Вишнёвая веточка

Парни своевременно ушли с крыши. Хан до сих пор ощущает крепкие руки на своей талии, держащие его во время спуска по старой лестнице. А сердце бьётся, как бешеное, пока он осознавал тот момент с поцелуем... Было ли это случайностью, или Минхо абсолютно серьёзно объявил о своих взаимных чувствах — Джисон точно не знал. Но, кажется, истина сейчас раскроется, и это очень его пугает. Зайти в комнату Джисона оказалось самой здравой идеей. На улице уже становилось прохладно, а стоять и мёрзнуть не хотел ни один. Минхо, как только зашёл в комнату, сразу приметил замечательное место на кровати, на которой было пару мягких игрушек с персонажами из аниме. Он плюхнулся на мягкую постель, как на свою собственную, ожидая, пока младший присоединиться. Он, собственно, не заставил долго ждать. Сразу же сел рядом. Но, кажется, разум его сейчас был точно не здесь. Перед глазами чётко замерло лицо Минхо перед поцелуем. Улыбка, смахивающая на кошачью, глаза, рассматривающие удивлённое лицо Хана... Как будто всё происходящее слишком очевидно, чтобы вот так поражаться подобным признаниям. — Хан? — водя рукой перед лицом младшего, зовёт Минхо. — Всё хорошо! Просто... — не зная, как объяснить ступор, протараторил Джисон. Хотя, что тут объяснять? Каждый на его месте забылся бы. Честно говоря, Хан сидел перед Минхо, как на экзамене. На экзамене по предмету, который он посещал пару раз из-за красивого преподавателя, но совершенно не слушал материал. И ему это сейчас не сильно помогает. Вот Хан уже начинает искать в своей голове ответы на всевозможные вопросы, который мог бы задать Минхо. — Извини, — еле слышно проговорил Ли, чувствуя вину и неловкость между ними. — За что? — с огромными от удивления глазами спрашивает младший, рассматривая чужое лицо под лучами вечернего солнца, которое попадает в его комнату. — Я должен был раньше сказать тебе о чувствах... — Всмысле "раньше"? Это насколько раньше? — с какой-то претензией в голосе спросил Хан, подсаживаясь ближе. Его слишком заинтересовали эти слова. А что, если Минхо влюбился первым? Предположение завело сердце, заставляя его биться быстрее. Тогда как же нелепо будут выглядеть все те моменты, которые Джисон считал простым совпадением... Странные объятия, подколы, прозвища, присущие, обычно, влюблённым, а не друзьям. Неужели все они были прямыми намёками? — Не уверен, но... Может, пару месяцев? — с неловкой улыбкой на лице ответил старший. Видеть краснеющее лицо друга ему приносило удовольствие, но доводить его до остановки сердца не хотелось. Конечно, он мог сказать, что это милое личико, часто сравниваемое с хомячком или бурундуком, поразило его сердце намного раньше... Но откачивать Джисона не входило в планы. — Пару месяцев? И ты молчал?! Что ты за человек такой, Ли Минхо? Хан схватил плюшевого Почита, замахиваясь на старшего, однако попытка оказалась неудачной. Минхо не пришлось долго думать, чтобы понять дальнейшие действия Джисона. В попытке перехватить игрушку, Ли не удержал равновесия на мягкой поверхности и повалил обоих на кровать. Да, физика не была его сильной стороной, но... Может, это к лучшему? Ведь с такого ракурса удивлённая мордашка выглядела совершенно иначе. Она стала ещё красивее. А Хан просто не успевал за всеми происходящими событиями. Белка в колесе внутри его черепной коробки, кажется, выбилась из сил, не успевая анализировать происходящее. И без того пухлые губки младшего надулись ещё больше от удивления и испуга. — Что... Что ты делаешь? Спустя пару секунд неловкого молчания спросил Джисон. Наверняка, вопрос был риторическим: оба прекрасно понимали, что может произойти дальше. И было бы глупо думать, что кто-то из них против. — Ничего... Просто смотрю, — с лёгкой ухмылкой на лице, словно загнал добычу в угол, ответил Минхо. — Ты милый в таком положении. — Прекрати... Бесишь. — Хан фыркнул и только хотел отвернуть лицо в сторону, как твёрдые пальцы в собственническом порыве зафиксировали его, а губы оказались втянуты в поцелуй. Ещё один, такой же нежный, но всё равно с ноткой власти. Минхо не хотел спорить. Не сейчас, перед самым отъездом, когда парни только разобрались со своими чувствами. Он хотел насытиться Ханом всеми возможными способами: целовать, обнимать, вдыхать его запах, чтобы ноздри навсегда запомнили этот аромат. Свободная рука сжимала плюшевую игрушку, тем самым прижимая ладонь Джисона к кровати. А младший лишь успевал делать небольшие вдохи, чтобы не задохнуться. Казалось, что он дышит не воздухом, а чистым наркотиком — голову кружило, как после американских горок. — Хо... — умудрившись оторваться от чужих губ, пробормотал Хан. Его ресницы, будучи полуприкрытыми, тряслись, давая глазам возможность запечатлеть лицо Минхо лишь отрывками. Старший лишь покачал головой, не желая отрываться. С каждой чёртовой секундой он жалел о решении родителей ехать за границу. Он мог бы спокойно жить здесь, учиться и, что самое главное, видеть улыбку, прекрасные глаза, слышать волшебный голос Хана вживую... А теперь? Всю эту идиллию обрушил дурацкий рингтон телефона. И как бы Ли не молился, чтобы это был не его мобильник, вибрация в заднем кармане не прислушивалась к его немым просьбам. Старший ругнулся, выпрямляясь над Ханом, и, ответив на звонок, переместил одну руку парню на талию, поглаживая её через футболку большим пальцем. Хоть разговор и был коротким, Джисон, опираясь на слова Минхо: "Уже?", "Хорошо, я иду" смог составить логическую цепочку, которая била его по сердцу боксёрской перчаткой суровой реальности. Он сжал руку парня, когда тот встал с кровати: — Вы едете? Так рано? — Родители хотят успеть выехать до полуночи, — голос выдавал всю печаль Минхо. Было видно, что игнорирование его дел ему неприятно. Но делать было нечего, взрослые смогли решить вопрос и без помощи сына. — Я провожу. Ты ведь не против? — поднимаясь с кровати, уточнил Хан, хотя, даже при отказе со стороны старшего, он бы последовал за ним. — Конечно нет. Неужели есть сомнения? Минхо усмехнулся и вышел из комнаты. Его реакцию можно было посчитать за упрёк, но внутри себя он чувствовал тепло от слов Джисона. Тот факт, что его друг (что теперь будет неверно считать обычной дружбой) готов принять всё и поддержать. Ухмылка сменилась тёплой улыбкой, от которой так и веяло радостью. Но почему, чёрт возьми, самое хорошее и самое ужасное события происходят в один день?! На улице стало ещё холоднее с закатом солнца. Такси, в которое отец переносил вещи, было готово к отправке. Минхо стоял у забора, смотря куда-то вдаль, туда, где скоро будет всё по-другому. Из раздумий его вырвал дорогой сердцу голос: — Волнуешься? Будет нелегко первое время. Джисон встал рядом, устремив взгляд в землю. Чувство скорой пустоты внутри не давало порадоваться за Минхо. — Всё в порядке. Мы ведь будем общаться, верно? — Ли попытался улыбнуться и похлопал парня по плечу. — Знаешь что? Младший поднял голову и глаза машинально расширились, когда перед ним Минхо рвал вишнёвые ветки. Неужели у него так быстро поехала крыша? — Что это? — с недоумением спросил Хан, разглядывая "композицию" в руках старшего. Цветы на ветках слегка осыпались, из-за нелегкой борьбы Ли с деревом. — Что что? Букет. Неужели непонятно? Держи, считай, мой первый подарок для моего любимого. — запинаясь, протараторил Минхо. Он протянул веточки, сжимая их от неловкости с такой силой, что костяшки на пальцах побелели. — Серьёзно? Ты в курсе, что букеты не так выглядят? — И как, по-твоему, должен выглядеть букет? — явно не ожидая такой претензии, парень обиженно посмотрел на Джисона, опуская руку с вишней. — Ну, ленточки там, всё ровно должно быть... — задумчиво ответил Хан, замечая расстройство на лице Минхо. — Ленточки... Боже. Парень вздохнул и, протягивая импровизированный букет возлюбленному, сел на одно колено. — Подержи. Не обломишься ведь? Джисон лишь принял вишню, ожидая дальнейшего развития событий. Цветы пахли приятно, в меру сладко, прямо как те самые букеты, которые маме дарил отец по праздникам. Это придавало ситуации романтизма. А старший тем временем развязал один из шнурков на кроссовке, оставляя Хана в недоумении. Руки ловко перевязали стволы веточек красной верёвкой, после чего на лице Минхо появилась гордость. Словно он защитил проектную работу. — Ну как? Более официально? — Вполне, — глупо хлопая глазами, Джисон кивнул и поднял глаза. — А ты? — У меня есть запасные шнурки, не волнуйся. В следующий раз ленточка будет презентабельнее, — Ли положил руку на плечо младшему, но крик матери словно снег на голову заставил обоих оглянуться на машину. — Минхо! Долго нам ждать? Скорее, нам нельзя опаздывать! Парень лишь вздохнул, закатывая глаза. Он ещё раз посмотрел на машину и, заметив, что никто не смотрит на него, быстро поцеловал Джисона в щёку, сжимая руку на его плече. — Не забывай меня, ладно? Я не хочу потерять тебя так скоро. — Ни за что. Обещаю, — с застывшими в глазах слезами прошептал Хан. Минхо кивнул, довольным его ответом и побежал к машине. Перед тем как сесть на заднее сиденье, он крикнул: — Я напишу, как только мы приедем! — Буду ждать! Машина тронулась с места, как и Джисон. Он шмыгнул носом, который щипали из-за подходящих слёз. Ноги начали двигаться быстрее, переключаясь на бег. Хан бежал где-то минуту, пока не выдохся. Поражение было неприятным. Но ничего нельзя было сделать. В комнате темно. Светильник на рабочем столе освещает не так много пространства, но всё же справляется с тем, чтобы парень, лёжа в кровати, мог разглядеть веточки вишни в стеклянной вазе, которую Хан позаимствовал у мамы, перевязанные красным шнурком. Джисон не мог заснуть так просто. В голове роился улей мыслей. "В следующий раз"? Значит, это ещё не конец...