Голод не тетка

Огромный лес, а никого нет. Будто все попрятались в ожидании апокалипсиса. Странные звери. А голод замучал бедного Серого Волка. Что же делать? Ничего, продолжать искать, либо дальше сидеть и сосать лапу. А что, вполне допустимо, само имя может оправдать, нечего стесняться. Живот у хищника продолжал и продолжал напоминать о себе, словно говоря: «Хоть бы зайчёнка какой нибудь попался или другой мелкий грызун, невозможно так жить!» — Пол леса обошёл – никого. Куда все попрятались? — говорил сам себе Миша, пуская слюну. Подошёл он к мелкой речке, встретившая его по пути, и отхлебнул языком холодненькой водички. Уставился зверь на себя в отражение: спутавшиеся волосы, чуть ниже плеча с белым неярким отблеском, поднятые уши, рот с немного заметными торчащими клыками, вокруг которого множество жёстких волосинок в виде бородки. На груди и руках разные рисунки. А из одежды лишь какие-то потёртые штанишки неизвестно откуда взятые. Михаил с печалью пошёл дальше в поисках плоти. Шёл он не долго, попался ему огромный малинник. «Придётся малину жрать, не то помру с голоду, чё делать,» — с этой мыслью, Серый подошёл к кусту и стал аккуратно срывать ягоду, чтобы не проткнуть их случайно своими чёрными когтями. Закидывая спелую малину себе в рот, он услышал чьи-то звуки, напоминающие пение, только без слов. Волк тихо раздвинул ветки и увидел перед собой мелкий белый хвостик и крутящийся зад. «Хоть одна живая душа! Наконец-то! Кто это?» — он обошёл кусты и разглядел её полностью: недлинные светленькие волосы, на голове маленькие рожки и белоснежные висящие вниз ушки, миловидное улыбающиеся личико, маечка, что так плотно облегала, шортики, открывающие вид на красивые ноги. Что-то у хищника загорелось внутри и плавно двинулось вниз между конечностями. Сердце билось, будто не в себе. Не мог он оторвать от неё взгляд, не мог спокойно дышать и приходилось делать глубокие вдохи. Какая-то чёртова волна накрыла его, не отпускала, ощущалась, как наркотик. Что-то появилось ещё, кроме голода. И это Мише нравилось. — Сладкая очень малинка, сам объедаюсь, — вышел спокойно он из зарослей. Она посмотрела на него и с лица пропала лучезарная улыбка. Теперь читалось в этих чертах только удивление и испуг. — Спросить хотел, — зверь неспеша подошёл, хорошо чувствуя страх, — почему у тебя такие маленькие рожки, вроде взрослая? — Так получилось... — выдавила она из себя, понимая, что надо бежать, — не выросли. — Жаль, козлёнушка. И копыт у тебя нет, пальчики лишь такие маленькие, — он подошёл ещё ближе, принюхиваясь. — Уж такая уродилась, — попятилась она назад. — Что вам нужно от меня? — спросила, сама прекрасно зная что. — Не бойся, милая. Как тебя зовут? — ласково пролепетал Серый, приблизившись очень близко. «Пора!» Она сорвалась с места и со всех ног побежала куда глаза глядят, спасая свою жизнь. Михаил озадаченно посмотрел вслед убегающей. В его жилах внезапно закипела кровь. К нему пришёл животный безумный азарт, от которого горели глаза и выделялось больше слюны. Обычный голод отошёл на второй план. «Как она бегает, боже... А этот маленький пушистый хвостик, хороша...» — он глубоко вздохнул и ринулся догонять. Волк ни на секунду не останавливался, ловя кайф от этих догонялок. Кровище продолжало кипеть, даря организму адреналин. Вот ещё чуть-чуть... Она не так быстро бегает. Легкотня. Вот уже почти... Ах, как её ушки прижались... А вот и всё, конец игре. Миша запрыгивает на неё и вместе они падают на землю. Она брыкается, делает попытки освободиться, но он крепко держит её, давя своим весом. Её руки тоже прижаты. — Продолжаем разговор, — бросил взгляд на маленький носик, — как тебя зовут? Ты так и не ответила. Вдруг ни с того, ни с сего она перестала вырываться: отвернулась и молчит. Губы задёргались, а глаза стали часто моргать. — Ты чего? — Зачем ты мучаешь меня? Лучше сразу убей и дело с концом, — заговорила козлёнушка, всхлипывая. — Не хочу я тебя кушать, милая. Как можно разорвать на части такую красоту? — лизнул он солёную щёку от слёз. — Так как звать то тебя? — Нелли. Зачем я тебе тогда? — она повернула голову обратно, смотря в большие зрачки ненасытного хищника. — Затем, Нелличка... — не выдержав, Михаил впивается в нежную шею, целует, проводя по коже клыками, оставляет яркие засосы. Козлёнушка опять сопротивляется, толкая того в плечи кулачками. Серый грозно зарычал. — Не делай так. Поверь, я не сделаю тебе больно, буду аккуратен, — продолжил он, переместившись к левому ушку. Слегка укусив, лесной зверь спустился к носу и поцеловал пространство между ним и верхней губой. Взгляд переместился на майку. Он взялся за края. — Прошу, не надо, — еле произвела в слух слова жертва, понимая, что сбежать не получится, глаза её опять заслезились. — Я не хочу тебе плохого, — волк погладил по волосам Нелли. — Расслабься, тебе понравится, я уверен. А вот она не уверена. И остаётся лишь в ужасе глядеть, как с тебя пытаются сорвать майку. Миша, откинув её в сторону, провёл языком между грудями, сдавливая их ладонями. Язык сделал круг, приблизившись к соску и накрыл его пару раз. Та же операция была проведена и со второй. После он переместился к шортам. Немного повозившись с пуговицей, Серый отбросил их на соседние кусты, трусы постигли участь похуже – они оказались разорваны. Схватившись за округлые бёдра и раздвинув ноги, он наклонился. Ловкий язык был снова в деле: прошёлся по половым губам и коснулся клитора. Нелли издала тихий писк. Язык проходился вверх, вниз и кругами. Она пыталась двигаться, прогибалась, но это ещё только начало. Кончик проникал всё глубже и... был резко вытащен. Хищник быстро посадил её, обнял и вернулся к лицу, настойчиво прижимаясь к желанным губам. Безжалостно сминал их в этом диком поцелуе. Козлёнушка ощущала лишь клыки во рту, терзающие губы и язык. А ему всё не терпелось: уши навострены, хвост вилялся из стороны в сторону, в штанах что-то выпирало. — Давай в более укромном месте, а то мало ли. Ты вся смущаешься, дрожишь, — не отпуская из лап, он потащил её в свою норку, которая должна находиться где-то неподалёку. По пришествию, козочка вдруг оживилась, пытаясь своими мелкими рожками забодать, на что зверь лишь расхохотался, умиляясь. Он притянул её голову к своему животу, наслаждаясь горячим дыханием, которое только усиливало возбуждение. Она, всё также стоя на коленях перед ним начала покусывать кожу, стремясь всё выше. Думала, что делает Михаилу больно, но он наоборот запрокинул голову назад и одобрительно гладил, ухмыляясь. Затем, взяв её маковку в свои ладони, он снова накрывает истерзанные губы, подарив парочку мягких на этот раз поцелуев. Они опустились на корточки, и Миша развернул Нелли спиной. Его острые пальцы опять коснулись женского полового органа. Когда он осторожно начал проникать во внутрь, козлёнушка дёрнулась. Понятно, ей стало больно. Волк решил не продолжать, чтобы ненароком не поранить. — Прости, — прошептал он, лизнув лопатку в знак извинения. Потом хищник наклонил Нелличку, та послушно поддалась. Перед ним представились красивый зад и безупречная талия. Терпеть стояк не было сил и его руки уже сами растёгивали ширинку. Он, притянув вплотную к себе тельце, стал очень медленно входить. Это действительно стало нелёгкой пыткой для Серого – было так тесно и влажно, что аж ноги отнимались. Но тем не менее такое физическое удовольствие он давно не испытывал. Зверь, дойдя до конца во всю длину, сделал первый толчок. По телу прошёлся разряд. Ему казалось, что ещё пару раз и кончит. А не хотелось чтоб так всё быстро закончилось. Он начал плавно двигаться, ловя наслаждение от сжимающих его член узких стенок. Крепко обхватывая за поясницу девушку, зверь замечает как её хвостик забавно дёргается в такт. Не удержавшись, он ненадолго взялся за этот мягкий комочек. В то время его раскрасневшаяся хозяйка лишь скулила, положив голову на бок. Михаила бросало в жар, а желание двигаться намного быстрее стремилось взять над ним вверх, бонусом стало количество смазки, позволявшее это сделать с лихвой. В продолжении он резко поставил козочку на ноги и придавил к стене. Она упиралась лишь руками, ножки были навесу, потому что тёмноволосый продолжал держать её. Место соприкосновений горело от притока крови, что аж козлёнушка начала постанывать. Безумные приятные ощущения и тихие вздохи Нелли невольного удовольствия, только подлили масла в огонь на пути к предстоящей эйфории в конце. У самого с губ опьянённого хищника стали срываться еле уловимые на слух хриплые стоны. Он чувствует, как что-то стремительно накатывает и оглушает на секунду, подарив пик неземного блаженства. Миша останавливается, обращая впервые за это время внимание на учащённое серцебиение и нарушенное дыхание. Излившись во внутрь, он с долей сожаления покидает влагалище и отпускает свою жертву похоти. Смотрит на неё уже сидячую и видит, как она тоже старается восстановить дыхалку. Серый, успев напялить обратно штаны, нагибается к ней. — Жалко, козлёнушка, так мало времени провели вместе. Но надеюсь, что наша встреча не будет последней, — он поцеловал её в лоб. — Беги, если хочешь. С тех пор Нелличка поняла, как всё таки опасно ходить в лес, причём одной. Это чудо, что её не съели. В детстве не зря взрослые пугали её обитающем там Серым Волком, который, как в колыбели, непременно укусит за бочок, если встретишь его на пути.