытрит и выйдет из грёз! Вижу, как бьётся колыбель, Как отказывается от прошлых идей! Вот он этот взгляд, Да, именно этот взгляд. Мною замечен будет каждый шаг, Не проскочит тут уж точно «баг». Вижу, но прости, без причины поверь, Пусть рычит словно раненный зверь! Вижу, как ценит безмерно себя, Как жаль но и месть всех будет сладка! Вижу, потерянность я в этих глазах, Что делать? И как быть? В ответ только страх. Вижу, словно дитя, наивна и чиста, Однако глупость ее слепота! Ох уж этот взгляд, С тоскою этот взгляд. Если того хочешь, не подходи, Без сожалений же уйди. Я вижу, как катится вся жизнь, Наказание прими, жалкий эгоист. Я вижу, признание в любви, Хрупкую клятву на крови. Я вижу, забвение во тьме, Не останусь я в себе. Я вижу, твой взгляд на себе, Так признаюсь и тебе-