Боба и Биба-два долбаеба

***

Прошло почти две недели с незабываемой, в разных смыслах, экскурсии, а мы с Ромой всё никак не могли наговориться. Надо признать, что поездка очень нас сблизила, настолько, что одноклассники придумали парное прозвище. Биба и Боба. Кто из нас был Бибой, а кто Бобой я и сам не знаю, но не всё ли равно? Честно говоря обидно мне точно не было, даже приятно в какой-то мере, что одноклассники нас так сводят(?). А вот «Боба» новообретенную кличку совсем не оценил. А всё из-за того, что он староста, и Роме полагается быть серьёзным, ответственным и вся остальная скучная дребедень, так тщательно навязанная учителями, а теперь этот образ «приличного мальчика» малость пошатнулся. Но особенно его тревожило, как обновлённый «статус» скажется на мнениях преподавателей, которые считали его: «воспитанным молодым человеком с головой на плечах, не то что некоторые...». Ну, в общем, и швец, и жнец, и на дуде игрец. Мне казалось, что Рома немножко утрировал всю эту ситуацию, но так как я сам хорошим статусом среди учителей похвастаться не мог, решил что объективно оценить эту ситуацию не могу и спорить не хотелось. А вот помочь хотелось. Очень. Смотреть, как уверенный в своих действиях человек, не знает, что делать страшно. А когда он тебе нравится, ну в смысле... Когда он твой друг это уже больно. Да, за время проведённое вместе, я заметил, что Рома хорош во многом, но губит себя за любую малейшую оплошность. Особенно это касалось оценок. Он буквально трясся над каждой четвёркой, всеми зубами вгрызаясь в идеальный балл. Как будто, если он на секунду расслабится и получит не пять, планета взорвётся. И сколько бы раз я не пытался доказать, что четыре это не трагедия. Рома всегда улыбался и говорил: «Я знаю, спасибо...». Но всё же из раза в раз винил себя. Это было бы не заметно, но я уже так привык к нему, что увидеть в глазах разочарование стало совсем не сложно... Дома я немного поразмышлял над тем, как поднять Ромин статус и желательно настроение, но идеи совсем не лезли в голову. Я решил написать «Podopitniy»: Привет! Мне срочно нужен совет Пжпжпж ответь Что случилось? Ты не знаешь, как поднять статус среди учителей? А тебя, что в новой школе обижают??? Неее, я хочу другу помочь А, ясно. Ну пусть он в каких-нибудь мероприятиях поучаствует, в проектах, спектаклях там. Ааааа точняк! Спасибо, покааа Пока. Можешь... Не дочитав сообщения, я выключил телефон и стал думать. «Божееее, как же я туплю это же очевидно». В конце концов, я решился написать идею Роме. Быстро сменив аккаунт со скрытого на официальный, я набрал в поиске четыре буквы и открыл чат. Там до сих пор висели сообщения о пропущенных звонках и ругань за опоздания. По ощущениям это было так давно, будто мы уже другие люди. Хах, а мы ведь совсем не переписывались после той ситуации. От этой мысли стало как-то немного неловко, не знаю почему, я почувствовал смущение, пока набирал текст: Привет, Ром. У меня есть кое-какая идея для повышения твоей репутации у классухи и завуча) В первый раз в жизни мне пришлось так долго выбирать что поставить в конец сообщения... Точка? Слишком грубо. Восклицательный знак? Слишком радостно. В итоге выбрав непобедимую даже временем скобочку, я решился отправить сообщение. Господи, какой ужас, так переживать из-за обычного знака препинания... Ответ пришёл быстро, хотя Рома вроде и не был онлайн: О, привет, что за идея? Обсудим по звонку, мне лень писать) окей Через несколько секунд телефон загудел в руках, и сделав глубокий вдох я ответил. Вкратце рассказав план, который заключался в том, чтобы сделать проект по обществу для младшеклассников, Рома пришёл к выводу, что это, конечно, время займёт, но стоящий результат точно обеспечит. После мы попрощались и он сбросил трубку. На губах появилась улыбка, я смог помочь Роме, надеюсь завтра он будет веселее.

***

(Повествование от лица Ромы). ...я скучаю. Я долго смотрел на сообщение, стирал, писал по другому, но концовку так и не смог ни чем заменить. Приставучее и такое зашуганое «я скучаю» так и читалось во всём моём диалоге. Но всё же решился и отправил. Прошла минута, две и ничего. Уже нет в сети, и судя по прошлому опыту, не будет ещё неделю. «Ну ладно, значит сегодня не мой день...» Тяжело вздохнув, я удалил сообщение. Дурацкая привычка. Телефон полетел на кровать, как вдруг послышался звук сообщения. Я в секунду подбежал к телефону, в голове промелькнуло «неужели от него». Открыв мессенджер я ничего не увидел...тут до меня дошло, что пришло просто на другой аккаунт. Мне написал Лёша. Да ещё и помочь решил, какой хороший парень всё-таки. Мы решили созвониться, кто же знал, что это обернётся таким фиаско. Сначала всё было хорошо, Лёша увлечённо болтал о чём-то на фоне, а я спокойно делал дз, ну а что нормальный такой подкаст. Но потом, разговор перешёл к восстановлению репутации и начал меня смущать. Слишком знакомо, просто один в один... Один в один с ним... О боже нет... Иногда, я ловил себя на мысли, что Лёша кого-то мне напоминает. Но как только эта мысль возникала в голове, образ рассеивался, пропадал, как песок сквозь пальцы. Сначала это меня мало волновало, ну подумаешь похож на кого-то... Но затем, я стал замечать знакомые черты слишком часто, слишком... ярко. И каждый раз сердце трепетало. Мне стало морально тяжело смотреть на Лёшу, ведь я его друг и ничего более, но почему же я чувствую совсем другое? Почему даже смотря в глаза, вижу совсем другого человека? Это отвратительно, знаю, но как бы я не пытался, как бы не копался в своей голове, избавиться от этих мыслей не могу. Лучшим временным решением этой проблемы оказалась учёба, а точнее зубрёжка до изнеможения, тогда просто не хватит сил на ненужные мысли. Но глубоко в душе я понимаю, что меня это не спасёт. Вернёмся к звонку. Лёша рассказывал свой план, а я пытался прекратить панику, но получалось так себе. В итоге пришлось попрощаться и сбросить трубку. После я долго смотрел на своё отражение в телефоне, пытаясь разглядеть сам не знаю что...

***

Следующий день. (Повествование от лица Лёши). Я подходил к зданию школы, предвкушая как мы с Ромой будем делать злополучный проект. Погода была скажем прямо отвратительной, но это ни капельки не умаляло моего взбудораженного настроя. Как вдруг меня кто-то окликнул: – Линов! Послышался топот шагов, и со спины меня кто-то нагнал. Резко повернувшись, я увидел белокурую девушку моего роста, что с некоторым волнением смотрела мне в глаза. А, Софа, я всё же вспомнил свою одноклассницу. Но что ей было нужно от меня? Это я собственно и спросил: – Что тебе нужно? – У меня есть одна просьба... Но обещай что никому не скажешь. – Знаешь, звучит это всё подозрительно. – Ничего подозрительного, всего лишь маленькая просьба, ну обещай, пожалуйста! Секунд пятнадцать во мне боролись здравый смысл и любопытство, но последнее конечно одержало верх. – Ладно, обещаю. – Вот и отлично. Короче, ты же друг Ромы, так вот, мне он очень нравится. Можешь поспрашивать, что ему интересно, пожалуйста. За это я отговорю класс называть вас тем прозвищем, уж в этом не сомневайся. – Да какая же это просьба? Это наглый шантаж. – Ну ты просто смотришь на все в негативном ключе, мысли позитивней. В общем, как решишься, напиши. Мой номер есть в классном чате. После она ускорила шаг, и вскоре я остался позади. Во мне вскипел праведный гнев. Так это она прозвище придумала что-ли?! И если это так, то в курсе ли она, сколько проблем своему «любимому Ромочке» доставила? Любимому Ромочке... да об этом я даже думать не хочу! И тут я вспомнил: это ведь Софа к нему на экскурсии прилипла, как банный лист к одному месту. Хотя Рома вроде против не был. Может она ему тоже нравится, просто он это скрывает? А как же я, тогда... В таких совсем «не-по-зи-тив-ных» мыслях я зашёл в здание школы, вот может же человек так легко настроение испортить, словно в душу плюнула. Эххх... Хотя если посмотреть с другой стороны я могу помочь Роме и без всякого проекта. Но тогда он точно спросит у меня причину, а мне её «ой какая жалость» запретили говорить. И что делать то в итоге? Класс встретил меня затхлым воздухом и грохотом стульев. Задумчиво проходя к своему месту, я не заметил чужой ноги, так коварно поставленной для меня подножки. И даже не успев, как следует сматериться полетел носом в линолеум. Зажмурив глаза, я ожидал удара, но почувствовал только тяжесть в плечах. Затем меня дёрнули назад и придержали за плечи. Я встряхнул головой, дабы прийти в себя, и оглянулся. Но я и так знал, что это был Рома. Мы сели за парту и стали беседовать о том и о сём, я даже позабыл про утреннюю беседу. А потом прозвенел звонок. Дальше идёт семь часов занимательных уроков, на которых каждый школьник мечтает об одном: поскорее пойти домой! Так а теперь начинается программа по восстановлению репутации Ромы. Идею союзничества с Софой я закинул в дальний угол (тёмного подвала), решив, оставить первоначальный план. Изначально, мы должны были делать проект в школе, но уборщица была с этим не согласна и послала нас... заниматься дома. А Рома предложил пойти к нему в гости. «Грех таким шансом не воспользоваться», подумалось мне, и через пятнадцать минут я стоял перед дверью, пока хозяин квартиры копался в кармане, ища ключи. Вскоре он поднял голову и обречённо вздохнул: – Забыл всё-таки... Ну ничего, сейчас нам откроют. Я даже не успел сориентироваться, а Рома уже звонил в звонок. Дверь с щелчком открылась и из-за неё показалась девочка, лет десяти, внешность её мне до безумия напоминала Рому. Те же глаза, те же волосы, только на тон светлее, и такая же родинка под глазом. После она, не заметив меня, возмущённо спросила: – Рома, ты что опять ключи забыл? У меня репетитор вообще-то... А это кто? – И тебе привет Аня, это друг мой - Лёша, может ты нас пустишь всё-таки? – Ой да... Приятно познакомиться, я всё-таки побегу, у меня репетитор, — смущённо затараторила девочка и быстро удалилась в комнату, закрыв за собой дверь. Рома провёл меня в свою комнату, а сам пошёл налить чего-нибудь попить. Я с удовольствием изучал новую локацию, ведь комната может многое рассказать о своём хозяине. Вот Ромина была просторная, светлая, с большим окном перед рабочим столом. Все стеллажи были усыпаны книгами, а на стенах красовались плакаты музыкальных групп и какие-то слова на другом языке, возможно для запоминания. А затем я заметил у стены большой аквариум с голубой подсветкой, в нем медленно кружились разноцветные рыбки, а со дна, уссыпанного песком, извивались зелёные водоросли. Я застыл перед ним, как околдованный и с умиротворением стал наблюдать за жизнью этих прекрасных существ. Моё созерцание прервал стук в дверь, я очнулся и поспешил открыть её. Впустив Рому с двумя кружками кофе в комнату, мы уселись за письменный стол. Я достал из портфеля стопку бумажек, с теорией и флешку для будущей презентации. Рома с усталостью в глазах читал текст, попивая горячий напиток. Затем он наклонился ко мне и начал что-то поправлять и добавлять в тексте, от него пахло уютом и чем-то терпким. Моё сердце затрепетало, а дыхание сбилось, возможно всё-таки стоило делать проект по звонку. Я боялся, как бы Рома не заметил моего смущения, и быстро схватил чашку с кофе, дабы поскорее скрыть румянец. Но, к моему счастью, тот был слишком занят проектом, чтобы отвлекаться на мои метания. Минут через десять Рома закончил редакцию текста и удовлетворённо сказал: – Спасибо за работу, Лёша, текст очень информативный, чуть-чуть надо было доработать и у нас уже есть основной костяк для проекта. Сейчас быстренько доделаем презентацию и можно по домам! – Охх... спасибо. Я смущённо улыбнулся, и снова взялся за кофе. В сердце кольнуло, с одной стороны я рад, что помог Роме, но с другой стороны, я думал, что чуть подольше посижу у него в гостях, наслаждаясь уютом и покоем. Как вдруг я почувствовал во рту невыносимую горечь, но сдержался и не выплюнул. Затем горло запершило. – Что-то случилось? А погоди-ка, ты видимо взял мою чашку. Не очень вкусно? – Да как ты пьёшь это вообще?! – Прохрипел я, вспоминая вкус напитка. На что Рома послал меня в ванну полоскать рот. Там я быстро избавился от послевкусия «чистого эспрессо» и побрёл обратно. По пути мне на глаза попалась странная фотография, она в абсолютном одиночестве висела на стене. На ней были четыре человека: мужчина и женщина лет тридцати, совсем маленькая большеглазая девочка, которая сидела у женщины на руках, а сбоку будто отстранено, держа мужчину за руку стоял мальчик, его лицо мне было знакомо, но вот одна черта совсем отличалась - волосы. Они были не привычно мятного цвета, а совсем светлые, белокурые, и еле доставали до плеч. Вкупе с голубыми глазами он выглядел, словно маленький ангел. Да, это был Рома, но что же побудило его перекрасить свой родной блонд? Не желая больше задерживаться я вернулся в комнату. Её хозяин сидел ко мне спиной и что-то щёлкал на клавиатуре ноутбука, видимо делал презентацию. Я решился. Этот вопрос давно интересовал меня, но сначала мы не были настолько близки, чтобы спрашивать личное, а потом во мне появился страх испортить отношения между нами. Но сейчас, я понял, что если Рому что-то гложет, то ему лучше отвести душу мне, чем долго хранить в себе негативные эмоции. – Рома, а какие у тебя отношения с семьёй? Тот застыл от моих слов и медленно повернулся. Я аккуратно сел на соседний стул. – Ты увидел фотографию, да? – Ага, если не хочешь, можешь не говорить, но мне кажется тебе полегчает, если выскажешься... – Я... я... никогда ни с кем не говорил на подобную тему, но наверное ты прав. – Кстати, ты никогда не говорил, что у тебя есть сестра, вы как? Ладите? – Да, у нас хорошие отношения, она конечно иногда капризная, но для детей это нормально. – Я в детстве был, как говорят взрослые «шилом в одном месте». А ты? Что-то не могу представить себе, как ты плачешь, потому что не хочешь в садик. – А я и не плакал. Я вообще в садик не ходил. Вместо него, да и началки, я занимался дома с учителями и всякая такая дребедень. – Серьёзно?! А как же там счастливое детство, носиться непонятно где, играть в дворовые игры? Неужели ты даже никогда крапиву палкой не бил? – Ну бил вообще-то, если тебя это немного утешит. Правда не палкой, а ногой, я просто в детстве занимался карате, и очень боялся ударов соперника. Мой отец однажды сказал: «Чтобы не бояться бить, нужно испытывать настоящую ненависть к сопернику». А потом он взял меня за шкирку и кинул в кусты крапивы. Крапиву я потом, конечно, поколотил прилично, но представлял на её месте далеко не своих соперников. Ведь настоящую ненависть я испытывал только к своему отцу. – Пиздец... В такие моменты задумываешься, что лучше? Иметь такого отца или не иметь его вообще? Спасибо, что поделился со мной. Я готов помочь, чем смогу. Ты если, что пиши мне, когда будет совсем грустно, сходим куда-нибудь, развеешься. – Спасибо... мне очень приятно выговориться кому-то об этом. А как у тебя отношения с отцом? – А у меня его нет. Я живу с мамой вдвоём после развода. Но, к счастью, совсем не помню своего отца, так что грустить вроде и не о чем. Но иногда задумываешься, а почему он бросил меня и маму? Что я сделал не так? Я неправильный, ненужный? В общем, мы с тобой оба какие-то невезучие в этом плане, да? – Да... есть такое. – Кстати, а почему ты волосы перекрасил, из-за семьи? – Ага это было такое странное, фантомное желание, как будто это поможет отделиться от семьи. Ведь они вечно хотят только успехов и наград, но проигрыши не принимают. – Понимаю, невозможно быть первым, ведь все сразу не могут быть первыми, такая простая истина, но взрослые никак не могут её понять... Рома тяжело вздохнул, и я понял, насколько мало я о нем знаю на самом деле, и как мало он знает обо мне... Дальше мы быстро доделали презентацию, я упорно заставлял Рому вставлять картинки с котиками для поднятия настроения «молодёжи». Подписав заветное «Спасибо за внимание» Рома сохранил проект на флешку и с удовольствием потянулся. Я собрал вещи в рюкзак, и Рома проводил меня аж до школы, видимо, думал, что я опять потеряюсь. Хоть вспоминать об этом было неловко, чужая забота всё равно грела сердце в осенний вечер.

***