Палатка Генерала

Прощаясь с Гун Гуном вместе с Сян Лю, Сяо Яо сел в повозку, запряженную Чжаое (небесный конь, которого Сян Лю вырастил в лагере Шэн Нун), и отправился в Чэньи. Сян Лю модифицировал исходную повозку, увеличив ее пространство и освободив место для колыбели, в которой во время путешествия спал маленький девятиголовый демон. Спустя полдня Сяо Яо услышала голос Сян Лю: — «Мадам, мы прибыли». Сяо Яо внезапно открыла глаза и вытащила из кармана зеркальце. — «Они уже вышли? Дай мне взглянуть, не испортился ли мой макияж!» Сян Лю присмотрелся к Сяо Яо и помог ей поправить жемчужные цветы в форме бабочек, которые немного выбились из прически. — «Твои волосы выглядят хорошо и без цветов!» Он первым вышел из кареты и подал руку Сяо Яо. Фанфэн И Ин уже ждала перед павильоном Шуйюнь, где они договорились встретиться в своих письмах. Когда Сяо Яо увидела ее, она радостно покричала: — «И Ин!» Увидев ее, Фанфэн И Ин тоже улыбнулась: — «Сяо Яо!» Я до сих пор помню первую встречу с Сяо Яо. Под светом фонарей на протяженной улице города Вэй Жуй она стояла рядом с Фанфэн Бэем, с цветущей заколкой-лотосом в волосах и ослепительным золотым цветком на лбу. Теперь Сяо Яо предстает передо мной, окутанная струящимся светом, подобно персиковому цветку, нежно колеблющемуся на весеннем ветерке и под осенним дождем. Она грациозна и очаровательна, демонстрируя свою красоту в полном расцвете. И Ин крепко держала Сяо Яо за руку и вновь и вновь смотрела на нее: — «Теперь, когда я вижу, что ты в безопасности, я наконец могу расслабиться». Она взглянула на Сяо Яо и спросила: — «А? Где твой ребенок?» Сян Лю уже вынес ребенка: — «Вот она!» И Ин протянула руку, чтобы взять его на руки: — «Дай тетушке взглянуть на мою маленькую племянницу, посмотри на кожу ребенка, она такая белая и нежная ......». Обменявшись несколькими словами, Сян Лю забрал дочь у И Ин и сказал Сяо Яо: — «Поиграй с И Ин, а я отвезу дочь в Цинцю». Сян Лю взял крошечную розовую ручку младенца и помахал ею Сяо Яо: — «Малышка, попрощайся с мамой! Пока! Пока, мама!» Белый и пухленький младенец с черными круглыми глазами, полными яркой улыбки, маленьким ртом, который ухмылялся, и ручкой, машущей Сяо Яо, выглядел очень очаровательно. Сердце Сяо Яо сразу же отозвалось на эти слова, и, не сдержавшись, она протянула руки к Сян Лю: — «Позволь мне снова обнять мою дочь!» — «Оставляя ребенка со мной, ты все еще сомневаешься? Мы с дочерью будем ждать тебя в Цинцю!» Сян Лю обнял дочь и сел в карету, Сяо Яо с неохотой смотрела, как карета исчезает в облаках. — «Не задерживайтесь у дверей! Хотя павильон «Водяное облако» специализируется на пошиве одежды, здесь также можно попробовать невероятно вкусную выпечку. Заходите и наслаждайтесь!» Гид проводила их на второй этаж. По дороге гостьи и дамы тайком смотрели на Сяо Яо, восхищаясь сиянием ее платья. Ин взглянула на Сяо Яо, пока та шла: — «Это платье, что на тебе, из пряжи Юэхуа? Нет, даже пряжа Юэхуа не может иметь такого сияния, оно словно действительно соткано из яркого лунного света. А твой макияж сегодня, просто великолепен...» И Ин выглядела точно так же, когда они встретились впервые. Она обратила внимание на золотое цветочное украшения на ее лбу и золотой узор из диких гусей, который украшал ее волосы. — «Ты так меня хвалишь, что мне становится неловко!» — «Прекрасные предметы, безусловно, заслуживают похвалы, независимо от обстоятельств». — «Сяо Яо, ты ведь давно не выходила вот так прогуляться, верно?» Сяо Яо кивнула. — «Сегодня у нас редкий случай собраться вместе, позволь мне нарядить тебя!» Женщина из павильона Шуйюнь принесла множество пирожных и душистый чай. Сяо Яо немного проголодалась, поэтому с радостью наслаждалась угощением. И Ин медленно дула на чай, улыбаясь Сяо Яо. Она прочистила горло: — «Сяо Яо!» — «А….?» — «Мы давно не виделись, но ты не сильно изменилась». И Ин сдерживала улыбку, осматривая Сяо Яо с головы до ног; ее улыбка имела легкий оттенок грусти: — «Но как это сказать? В конце концов, быть родителем — это совершенно иное». Сяо Яо слегка застенчиво поджала губы: — «Что-то изменилось?» И Ин загадочно произнесла: — «Естественно…...» Ее взгляд целенаправленно упал на округлый контур лацкана Сяо Яо. Он заметил, куда она смотрит, и положил наполовину съеденное пирожное с цветами персика, безуспешно подняв руку, чтобы прикрыть себя. Улыбка И Ин стала еще шире, а Сяо Яо, чувствуя себя беспомощным, потянулся, чтобы сделать жест вверх. И Ин, увидев его беспокойство, мягко произнесла успокаивающие слова: — «Разумеется, ты стала гораздо более нежной и щедрой [стала полнее в некоторых местах], чем прежде!» Сяо Яо сморщила нос: — «Лучше бы ты говорила правду!» — «Конечно, это правда. А вы как думаете?» — с улыбкой спросила И Ин у женщин, обслуживающих столик. Все дамы улыбнулись и согласились. За полдня Сяо Яо смогла подобрать четыре комплекта весенних и четыре комплекта осенних платьев. Она примерила одно из нарядов, выбранных И Ин, и покрутилась перед большим бронзовым зеркалом, которое доходило до потолка. И Ин, взяв Сяо Яо за плечи обеими руками, с улыбкой кивнула. И Ин посмотрела на Сяо Яо в зеркало и сказала: — «Скажи, ты предпочитаешь, чтобы тебя одевала я или твой муж?» — «И Ин...» Сяо Яо была сильно смущена и попыталась взглянуть на И Ин своими черными, как виноград, глазами с жалобным выражением. — «Нет смысла вести себя как капризный ребенок, быстро говори уже!?» — «Мне нужно кого-то выбрать?» — «Да» — «Хорошо, я выбираю тебя!» Услышав этот ответ, И Ин удовлетворенно улыбнулась. Сяо Яо посмотрела на свои рукава с узорами в виде облаков и сказала: — «И Ин, это действительно потрясающий магазин, и ткани, и фасоны высшего качества. Я думаю...» — «Ты хочешь?» И Ин посмотрела на нее. — «Я собираюсь сшить новый комплект одежды для своего мужа, а потом сделать несколько симпатичных вещей для своей дочери...» — с радостью произнесла Сяо Яо, но заметив, как И Ин поджала губы и уставилась на нее, беспомощно покачивав головой. Сяо Яо поспешно спросила: — «Что случилось?» — «Мы наконец встретились, но ты все еще занята мыслями о муже и детях. Если это продолжится, я больше не буду с тобой встречаться!» Сяо Яо приблизилась и тихо произнесла, держа её за руку: — «Дорогая сестра, не злись на меня, пожалуйста, не злись...» И Ин опустила и подняла веки, и когда её глаза встретились с окружающим, на её лице засияла улыбка. Она подала Сяо Яо изящную резную деревянную шкатулку, которая также излучала необычный аромат. — «Посмотри, я выбрала это для тебя, когда ты только что мерила одежду. Открой и взгляни!» Одежду сложили на деревянном столе, чтобы они могли ее видеть, но этот предмет одежды был помещен в деревянный ящик. Сяояо почувствовала себя немного странно, но не придала этому значения и открыла коробку. Когда она заметила одежду в деревянной коробке, её щеки вспыхнули, и она тихо произнесла: — «И Ин!» И Ин, словно опасаясь удара от Сяо Яо, слегка наклонилась и слабо улыбнулась: — «Что ты об этом думаешь? Одежда и аксессуары созданы для привлечения внимания. Когда ты одеваешь что-то, что тебе нравится, настроение непременно улучшается. Если ты хочешь порадовать кого-то из своей семьи, я полагаю, вместо того чтобы шить для него одежду, будет лучше, если ты просто сама ее наденешь!» — «И Ин! Закрой свой рот!». Обе женщины рассмеялись и устроили беспорядок. К ночью Сяо Яо и И Ин прибыли на виллу Фанфэна в Чэньи. В спальне горел свет, через открытое окно дул прохладный ночной ветерок, а в ванной за ширмой клубился пар. И Ин обернулась в спальне, встала у спальной кушетки, внезапно улыбнулась, посмотрела на Сяо Яо и сказала сопровождавшей ее служанке: — «Вы двое, смените постельное белье на кровати и диване». Служанки обменялись взглядами, слегка озадаченные: «Госпожа, такая мелочь не нуждается в вашем особом распоряжении, мы уже всё поменяли». — «Хотя все уже поменяли, все равно лучше поменять еще раз, верно?» Ин многозначительно произнесла, ее тонкие пальцы скользнули по плечам Сяо Яо: — «В конце концов, в прошлый раз вы останавливались здесь со своим возлюбленным, и мне не известно, чем вы здесь занимались!» Сяо Яо, конечно, поняла, о чем идет речь, и потянулась к лицу И Ин: — «Ты такая непорядочная!». И Ин улыбнулась и уклонилась: — «Что не так? Разве я не говорю правду? У вас уже есть ребенок, а ты все еще не позволяешь мне подшучивать над тобой?» Две женщины дрались подушками, когда из-за оконного стекла послышался стук птичьего клюва. «Дук-Дук». Глаза Сяо Яо загорелись: — «Это птица Сян Лю!» И Ин улыбнулась и дважды щелкнула языком: — «Смотрите, он не может ни на минуту остаться в стороне от тебя!» Передав сообщение, птица вытащила из своих густых перьев на груди шарик, положила его на ладонь Сяо Яо, взмахнула крыльями и исчезла в ночи. Сначала бусины, сохраняющие изображение, имеют молочно-белый оттенок, но после записи изображения они становятся полупрозрачными, и внутри можно заметить мерцающие световые пятна. Когда Сяо Яо вливал духовную силу, мерцающие световые пятна в бусинах, сохраняющих изображение, создавали в воздухе световую завесу, и в спальне появлялось изображение Тушань Цзяо. — «Мама, посмотри, как я одеваю свою сестричку!» — прозвучал нежный голосок маленькой девочки. На световом экране появилась колыбель, на шее, запястьях и лодыжках Маленького Девятиголового демона были золотые украшения, ее чистые черные глаза капали, когда она некоторое время смотрела на свою левую руку и правую руку, эти золотые предметы, очевидно, были очень привлекательны для нее, и Маленькому Девятиголовому демону было очень любопытно. — «Моя сестра такая красивая, красивее всех кукол Цзяо!» Девочка продолжала говорить: — «Мама, мама, позволь мне рассказать тебе, мой второй дядя действительно отлично стреляет из лука! Он лучший лучник, которого я когда-либо встречала, кроме тебя! Он гораздо лучше моего старшего дяди! Мой старший дядя просто неумеха!» Раздался смех Тушаня Хоу: — «Как ты можешь так говорить, малыш!» Цзяо наклонилась к нему и произнесла: — «Вторая тетя, когда ты приедешь в Цинцю? Второй дядя уже здесь, почему же ты не приезжаешь? Цзяо очень по тебе скучает!» На экране раздался голос Сян Лю: — «Не переживай, разве не замечательно, что Второй Дядя и Цзяо занимаются стрельбой из лука?» — «Сяо Яо, мне рассказали, что цветы гибискуса распускаются на всем протяжении от Чэньи до юга Цинцю. Ты сможешь насладиться ими, медленно возвращаясь назад». Когда они умылись, Сяо Яо решила, что они собираются спать, но вдруг И Ин собрала волосы в хвост и села за стол. Горничная принесла ей толстую стопку книг. У Сяо Яо расширились глаза: — «И Ин, что ты собираешься делать?» — «Проверь бухгалтерскую книгу! Это займет всего полчаса. Не засыпай пока! Как только я закончу, мы обсудим все». Да, И Ин по-прежнему такая же. Хотя она провела весь день на ногах, у нее все еще достаточно энергии, чтобы справляться с делами. Сяо Яо села рядом с И Ин и лениво вздохнула: — «Ты всё такая же!» Сяо Яо, усевшись за стол и подперев щеку рукой, некоторое время внимательно наблюдала за И Ин. Она отправила служанок на отдых, а затем, собрав свои длинные волосы, решила помочь И Ин с растиранием чернил и завариванием чая. Ин взяла чай, заваренный Сяо Яо, аккуратно понюхала его и сказала: — «У него замечательный аромат и отсутствует пена. Ваше мастерство с каждым разом становится все лучше». Сяо Яо застенчиво улыбнулась: — «Когда я была беременна своим маленьким детенышем, я составляла медицинские книги на горе Ушэнь. Сян Лю помогал мне готовить различные кислые фруктовые чаи и я многому у него научилась». — «Цзю Мин Сян Лю? Откуда у него такие навыки?» Сяо Яо, подперев подбородок рукой, погрузилась в размышления: — «Наверняка, он перенял это умение от своего приемного отца. Благодаря ему Сян Лю освоил кулинарию и резьбу по дереву. Он создал для меня великолепный гребень из розового дерева!» Ин покачала головой: — «Я была не права! Мне не стоило его упоминать, потому что ты снова начала говорить без остановки». — «Я не……» Она нежно провел рукой по волосам Сяо Яо и улыбнулся: — «Когда ты еще не была замужем, я говорила, тебе что если бы ты не принадлежала Бэю, я бы забрала тебя к себе. Ты бы сидела рядом со мной, пока я читала книги по ночам, помогая добавлять благовония. Теперь, хотя мой младший брат похитил тебя, мне все же повезло, что я иногда могу тебя видеть!» Одна палочка благовоний медленно догорала, после чего сгорела другая. И Ин зевнула, отложила кисть и потянулась. Сяо Яо посмотрела на нее: — «И Ин... я хочу тебе кое-что рассказать». — «Хм?» — И Ин потерла слегка покрасневшие глаза. — «Как ты знаешь, мой ребенок – маленький змееныш, и его свирепость неизвестна, поэтому Сян Лю отвез меня на крайний север ......» — «На самый север? Я думал, он отвез тебя к морю. Крайний север — это самое холодное место, а ты родилась в южной стране Гао Син. Разве ты смогла бы там приспособиться?» — «Дело не в этом», — произнесла Сяо Яо с серьезным выражением лица. — «Когда мы жили на Крайнем Севере, к нам в гости приезжал Чжуань Сюй». — «Его Величество Черный Император? Как он... нашел вас? Этого не должно было случиться». Ин на мгновение остановилась, и на ее лице медленно заиграла холодная улыбка: — «Похоже, в этом виноват мой старший брат». Сяо Яо прошептала: — «Если подумать, они единственные, кто был там». Она смягчила выражение и прикоснулась к лицу Сяо Яо: — «Уже поздно, давай ляжем спать». И Ин первой забралась на кровать, а Сяо Яо уселась на край дивана, неуклюже натянула одеяло и постепенно легла. — «В чем дело?» Сяо Яо послушно ответила: — «Ничего». Густые черные волосы Сяо Яо расстилались по подушке, словно вода, а ее нежное лицо, выглядывающее из-под одеяла, напоминало цветок персика. Она просто лежала там, покорно ожидая, когда ее сорвут, что вызывало у людей чувство умиления. И Ин тихо прошептала Сяо Яо: — «Чего ты боишься? Я не мужчина. Но... если бы я была твоей любовницей, я бы позволила тебе снова забеременеть и снова пережить мучения!» Сяо Яо заметно вздрогнула: — «Пожалуйста, не говори мне о беременности и о том, чтобы у меня был еще один большой живот». — «Дорогая, теперь ты понимаешь, каково это — вынашивать ребенка!» — произнесла Ин, нежно положив руку на живот Сяо Яо. — «Могу я взглянуть?» Сяо Яо напевала, ослабляя пояс. При тусклом свете свечи на гладкой коже ее живота можно было различить несколько едва заметных отметин. — «О, глупышка». В сердце Сяо Яо вспыхнула волна кислоты, но она быстро утихла, когда она посмотрела на Ин: — «Что ты имеешь в виду под «глупо?» Разве ты не любишь своих детей?» — «Я, безусловно, люблю своих детей», — ответила И Ин, придавая каждому слову особую значимость. — «Но если бы ты оказалась в той же ситуации, что и я, возможно, ты бы не решилась на его рождение». — «Мне нравятся дети, наблюдать за тем, как маленький человек постепенно растет и осваивает что-то новое, и это делает меня очень счастливой!» — «Лишь бы ты была счастлива!» Две женщины соединили свои руки в одном месте. И Ин погладила лоб Сяо Яо и мягко сказала: — «Сяо Яо». — «После того, как ты восстановилась, он...» Сяо Яо опустила ресницы и кивнула. — «У вас с этим...... все в порядке?» — «Сян Лю по-прежнему так же замечателен, и мои чувства к нему остались прежними!». — «Это хорошо». Две женщины тихо переговаривались в постели, пока свеча не догорела, и неясно, кто из них заснул первым. После пяти дней странствий по Чэнью Сяо Яо и И Ин направились в Цинцю, окруженные цветущими гибискусами. В Цинцю Сяо Яо написала письмо отцу. Через пятнадцать дней она взяла с собой Сян Лю и ее дочь на Пегасе и отправилась на гору Ушэнь. Когда они добрались до места назначения, вечер уже наступил, и Император Гаосинь давно ожидал их. Оранжевый закат придавал его белым волосам теплый оттенок. Выйдя из персикового леса, Шао Хао [Император Гао Синь]имел голову, усыпанную белыми локонами. В отличие от Сян Лю, его белоснежные волосы придавали ему вид некоторой возрастности. Однако в тот момент, когда он встречал свою дочь, он излучал жизненную силу и выглядел как истинный бессмертный. Сяо Яо поклонилась Шао Хао и сказала: — «Отец, твоя дочь вернулась и привезла свою дочь!» Император Гао Синь поспешно помог ей подняться, взяв за обе руки: — «Ладно, ладно, моя дочь вернулась!» Он внимательно посмотрел на Сяо Яо. Ее лицо окрасилось в розовый оттенок, а уровень духовной энергии значительно возрос по сравнению с предыдущим состоянием. Нервное выражение на его лице исчезло, уступив место полному счастью. — «Моя дочь вернулась и привела с собой свою дочь!» Сяо Яо обняла Сян Лю и произнесла: — «Передай мне малыша, чтобы дедушка смог его увидеть». Цзюнь-Ди с радостью встретил маленького девятиглавого демона, которого держала на руках Сяо Яо: — «Малыш, наконец-то ты передо мной!» Он постучал по носу ребенка костяшками пальцев: — «Помнишь мой голос? Дедушка навещал тебя, когда ты была еще в яичной скорлупе». Посмотрев на странного беловолосого мужчину, маленький девятиголовый демон протянул свою маленькую руку Шао Хао. Увидев, что этот младенец очень добр к нему и совсем не боится его, Шао Хао улыбнулся и наклонился, чтобы позволить ей прикоснуться к нему. Когда маленький девятиголовый демон положил руку ему на щеку, в его сознании возник образ: …...... За теплыми водами, окутывающими её, раздался голос. — «Ребенок сейчас в безопасности, а Сяо Яо, хоть она и без сознания, рано или поздно очнется, никто из нас не хотел бы видеть подобную ситуацию, особенно ты, Сян Лю, так что не вини себя». — «О? Что случилось?» Затем заговорила Сян Лю: — «Малышка говорит, что ей нравится твой голос». Шаги за пределами яичной скорлупы становились все ближе, и его собственный голос становился все ближе: — «Пожалуйста, просыпайся скорее! Твой ребенок очень милый, хотя это всего лишь яйцо». Маленький девятиглавый демон убрал руки, и изображение исчезло. В глазах Отца промелькнуло удивление: — «Похоже, он помнит своего дедушку. Какой сообразительный ребенок!» Он улыбнулся белому комочку на плече Сян Лю: — «Маленький меховой комочек, иди сначала отдохни!» Мао Цю радостно защебетал и последовал с дворцовыми людьми отправился есть вкусную еду. Сян Лю забрал малыша у Сяо Яо. Император Гао Синь взял Сяо Яо за руку, и группа направилась в дворец Чэнхуа. Император Гао Синь, разумеется, также подготовил роскошную колыбель для встречи своей маленькой внучки. Все собрались вокруг колыбели, и любопытный девятиглавый демон с интересом осматривался по сторонам. — «Посмотри, эти большие глаза напоминают твои!» Шао Хао с любопытством отметил, в чем маленький девятиголовый демон похож на Сяо Яо, а в чем на Сян Лю. Сяо Яо осознавала, что ребенок еще не достиг того возраста, когда можно было бы судить о его внешнем сходстве с кем-либо. Шао Хао мог говорить глупость, однако, несмотря на это, она испытывала глубокое счастье, слушая его. Наложница Цзинъ Ань, стоявшая в стороне с улыбкой, несколько раз жестами указала на маленькую девочку в колыбели и на живот Сяо Яо. Ее служанка с доброй улыбкой перевела: — «Она отметила, что маленькая принцесса невероятно очаровательна. Интересно, когда у Ван Цзы появится еще один маленький принц? Это было бы просто замечательно!» Император Гао Синь улыбнулся и сказал: — «Сяо Яо любит дочерей и не планирует заводить еще одного ребёнка». Наложница Цзинъ Ань беспомощно улыбнулась, открыла шкатулку с драгоценностями в руках служанки, и осторожно надела на маленького девятиглавого демона замок долголетия из чистого золота. Маленький девятиглавый демон коснулся золотого замочка своей маленькой ручкой и сказал наложнице Цзинъ Ань: — «Спасибо, малышу ...... нравится». Ее голос звучит по-детски, а произношение не совсем ясное. Тем не менее, для младенца, который все еще в пеленках, даже умение лепетать считается ранним достижением. Теперь она способна говорить словами, понятными людям. Она очаровательна, но в ней присутствует нечто странное и неописуемое. Император Гао Синь спокойно сказал наложнице Цзинъ Ань: — «Возвращайся первой». Наложница Цзинъ Ань поклонилась и ушла. Император Гао Синь распустил всех дворцовых слуг, оставив только Сяо Яо и Сян Лю. После того, как дворцовые слуги ушли, Император Гао Синь, очевидно, стал намного спокойнее и серьезно спросил Сяо Яо: — «Этот ребенок хорошо себя ведет? Он не доставляет хлопот?» — «Маленький девятиголовый демон не плачет, как человеческие детеныши, и уж тем более не плачет по ночам, его очень хорошо воспитывать», — улыбнулась Сяо Яо и посмотрела на Сян Лю: — «А Сян Лю еще и очень ответственный отец!» — «Видя, что ты хорошо выглядишь, отец знает, что у тебя все хорошо!» Шао Хао полагал, что Сяо Яо впала в кому вследствие послеродовых травм, как и ее мать А Хэн, и не подозревал, что на самом деле она утратила жизнь. В то же время это было и к лучшему, так как позволяло ему не переживать о ней слишком сильно. Император Гао Синь заинтересовался младенцем в колыбели: — «Что ест маленькая змея?» — «Звериную кровь и сырое мясо. Когда она голодна, она подходит ко мне и нежно кусает мои пальцы своими маленькими зубками». У человеческих младенцев зубы появляются сначала спереди, однако у младенца в колыбели можно заметить два маленьких острых зуба в области, где обычно вырастают клыки, что свидетельствует о том, что это дитя демона. Шао Хао протянул руку, чтобы подразнить ребенка, и маленький девятиглавый демон укусил его за палец. Шао Хао был поражен и посмотрел на Сяо Яо с улыбкой: — «Он голоден?» Сяо Яо объяснила: — «Пока что нет, я принесла ее сюда после кормления. Это поведение животного говорит о том, что вы очень нравитесь малышке! Если она к вам испытывает симпатию, то может укусить». Император Гао Синь некоторое время смотрел на ребенка, размахивавшего руками, и осторожно сказал: — «...Истинная форма этого ребенка — маленький девятиголовый демон?» Сяо Яо с доброй улыбкой сказала: — «Да! Я даже сохранила её яичную скорлупу!» Шао Хао быстро взглянул на Сян Лю, затем с улыбкой спросил Сяо Яо: — «У неё действительно девять голов?» — «Да, прямо как у ее отца!» Сян Лю опустил голову, но не смог скрыть своей яркой улыбки. — «Иди, покажи дедушке свои девять головок!» Младенец в колыбели снова превратился в мягкое змеиное тело, и Шао Хао пересчитал их одного за другим: — «Один, два, три... на самом деле девять!» Маленький девятиголовый демон хихикнул, и его миниатюрная голова обвилась вокруг руки Шао Хао, при этом вся змея обвилась вокруг его руки. Шао Хао поднял руку, чтобы освободить её, и игривая змея снова превратилась в человека. Шао Хао испугался и едва успел её поймать. Увидев, что Шао Хао прибывал в состоянии шока, маленькая девятиглавая демоница вспомнила, как продемонстрировала трюк, который очень порадовал её родителей. В результате она бессвязно произнесла: — «Дедушка... посмотри». Пять различных оттенков духовного пламени ярко светились на кончиках ее юных пальцев, отражая разнообразные эмоции, запечатленные на их лицах. В глазах Сяо Яо отражалось полное облегчение, в глазах Сян Лю – целый спектр эмоций, а выражение Шао Хао было более многослойным. С другой стороны, на ее лице сияла детская невинность; она совершенно не осознавала, какое удивительное событие произошло, и не знала о том, какой замечательный дар ей был передан в наследство. Как всем известно, в Великой пустыне есть только один человек, владеющий пятью духами, — Чи Чэн. На глаза Сяо Яо навернулись слезы: эта девочка ничем не выделялась среди дочерей тысяч семей, но Сяо Яо понимала, как сложно ей было появиться на свет, ведь в ее венах текла кровь Чи Чэна и Сян Лю. Ее появление на свет было настоящим чудом. ПоделитьсяСохранить в закладках1 просмотр1 упоминаниеТЕКСТОВЫЕ ВСЕЛЕННЫЕ: КОГДА СЛОВА ОЖИВАЮТ29 мар в 22:34Редактировать