Искушение Святого

      - ...Святая Мария, Матерь Божия, молись о нас грешных ныне и в час смерти нашей, Аминь... - Джонатан стоял на коленях у образа Девы Марии в своей комнате. Эту молитву он повторял уже по шестому разу, колени уже болели от перенапряжения, стоя на твердом деревянном полу.       - Неправильно молишься, зря только слова тратишь.. Джонатан посмотрел в дверной проем и увидел отца, который сделал ему замечание. Тот держал в руке указку, которой он похлопал по спине и ногам юноши.       - Не сутулься как старый дед! Ноги вместе держи! Локти к телу прижми! Что ты как инвалид сидишь, а не как верующий?!       - Мне неудобно держать ноги вместе, отец... - Джон склонил голову и опустил руки.       - Что ты сказал, Иуда мелкий? Тебе неудобно?! - мужчину эта фраза разозлила не на шутку. Джон попытался прикрыть голову руками, за что получил по ним пару ударов указкой.       - Думаешь Иисусу было удобно быть распятым на кресте и умирать за наши грехи?! Ты, хоть, думай, что говоришь, когда молишься и обращаешься к святым! Неудобно, видите ли, ему! Далее удар по спине и боль по всему позвоночнику, что вызвало у парня волну слез.       - Еще одна подобная фраза - я тебя в монастырь отдам, ты понял меня?!       - Я все понял, отец.. - Джонатан поднял на мужчину жалобный взгляд и попытался сесть в правильную позу для молитвы, но спина сильно болела, когда он ее выпрямил. А вдруг ударом мужчина выбил ему позвонок?       - Через час ужин, не опаздывай. - Эту фразу он произнес спокойно и, напоследок пригрозив Джону указкой, удалился в свой кабинет.              В глубине души Джонатан хотел встать и сломать эту указку на глазах у своего отца, показывая, что религиозное рабство в семье ему надоело. Внутри он чувствовал горечь, которую хотелось выплеснуть наружу: накричать, разбить, порвать и сломать все, что напоминало о святых; Высказаться отцу за испорченное детство и затолкать его мнение глубоко, куда даже не проходит свет.       Но... Он ничего не сможет сделать, пока живет с ним, ведь ему некуда больше идти. У него никогда не было друзей, ведь на дружбу было табу. "Настоящий священник должен соблюдать порядок: учиться, молиться, верить. Дружба не входит в этот список, она все только портит.",- эти слова сильно ранили Джонатана, когда он только пошел в школу и стал общаться с одноклассниками. Ему было обидно смотреть, как на выпускном они прогуливались по городу и веселились, а он в это время один шел домой. Сейчас его бывшие одноклассники учатся в университете, знакомятся с новыми людьми и получают знания, а он сидит дома с отцом и работает с ним. Как же противно ему это все осознавать.       - Отец... - обратился к нему Джон за ужином, - ...Можно я завтра прогуляюсь по городу после утренней мессы? Мужчина посмотрел на сына странным взглядом, полным недоверия.       - И где ты конкретно собираешься прогуляться?       - Сначала я зайду в библиотеку, потом немного посижу в кафе...       - Вижу, тебе дома плохо кормится.       - Нет, нет, отец, просто я хочу немного разбавить свой рацион и, хотя бы, попить чай с пирожным. Ну пожалуйста, всего один разочек, больше я ничего не попрошу. - Джонатан умоляюще посмотрел на отца и сложил ладони как в молитве. Мужчина немного подумал и, все таки, согласился.       - Только учти, это тебе за Рождество. Джонатан и обрадовался, и одновременно расстроился таким словам. На Рождество он хотел еще немного подкопить денег и пойти с отцом в ресторан, но придется заместо этой роскоши довольствоваться завтрашним походом в кафе.       После ужина Джонатан помыл посуду и направился в свою комнату. Помолился перед сном, благодаря Господа Бога за согласие отца на завтрашний поход в кафе, и с улыбкой лег спать.       Спать было некомфортно из-за боли в спине от удара. Обезболивающих таблеток у них дома не было, как и других лекарств. Все недуги лечились молитвами, травами и святой водой, поэтому организм Дэвиса-младшего был слаб, и любой ветерок мог его простудить. Вскоре боль отступила и парень смог наконец уснуть.

***

      Джеймс вернулся к себе домой подвыпивший. Его ничуть не смущал бардак в его доме, который устроила его бывшая девушка, которая собирала вещи.       - Не думаю, что с твоим характером ты найдешь себе девушку! - Элис бросила на парня злой взгляд и кинула в чемодан свою кофточку.       - Да-да, я плохой, а вокруг тебя вертится наша Галактика. Тебя твое же поведение не смущает? Ничего что я единственный работаю, прощаю твои измены и вообще ты живешь в моем доме, практически, как королева?       - То-есть я во всем виновата?! Джеймс в ответ пожал плечами и лег на кровать.       Элис долго кричала на него, сыпала оскорбления, но парень все пропускал мимо ушей. Он прожил вместе с ней три года, это была их не первая ссора, но была последней. Раньше девушка просто уходила в комнату и не выходила на контакт, а сейчас она собирает вещи. Джеймс от этого устал, он не старался удержать ее, помириться с ней и жить как раньше. Нет. В этот раз он больше не позволит вытирать о себя ноги.       - Знаешь, кто ты после этого? Настоящая сволочь, никакой ты не мужик! - это были последние слова Элис, после которых захлопнулась дверь, окончательно завершив отношения пары.       Джеймс только вздохнул и потер руками лицо. Как же он устал от капризов Элис, но хорошо, что это все закончилось. Он и сам не понимал, что на нее вчера нашло, что она устроила скандал с битьем посуды, а сегодня вообще собрала вещи и ушла. Наверное она просто не любила Джеймса за его душу, а за щедрость и мягкость по отношению к ней.       Ей не нравились его друзья и то, что он может с ними проводить время. Когда у него была своя рок-группа, она каждую репетицию была рядом. Она ревновала его ко всем, даже кого он не знает. Если он решал погулять с друзьями без нее, то она закатывала спектакль, что ей плохо, чтобы он оставался дома.       Но теперь это в прошлом. Теперь нет никаких преград...       Всю ночь Джеймс не мог выбросить Джонатана из головы. Он думал, как они могут пересечься, поговорить и, возможно, подружиться. У него было много интересных друзей и знакомых, а вот верующих не было никогда, это будет, довольно, интересный опыт...       Утром снова будильник.       Джеймс поворачивается на другой бок и бормочет: "Элис, переведи будильник на пять минут", - но ответа не последовало. Шаффер открывает глаза и тут вспоминает, что Элис вчера ушла, поэтому придется вставать. Он смотрит вокруг и присвистывает, ведь на полу лежала куча его вещей, которые девушка на почве злости скидывала вчера на пол. Некогда заниматься уборкой, нужно на работу собираться. Парень принимает душ и садится завтракать. Дома было непривычно тихо, не слышны шаги и крики "Где мои колготки?", "Где моя блузка?". На душе стало немного тоскливо. Насыпав в миску хлопья и залив их молоком, Джеймс начал думать, что ему делать дальше. Может возродить рок-группу? Или поискать новую любовь, чтобы не умереть с тоски? Джеймс все-таки не позавтракал, поскольку раздумья заняли достаточно времени, чтобы впопыхах одеться и побежать на работу.       И на работе Джеймс не мог ни о чем не думать. Всякие мысли лезли в голову, но ни к одной он не мог найти аргумент. Может быть он просто погорячился на Элис, разозлил ее, вывел? Может стоит извиниться? Не раздумывая, он берет телефон и начинает набирать номер, как вдруг в магазин зашел Джонатан. Джеймс положил трубку и внимательно посмотрел на юношу: На нем снова была эта одежда, что и вчера; В своих бледных ручонках он держал Евангелие; Он проходил плавной походкой вдоль полок с товаром. В этот раз он взял себе сырок и коробку сока.       - Ну же, Джеймс, это твой шанс.. - Сказал сам себе Шаффер и, когда Джонатан подошел к кассе, пробил его покупки и сразу же начал диалог:       - Ты, как я понимаю, семинарист?       - Нет, но я работаю в центральной церкви.. - улыбнулся Джонатан. Для него было приятно пообщаться с кем-нибудь, кроме чем как с отцом.       - Просто ты такой юный, чтобы быть священником. Сколько тебе?       - Мне девятнадцать, в январе двадцать исполнится.       - По тебе так и не скажешь, Джон, что тебе почти двадцать. На вид тебе не больше шестнадцати. - Джеймс облокотился о стол и улыбнулся юному посетителю.       - Спасибо, но откуда Вы знаете, как меня зовут? - Джонатан склонил голову.       - Я умею мысли читать. - засмеялся Шаффер, - А куда ты направляешься, если не секрет?       - Да никуда, просто гуляю по городу. Недавно месса закончилась, вот решил отдохнуть. - Джонатан прижал к груди Евангелие и мило улыбнулся. Джеймс улыбнулся в ответ и протянул Джону шоколадный батончик, так сказать, за счет заведения. Джонатан немного заупрямился, ведь он не привык что-то бесплатно брать, но все таки Шафферу удалось его уговорить угоститься. Услышав скромное полное смущения "Спасибо", Джеймс широко улыбнулся и, проводив Джонатана взглядом, работал уже в отличном настроении, надеясь, что это их далеко не последняя встреча.