Восемь (а не двадцать восемь) хэнковских баек

Морозный вечер окутавший Детройт, был полон звуков жизни. Вдали слышались детские голоса, ветер доносил обрывки рождественских гимнов, уличные фонари освещали снежные сугробы мягким, тёплым светом. Но в доме Хэнка Андерсона царила тишина. Он сидел за кухонным столом, уперев локти в потрёпанную деревянную поверхность. Перед ним стояли почти пустая бутылка виски, пустой стакан, в который он даже не наливал, и револьвер. Стальной блеск оружия отражал мерцающий свет лампы, режа глаз, как жестокое напоминание о том, насколько далеко он зашёл. Хэнк молча смотрел на револьвер — пристально, словно надеялся, что внутри его скрывается ответ, который он давно утратил. — Ну что ж, мир окончательно сошёл с ума, — прошептал он с кривой усмешкой. — Даже я умудрился подружиться с машиной. Коул, сынок… В кармане толстовки завибрировал телефон. С тяжёлым вздохом Хэнк достал его и сбросил вызов, едва взглянув на экран. Сара. Бывшая жена, мать Коула. И нахера она звонит каждое Рождество? Неужели ей никогда не надоест? В дверь постучали. Громко, настойчиво, как будто тот, кто был снаружи, собирался стоять там до бесконечности. — Лейтенант Андерсон! — донёсся ровный и уверенный голос андроида. — Вы дома? Хэнк зажмурился, стиснул зубы и сжал кулаки, словно надеялся, что этого хватит, чтобы Коннор исчез. — Да что ж вы все не оставите меня в покое?.. — пробормотал он себе под нос, а затем рявкнул: — Проваливай, Коннор! — Я просто хотел поздравить вас с Рождеством. Позвольте войти! Хэнк застонал, подняв глаза к потолку, будто просил небеса о терпении, которого у него уже давно не было. — Ты и мёртвого достанешь, — проворчал он, поднимаясь с места и направляясь к двери. Он рывком открыл её, посмотрел на андроида и нехотя отошёл в сторону, позволяя войти. — Заходи. Всё равно от тебя не отделаешься. — Ваши биологические показатели говорят о том, что вы вполне живы, — отметил Коннор с невозмутимой серьёзностью, заходя внутрь и оглядывая комнату. — Однако ваше сердцебиение учащено, как будто вы только что пробежали марафон. — Ещё раз меня просканируешь — отправлю тебя в утиль, пластик! — буркнул Хэнк. — Ладно, выкладывай, что ты там хотел. — Как я и сказал ранее, я хотел поздравить вас с Рождеством и… это подарок, — Коннор протянул небольшую коробку, обёрнутую в простую зелёную бумагу с красной лентой. Хэнк замер на мгновение, явно не ожидая такого жеста, а затем неуклюже взял коробку в руки. — Ну, хм, спасибо, напарник. Только у меня для тебя ничего нет. А теперь, не хочу показаться негостеприимным, но не мог бы ты свалить? У меня важное дело. Он уже было начал закрывать дверь, но Коннор мягко, но настойчиво упёрся рукой в дверной косяк, не давая ему этого сделать. — Вы опять за старое, так ведь? — Вот что ты пристал? — Хэнк зло прищурился, но в его голосе уже не было прежней резкости. — Отвечайте, лейтенант, — голос Коннора был спокоен, но в нём слышалась некая твёрдость, непривычная для машины. — Ну да, — с вызовом ответил Хэнк, сверля андроида взглядом. — И? Будешь меня поучать, пластик? Говорить о том, что я дорог другим, и прочий подобный бред? Так вот, что я тебе скажу: у меня ни-ко-го нет, кроме вонючего пса и сраного робота, который ходит за мной везде, как пудель! Он резко захлопнул рот, осознав, что сказал слишком много. Слишком откровенно. На мгновение в комнате повисла тишина. Коннор немного наклонил голову, словно анализируя сказанное, а затем ответил: — Я не собирался вас поучать. Я лишь хотел напомнить, что вы важны сами по себе, Хэнк. Что вам не нужно нести эту боль в одиночку. Хэнк устало вздохнул, прикрыв глаза. — Спасибо, доктор Фрейд, — пробормотал он. Коннор не двинулся с места. Он стоял рядом, его взгляд был спокойным и выжидательным. Через некоторое время Хэнк поднял голову, снова посмотрел на подарок в своих руках и, слегка опустив плечи, пробормотал: — Ладно, чёрт с тобой, заходи. Хэнк сел за стол, тяжело вздохнув, и, разорвав обёрточную бумагу, начал разглядывать подарок. Что бы там ни было, оно, вероятно, не решит его проблем. Внезапно Коннор прервал тишину: — Лейтенант, вы сегодня что-нибудь ели? Не считая виски. Хэнк замер, бросив на него раздражённый взгляд. — Ты что, решил поселиться у меня? — проворчал он. Коннор смущённо отвёл взгляд, будто впервые ощутил неловкость. — Я лишь подумал, что... вам может понадобиться кто-то, кто присмотрит за вами. Я всё ещё учусь понимать, каково это быть человеком, но... я заметил, что одиночество вредно. Для всех, независимо от их природы. Хэнк долго смотрел на него, пытаясь понять, шутит андроид или говорит всерьёз. В конечном итоге он лишь устало фыркнул. — Ну что ж, прекрасно. Теперь у меня не просто пёс, а ещё и андроид, который решил стать моей нянькой. Ты в курсе, что это ненормально? — Возможно, — согласился Коннор, делая шаг к кухонному шкафу. — Но сейчас это кажется наиболее логичным. Хэнк хмыкнул и покачал головой. — Ладно, чего ты там хочешь? — Приготовить вам ужин, — спокойно заявил Коннор. — Я подозреваю, что у вас в холодильнике почти ничего нет, но я могу сделать омлет. — Омлет, — повторил Хэнк с недоверием. — Ты умеешь готовить? — У меня есть доступ к миллионам рецептов и инструкций. Омлет — это довольно простое блюдо. Хэнк рассмеялся. Настоящий смех, немного хриплый, но живой. — Ладно, Коннор, давай. Только предупреждаю: если ты взорвёшь мою кухню, я разберу тебя на запчасти. Коннор, не обращая внимания на сарказм, уверенно принялся за дело. Он открыл холодильник, быстро проанализировал содержимое: пара яиц, чуть подсохший кусок сыра, луковица и остатки ветчины. — Это будет скромное, но питательное блюдо, — сообщил он, включая плиту. Хэнк наблюдал, как андроид ловко разбивает яйца, нарезает лук и сыр с точностью, которая могла бы впечатлить профессионального шеф-повара. — Чёрт, ты что, в прошлой жизни работал в ресторане? — Нет, — ответил Коннор, слегка улыбнувшись. — Но если хотите, я могу загрузить информацию о кулинарии Мишлен. — Не надо, — отмахнулся Хэнк. — Просто делай омлет. Через несколько минут кухня наполнилась аппетитным ароматом. Коннор выложил готовый омлет на тарелку и поставил перед Хэнком. — Приятного аппетита, лейтенант. Хэнк взял вилку, долго смотрел на тарелку, а затем всё же попробовал. — Знаешь, — сказал он, жуя кусок омлета, — это, чёрт возьми, лучше, чем я ожидал. Коннор слегка наклонил голову, принимая это за комплимент. — Спасибо. Хэнк сделал ещё пару укусов, прежде чем снова заговорить, уже более серьёзным тоном: — Ты ведь и правда не просто так это делаешь, да? — Нет, — признался Коннор. — Я действительно хочу помочь вам. Не только из-за приказов или программы, но потому что я вижу в этом смысл. Я не хочу, чтобы вы оставались в одиночестве, лейтенант. Одиночество разрушает. Хэнк остановился, посмотрел на андроида, а затем тихо вздохнул. — Ты странный, Коннор. Но, пожалуй, мне это даже нравится. И, несмотря на свои слова, в глазах Хэнка мелькнула искра чего-то тёплого, чего он уже давно не чувствовал.

***

— Так он у меня и поселился, — усмехнулся лейтенант. — А в подарок попросил... мой револьвер. Сказал, что так он будет в надёжных руках. Ричард поднял бровь, слегка склонив голову. — Необычный выбор. — Да уж, этот балбес умеет удивлять, — Хэнк на секунду задумался. — Но, знаешь, как ни странно, он мне всё-таки дорог. Ричард посмотрел на него с лёгкой, едва заметной улыбкой. — Похоже, Коннор тоже чувствует к вам привязанность. — О да, слишком уж много привязанности для консервной банки, — фыркнул Хэнк, но в его голосе слышалась теплая нотка. — Хотя, если честно, я бы не хотел, чтобы всё было иначе.