Театр теней

Лучи солнца робко пробивались сквозь занавески. Натаниэль медленно открыл глаза и, пытаясь избавиться от навязчивого дискомфорта, повернулся к стене. Сон не шёл, и с тяжелым вздохом парень поднялся с кровати. На часах было около четырех. Жан еще спал. Решив не будить его, Натаниэль как можно тише подобрался к стулу, где висела спортивная форма, и быстро надел ее. Раз уж встал так рано, почему бы не скоротать время за пробежкой?    Он не знал здешних маршрутов, но в этом был свой шарм — хоть какая-то новизна. Все тревожные мысли отпустили его, едва ноги коснулись невероятно удобных кроссовок. Натаниэль делал то, что умел лучше всего — бежал. В легких пылало — возможно, не стоило курить прямо перед своим мини-марафоном. Но что сделано, то сделано.     Ветер трепал грязные волосы, футболка болталась на исхудавшем теле. Но парень был доволен: мысли отступили, как он и планировал, и это наконец позволило ему почувствовать хоть каплю спокойствия.    Спустя час он уже возвращался к общежитию, чувствуя прилив сил и энергии, думая о том, как сейчас будет приятно выпить чашечку утреннего кофе. Но вместо желанного завтрака на ступеньках у входа его ожидал поникший Кевин. Внутри всё сжалось от знакомой тревоги.    — Натаниэль, — Дэй поднял голову на звук шагов, и по его лицу было видно, что он удивлен появлению Ната.    Парень замедлил шаг.    — Кевин, — буркнул Веснински, не собираясь останавливаться. Но у парня были свои планы.    — Нат, нам нужно поговорить, — он тяжело вздохнул.    Слишком много нежеланных разговоров за последнее время. Его когда-нибудь оставят в покое?    — Натаниэль, рано или поздно тебе придется это сделать, — от этих слов Веснински не бросило в жар, но и равнодушным они его не оставили.    — Ну и? — Нат все же остановился. — С чего бы мне с тобой разговаривать?    — Ты спишь с ним, — это прозвучало как утверждение. Натаниэль застыл. — Рико сказал.    Веснински резко обернулся. Глаза Кевина с отчаянием и тенью надежды впились в него — он, видимо, ждал опровержения, возмущения. Но желания редко совпадают с реальностью.    — Кевин…    — Нет! — голос Дэя сорвался. — Нет, только не говори, что это правда! — Он вскочил, вцепившись в плечи растерянного Ната. — Рико сказал, что ты шлюха Ичиро, и я не поверил! Но теперь всё сходится! — В глазах Кевина читалась вина. Он винил в происходящем себя. — Не молчи! Скажи, что я сошёл с ума! Натаниэль!    — Не скажу, — парня затрясло. Напор и паника Кевина давили сильнее любых оков.    — Зачем... — Кевин отпустил его, схватившись за голову, будто пытаясь отогнать навязчивую мысль.    — Что «зачем»? Зачем спрашивать, если не готов услышать ответ? — Голос Веснински звучал грубо и уверенно, но внутри всё рушилось, словно только что кто-то развалил внутри него «Дженгу». Он не был готов к этому разговору. Он не хотел, чтобы об этом узнали.    — Ты отдал ему слишком много за нашу свободу, — Кевин тяжело дышал, снова вцепляясь в руку Ната, будто боясь, что тот исчезнет.    — Я отдал одну жизнь взамен на две, — парень старался сохранять мрачное безразличие. — Кто виноват, что его заинтересовала именно моя.    — Ты должен был отказаться.    — А я мог? — На губах Ната проступила нервная усмешка. — Он будущий глава клана. Ты правда думаешь, он не получил бы то, что хотел? Не смог бы договориться — взял бы силой. Так я хотя бы получил что-то взамен.    — Ты теперь его марионетка.    — Кевин, — Натаниэль высвободил руку из его хватки. — Моя жизнь никогда мне не принадлежала. От меня бы всё равно избавились: отец, клан Морияма... неважно.    — Но ты же не прогибался перед Рико...    — Да, — Натаниэль с отвращением хмыкнул. — Я просто продался подороже.    — Заткнись! Не говори так! — Дэй рефлекторно зажал уши. — Ты не товар на витрине!    — Согласен. Предпочитаю думать о себе, как о товаре аукционном, — очередная фраза Ната повисла в воздухе, и звонкая пощечина рассекла тишину. Он потер щеку. — Не делай вид, что тебе не всё равно. Ты всегда заботился только о себе. Вот и продолжай, у тебя хорошо получается.    — Мне не нужна такая помощь! — не унимался Кевин.    — Сними, наконец, свои розовые очки! Ичиро не добрый дядя, раздающий свободу. Ты стал поводом, но не причиной. Так что спи спокойно под охраной Эндрю, а я буду делать грязную работу. Мир не делится на чёрное и белое. Всё должно быть в балансе.    — Почему Жан не остановил тебя? Я бы...    — Ты бы? — Натаниэль захохотал. — А где ты был, Кевин? Точно, — щёлкнул пальцами. — Слинял при первой же возможности, подставив меня Рико. Ты хоть раз думал, что было после? Нет? — Нат ткнул его пальцем в грудь. — Тогда не строй из себя заботливого друга. Ты не такой. И меня ты не обманешь.    — Я знаю, что повёл себя как трус, — руки Дэя сжались в кулаки. — И я не прошу прощения. Но пойми, я был напуган. Я не видел другого выхода.    — Вот видишь, — Нат пожал плечами. — А я нашёл. И всё.    Эхо их слов застыло в предрассветном воздухе. Кевин стоял, опустив голову, его плечи тряслись от сдерживаемых рыданий. Упреки Натаниэля впились в него острее любого ножа, потому что в каждом из них была горькая правда.    Натаниэль же чувствовал лишь ледяную пустоту. Слова, вырвавшиеся наружу, словно выжгли в нем всё — и гнев, и стыд, и отчаяние. Осталась только усталость и странное, почти безразличное спокойствие.    — Я не прошу тебя понимать, Кевин, — тихо сказал он, и его голос больше не дрожал. — Просто прими это как факт. Я — часть сделки. И это мой выбор.    Он развернулся, чтобы уйти, но Кевин снова заговорил, уже без истерики, с надломленной покорностью:    — Что он с тобой сделает, когда ты станешь ему не нужен?    Натаниэль остановился, но не обернулся.    — Не знаю. И не думаю об этом, — конечно же он соврал. И Кевин был бы полным кретином, если бы поверил в его ложь. Но от комментариев все-таки воздержался.     — А Эндрю? — этот вопрос заставил Натаниэля замереть. — Он знает? Что ты... что вы...    — Эндрю знает всё, что ему нужно знать, — резко оборвал его Нат. — И это не твоё дело.     Он наконец зашагал прочь, оставив Кевина одного на холодных ступенях. Лучи солнца, такие робкие несколько минут назад, теперь резали глаза. Спокойствие, обретённое во время пробежки, оказалось миражом.    Реальность снова настигла его, тяжелая и неумолимая. *     Эндрю не спал. Он сидел на своём привычном месте на крыше и смотрел, как Натаниэль уходит на пробежку. А потом видел, как он возвращается и сталкивается с Кевином. Он не слышал слов, но отлично видел язык тела. Панику Дэя. Напряженную спину Натаниэля. Пощечину.    Он не вмешивался. Это была не его битва.    Когда Натаниэль, бледный и замкнутый, поднялся на крышу, Эндрю молча протянул ему уже тлевшую сигарету. Нат принял ее, затягиваясь.     — Кевин? — всего одно слово, но в нем был и вопрос, и утверждение.    Натаниэль кивнул, потирая переносицу.    — Он знает. Про Ичиро. Думает, я продал душу, чтобы спасти его и Жана.    — А разве нет? — Эндрю обернулся и его взгляд был тяжелым и изучающим.    Натаниэль резко поднял на него глаза.    — Ты тоже сейчас начнешь читать мне мораль?    — Нет, — Эндрю пожал плечами. — Мне насрать. Просто всегда было интересно, ты сам веришь в эту сказку? Что ты — благородный мученик, пожертвовавший собой ради друзей?      Слова повисли в воздухе, острые и безжалостные. Натаниэль хотел возмутиться, но не смог. Потому что Эндрю, как всегда, попал в самую суть.    — Нет, — тихо признался он, опуская взгляд. — Нет, не верю. Я сделал это, потому что был напуган. Потому что это был единственный выход, который я увидел. Потому что... потому что в тот момент я считал это правильным.     Эндрю коротко хмыкнул.    — Перестань корить себя. Это съест тебя изнутри. Ты принял решение. Дальше нужно думать, как выжить. А не как оправдаться.    Натаниэль смотрел на него, и в его глазах медленно гасли последние угли стыда. Эндрю был прав. В его цинизме была своя, чудовищная свобода.    — Возвращайся в комнату, Жан там скоро с ума сойдет, — Миньярд поднялся, аккуратно потягиваясь. — Сегодня мы едем в Колумбию, не забудь.  *    Тренировочная игра с Воронами была адом. Рико, сияющий ядовитой улыбкой, словно знал о состоявшемся разговоре. Каждое его движение, каждый взгляд в сторону Натаниэля были пропитаны презрением и мстительным удовольствием.    — Что, Нати, ноги не несут? Или твой новый хозяин не дал отдохнуть? — прошипел он, проходя мимо так близко, что их плечи столкнулись.    Натаниэль стиснул зубы, глотая ответ. Он ловил каждый мяч, делал каждый бросок с яростной концентрацией, пытаясь превратить гнев в топливо. Он видел, как Кевин на другой стороне поля избегает смотреть в его сторону, и это ранило по-новому, глубже любых колкостей Рико.    Эндрю, как всегда, был непроницаем. Он играл с холодной, безжалостной эффективностью, словно происходящее вокруг не имело к нему никакого отношения. Но Натаниэль заметил, как его взгляд на секунду задержался на Рико после очередного выпада, и в его глазах мелькнуло что-то опасное. Натаниэль соврал бы, если бы сказал, что это оставило его равнодушным.  *    Поездка в Колумбию наконец-то должна была состояться. Первыми собрались Натаниэль и Эндрю, они оба ожидали товарищей на улице, у машины. Веснински не радовала предстоящая поездка, чего он точно не хотел, так это возвращение в тот злополучный клуб, где впервые встретился с Никки и Эндрю. А то, что он пережил сразу после клуба, вспоминать ему уж точно не хотелось. Но он обещал Эндрю. Это условие их сделки. Поэтому пришлось смириться и нервно смотреть вдаль.     Миньярд считывал волнение Натаниэля, попутно прокручивая в голове весь разговор Веснински с Молодым Лордом. Он помнил, что Ичиро упомянул Никки и это ему не давало покоя с самого вечера. А уж тем более его волновала загадочна «Лола Малькольм», которая может представлять опасность не только для Натаниэля.     В такие моменты Эндрю искренне недоумевал, почему он вообще приближает парня к себе и своей семье, если он буквально — ходячая мишень. Но что-то явно не давало ему покоя, и он хотел расковырять это любопытство под чистую, чтобы избавиться от зудящего назойливого чувства.     — «Лола Малькольм», — наконец проговорил Эндрю, его голос прозвучал непривычно громко в тишине. — Это тот человек, из-за которого ты бежал?    Натаниэль коротко, истерично хохотнул, но в его глазах не было ни капли веселья.    — Человек? Нет, Эндрю. Это не человек. Это предвестник. Если Лола здесь, значит он уже на подходе. — Он вздохнул так глубоко, что закашлялся. — А он не оставит от меня и мокрого места.    — Кто «он»? — голос Миньярда был ровным, но внутри все сжалось в тугой, холодный узел.    Нат покачал головой, поджав губы и смотря куда-то в темноту.    — Мой отец.     Миньярд почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Это был не просто страх. Это была уверенность, исходившая от Натаниэля, как радиация — холодная и пронизывающая.    — Почему он охотится на тебя?     Натаниэль повернул к Эндрю лицо. В лунном свете его глаза казались бездонными провалами.    — Потому что я его собственность. Сбежавшая собственность. А он из тех, кто не прощает предательства. Особенно когда вложил в тебя столько… усилий. — Натаниэль произнёс все это на одном дыхании.     Внутри у Эндрю что-то щелкнуло. Тот самый инстинкт, что всегда подсказывал ему, когда приближается опасность, завыл сиреной.    — Значит, твоя «сделка» с Ичиро — это просто попытка спрятаться за одной ширмой, пока другая не рухнула, — скорее не вопрос, а сухое утверждение.     — Бинго, — безрадостно ухмыльнулся Нат. — Но ширмы оказались карточными. И ветер усиливается.    На горизонте показались парни. Натаниэль вмиг натянул на лицо свою жизнерадостную ухмылочку, весело махая рукой напряженному Жану.     Их ждёт веселая ночка. И Эндрю надеялся, что неприятных сюрпризов она им не принесет.