Искушение Святого

      — Я оскорбил Господа следующими грехами… — Джонатан сжимал истерзанными руками крест. Соленые слезы капали на запястья, обжигая на них раны, — …солгал отцу, не послушался наставления Господа, ввязался в разврат, говорил грубые слова.       — И стоило ли оно того? — спросил священник за стеной исповедальни, — Подумать только, ребенок божий и ввязался в такую грязь. Стыдно тебе должно быть.       — Мне стыдно, отец. Этого не повторится, клянусь перед Богом. — всхлипнул Джонатан.       — Поэтому ты сейчас берешь в руки Евангелие от Луки и открываешь на 15:11–32. — сказал священник и, прочитав молитву отпущения грехов, перекрестил сына. Джонатан зашел в ризницу и, взяв Евангелие, открыл нужную страницу. Притча о блудном сыне. Он сел на скамью и начал читать…

…У некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую часть имения. И разделил им имение.

По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно…

Дочитав, Джонатан не понял, почему младший не принял наказание от отца по возвращению, а наоборот по этому поводу чуть ли не праздник закатили. Он увидел в этой притче себя в лице старшего, который пашет как лошадь, находится рядом с отцом, а его как будто бы и нет и все ему нельзя. Стало непонятно.       — Пап… — Джонатан всунул голову в кабинет отца, будучи дома.       — Отец. — ответил Дэвис старший, — Сколько раз повторять тебе, что никаких «пап» по обращению ко мне, я еще не принял такой сан?       — Прости, отец. Я хотел бы задать вопрос по поводу притчи о блудном сыне, которую ты мне сказал прочитать: Почему младший, который прогулял имение с блудницами получил радость отчую, а старший, что отцу помогал, не получал ничего? Ты точно мне это сказал прочесть? Мужчина снял с себя очки и посмотрел на Джонатана исподлобья:       — Мне главное, чтобы ты усвоил урок, а не задавал глупые вопросы.       — Но мне интересно, ведь без понимания, я урок не усвою. — Джонатан зашел в кабинет и виновато опустил голову.       — Смысл в том, что родителей надо слушаться, а не лгать им ради плотских прихотей и еще это тонкий намек, что ты от меня больше ни гроша не получишь. — мужчина снова надел очки, — Я ответил на твой вопрос? Свободен. Джонатан потускнел. Он вышел из кабинета и облокотился о стену. Теперь у него ни цента на руках не будет, полностью лишен карманных денег, которых и так отец давал немного. И к кому теперь обратиться за поддержкой? К кресту и всё. Или нет, не всё…

***

      — А он мне такой и говорит: я тебе ничего не должен, мы же друзья. Брайан, таких друзей за хер и в му… Погоди, у меня тут важный покупатель. — Джеймс кладет трубку и облокачивается на кассу, — Привет, святейший, как домой прибыл? Джонатан поднимает на Джеймса свой поникший взгляд и натягивает улыбку.       — Да все хорошо прошло.       — Не врешь в этот раз? — усмехнулся Джеймс, — Я в любой момент приставлю к тебе охранников.       — Не лгу, все и вправду прекрасно. — единственный грех, к чему придавался частенько Джонатан - ложь. Это было из добрых побуждений, он не хотел проблем, связанные со взаимоотношениями с отцом. Не раз его хотела забрать опека, не раз ему самому за это прилетало от отца, что тот «всем жалуется на проблемы», хоть он с рождения тихий как мышь.       — Не верю все равно. Ты… — глаза Джеймса упали на запястья Дэвиса, — …О боже…       — Не произноси имя Божьего напрасно. — полушепотом сказал Джонатан.       — Да как тут не произносить?! — Джеймс хватает парня за руки и рассматривает красные полосы с застывшей кровью на внутренней стороне его запястий, — Я понимаю, что твоя жизнь - полное дерьмо, но это не выход, так ты еще сильнее грехи себе набиваешь!       — Это не я! — кричит Джонатан и опускает голову, начиная рыдать. Джеймс отпустил руки Джонатана и попятился к телефону.       — С меня достаточно, я вызываю полицию.       — Пожалуйста, Джеймс, не надо! Я сделаю всё, я даже буду готов работать у тебя, но только не полиция! Я не хочу ухудшить отношения с отцом на «нет». Я за тебя помолюсь сто раз, но только не… — Джонатан уже сорвался на истерику, он стал невнятно говорить, а вскоре свалился на пол, резко замолкнув. Джеймс бросил трубку, когда на конце провода ему даже не успели до конца представиться. Он бросается к Джонатану и похлопывает его по красной от слез щеке…       — Чувак, ты не планируй мне тут отправляться к праотцам, иначе магазин закроют насовсем. Давай вставай, я тебе сейчас принесу попить и шоколад, может кровь разгонит.       — У меня денег нет… — вяло ответил Джонатан, — Я лишен карманных денег…       — Прими это как подарок, только приди в себя. — Джеймс усадил Джонатана в кресло и пошел к полкам сначала за водой, потом за шоколадом.

*

      — Как часто ты падаешь? — Джеймс не уводил от Дэвиса взгляд, контролируя его состояние, — Судя по твоей бледной коже, не в первый раз.       — Точное количество не помню, но во время поста у меня такое часто. Тем более грех чревоугодия опасен.       — То, что у тебя в жизни происходит, скорее грех самоуничтожения. Давай мы с тобой рванем как-нибудь на природу, пожарим мясо, как раз на солнце загоришь, а то белый как стены магазина. Джонатан увел взгляд и вздохнул, хочется самому убежать в лес, есть вредную пищу и отдыхать, но…       — Отец понял, где я, все-таки был… Оттуда и раны как на руках, так и в душе моей. Иисус меня презирает после этого.       — Как я слышал, Иисус прощает всех, кто понял свои ошибки, а тут прям радикально так. Вы точно католики, а не мормоны?       — Католики.       — Тогда почему такой пиздец у вас в доме творится чуть ли не каждый день? Да и в сем проблема сказать отцу о своих накопившихся чувствах и просто уйти? Джонатан покачал головой:       — А кому я такой нужен? Если я уйду от отца, то вход в церковь мне будет закрыт.       — У нас не одна на весь город церковь и уж тем более много других мест работы. Например со мной, ты же силен в математике?       — В математике силен, но дальше дробей я ничего не изучал, отец запретил.       — Этих знаний вполне достаточно, тем более у тебя под рукой всегда будет инновационный продукт, разработанный тысячами профессорами из лучших университетов мира, включая Оксфорд… простыми словами: калькулятор. — усмехнулся Джеймс и протянул сие мировое изобретение Джонатану, чтобы тот с ним ознакомился.       — А если он в момент перестанет работать? Вдруг невовремя сядет аккумулятор? — Джонатан посмотрел на Джеймса, продолжая тыкать на рандомные кнопки.       — Он оснащен более инновационными и продвинутыми средствами, которые ученые изобретали несколько тысячелетий во имя Теслы и Эйнштейна, короче, в него установлены солнечные батареи, которые работают от света и необязательно от солнечного. — Джеймс увидел покупателя и принялся за работу, оставив Джонатана играться с калькулятором.       — Джеймс, а как же…? — Джонатан протянул Шафферу калькулятор, пока тот уже пробивал чек.       — Зачем он мне? Я в уме считаю хорошо. У меня, между прочим, математический колледж за спиной. Эти вычисления для меня не помеха. — Джеймс повернулся к собеседнику, — А вот, что касается тебя, то попробуй сложить 35 и 28.       — 35 и 28… — Джонатан немного затормозил, пытаясь сложить эти два числа, — …53? Джеймс попытался сдержать смех:       — Ты упустил целую десятку, так и обанкротиться можно. В итоге мы имеем, что ты задержал очередь, так еще и в минуса пустил магазин. А теперь при помощи калькулятора от 52 убери 24 и что получается? Джонатан быстро посчитал это на калькуляторе и дал ответ: 28.       — Так вот сколько лет было моему дяде, когда я родился… — Шаффер посмотрел в верхний угол и повернулся к Джонатану, — Вот видишь, так гораздо быстрее. Уверяю, как только ты решишься на отважный шаг работать в торговле, тебе предстоит работать с этой штукой, как видишь, так даже интереснее.

***

      — Прости, что ввязал тебя в эту ситуацию, сестра Мелани. — Джонатан виновато смотрел на монахиню, слегка сгорбившись.       — Да брось, зато ты отдохнул, хоть и последствия оказались неприятными. — Мелани провела рукой по голове Джона и улыбнулась, прощая его, хоть она не держала никакого зла.       — Спасибо, что понимаешь меня. — Джонатан не сдержал своих чувств и обнял девушку.       — Джон, не стоило… Сейчас месса начнется, а мы тут обнимаемся.       — Еще как стоило, сестра.