Мы - животные

      Учёный и раньше брал досье своих сотрудников, но особо не вчитывался в их содержание. Помимо этого он использовал личные дела с намерением внести туда соответствующие пометки, если замечал не упомянутые ранее особенности работника. Однако сейчас причина оказалась нестандартной. Юдин забрал интересующий его документ, пришел в свой кабинет и сразу занялся изучением досье своей сотрудницы, так как срочных должностных дел у него не было. Он начал вникать в содержимое документа с самого начала с намерением прочесть его от корки до корки. В разделе личных данных была, как уже известная профессору информация например, что девушка получила высшее образование на психологическом факультете в Москве, так и кое-что новенькое. Наиболее интересным показалось учёному, что его подчинённая неоднократно переезжала ещё до начала работы в комплексе. Сей факт частично объяснял быструю адаптацию Ирины на новом месте. Для неё начать жить в совершенно в других условиях должно быть было уже привычным делом. Сам мужчина всю жизнь до комплекса прожил в Ленинграде, потому по прибытии у него ушло больше чем у его подчинённой времени на привыкание к совершенно новым условиям проживания.       Далее мужчина перешел к характеристике с прошлой работы. До комплекса Ирина два года проработала в университете в качестве младшего научного сотрудника, потом по собственному желанию решила перевестись работать школьным психологом. По информации из официального документа в работе его подчинённая была довольно усердной, практически без ошибок выполняла возложенные на её задачи. Большинство коллег отзывались о ней довольно хорошо, характеризуя как надёжного товарища, на которого всегда можно положиться. Ирина могла быть довольно настойчивой в вопросах касающихся эффективности работы и благополучия детей, но в целом у девушки явно была ярко выраженная тенденция избегать конфликтных ситуаций, она крайне редко демонстрировала недовольство действиями кого-то из коллег.       Последние примечание несколько насторожило Юдина. Молодая женщина практически не проявляла негативного отношения, но в коллективе нельзя не испытывать совсем никакого недовольства кем-то из коллег. Значит его работница просто умеет хорошо скрывать свою антипатию к человеку. В целом хорошее качество, как для специалиста их профиля, так и для человека. Но сие могло означать, что ей не впервой скрывать своё истинное отношение к кому-то для достижения определёных целей. Это открытие несколько насторожило мужчину.       Из размышлений профессора вывел торопливый звук шагов, приближающихся к его кабинету.       — Олег Александрович, извините за то что отвлекаю от вашего, наверняка, очень важного дела… — неуверенно проговорил, вошедший в кабинет Дмитрий.       Про себя мужчина слегка смутился. Ведь на самом деле отвлекали его сейчас совсем не от работы.       — Вы пришли отдать мне отчёт? — решил перейти к делу Юдин.       — Да, конечно. Подпишите?       — Разумеется.       Без лишних слов учёный взял документ молодого коллеги и начал быстро пробегать по нему глазами прежде чем подписать. Он хотел побыстрее избавиться от компании нерадивого подчиненного.       — Вы взяли личное дело Иры? — вдруг вопросил Дмитрий.       — Как видите, — сухо произнёс учёный, совершенно не желая говорить на эту тему с кем-либо.       Тем временем на лице молодого человека отразилась смесь удивления и явного осуждения. Но к счастью для него же как-то сей факт комментировать парень не стал.       — Раз мой отчёт сдан я с вашего позволения пойду на ужин, — сухо произнёс Дмитрий.       Профессор кивнул, давая понять, что отпустил его. Вскоре за своим товарищем последовал новичок, и на какое-то время учёный остался в блаженном уединении. Юдин знал о приятельских отношениях Дмитрия и Ирины, и практически не сомневался, что вскоре девушка узнает о только что произошедшем в его кабинете, если уже не узнала.       Когда молодая женщина по традиции появилось на пороге его кабинета с отчётом и термосом, она внимательно оглядела его стол, но поскольку мужчина предусмотрительно убрал её личное дело в ящик стола, увидеть документ работница не смогла.       Чай на сей раз они пили в неловком молчании. Периодически профессор чувствовал, как его сотрудница с любопытством поглядывает на него, но спросить у него что-то напрямую девушка так и не решилась. В то же время Юдин сделал для себя определёные выводы исходя из информации полученной из личного дела Ирины. Теперь вариант с притворством его сотрудницы казался наиболее вероятным. Но профессор решил не делать поспешных выводов и посмотреть, как в будущем проявит себя его подчинёная.       Последующие несколько дней Юдин был загружен сильнее обычного, так как дел в комплексе в последнее время было особенно много. Пришло время отпускать новичка в «свободное плаванье» за пределами его кабинета. Но перед этим учёный решил дать Сергею одно задание, чтобы проверить профессиональные навыки работника. Профессор поручил своему новому подчинёному провести наблюдение и написать отчёт. Выполнение Ириной аналогичного поручения натолкнуло учёного на мысль, что подобное задание может стать неплохой возможностью узнать готовность сотрудника к предстоящей работе с подопытными напрямую. Вне зависимости от исхода, новичок должен был либо подтвердить либо опровергнуть гипотезу своего руководителя. Наблюдение было проведено без накладок, а вот день написания отчёта пошёл немного не по плану. Всё началось с неожиданной просьбы новичка:       — Олег Александрович, позвольте Ирине помочь мне с отчётом.       Учёный слегка удивился, он не думал, что для составления протокола может понадобиться помощь.       — В чём именно у вас возникли затруднения в моём задании, для решения которых вам так необходима Ирана Семёновна?       — Поскольку я здесь недавно, специфика поведения подопытных остаётся мне не до конца ясной, к тому же я не знаю местные особенности заполнения протоколов наблюдения. Если мне помогут моё обучение пройдёт быстрее и сэкономит в том числе и вам время.       — Вы же в курсе, что у вашей коллеги много обязанностей и обучение новичков в них явно не входит.       — Ирина говорила, что чаще всего заканчивает ежедневный отчёт быстрее отведенного на это времени, где-то на полчаса. За это время она вполне может мне помочь, а вам придётся иметь дело только с теми ошибками, которые не заметит Ирина. Таким образом я быстрее освоюсь, а вам особо не нужно будет со мной возиться.       “ А у Ирины появиться лишний повод маячить у меня перед глазами», — с иронией подумал Юдин.       Но несмотря на сложившуюся ситуацию с девушкой, учёный понимал неоспоримую логику в словах Сергея, а потому решил согласиться. В конце-концов хуже от этого вряд ли будет верно?       Следующий день проходил как обычно. Когда в кабинете учёного появилась работница, мужчина небрежно поприветствовал её, не отвлекаясь от своего дела. Скорее всего Юдин бы так и продолжал не обращать внимание на своих сотрудников если бы шепот за соседним столом не стал громче. Руководитель уже хотел было сделать замечание своим подчинёным, но ему стало интересно, что его коллеги могут так бурно обсуждать. Поэтому учёный решил для начала подслушать их разговор.       — А я хоть убей не понимаю, как у здешних подопытных может быть человеческая психика, — недоуменно сказал Сергей.       — Они такие же дети просто выглядят немного…специфические, — ответила Ирина. Её голос звучал тише чем у новичка, но решительно.       — И не только выглядят, а ещё и ведут себя. Я несколько раз вчера слышал, как кто-то шипел, рычал, пробовал кричать по птичьи. И это ещё верхушка айсберга. Николай мне рассказывал, что у них с определенного возраста даже брачный период начинается, совсем как у зверей. Да ребята физически лучше развиты чем обычные люди, наверняка если их хорошенько выдрессировать из них получаться превосходные солдаты, но на этом всё. Они же практически как служебные собаки, только интеллект повыше и оружие в руках держать могут.       После слов работника, учёного так и подмывало вмешаться и возразить подчинёному, но профессору в последнее время и так хватало проблем из-за его любви вступать с кем-то в дискуссии на темы связанные с его зверятами. Тем более мужчине было интересно ответит ли что-то на слова своего товарища Ирина.       — И всё же в них больше человеческого. Они также учатся, мыслят, мечтают, как и все мы. Возможно если их воспитывать не только как солдат они будут так же успешны в других областях, как обычные люди, если не успешнее. Всё же их повышенные физические показатели могут дать им некоторые преимущества, — осторожно произнесла молодая женщина.       — Говоришь прям как Олег Саныч, — шутя сказал Сергей.       — Может быть. — задумчиво ответила девушка, снова переходя на еле слышный шёпот:       — Ладно, мы что-то совсем заговорились, ещё чуть-чуть и Олег Александрович точно нас услышит. Я бы посоветовала тебе впредь в своих протоколах всё-таки исходить из того, что психика подопытных аналогична человеческой, иначе отчёт тебе могут не засчитать.       — Да ты права, странно, что он нам до сих пор замечание не сделал. Я пожалуй воспользуюсь твоим советом, с таким, как Юдин лучше не спорить. Думаю дальше я сам справлюсь, спасибо тебе большое за помощь.       — Не за что, я всегда рада помочь. Олег Александрович, мы закончили. Могу я забрать свой сегодняшней отчёт и принести нам всем чаю?       — Можете, но побыстрее. Вы слишком громко болтали, из-за чего мне было сложнее сосредоточиться на своей работе и это стоило мне времени. Надеюсь ваша помощь принесла пользу, иначе я впредь не буду позволять вам помогать новичкам. — сухо ответил профессор, замалчивая, что подслушал разговор коллег.       — Хорошо, я поняла. Прошу прощения, что вас потревожили.       — Я тоже прошу прощения, мы действительно не рассчитали громкость, — присоединился к извинениям сотрудник.       Далее всё прошло стандартно. Ирина принесла чай, учёный его выпил, не отрываясь от текущего дела.       Протокол о наблюдении, сделанный Сергеем был неплох, особенно для новичка, чувствовался вклад девушки в эту работу. И поэтому Юдин решил, что если молодая женщина решит ещё так помочь последующим новоприбывшим, он не будет возражать. Хотя учёный был в целом удовлетворен работой своей подчинённой, ясности в их отношения сей факт никак не добавлял. Мужчина не жалел, что подслушал тот разговор, но он рушил уже сложившуюся теорию Юдина о том, что Ирина тянется к нему из-за корыстных целей. Вряд ли девушка стала бы специально инсценировать диалог с коллегой в надежде, что её руководитель подслушает. Поэтому скорее всего говорила молодая женщина искренне. А значит, кажется, спустя столько лет работы мужчины в комплексе появился человек, который также считает, что его зверята нечто большее чем просто перспективные солдаты.       Обдумывая происходящее за последнее время, особенно последние происшествие, Юдин в конце-концов решил для себя, что попробует поговорить с Ириной и аккуратно узнать у неё про её отношение к его идеям и возможно к нему самому. Конечно оставался шанс, что девушка могла ему солгать, но учёному не обязательно было полностью принимать на веру слова его подчинёной. А если уж она посмеет соврать ему, правда рано или поздно обнаружит себя.       К сожалению, его планы были грубо нарушены. Начальство прознав, что адаптация очередного новичка в его отделе завершена, решило наконец взыскать с него за произошедшее с Морозовым. Потому в первой половине следующего дня руководство позвонило ему и уведомило, что они решили отстранить его от работы на неделю. Юдин должен был передать дела своему заместителю, который будет временно исполнять его обязанности, и уже на следующий день покинуть комплекс, чтобы, по мнению начальства, отдохнуть и успокоиться. Хотя наказание было далеко не из худших, Юдин не желал, чтобы его отрывали от работы. Лучше бы ученого лишили премии, но начальство, видимо, догадывалось о его желаниях, поэтому отказалось от предложенной руководителем альтернативы. Что ж, приказ есть приказ, недельку Юдин потерпит.       На следующий день профессор, как и было приказано покинул комплекс. Он сел на рабочий автобус и доехал до его конечной остановки, коей был центр ближайшего от подземной лаборатории большого города. Именно в этом населённом пункте Юдин решил провести назначенную неделю отстранения, так как не хотел быть слишком далеко от места работы. По прибытии учёный заселился в гостиницу, а также сходил в ближайшую библиотеку за книгами, чтобы благополучно скоротать время вынужденного перерыва.       Однако, ещё во время поездки в автобусе мужчине стало непосебе. Словно часть его привычной жизни на время становилась недоступной. Казалось, спустя несколько часов данное чувство должно ослабнуть, но этого не происходило. И хотя Юдин пытался отвлечься чтением, его мысли часто возвращались к подземному комплексу. Множество вопросов одолевали профессора. Как проходят дела в лаборатории? Всё ли хорошо с его зверятами? Не портачят ли его подчинёные во время его отсутствия? И хотя мужчина понимал, что его временное отсутствие не должно повлиять на работу комплекса, ему не хотелось пропускать даже часть амбициозного эксперимента.       Помимо беспокойных мыслей ученый также страдал от скуки. Он с первых дней пребывания на засекреченном объекте был дико загружен. При этом отпуск или даже дополнительный выходной профессор практически никогда не брал. Потому вынужденное бездействие воспринималось крайне непривычно.       Несмотря на однообразие ничем другим кроме прочтения книжек мужчина развлечь себя не пытался. До прибытия в подземную лабораторию Юдин не слишком часто гулял или посещал людные места, так как не испытывал в этом особой потребности. А после длительного, почти непрерывного пребывания в замкнутом помещении его нелюдимость только усилилась. Потому варианты с досугом за пределами его номера отпадали. Занять себя чем-то ещё в пределах комнаты кроме чтения мужчина не пытался, ибо считал нецелесообразным иметь энергозатратные посторонние увлечения.