Перед ним

Больничная кровать Маркусу никогда не нравилась, была слишком жёсткая и неуютная. Но он был готов попадать сюда снова и снова если на соседней койке будет сложена форма Гриффиндора. Это началось ещё несколько месяцев назад. Нельзя было точно сказать когда. С каждым днём Вуд всё больше заполнял его голову, а после драк с ним напряжение внизу живота росло. Желание появлялось когда Маркус наблюдал за ним в большом зале, когда видел его в библиотеке, склонившимся над квиддичными журналами. Что уж говорить о его фигуре в спортивной форме.. Маркус старался не ворочать сломанной рукой, которая от любого движения отдавала тупой болью. Но даже с такого ракурса можно было увидеть знакомые очертания. Оливер, раскорячившись под одеялом, тихо посапывал, видя уже седьмой сон. Смазливая морда выглядывала из-под одеяла совсем немного. Такой Оливер вызывал даже не желание, а порыв затискать до смерти. Как у девчонки, ей-богу! Вуд был до нельзя худющим. Когда первый раз Маркус увидел его не в школьной мантии, а в черной водолазке, то выпал в осадок. Неужели эта миниатюрная фигурка могла стоять на месте вратаря. Как казалось Флинту, ему больше бы подошла роль ловца. Но это было только на первый взгляд. Когда Вуда выпускали на поле, надо было в лепешку расшибиться, чтобы забить ему хоть один квоффл. В тусклом свете Маркус смог разглядеть рядом с Оливером его Гриффиндорскую форму. Красный ярко выделялся из всей больничной обстановки. Жаль, что Вуд не поступил с ним на один факультет. Возможно бы даже спали в одной комнате. Но тогда бы член вставал в два раза чаще.. Достаточно лишь немного углубиться в эти фантазии: Оливер, с зелёным галстуком, в мантии Слизерина. В общей комнате никого кроме них. Дыхание учащается, оно слышится по всей комнате. Единственный источник света – это пара свечей. И вот Вуд начинает раздеваться.. Медленно, смакуя каждое движение. А Маркус не выдерживает. Он так давно ждал. Опрокидывает его на диван, удерживая руки.. Из фантазий Флинта выдернул короткий слабый стон с соседней кровати. Оливер во сне задел сломанную ногу, скривившись от неприятных ощущений. Но не просыпаясь. В какой-то момент Маркус начал осознавать, что напряжение и неудовлетворённость сделали своё дело. Член натягивал ткань трусов, от этого становилось больно. Неимоверно хотелось разрядки. Кровать скрипнула от движения Маркуса. Как можно аккуратнее, тот начал опускать здоровую руку в штаны. Тело горело, а под одеждой стало безумно жарко. Дыхание участилось, но он не мог позволить себе громких вздохов. Когда Флинт начал скользить рукой по собственному члену, он впился глазами в сонное лицо Оливера. Волны удовольствия ползли по всему телу, медленно приближая к экстазу. Вскользь проскочила мысль, как же было бы хорошо кончить Вуду на лицо.. Чтобы потом он проснулся весь в сперме и не понимая происходящего, начал тереть глаза. Ладонь запачкала липкая субстанция и Флинт, без угрызений совести, вытер ее о больничное одеяло. Тяжело дыша он наблюдал за Оливером. Тот лежал как прежде и спокойно сопел, даже не думая просыпаться. Оргазм не был таким ошеломительным. Даже учитывая то, что в этот раз он дрочил не на обычные фантазии, а на лицо объекта своих душевных метаний. Флинту хотелось большего, во всех смыслах. Хотелось заявить о себе и своих чувствах. Чтобы их связывало что-то большее, чем драки в коридорах Хогвартса. И чтобы Вуд знал, что тот дрочит на него, а не просто спал, не подозревая ни о чём.. От недавнего оргазма тело начало клонить в сон. Голова сама опустилась на подушку, а глаза начали слипаться. Последней мыслью Маркуса стало то, как же он хотел, чтобы Вуд отсосал ему, а потом бессовестно кончить ему в рот..