Император: возвращение

Первое поколение приняло решение покинуть особняк, оставив на прощание обещание, что ничего без второго делать не будут. Луна с Софи в это время сидели рядом с Роем и пытались хоть как-то унять ту боль, которую он испытывал — грудь обеих болела до невозможности, но они понимали, что надо закрыть на это глаза. Эсма и Шэйк заготавливали шприцы с обезболивающим — в такой ситуации им нельзя обращать внимание на рекомендации врача. Этот приступ не сравнится с тем, которые были раньше. Каждый член второго поколения понимал, что сейчас надо бросить все свои силы на то, чтобы привести Алистера в чувство к началу боев на выбывание. Джино порывался забить на все, пойти и решить этот вопрос самостоятельно, вот только у него самого грудь разрывало на части — он никогда не думал, что связь Императоров настолько сильная. Рой же бился в агонии. Тело ломало изнутри, голова разрывалась от боли, перед глазами картинки ужасного прошлого, которое он так стремился вспомнить все это время. Эта чертовая запись должна была помочь им закончить все спокойно, но вышло совершенно иначе. Доктор говорил им, что возвращение памяти будет болезненным этапом, но никто не думал, что все будет так плохо. Хотелось выть в голос. Ни о чем, кроме боли, думать было просто невозможно. Красный даже забыл о том, что у них Чемпионат — все мысли занимала адская боль, которая становилась только сильней с каждой секундой. Снежная вбегает в комнату, снимает колпачок с иглы и кивает Лунной — первая порция была готова. Малинововолосая кивает, хватает брата за плечи и пытается всадить его, но тот отбивается — ему сейчас нельзя дергаться. — Мне нельзя быть рядом с ним, — беловолосая отдает шприц с лекарством Софи, — И вы обе знаете причину. Старс закусывает губу, выдыхает и согласно кивает — она попробует сделать это сама. Эсма смотрит на красноволосого, сжимает руки в кулаках и покидает помещение. Она могла бы поддержать его сейчас, но вот только сейчас она может послужить чертовым триггером для него. Не хотелось, чтобы все было так, но она была уверена в том, что после просмотра той самой записи все будет именно так. Сейчас Снежная считала себя виноватой в том, что произошло, вот только никто не гнал ее отсюда, никто не обвинял в том, что произошло, никто не смотрел косо. — Если хочешь знать мое мнение, — на первом этаже ее встречает Джино, — То ты не виновата в том, что тогда случилось. — Я знаю, но… — закрыла лицо рукой и стиснула зубы. — Ты не он, — покачал головой, — Не думаю, что Рой обрадуется подобным мыслям с твоей стороны. Отталкивается от стены и поднимается на второй этаж — к боли он привык, поэтому стоит сейчас навестить Луну с Софи. Он знает, что Алистер никогда не станет винить кого-либо без весомых аргументов. Из наблюдений ясно, что Снежная тут не виновата — виноваты другие. Впрочем, Красный сам поговорит с ней, когда придет в себя. Заходит в нужную комнату и сбрасывает очередной звонок от Ари — ему было все равно, что она хочет ему сказать. Больше всего ему сейчас хотелось, чтобы лучший друг справился с приступом. Луна поднимает взгляд на своего парня и качает головой — одного шприца с лекарством мало, а взяли с собой они не так много. Рой сворачивается в клубок, обхватывает голову руками и шипит — по щекам текут слезы, которые сдерживать было просто невозможно. Он совершенно не мог принять то, что увидел всего полчаса назад. Казалось, что вся жизнь за несколько секунд пролетела перед глазами. Пролетела точно также, как тогда — девять лет назад. Алистер не хотел, чтобы эта чертова запись привела к таким последствиям, но она привела к ним. Шэйк врывается в комнату и вручает своей девушке еще три шприца, которые были заправлены лекарством. — Сколько у нас осталось? — Старайс подняла на него взгляд, пока Софи пыталась оторвать руку Роя от его же головы. — Еще на четыре точно хватит, — Золотой нервно зачесал волосы назад, — Дальше только на связи вывозить. — Не вывезем, — Уайт помог Софи прижать руку лучшего друга к кровати, чтобы тот не мешал делать то, что она должна сделать. — Он прав, — Звездная села на край кровати, выдохнул — ей удалось вколоть обезболивающие. — Но и лекарство доставить из Блэкфурда не успеют, — Блоссом чертыхнулся. Луна смотрит на брата и выдыхает — его глаза были черными, как бездонная пропасть. Если он хоть немного не сможет взять контроль над собой и своими воспоминаниями, то личность Красного Императора только усугубит приступ. Им надо больше лекарства, но достать его в БлюСити было просто нереально. Рой сжимается сильней, рычит в голос и отталкивает от себя Луну — даже в такой ситуации он не мог позволить им использовать свою связь. Даже в такой ситуации он хотел справиться самостоятельно, что бы не причинять им боль. Отворачивается на другой бок, обхватывает собственное тело руками и слезы текут еще сильней — голова начинает болеть еще больше. Он всеми частями тела вспоминает ту боль, которую испытывал после падения и во время реабилитации. — Надо что-то делать, — Софи встала на ноги, — Он не даст себя тронуть, пока сам не справится со всем этим. — Лекарство покажи, — синевласый перевел взгляд на Шэйка. Шатен кивает и они вместе выходят из комнаты. Девушки смотрят им вслед и обращают внимание на друга, который продолжал крючиться от боли и шипеть. Чертыхнувшись, Старайс обходит кровать, садится на край и запускает руку в красные волосы, сжимая их у самых корней — она не позволит ему самостоятельно справлять со всем этим. Они вместе начинали, а значит вместе закончат.

***

— Дорогая? — мужчина с черными волосами и голубыми глазами посмотрел на свою жену, которая влетела к нему в кабинет. — У тебя в больнице есть такое? — мать Джино показывает мужу фотографию. — Есть, — кивнул, — А тебе зачем? — Не мне, — покачала головой, — Красному Императору. — Что у них там случилось? — Снежная Императрица нашла запись с того дня — воспоминания возвращаются, — нервно запустила руку в волосы, — На четыре шприца у них еще осталось, а на связи не вывезут. — Сколько надо? — мужчина резко встал на ноги. — Столько, сколько сможешь дать. — Пошли.

***

Джино целует мать в щеку, говорит «спасибо» отцу по телефону и возвращается в дом — было абсолютно плевать, если кто-то из друзей мог заметить подобную панику. Влетает на кухню, опирается на стол и поднимает руку с лекарством вверх — Шэйк с Каем удивленно смотрят на него, но ничего не спрашивают. Эсма достает шприцы из аптечки и передает их Золотому, забирая у Аквамаринового упаковку. Было совершенно неважно где он смог достать эти ампулы — было важно, что они, возможно, смогут купировать этот чертов приступ адской боли. — Я наверх, — Уайт убегает. Залетает в комнату. Луна смотрит на него со слезами на глазах — на руке уже проявился синяк, но ей было на него абсолютно плевать. Ей было важней, чтобы Рой позволил им помочь ему. Синевласый выдыхает, подходит к ней и берет за руку — он знает, что красноволосый будет потом извиняться за это, но сейчас действительно лучше думать о том, как быстрей купировать приступ. Софи распускает волосы, трясет ими и садится на край кровати — было плевать на то, что Алистер может и ей синяки оставить. Сейчас им все было плевать на собственное состояние. — Отец выдал двадцать ампул, — Уайт обнял свою девушку за плечи, — Мама только что привезла. — Откуда оно у твоего отца? — Старс подняла на него удивленный взгляд. — Доктор Картер однажды работала у него в больнице — на всякий случай попросила внедрить его для пациентов, — слабо улыбнулся, — Нам должно этого хватить. — А если не хватит? — Луна подняла на него взгляд. — Значит привезут еще. Вздохнув, Лунная смотрит на Красного и сжимает руки в кулаках — травм у них за это время будет много, но они знают, что ничего серьезного Алистер им не сделает. Даже в таком состоянии, в котором находится прямо сейчас. Рой же резко выдыхает, принимает сидячие положение и кашляет — он не совсем понял, что произошло. Оглядев друзей, он пару раз моргнул глазами, а затем обратил внимание на руку Луны. Та сразу же спохватилась и опустила рукав — ей не хотелось, чтобы он видел это прямо сейчас. Джино делает шаг, но Лунная его останавливает — это еще не конец, потому что Алистер частенько вот так вот резко приходил в себя, а затем боль вновь одолевала его. — Закрой уши, — посоветовала Софи, глядя на Уайта. Крик Алистера пронзает уши быстрей, чем Аквамариновый может понять смысл слов девушки. Красный вновь скручивается пополам, тело начинает ломать. Вздохнув, Луна трет свое запястье и садится на край кровати — глаза становятся такими же черными. Она не позволит ему сейчас справляться самому, поэтому сделает все, чтобы надавить на него с помощи связи. — Лунная, — Алистер начал на нее шипеть, — Ты… — Не посмею уйти отсюда, — прошипела в ответ, — И никто не посмеет, — схватила его за плечи, — Мы не позволим тебе одному терпеть это. — Я же могу… — Можешь, — кивнула и заставила его лечи на свои колени головой, — Но никто не послушается, — посмотрела на Софи, — Не в этот раз. — А я вообще ничего не знаю, — Джино прячет руку с браслетом за спину и ловит удивленные взгляды двух девушек, — Что? — вскинул бровь, — Мой браслет еще не привезли, — пожал плечами. Старайс слабо ему улыбается и запускает руку в волосы брата — она знает, что никто из них не отвернется от этой проблемы. Алистер вновь шипит от боли, но девушка успокаивающе гладит его по голове и смотрит на своего парня — им нужна еще одна порция лекарства, чтобы хоть немного облегчить очередной приступ. Они не знают точно, сколько по времени это будет продолжаться, но им надо выдержать это испытание, чтобы потом закончить это дело раз и навсегда.

***

— Кто-нибудь писал им? — Лайта спускается в гостиную. — Я писал Шэйку, но не ответил, — Призрачный покачал головой. — Знать бы, что у них там происходит, — девушка потерла переносицу и села в кресло, — Сейчас мы там бесполезны — только они смогут ему помочь. — Жаль, что нельзя вывезти на связи с первым поколением, — Агния откинула голову назад, — И я там не помощник, — посмотрела на свою руку. — Там никто из нас не помощник, — Пурпурная вздохнула, — Только они могут сейчас купировать те приступы. Главное, чтобы обезболивающего хватило — не думаю, что они много взяли. — Джино ответил, — Золотая зашла в дом с заднего двора, — Он написал матери, а та сорвалась к своему мужу — им доставили двадцать ампул. Луна убедила Роя, чтобы он позволил им использовать связь. — Слава богу, — Лайта запустила руку в волосы, — Эту ночь они протянут, но вот что будет завтра, — закусила губу, — Никто не знает. — Будем надеется, что они справятся, — Темный уперся затылком в стену, — После просмотра той записи нельзя допустить, чтобы он полностью потерял себя. — Справятся, — Блэккер сложила руки на груди, — Иначе они не могут.

***

Кай помогает Рою спуститься на первый этаж — эта ночь была всех них тяжелой. Джино должен был уехать домой, чтобы не вызвать подозрений у Ари и остальных — без него будет чуть тяжелее. Эсма не стала показываться на глаза Красному, чтобы не вызвать очередной приступ — ей действительно, по ее личному мнению, лучше пока не контактировать с ним. Блэккер усаживает Алистера на диван и тот сразу же попадает в кольцо рук Звездной, которая прижимает его голову к своей груди. И Шэйк бы ревновал. Но только в том случае, если бы это был кто-то другой, а не Красный Император. — Где Снежная? — красноволосый приоткрыл глаза. — Она на заднем дворе, — Старс закусила губу, — Она не хочет стать триггером. — Позовите ее, — закрывает глаза и прижимается к груди подруги. Ганс тут же поднимается на ноги и исчезает на заднем дворе. Эсма появляется ровно через две минуты, медленно подходит к дивану и садится перед Красным на колени, беря его руки в свои — она тоже должна хоть чем-то помочь. Парень через силу открывает глаза, слегка ей улыбается и снова прикрывает глаза, чувствуя рядом присутствие почти всех. Он понимал, что Джино пока нельзя находиться рядом с ними, но его все равно не хватало в данный момент. Он также понимал, что первое поколение им не помощники сейчас. — Сможешь прийти в себя до начала боев? — беловолосая закусила губу. — Думаю, что да, — кивнул, — Приступы почти сошли на нет. — Но все равно есть, — Кай потер переносицу, — Сколько ампул осталось? — Четырнадцать, — Шэйк встал рядом с ним, — Джино сказал, чтобы предупредили в крайнем случае. Софи выдыхает, прижимает щекой к макушке Роя и смотрит на своего парня, который качает головой — он все понимает и не посмеет сейчас устраивать сцены ревности. Впрочем, любой Император понимает, что если у кого-то появилась пара, то не стоит даже пытаться отбить — не выйдет. Каждый из них всегда держится своего и не упускает — любая борьба с ними бесполезна. — Соф, — Рой свел брови к переносице, — Поменяйся с кем-то — меня сейчас накроет. Кай кладет руку ей на плечо, кивает и меняется с ней местами. Алистер сразу же укладывается головой на колени Черного Императора, обнимает себя руками и шипит от боли — приступ вновь начался, но он хотя бы смог его почувствовать. Эсма выдыхает, поднимается на ноги и уходит на кухню, чтобы заправить шприц — им надо попробовать купировать этот приступ. — Обрывки воспоминаний все еще всплывают в голове? — Блэккер положил руку на голову друга. Тот кивает сквозь боль и скручивается сильней — он вспомнил самое важное, но не все. Хотелось, чтобы это скорей прекратилось, хотелось загнать виновника в угол, хотелось, чтобы все узнали об этом. Алистер не оставит это дело просто так. Никто не оставит это дело просто так. Ему плевать, что будет с Чемпионатом — он поставит на место того, кто обрек его на страдания.

***

— Он начал чувствовать приступы, — Пурпурная качает телефоном. — Это не может не радовать, — Лайта трет переносицу, — Сука, прямо сейчас бы пошла и набила бы ему ебальник. — И не только ему, — согласно кивнула Агния. — Без Роя все равно не сунемся, — Темный пожал плечами, — А если и сунемся, то проблем не избежим. — Он не даст нам это решать, — Белый согласно кивнул, — Пусть лучше сам разбирается — мы на поддержке будем. — Еще Софи свое слово вставит, — Пурпурная откинула волосы назад, — Отец с десяти лет ее по законам гонял. — Не будем спорить, что второе поколение лучше нас, — Золотая подняла руки на уровне груди, — Мы изначально выбирали их с целью, чтобы они превзошли нас. — Никто спорить и не собирался.

***

До начала боев на вылет оставалось три дня. Рой спускается на первый этаж, опираясь на стену, и отмахивается от Шэйка — он должен сам попробовать дойти до дивана. Хотя бы до дивана. За два дня в него вкачали столько обезболивающего, что он почти не чувствовал своих конечностей, но это помогало хоть ненадолго забыть о боли, которая сопровождала его все это время. Джино был с ними со вчерашнего вечера и это не могло не радовать. Опустившись на мягкую поверхность, Рой расслабленно откидывается на спинку дивана и выдыхает — он почти пришел в себя. Память полностью вернулась к нему, а значит контролировать Красного Императора станет намного легче. Впрочем, ему было как-то побоку до полного контроля, потому что с черными глазами он проходит до конца Чемпионата. Запускает руку в волосы и смотрит на Луну, которая ставит перед ним поднос с едой и улыбается, садясь рядом. Он улыбается в ответ, морщится от легкой боли в конечностях и нервно выдыхает, отрываясь от спинки дивана. Остальные выходят с кухни, смотрят на Красного и облегченно выдыхают — самые сложные дни позади. Каждый из них думал, что они не смогут справиться, но им ни раз говорили, что они сильней, чем кажутся на самом деле. — Как ты? — Эсма села напротив него, поджав под себя ноги и закусив губу. — Скажем так, — посмотрел на нее, — Не очень доволен твоим мыслями. — Эм, — она вскинула бровь. — Ты никак не можешь быть триггером для меня, — покачал головой, — Больше не смей так думать, иначе разговаривать будем уже по другому. — Просто… — замялась. — Эсма, — Алистер потер переносицу левой рукой, чтобы не тревожить правую, — Ты не участвовала все этом, ты не знала об этом до того момента, пока не нашла запись. Где во всем этом хоть капля твоей вины? — Ни где, — Снежная выдохнула. — Вот именно, — кивнул, — На сей раз я сделаю вид, что подобных мыслей у тебя не было, но в следующий раз… — Пенять на себя? — тихо посмеялась. Красноволосый согласно кивнул и принялся за еду — за эти дни он почти ничего ни ел, поэтому надо решать эту проблему. Приступа он пока не чувствует и надеется, что больше их не будет — впереди его ждет бой с Ари и разборки прямо в здании арены. Он не собирается делать все по тихому — не в его стиле. Хочется, чтобы этот человек за все заплатил.

***

— Он пришел в себя, — Лайта облегченно выдохнула, падая на диван вниз лицом, — Надеется, что приступов больше не будет. — Сам тебе написал? — Изумрудный вскинул бровь. — Мне тоже писал, — Агния оперлась на перила лестницы, стоя на втором этаже, — Вроде пока все тихо. — Надеемся, что справились, — Белый сложил руки перед собой и поднял голову вверх, — Пусть все будет тихо-мирно, — задумался над своими словами, — Я про приступы. — Мы поняли.

***

Рой не уверен, что поступает правильно, но флэшка в руке говорит о том, что он все делает правильно. Память к нему вернулась и смотреть запись совершенно не обязательно, но хотел еще раз это все увидеть. Папка с делами лежала на столе, ноутбук стоял прямо перед ним. Ему надо было еще раз посмотреть на то, что произошло тогда. Ему надо было еще раз убедиться в том, что это все правда и ему не померещилось. Вздохнув, парень вставляет флэшку в USB-порт и откидывает на спинку кресла, включая запись. Никаких особых чувств, помимо жажды мести, кадры не вызывали — приступа он не чувствовал. Алистер решил, что сейчас наилучшим вариантом будет запереться в своем кабинете и сначала проанализировать все самому. Он прекрасно понимал, что Луна знает как попасть сюда, но она не станет лезть к нему и другим не позволит. Красный уже решил, что они будут делать, но надо будет сделать все идеально. Он даже знал, что сделает каждый из первого и второго поколения, чтобы это все выглядело красиво. Усмехнувшись самому себе, он берет мобильник в руки и пишет сообщение сестре.

Рой:

Приведи всех ко мне.

Как попасть в кабинет знаешь.

Отворачивается лицом к окну и задумывается — будет сложно, но они обязаны справиться с этим. Они должны сыграть последнюю сцену. — Рой, — Луна открывает дверь в кабинет. — Рассаживайтесь, — развернулся к ним лицом, — Я просмотрел запись еще раз. Каждый дернулся от этих слов. Семь пар глаз сразу же посмотрели на него, но никакого намека на приступ никто не заметил. Зато все увидели черные глаза. — Уже решил, что будем делать? — Шэйк отвел руку в сторону и позволил Софи сесть на свои колени. — Определенно, — кивнул, — И это действительно встряхнет Лигу. — Ее давно пора встряхнуть, — Уайт сел в кресло и усадил на свои колени Луну, — Мы все во внимании. — В первую очередь, — оперся локтями на стол, — Надо, чтобы первое поколение за эти три дня кое-что сделало. Второе поколение переглянулось между собой. — Мне уже интересно, — Агния первая вошла в кабинет. Рой написал им сразу же после того, как заперся в кабинете и начал думать о том, что делать. Красный посмотрел на нее, улыбнулся и откинулся на спинку кресла — никто никогда не сможет сделать лучше, чем первое поколение. Разве что они, когда смогут собрать третье поколение. Взяв в руки две папки, он качает ими и протягивает их Адской, когда та подходит к нему. — Вам надо отправить пригласительные на Чемпионат их родителям, — усмехнулся. — А им самим? — брюнетка вскинула бровь. — А ими займутся они, — указал в темные углы. Из двух углов кабинета выходят Лумина и Лилит, прикладывают руки к груди и склоняют головы — их запасной план должен был сработать идеально. — Аметистовая, Кровавая — доставьте их двоих к первому дню боев навылет, — прикрыл глаза, — Я не стану делать все тихо. — Любые способы приветствуются? — голубоволосая подняла голову. — Делайте так, как считаете нужным, — махнул рукой. — Сделаем в лучшем виде, — красноволосая усмехнулась. Девушки покидают кабинет, на ходу активируя маскировку — они возвращаются в город Императоров, чтобы привезти тех, кому не место среди них. Агния смотрит им вслед, захлопывает папку и кивает своему парню, дав понять, что устроит приходит родителей всех троих на Чемпионат. Первое поколение уходит.

***

— Что она вообще тут делает? — Сказала, что не мое дело. — Дрянь. — Еще она сказала, что титула лишился я, а не она. — То есть. — Браслет у нее. — Да быть этого не может! Ее поперли вслед за тобой! — Видимо нет. — Придется убирать всех разом. — И как это сделать. — Во время боев через три дня они все будут там. — Я понял. — Место главы не твое. А если тебя исключили, то главного у них вообще не будет.

***

Луна делает шаг назад и еще раз осматривает Эсму — им давно пора было всем сменить свои плащи. Беловолосая поворачивается к девушке лицом и смотрит через плечо в зеркало — спину украшал ледяной кристалл, а манжеты плаща были украшены снежинками. На шее защитная пленка, которая покрывает недавно сделанную татуировку — она, наконец, официально могла вернуться туда, где ее законное место. Софи выходит из примерочной, поправляет ворот черной водолазки и подходит к зеркалу. На спине крупный рисунок звезды, манжеты украшены россыпью маленьких кристалликов. За ухом татуировка звезды. — Луна, ты умница, — Старс повернулась лицом к подруге. — Мне интересно, что Шэйк с парнями сделал, — задумалась, — Мы, конечно, вместе дизайн обсуждали, но он мог что-то от себя добавить. — Вот и узнаем сейчас, — фиолетоволосая подошла к Лунной, взяв ее плащ в руки, и кивнула. Старайс выдыхает, поворачивается спиной и благодарит подругу за помощь. Бросив взгляд на свою ключицу, где была татуировка всех фаз луны, девушка застегивает рубашку и вытаскивает волосы из-под плаща. На спине полная луна, а на манжетах остальные фазы. — Вы готовы? — в помещение заходит Шэйк. Софи бросает взгляд на своего парня и кивает — они были готовы. На манжетах золотого плаща россыпь золота — Луна крутит рукой. Шатен закатывает глаза, но поворачивается спиной — золотой кристалл на спине был идеальным. Все вместе выходят в коридор. Дверь соседней комнаты открывается. Джино выходит первым, являя взору девушек аквамариновый плащ на себе, с россыпью водных капель на манжетах и рисунка аквамарина на спине. Улыбнувшись, он трясет выпрямленными волосами и слегка кланяется девушкам. Кай выходит следом, поправляя рукава черного плаща — на манжетах красовались маленькие летучие мышки, а на спине — большая демоническая. Зеленые волосы собраны в низкий хвост, а на задней стороне шеи татуировка летучей мыши. — Под Ганса сложно было что-то придумать, — Блоссом потер переносицу, — Поэтому поменяли только цвет плаща. — Меня не особо волнует это, — Ривайд выходит из комнаты, — Больше всего мне нравится Рой. — Не так уж я и хорош. Все синхронно обернулись на голос Алистера. Красные волосы на макушке закреплены резинкой в маленький хвост — остальные водопадом спадают на плечи. Белый плащ на спине был украшен черным и красным фениксами, которые кружили вокруг друг друга. Черно-красные языки пламени украшали манжеты. Низ плаща, словно, полыхал черно-красным пламенем. Луна смотрит на него, тихо усмехается и вспоминает, что год назад парень набил себе татуировку феникса на всю спину. Они готовы.

***

— Луна с Шэйком хорошо постарались, — Золотая смотрит фотографии, которые второе поколение прислало в общий чат. — У Ганса только цвет плаща поменяли? — Пурпурная вскинула бровь. — С его званием сложно что-то еще придумать, — Агния пожала плечами, также просматривая фотографии, — Но с Роем они хорошо постарались. — На то и главный Император, — Белый усмехнулся, — Красный плащ тут бы не подошел вообще никак. — Определенно, — Лайта закивала, — Красный феникс слился бы. — Черная водолазка решила последние вопросы, касаемые его титула, — отметила Золотая, — Через два дня будет жарко. — Лилит и Лумина уже сделали то, что от них требовалось, — Изумрудный усмехнулся, — Те двое даже не догадываются, что будет. — Надеюсь, что планы по нашему устранению не сработают, — Призрачный поймал удивленные взгляды, — Да шучу я, — закатил глаза, — Руководство Лиги уже в курсе и охрана выставлена на всех постах. Даже там, где ее быть не должно. — Радует, что подозрения это не вызовет.

***

Рой находился в комнате ожидания и смотрел на экран телевизора — шел бой Лео и Шэйка. Остальные из двух поколений были на своих позициях, виновники находились в разных частях зала и отдельно от своих родителей — Лумина с Лилит отлично постарались сделать так, чтобы они друг друга не увидели. Их проход по коридору заставил каждого расступиться и спокойно пропустить. Алистер не мог позволить кому-либо помешать им. Усиленная охрана удивила каждого и, наверняка, ввела в ступор тех, кто хотел сегодня убрать каждого из них. Вот только они никогда не позволят загнать самих себя в ловушку. Усмешка озаряет лицо — Шэйк проиграл, но от этого их план никак не пострадает. — Готов? Красный обращает свое внимание на вошедшую Луну и кивает в знак согласия — через несколько минут все закончится. В его планах было быстро покончить с Ари и завершить то, что они пытаются завершить вот уже девять лет. Всю дорогу до выхода на арену Рой смотрел на Авана — пора со всем этим покончить раз и навсегда. Черные глаза больше никак ему не мешали, приступы боли не мучали — он в полной силе и готов постоять не только за себя, но и за всех остальных. Девять лет каждый из двух поколений думал о том, что делать дальше. Теперь его очередь думать о них. Кивает двоюродной сестре, принимает ее объятие и выходит к арене, медленной походкой проходя на свое место. Напротив него стоит Крайнс. Усмехнувшись, он достает ключ одновременно с ней. — Режим боя! Два WatchCARа выезжают в центр арены. — Доспех Черного огня! Розоволосая сжимает руки в кулаках и активирует режим Ультра WatchCARа. — Ты проиграла, Ари, — Красный усмехнулся, сверкнув черными глазами, — Черный вихрь! В атаку! — Ультра щит! Вперед! Рой закатывает глаза — щиты против атак Авана бесполезны. Он хотел бы поиграть с ней, но у него нет на это времени. Совершенно нет. — Огненная пушка! Огонь! — Розовые молнии! Давай! Две атаки столкнулись между собой. Помахав перед лицом, парень выдыхает — она не оставляет надежды одолеть его. — Сона, сердечки! Сейчас! — Серьезно? — вскинул бровь, опустив взгляд на Авана, — Думала, что сработает? — тихо посмеялся, — Имперский огненный шторм! — Сона, в сторону! — Аван, начать преследование! — Алистер махнул рукой в сторону, — Не прекращать атаку! Ари сжимает руки в кулаках — Сона долго не продержится под таким шквалом атак от соперника. Рой же хочет зевнуть от скуки, но делает вид, что ему весело. Будь на ее месте кто-то другой, то он бы попотел, но с ней было гораздо проще, чем он думал изначально. — Сона, разворот! — Крайнс взбесилась, — Розовые пушки! Огонь! — Аван, щит черного огня! — выпрямился, — Ты слишком легко взбесилась, Ари. — Это я еще не в бешенстве, — стиснула зубы, — Розовый звездопад! В атаку! — Меня скоро тошнить начнет от слова «розовый» и всех его вариаций, — закатил глаза, — Красная пушка! Огонь! Сона отлетает к стена, а Аван тормозит на своем месте. — Вот теперь я взбесилась! — девушка достала свою монету. — Отлично, — парень достал свою в ответ, — А то мне уже скучно стало. — Монета силы! — Розовый лебедь! — Черный Феникс! Яркий свет заставляет каждого зрителя закрыть глаза. Рой заводит одну руку за спину и сжимает ее в кулак — Императоры должны прямо сейчас быть готовы. Ари опирается на стойку, прикладывая руку ко рту — Сона не взорвалась лишь потому, что Рой прервал атаку. Осев на колени, девушка пыталась сдержать слезы, но выходило достаточно плохо. С трибун слетает Лео и сразу же оказывается рядом с ней, обнимая за плечи и прижимая к себе.

***

День назад. — Все все поняли? — Рой развернулся лицом к остальным. — Да. — Тогда начинаем сразу же после моего боя с Ари, если все будет так, как я думаю, — кивнул, — Мы не можем упустить этот шанс. — Погоди, — Джино поднял руку, — Я правильно тебя сейчас понял? — Ты можешь заканчивать играть спектакль, Джино, — Алистер кивнул, — Общение с ними тебе больше ни к чему. — А по поводу Мару? — Луна закусила губу. — С ним мы поговорим уже после Чемпионата, — сложил руки на груди, — Ему, думаю, можно будет рассказать все в подробностях. — Что по поводу суда думаешь? — Агния встала на ноги и подошла к нему, складывая руки на груди. — Я не собираюсь проводить внутренний суд Императоров, — Красный покачал головой, — Этого слишком мало. — Мой отец в курсе? — Софи вскинула бровь. — Да, — кивнул, — Его люди будут на трибунах, но начнут действовать только после того, как закончу говорить я. — Кровавая и Аметистовая перекроют оба выхода, — Адская опустила руки. — А первое и второе поколение перекроет выходы с арены на трибуны, — Красный усмехнулся, — Джино, на арену идешь с нами, а не с ними. — Я дожил до этого момента, — Уайт выдохнул. — Мы готовы.

***

Рой поднимает руку вверх и щелкает пальцами — свет погасает. С трибун слышатся голоса зрителей. Алистер усмехается — ему плевать на всеобщую панику. Сейчас у Императоров есть ровно тридцать секунд, чтобы занять свои позиции. Никто не уйдет отсюда, пока он не скажет свое слово. Плевать они хотели на то, что про них будут говорить — у каждого из них общий интерес во всем этом. Свет включается. Возле двух выходов стоят Аметистовая и Кровавая, не позволяя никому покинуть это помещение. На ограждениях стоят члены главной восьмерки первого поколения Императоров — у каждого руки сложены за спиной. Второе поколение стоит вокруг самой арены — они не должны позволить хоть кому-то покинуть это помещение. — Что за…? — Лео поднимает взгляд на Роя, а затем смотрит вокруг. Взгляд цепляется за Джино. Уайт сразу же ловит этот взгляд, усмехается и делает шаг вперед — свет прожектора падает на него. — Искренне прошу прощения за все это, — Рой кивает Гансу, который одевает ему на голову микрофон, — Императоры не тронут никого из Вас, — усмехнулся, — Я лишь хочу, чтобы все увидели это.

Я видел страх, в чужих глазах, Когда я в пропасти лежал…

Лежал, и не мог поднять руки. Но я не слаб, как думал ты. Отныне мне тебя не жаль…

Экран загорается. Все синхронно переводят туда взгляды — запись того момента, когда все Императоры неожиданно перестали давать знать о себе. Кто-то из присутствующих знал, что тогда произошло, но остальные не имели понятия. Три человека подходят к Красному со спины и толкают его в пропасть, наблюдая за тем, как он летит вниз. Двое из первого поколения резко спрыгивают с ограждению и преграждают путь двум героям этой самой записи. — Сегодня я хочу положить конец тому, что Императоры пытались узнать целых девять лет!

Мне нужно встать и идти, я даже двигаться не мог. Ещё в 11 я упал с горы, катился как комок. Затем не чувствовал тела, даже забыл, как дышать, Ещё б секунда и была моя убита душа.

— Это ответ на Ваш вопрос о том, что могло случиться с Императорами, раз они отрезали себя от всего мира! Люди в шоке смотрят на экран и начинают перешептываться. Еще двое из первого поколения преграждают путь родителям двух виновников и усмехается. Двое мужчин хотят напасть, но Рой метает взглядом в их сторону и за спинами двух представителей первого поколения возникают люди с оружием. Пурпурная с Изумрудным усмехаются и слегка склоняют головы в знак благодарность. Алистер же тихо чертыхнулся — не планировалось раскрывать все карты сейчас, но и ранить своих людей он не мог позволить. — Перед Вами, — развел руки в стороны, — Прямо доказательство того, что Императоры действительно верны друг другу! — горько усмехнулся, — Жаль, что не все поняли это, раз так сильно хотели, чтобы их дети были главными среди нас!

Я мог уйти и всё забыть про своё детство бедных лет, Но продолжал бороться, хоть уже и видел белый свет. Я помню, как меня врачи руками клали на лежак, Затем палата и растяжки — я как камень там лежал. И когда спал, я видел, как стоял во сне я перед дном, Мой позвоночник был помят — компрессионный перелом.

— Теперь, пожалуй, я попрошу Адскую и Серебряную забрать браслеты у тех, кто их не достоин! Агния с Лайтой переглянулись между собой, схватили за руки двоих парней и заломили их за спину, усмехаясь прямо в уши — от них еще никто никогда не уходил безнаказанным. Темный спрыгивает с ограждения, медленной походкой подходит к подругам и снимает браслеты с чужих рук — они навсегда очернят эти звания и никому более не позволят их взять. Передает браслеты Золотому и возвращается на свое место. — Важный момент, — красноволосый усмехается, — С третьего виновника сняли титул за предательство несколько лет назад, — задумался, — А вот с его сестры — нет. Эсма делает шаг вперед, поднимает руку с браслетом вверх и ловит на себе взгляд своей матери — усмешка расцветает на ее лице. Среди слуг в доме ее матери и брата были ее люди, которые докладывали обо всем, что могло быть интересно для Красного Императора. — Девять лет назад я потерял многое, но обрел куда больше!

Через полгода я в корсете делаю первый шаг. Я не спеша вступил на землю пяткой еле дыша. А тело слабое совсем, и я сложился как веер, Но через силу поднимался, ведь я сам в себя верил. Когда вернулся я домой, всё в жизни стало иначе, Но буду помнить, как во мне погиб тот маленький мальчик.

— Знакомьтесь, — указывает на Эсму, — Снежная Императрица, утвержденный член главной восьмерки второго поколения Императоров, Эсма Айс. Девушка прикладывает руку к груди, опускается на одно колено и склоняет голову, проявляя уважение Красному Императору. — Аквамариновый Император, утвержденный член главной восьмерки второго поколения Императоров, Джино Уайт. Синевласый также приклоняет колено, прикрывая глаза — теперь можно закончить со всем этим раз и навсегда.

Как бы жизнь не била в грудь, меня ей просто не сломать. Больше не верю тем, кто мне кидает броские слова. Я мог уйти, но я вернулся поджигать ваши сердца.

Красный вновь щелкает пальцами. Ганс подходит к парочке, которая продолжала сидеть на полу, и хватает за руку Ари — она должна видеть и слышать все, что сейчас будет сказано. Они слишком долго ждали этого момента, чтобы оставить личность третьего виновника в тайне ото всех и устроить внутренний суд. Для них нет ничего важней, чтобы каждый, кто участвовал во всем этом, получил заслуженное наказание. — А теперь самое интересное, — черные глаза сверкнули, — Мы год потратили на то, чтобы найти личное дело Императора, который нас тогда предал, — выдохнул, — Лунная, какая у нас политика? — Мы сохраняем тайну личности внутри круга Императоров даже после того, когда кто-то из нас покидает этот самый круг, — Луна поднимает голову. — Лео Айс, — отходит от свое места, — Ледяной Император, дело которого мы сумели найти в архиве. А вот его сестра, Снежная Императрица, предоставила нам то, что Вы все только что увидели, — посмотрел на беловолосую и кивнул. — Я нашла эту запись на старом компьютере брата около полугода назад, — девушка вздохнула, — В доме нашей матери у меня есть свои люди, — бросила взгляд на мать, которая начала отступать назад, — Темный, будь добр. Кин выдыхает, делает сальто назад и приземляется прямо за спиной женщины, усмехается прямо ей в ухо и хватая за плечи — они не позволят никому уйти. — Наша мать всегда хотела, чтобы Лео занял место Красного, — Эсма подошла к Рою, — Вот только на пути к этому месту ей надо было убрать членов главных восьмерок обоих поколений, — сложила руки на груди, — Меня и Аквамаринового скрыли — его вывезли из города, а меня «исключили» из круга за родство с Ледяным Императором, — усмехнулась. — Если бы не шпионы Эсмы, то нас бы сегодня убрали с дороги всех разом, — Рой бросил взгляд на Лео, который медленно пятился назад, — Три дня я провел в агонии страха и боли от возвращенных воспоминаний. Три дня второе поколение страдало вместе со мной, чтобы остановить приступы.

Я видел страх, в чужих глазах, Когда я в пропасти лежал…

Лежал, и не мог поднять руки. Но я не слаб, как думал ты. Отныне мне тебя не жаль…

Кай и Джино хватают Лео за плечи и заламывают руки — ему точно не уйти отсюда безнаказанным. Рой нервно выдыхает, щелкает пальцами и люди отца Софи вяжут тех, кто находился на трибунах — пора заканчивать весь этот цирк. Красный делает те последние шаги, которые разделяли его с тем, кто однажды чуть не убил его. Из-за этого человека девять лет никто не знал о том, что он жив. Из-за него весь круг Императоров находился в страхе того, что каждого из них могут попытаться убить в любой момент. — Ты проиграл, Лео, — выдохнул, — И никогда не станешь тем, кем так отчаянно хотел, — покачал головой, — Я не стану проводить внутренний суд! — резко развернулся и махнул рукой в сторону, — Я подал запрос на проведение официального судебного заседания и мне его одобрили! Лео пытается вырваться, но все тщетно. Смотрит на Ари, но так оседает на колени сразу же, стоит Гансу перестать ее держать — она увидела то, что выбило ее из колеи и теперь точно ничего никому не сделает. — Мистер Старс, — Рой обратился к отцу Софи, — Они Ваши. — Разумеется, Красный Император, — мужчина кивает и дает сигнал своим людям. Первое и второе поколения занимают свои места и не смотрят на то, как всех виновников уводят — с них хватит того, что они испытали за все это время. Каждый приклоняет колено, опуская голову — это последнее, что они сделают на публику. Больше они не будут показывать эту сторону на публике, снимут маски и смогут жить спокойно, зная, что среди них предателей. Впрочем, за весь год Рой уже провел проверку каждого Императора и убедился, что предателей среди них нет. Глубоко вдохнув, красноволосый подходит к Ари, складывает руки на груди и качает головой — ему совершенно было плевать на ее слезы, которые градом лились из ее глаза. Она однажды сделала свой выбор и теперь должна помнить о том, что сегодня произошло. — Ты сделала свой выбор Ари, — опустил руки, — Теперь живи с той мыслью, что твой парень является убийцей, — задумался, — Впрочем, радуйся, что я остался тогда жив. — Красный Император, — Лунная подняла голову. — Мы уходим, Лунная, — кивнул, — Директор, — обернулся к главе Лиги, — Благодарю за содействие. — Надеюсь, что больше подобного не будет, — мужчина кивнул ему. — Я тоже искренне на это надеюсь. Алистер щелкает пальцами и Императоры тут же направляются в сторону выхода с арены.

***

— Они молодцы, — мать Роя и Лайты расслабленно выдыхает, запуская руку в волосы, — Наконец это закончилось. — Они смогут жить спокойно, — мать Джино улыбнулась, — Теперь Императоры перестанут вести себя так, будто действительно ненавидят весь мир. — Они сильные, — отец Кая кивнул, — Не каждому хватит сил сохранить спокойное лицо. — Они — Императоры, — мать Ганса покачала головой, — Для них это не так сложно. — Они всю жизнь учились скрывать свои эмоции, — отец Шэйка согласно кивнул, — Ждем конца Чемпионата. Они решили вернуться в Блэкфурд? — Хотят немного отдохнуть от всего этого.

***

Оба поколения, буквально, вваливаются в дом Алистеров, который находился в городе. После такого им всем необходим длительный отдых, но у них впереди еще суд и изменения в турнирной таблице — надо кем-то будет заменить Лео. И пока большая часть из них будет находиться в здании суда — остальная часть будет следить за проведением боев между выбывшими. У них впереди три недели на то, чтобы разобраться с теми, кто хотел их смерти, и решить, что делать с тренировками. Впрочем, для них это не так страшно, как может показаться с самого начала. — Рой, ты как? — Лайта подходит к брату. — Честно? — он посмотрел на нее и, заметив кивок, улыбнулся, — Просто замечательно. — Дело за малым, — Агния сложила руки на груди, — Судебное заседание. — С ним не так сложно справиться, — Алистеры покачали головами. — Надо бы еще Мару все объяснить, — подал голос Джино. Вот тут Рой с ним полностью согласен. Со всем этим он чуть не забыл о том, что должен еще все объяснить другу, который вообще был не при чем. Перед отъездом в Блэкфурд была необходимость закончить все, что осталось нетронутым и не имело отношения к основному делу. — Судебное заседание через пять дней, — Рой закусил губу, — Предлагаю завтра устроить ужин и позвать на него Мару — там все и объясним. Каждый согласно кивнул на это. Первое поколение вместе с Луминой и Лилит должны были вернуться в особняк второго поколения и собрать все бумаги, которые остались там, а второе останется здесь и будет отдыхать до дня суда. Красный хотел бы заняться сбором документов сам, но Лайта с Агнией ясно дали понять ему, что не стоит еще сильней нагружать свой организм, который еще не оправился от той самой агонии. После суда они смогут жить спокойно и выдохнуть. — Ох, — Луна вытянулась на диване, — Можно выспаться. — Напоминаю, что комнат мало, — Рой оперся на дверной косяк и усмехнулся, — Мы не в особняке. — Твои предложения, — Джино посмотрел на него. — Ну, комнат пять, — задумался, — Эсма и я спим по одному, ты с Луной в одной, Софи с Шэйком, Ганс с Каем. — Поддерживаем! — все синхронно подняли руки. Красноглазый смеется, качает головой и осознает, что он, наконец, может вздохнуть с облегчением и жить так, как хочет того сам. Ему абсолютно плевать, что, возможно, Ари прибежит к нему с извинениями — он не простит ее. Предательств в жизни ему хватило на годы вперед. Они вернуться в родной город, поживут там какое-то время, отдохнут от Чемпионатов, а потом может и вернуться. Но до этого момента у них будет еще не мало дел, чтобы иметь возможность спокойно покинуть Блэкфурд и поселиться в БлюСити на несколько лет. Жить две жизни сложно, но они сняли маски с лица и могут позволить себе то, чего хотят сами. — О чем думаешь? — Уайт пихнул друга локтем. — О том, что нам предстоит совсем скоро выбрать членов главной восьмерки третьего поколения Императоров, — слабо улыбнулся, — В конце концов, мы навсегда останемся Императорами и сможем уйти тогда, когда захотим. — Вот это Рой, которого я знаю, — кивнул Аквамариновый, — Мару только оставлять не хочется. — Титул Императора не обещаю, но пропуск в город организую, — красноволосый усмехнулся, — Если захочет поехать вслед за нами. — Думаю, что захочет, — синевласый улыбнулся. — Давайте ужинать и спать — я заебался за весь день, — красноглазый выдохнул. — Мы приготовим! — три девушки синхронно встали на ноги. — Ну мы тогда спальни подготовим, — Кай пожал плечами. Алистер следит взглядом за тремя девушками, которые убегают на кухню. Покачав на это головой, он смотрит на Шэйка с Гансом, которые понимают его и идут вслед за Императрицами — продукты кому-то надо будет нести, чтобы дамы не нагружали себя. Каждый из них проходил силовую подготовку, но Императрицы все равно были девушками, за которыми надо было ухаживать и следить за тем, чтобы им никто не посмел навредить. Вздохнув, Рой отталкивается от стены и направляется в сторону своей спальни — надо достать постельное белье еще для двух спален, чтобы никто не спал на голых матрасах. Прислушавшись к смеху Луны, парень улыбается и зажмуривает глаза — слезы невольно текут по слезам. Они, наконец, справились с главной проблемой.