Следуй за грёзами

      Ветерок всколыхал медное полотно злаков, распростёршееся, казалось, на километры вокруг. Посторонним здесь находиться было запрещено, но Найрин здесь знали. Ни к чему ей были дорогостоящие крупы, она бежала по просёлочной дороге с совершенно иной целью.       В белых костях кипело недовольство. Длинная юбка путалась под ногами, фуражка чуть не соскакивала с головы. Под ногами уже кончилось дорожное покрытие. Невольно она обернулась, проверить нет ли погони. Хоть подобный маршрут был пройден уже не раз, паранойя всё равно не давала покоя.       Шаг. Ещё шаг. Лёгкая тень опустилась на ткань рубашки. Под ногами зашуршали сухие листья, такое непривычное стрекотание насекомых раздалось в округе. Лес.       Торопливый шаг замедлился, дыхание начало разравниваться. Найрин наконец могла спокойно вздохнуть полной грудью. Её путь пролегал по всеми забытой тропинке, что вела прямо в чащу.       Его сопровождали деревья со светлой корой, на каждом из которых были вырезаны незамысловатые символы. В воспоминаниях мелькали уже полузабытые моменты, когда эти письмена ранами на коре выходили из-под её ножа. Это был вовсе не вандализм или издевательство над природой. Она лишь пыталась не потеряться в этих запутанных кронах, да и ту тропинку вытоптала она одна.       Существуют поверья, что лес – это проклятое место. Учебники истории рассказывали легенду о том, как несколько тысяч лет назад из Дебрей вышли полчища монстров, что истребляли разумных целыми поселениями. И никто не мог с ними справиться. Но однажды из рядов расы Стержень выделилась одна личность. Великая Воительница Тарфия смело повела войско за собой и сумела прогнать чудовищ прочь. Ну, или по крайней мере, так гласит героический сюжет, на котором строится вера. Да, здесь религия играет большую роль в воспитании подрастающего поколения, на пару с образованием.       Помимо этой существует ещё множество историй об ужасах Дебрей, начиная от древних былин, заканчивая страшилками, что рассказывают друг другу дети. Эти сказки оказались настолько пугающими, что никто в своём уме и на версту не приблизится к концу полей, граничащих с лесом, а тем более не заговорит об этом невзначай.       Найрин не разделяла этих страхов. Ничто не сравнится с тем спокойствием, что навевает запах вечно влажной почвы, повсеместно растущих трав, запах пробивающейся из-под коры смолы. Это было единственным местом, где она могла почувствовать себя свободной. Место, в котором за тобой не следят на каждом шагу ну слишком «добросовестные» полицейские или очень внимательные знакомые, которым только дай повод пообсуждать тебя за твоей спиной. Здесь никто не будет диктовать тебе бесконечные правила поведения, которые не ограничиваются устными инструкциями. Множество из них никогда не оглашались, их будто бы все должны понимать сами собой. Только вот она, похоже, не входила в эти «все». Каждый раз, когда они встречаются с нестандартной ситуацией, кажется, будто все вокруг имеют при себе подробные указания как действовать, в которые её никто посвятить не потрудился.       Ну и в бездну это. Не для того она пришла сюда, чтобы вспоминать то, что и так маячит у неё перед глазами каждый день.       Кажется, она очень злилась на что-то, пока бежала сюда. Местный ветер вместе с листьями уносит с собой и все тревоги. Это уже не важно.       Однако опасения разумных не были безосновательными. Дебри были отнюдь не простым лесом.       Бледные кисти не смотря отыскали в почтальонке маску. Прямо на ходу некое подобие противогаза щелчками закрепилось на её лице. Стёкла окрасили рощу в оттенок другого цвета, собственное дыхание заглушало любые звуки. Теперь на окружение опустился слой тумана. На несколько щелчков прокрутить регулятор на окуляре и рассеянные частицы приобретают очертания дымки, ведущей вглубь Дебрей.       След не вёл по прямой, он постоянно петлял между деревьями, требуя иногда пробираться через кусты и овраги. Вдруг где-то вдали блеснул свет. Найрин ускорила шаг. Это никак не мог быть луч светила, пробившийся сквозь плотную листву: небо который день затянуто тучами.       Таинственный путь прокладывали светлячки. Невесомые комки света мелькали среди бледных стволов, все разного размера, эти существа вряд-ли были насекомыми. Ей доводилось встречать их и раньше, но настигнуть их никак не удавалось. Однако теперь у неё есть маска. Проворные огоньки не могли скрыться от неё, она шла по их следам будто хищник, терпеливо выслеживающий свою жертву.       Увлечённая преследованием, Найрин не заметила, как на Дебри опустился туман. Он растворял в себе заветный дымок, что тянулся за проводниками. В её душу уже начало закрадываться отчаяние.       Мимо её восприятия прошло и значительное поредение чащи. Увидела она это только когда туман больше не отпускал деревья из своих объятий. Найрин замедлила шаг. Светлячки её больше не интересовали. То, что она видела сейчас, было гораздо невероятней летающих огоньков.       Это что, конец Дебрей?       Расстояние в несколько шагов открыло ей тайну. За Лесом скрывалась ровная площадь, настолько огромная, что её краёв не было видно в разошедшемся тумане. Он явил из себя палатки и лавки, словно на ярмарке. Выставленные слишком ровными рядами, они тянулись вдаль, за пределы видимости. В округе не было ни души. Не было слышно ни лесных зверьков, ни насекомых, даже ветер не колыхал ткань шатров. Тишина писком отдавалась в треснутом черепе. Казалось, будто звуки потеряли даже собственные шаги.       Найрин неуверенно ступила с лиственного ковра на очень ровно подстриженную траву. Открытое расстояние между лесом и началом ярмарки уходило на мили в стороны, упиралось лишь в стены тумана. Кости пробирало ощущение уязвимости. Будто ты находишься как на ладони у неизвестной опасности, которую не можешь осознать. Она поторопилась скрыться от этой тревоги между палатками.       Её внимание привлёк сам их вид. Материал, которым покрывались ларьки, был ярким, абсолютно гладким и чистым, без каких либо складок и неровностей, будто бы его распаковали только минуту назад. Он формировал собой навес над столом, наполненным блюдцами с уличной едой. Кажется, это оставили продавцы из Порта, ведь Найрин узнавала все эти блюда. Вот это овощи на пару, это фрукты в сладком сиропе на палочке, это… Надо же, здесь есть аналог пирожков с мясом. Только вот, об этом всём говорил только их внешний вид. Ладно, она толком не чувствовала запаха через противогаз, но от них не веяло даже теплом.       Она осмелилась взять один из пирожков в руки. На одно мгновение, только её пальцы коснулись пищи, показалось, что она сделана из пластика. Сейчас же тесто под салфеткой сгибались как обычно, текстура чувствовалась.       Странно.       Следующей была лавка с раскрашенной посудой, по виду напоминающей деревянную. Здесь не было ничего необычного. Горшки и кастрюли были украшены по большей части геометрическими, спиральными узорами, иногда на них были изображены цветы. Однако нечто выделялось на их фоне. В одной из кружек стояла бутылка. Вроде бы, самая обычная многоразовая тара, но кисти Найрин задрожали, когда она протягивала руку, чтобы её взять. Она была синей, с рисунком в виде жёлтых звёздочек, как на ночном небе.       Глазам не верится. Это ведь та самая бутылка, что я подарила возлюбленной два года назад. Она такая… Цветная. Погодите, я вижу это только через маску?       Предмет вернулся на стол, кисти торопливо отстегнули ремни, что удерживали на треснутом черепе подобие противогаза. Это правда.       Бутылка как лучик радости сияла своими цветами среди серых тонов окружающей действительности. Это и правда красивое сочетание, не зря она доверила выбор цветов новой матери. Она помнит как Зи́ме понравился этот подарок. Почему он здесь? Нужно его вернуть.       Всё это заставило Найрин улыбнуться. Но предаваться воспоминаниям ей не дали.       Внезапно из-за прилавка что-то выскочило. Скелет одной реакцией схватил бутылку и отпрыгнул в сторону, уже был готов дать отпор, как это нечто, не долетев до земли перед ним, направилось обратно.       -Хо-хо-хо! Приветствую тебя, дорогуша!       Это была фигура в карнавальном костюме с очень странной шапкой на голове, по бокам которой были подвешены колокольчики. У неё не было ног – туловище сжималось и скручивалось в огромную пружину. Тело наклонялось из стороны в сторону, пока не встанет в устойчивое положение. Колокольчики не звенели.       -Найрин, тебе что-то приглянулось?! – обратилась она громким задорным голосом.       Но собеседница смогла ответить далеко не сразу. Только спустя примерно минуту ошарашенного рассматривания артистки, сумела проговорить.       -Да нет… У вас случайно оказалась вещь моей близкой. – скелет показал бутылку в руке.       -Правда?! Ох, прости меня, я не знаю как это случилось! – она демонстративно сложила руки у щеки и наклонила голову.       -Всё в порядке. Вы её случайно не видели?       -Хм… Нет! Но ты можешь поискать её в другом месте, как только выйдешь с праздника! Выход находится за главной сценой!       -Выход?       Найрин посмотрела назад, откуда пришла. Сотни шатров тянулись в туманную даль, так же, как и в любой из сторон, хотя она точно помнила, что это была только вторая по счёту палатка от леса.       -Но я ведь… - её перебили.       -Моя хорошая, если не собираешься ничего брать, не задерживай очередь!       Скелет обернулся.       -Но здесь же никого нет.       -Я всё сказала! Давай, иди отсюда! – эта странная кукла буквально оттолкнула её из-под палатки и начала разговаривать с кем-то невидимой перед прилавком.       Найрин не оставалось ничего, кроме как продолжать путь. Кажется, артистка говорила про какую-то сцену. Действительно, в противоположной «входу» стороне виднелась металлическая конструкция, увешанная плакатами. На ней так же, как и везде, никого не было. Кто вообще додумался загородить выход сценой?       Остальные палатки не содержали в себе что-либо интересное, кроме одной. Она единственная на всём просторе ярмарки была закрыта. Очень хотелось заглянуть что же внутри такого особенного, что среди безлюдного рынка нужно скрывать. Но одновременно в душе поселился страх. Страх, что поймают, узнают… Выставят на всеобщее обозрение как воровку… Хотя кто это может сделать? Здесь никого нет. Несмотря на такой очевидный факт, всё равно решение далось через тревогу, хоть и из ниоткуда взявшееся спокойствие сглаживало все углы.       В темноте палатки что-то светилось. Среди множества разных украшений цвет из себя испускали пястные кольца золотистого цвета, соединённые между собой цепочками. Выглядит так же, как я дарила отче однажды. Они светятся так же, как и бутылка Зи́мы, может, они тоже не должны быть тут? Нужно быть хорошей дочерью, нужно вернуть их.       С такими выводами Найрин вынесла украшение из палатки. До сцены оставалось совсем немного, но идти становилось всё труднее и труднее. Вещи её близких оттягивали руки вниз, хотя они не должны быть такими тяжёлыми. Решено было положить их в сумку.       Неожиданно в этом душном пространстве появился порыв воздуха. Заставив скелета сщуриться, он сорвал с одного из прилавков что-то… Зелёное? По серой траве ярким пятнышком прокатился кусочек какой-то ткани.       Это оказалось кукольное платьице. По сравнению со всеми остальными товарами в лавке была особенно заметна неаккуратность, с которой оно было сшито. В памяти всплыли незабываемые ощущения множества раз проколотых фалангов, при попытке сделать конкретно этот упрямый стежок. Не создана была старшая сестра для такой тонкой работы руками, что уж поделать. Гира потеряла это платье, наверное.       Только оно опустилось в почтальонку, Найрин почувствовала как больно ремешок врезается в ключицу. Да что ж такое?       Подойти к сцене было тем ещё испытанием с такой-то ношей. От обдумывания проблемы её отвлекли звуки. Чей-то голос слышался со сцены, очень знакомый. Она тут же рванула вверх по ступенькам, кажется, позабыв о тяжести в сумке от радости. Все её самые смелые догадки подтвердились. Это в правду была её возлюбленная. Да и не только она. Отче и сестрёнка тоже были здесь.       -Зи́ма! Отче! Гира! Вот вы где! А я вас искала! – запыхавшись, скелет подбежал к трём фигурам.       -Я пока по ярмарке ходила, ваши вещи нашла. Ох! – вновь пришлось постараться, чтобы удержать их в руках все вместе. – Вы их забыли на прилавках!       -Так ты пошла на ярмарку без меня?! – Зи́ма возмутилась, скрестив руки на груди.       -Что?.. – у Найрин подкосились ноги.       -Ты могла и ещё что-нибудь покрасивее этого корявого платья прихватить! – недовольно пропищала Гира.       -Я смотрю, ты так и не усвоила то, чему я тебя учила. В качестве извинений преподносят подарки. Когда ты в последний раз мне что-то дарила? – строгий тон родительницы заставил всё внутри пустых ребёр сжаться в комок.       Тут все эти голоса слились в один, оглушающий гул:       -Ты плохая партнёрша! Плохая сестра! Плохая дочь!       Ноша стала непосильной. Найрин упала на колени, руки больно придавил вес этих трёх предметов. Бутылка отскочила в сторону и с режущим слух звоном разбилась на куски. Невозможно было не склонить голову.       Она ощутила очень знакомые чувства. Хотелось уйти. Уйти от всего этого, уйти подальше. Туда, где спокойно. В Лес…       Погодите. Разве она не там?       В один момент всё вокруг затихло. Весь мир сжался в одной точке перед носом. Она ощутила, что падает. Не успела она что-то сообразить или предпринять, как рухнула лицом в землю.       Всё тело ломило словно после пятичасовой тренировки, глазницы не хотели открываться. Так бы она и лежала ещё бездна знает сколько, если бы случайно не вдохнула какого-то жука. Найрин подорвалась с места в положение сидя. Откашлявшись, она поняла где находится. Она сидела всё в том же лесу, но на него уже опускались сумерки. Скелет устало откинулся на ствол дерева, взглянул на тёмное небо над листвой. Как вдруг что-то в траве впилось ей в ладонь. Нет, это не было очередное надоедливое насекомое. Порез оставил осколок. Осколок со светлыми пятнами в форме звёзд.