Проебать свое счастье или отсосать?

      В клубе сменяется очередная песня, какая это по счету..? Блять, да не важно; важно то, с каким трепетом Кадзуха держит его за руку и ведёт прочь из этого гнилого места.       — Не хочешь попрощаться? Там тебя твоя подружка ждет, — немного замедляя шаг, интересуется Скарамучча. А Кадзухе так и хочется зарядить ему пару щелбанов.        — Не хочу. Кто будет беспокоиться — напишут.        Ну да, немного пришлось подтереть стенки подъезда Скарамуччей. И нет, он не возмущается, ведь за чередой поцелуев он даже не замечает такой мелочи. Да кто в здравом уме будет обращать внимания на что-либо, кроме ахуенно блондина, который целует тебя с такой нежность и заботой, в конце чуть причмокивая.        Дверь, Скарамучча открыл чуть ли не с двадцатой попытки. Ебать её в рот, какой черт вообще придумал замки?        В квартиру они так же заваливаются, не отрываясь друг от друга. Каэдехара, сразу утягивает на кровать, нависая сверху. Осыпая поцелуями не только уже опухшие губы, от их изобилия, но и всё лицо, плавно переходя на шею. А там уже оттягивает черную футболку и лижет ключицы.        — Блять, скажи мне школьнику, что я буду лежать под тобой и покорно принимать поцелуи, то не поверил бы, — запрокидывает голову Скарамучча и протягивает руки выше, на плечи Кадзухи.        — Хочешь остановиться? — спрашивает блондин, отрываясь от издевательства над шеей.        — Нет! Не для этого я тебя вылавливал.       — Тогда будь умницей и будешь принимать не только поцелуи, — Кадзуха скидывает руки на себе и тянется за края футболки нижнего. После отлетают и штаны с нижним бельем. А Скарамучча уже изводиться. Ну блять извините, кто-то получил долгожданное облегчение еще в ебаной кабинке, будь он проклят, клуба. Чтобы чуть поторопить Кадзуху он снова кладет руки на его плечи и тянет ближе к себе, утягивая в мокрый поцелуй. Рука блондина спускается вниз, оглаживает чуть впалый живот и накрывает возбуждение. Блять, да.        — Мх.. давай быстрее, — снова затыкает и себя и его поцелуем. Вот так целоваться с Кадзухой однозначно приятно, поцелуи выходят долгие, нежные и неторопливые, но сейчас, когда Скарамучча лезет целоваться по большей части для того, чтобы скрыть свои вздохи и стоны, это все очень сильно смущает его, поцелуи выходят очень смазанными и резкими. Еще чуть-чуть и он прокусить губу Каэдехаре нахер.        Кадзуха отстраняется, напоследок облизнувшись, чтобы снять с себя оставшуюся одежду и кинуть её куда-то в сторону Скарамучченой.        Райден провожает её помутневшим взглядом и кажется перед глазами уже все плывет, поэтому он не замечает когда Кадзуха успевает снова к нему вернуться и начать зацеловывать где-то за ушком. От этого по телу проносятся волны удовольствия. Воу.. он даже не знал, что там есть приятная для него зона. И на подкорке еще чистого сознания, он надеятся, что блондин поможет найти еще много таких мест, естественно не за один раз. Скарамучча сделает все, чтобы навеки остаться с Кадзухой, как во всех сопливых романах, проводить с ним всё время, пока смерть не разлу…        — Скар..?        Пока смерть не разлучит нас.        — Скара, ты слышишь меня? — уже более громко повторяет Кадзуха.        — М..да? — о нет, он уже полностью поплыл, Скарамучча потерян в густом лесу по имени: «Кааадзуухааа».        — Я спрашиваю, есть ли смазка? Или мы с тобой на данный момент обойдемся лишь совместной дрочкой?        — А.. да. Есть, посмотри тут в ящике, — он взглядом показывает на белую тумбу возле кровати.        Кадзуха немного копошится и выуживает нужную баночку. Быстро растирает жидкость на пальцах, чтобы та не была холодной и не доставляла дискомфорта. А потом вставляет один, проникает понемногу, чтобы не навредить.        — Котенок, говори, пожалуйста, если будет больно, — произносит с опаской. Кадзуха волнуется, а Скарамучча расплывается окончательно. Кивает как болванчик и пытается свыкнуться с новыми ощущениями. Было совсем не больно, благодаря блондину, но было ли дискомфортно? Однозначно. Однако за такой уверенной и нежной подготовкой, Райден даже не заметил, как входило в него уже два пальца целиком. Тот расплывается в улыбке, явно кайфуя от того, как в его руках расплывается Скарамучча. Кстати о руках, вторая, что была свободной уже то сжимала нежные бедра, то поглаживала. А Райдену не смотря на весь грозный образ, важно было чувствовать тепло и нежность от другого. Хотя не так, от другого и не нужно было — нужно было от Каэдехары Кадзухи. Только от него он готов принимать всю ласку. Только от него он так плавится как морожено под солнцем. Только ему он сможет доверять. И только с ним у него все непременно получится. За небольшими разговорами Скарамучча не заметил, как его покинули пальцы.        — Я вхожу?        — Да, давай уже, — а сам собирается с мыслями.        Кадзуха пару раз проводит смазанной рукой по члену и, помогая себе, подстраивается к колечку мышц. Проникает медленно, следя за каждой эмоцией  Скарамуччи. Полностью войдя, останавливается. Ведь скарамучча кривит лицо, а на уголках глаз выступают слезинки.        — Ммм… подожди.. дай привыкнуть, — все же размеры члена с пальцами и рядом не стояли.        Кадзуха нагибается и начинает зацеловывать, чтобы хоть как то отвлечь. Лижет и покусывает, спускается ниже переходя к затвердевшим бусинкам, проводя по ним на пробу.        — Мха.. Кадзу! — он чуть ли не задыхается от того, насколько же это приятно… приятно… все, что делает с ним блондин — приятно. Ну а все что не касается этого, идет на второй план.        — Думаю, ты можешь уже.. — не успел он договорить фразу, как Кадзуха тут же качнул бедрами вперед, проникая еще глубже. Звук соприкосновения бедер тут же отдается в уши, а Скар жмет челюсть, чтобы не застонать во все горло, скрещивает лодыжки за спиной у блондина. Второй толчок тут же задевает простату и Райден чуть ли не подпрыгивает на кровати, выгибаясь на встречу, стон все таки вышел из него.        Кадзуха же снова лыбится, что за дьявольская улыбка? Он раньше не видел такой.        — Моему мальчику хорошо? — снова толчок и Скарамучче хочется ему всечь, но от удовольствия все силы покинули его, даже дрожащую руку он едва поднимет в данный момент.        — Ах.. закройся, — он зажмуривается, чувствуя как руки блондина перетекают на его бока и с силой сжимают. Темп постепенно наращивается, а на особо глубоких толчках Скарамучча все же громко стонет, забыв о том, что нужно смущаться.        — Давай, покажи как тебе хорошо, — и Райден хочет возмутиться, но ему не дают, накрывая губы другими. Причмокивает, закусывает верхнюю губу и спускается к измученной от поцелуев шее, все же позволяя себе оставить небольшое красное пятнышко. А нижний и рад, стонет срывая горло. Пытается словить хоть что-то лежавшее на кровати, но после пары неудачных попыток бросает эту идею и сцепляет свои руки на шее блондина, пока тот лижется.        И чего Скарамучча так боялся? Это крыше сносное удовольствие не сравниться с осуждениями других, пусть они позакрывают пиздак и смотрят завидуя, ведь за всеми этими упреками они теряют счастье. Дело даже не в сексе, дело в том, с кем ты этим занимаешься. Да хоть ебись ты с лучшим знатоком, от него настоящего интима не добиться, потому что с любимым человеком секс превращается в духовное слияние и ты растекаешься лужей.         — Малыш, какой же ты красивый мм.. в тебе так хорошо, — его голос чуть подсел от чего стал еще более охуенным, весь Кадзуха охуенный. Скарамучча на все слова громко стонет и срывает голос. Он на пределе. Исполняет свое желание и впутывает руки в блондинистые волосы, притягивая ближе к себе, начиная лихорадочно покрывать все лицо Кадзухи поцелуями. И этой всей смеси эмоций хватило, чтобы вот так, не прикасаясь к себе кончить. Он сильно сжимается и уже содрогается в оргазме блондин, успев сбросить ноги Скарамуччи с себя и излиться на его живот.        — Теперь мы встречаемся? — чуть отдышавшись спрашивает Райден.        — Я думал, мы это еще решили в туалете.        — Это да или нет?        Но вместо ответа Кадзуха тихо смеется под недовольное лицо Скарамуччи и плюхается на кровать совсем рядышком, утягивая в объятия.        — Это да.        — Фу блять… — снова кривиться Скарамучча и видит как блондин вопросительно его оглядывает.        — Идиот, мы теперь все в конче.        А Кадзуха лишь заливается смехом.