Руянъ

По Варяжскому по морю

Плыли белы лебеди,

Плыли мирно за любовью -

Руян остров впереди!

      Вот пенилась белая вода, показалась титанова корма, железная рыба то всплыла…       — Огонь! — отдан был приказ и атомная субморина из чистейшего титана, качаясь на волнах пустила ракету Сатану.       За ней Протон, за протоном Ярс. Качаясь на волнах, морской атамоход разразился серой, дымом да огнём. За ним шла целая армада стальных кораблей — эсминцы, грозные крейсеры, мощные лидеры. Практически весь российский Балтийский флот. Смотря в бинокль, адмирал по рации отдал приказ:       — Стрелять из всего, что есть. Мы идём Домой! — и, выйдя на палубу, из Стечкина пальнул в чисто небо.       Разразился громом залпов старейший русский флот, подняли Андреевский, Красное Знамя, Имперский, российский Триколор. С дальнего брега пушки палили, веля пристать армаде к родимым берегам. Неожиданно разнёсся гул, летела туча самолётов. Сотни белых парашютов десантировались на остров, Чёрные Акулы кружили вокруг. В броне и с оружием, русский десант высадился на Руян, открылись врата белокаменного града, звонили колокола. Им вынесли каравай. Построившись, кланялись родной земле. Стрельцы обнимали, целовали братьев, девки красные танцевали. Один сорвал с головы голубой берет, скинул на земь тяжёлую броню. Выстрелив в воздух всю обойму автомата, пустился в пляс и затем в присядку.

Во саду ли, в огороде

Девица гуляла.

Ёна ростом невеличка,

Сама круглоличка.

      Лебедь белая гуляла по волнам, обошла титановый атамоход, что бросил якорь. Её остров принял родных гостей, что пришли издалека. Взлетев на волне, очутилась на каменистом берегу. Вмиг обернулась Грознаю Царицей, во платье бирюзовом. Кокошник малахитовый, русая коса тяжёла до земли. Притопнув сапогом, полыхнула во лбу звезда Полынь. Под косой месяц блёклый испускал тусклый свет. Ей в объятия кинулась девочка тринадцати лет. Волосы чистый мёд, небесные глаза полны слёз. В алом комбинезоне и белых сапогах, с верным бластером в серебристой кабуре, Алиса не могла себя в руках держать. Целуя её всю, Царь-Девица вытирала слёзы. Знала она, через что прошла вечный ребёнок, какое испытание на неё выпало. Они обе застыли, сини очи помрачнели.       — Не терзай себя за содеянное, ибо исполняла волю Его и Книгу он тебе дал. Всё знаю, видала Зверя я, билась с ней и она в ужасе была. Ты одолела всех врагов своих, забудь. Пойдём я в баньке попарю тебя, мёдом напою… — шептала в самое ушко ей Царь-Девица, крепче к сердцу прижимая.       — Я тебя прошу, не ходи ты в дальние походы. Не посылай Орду, чуму. Хоть Смерть ты, не пьяней от крови! — отвечала ей Идеал Будущего и сильнее разревелась, чувствуя силу Родной Земли.

Ты много крови пролила,

Очень много горя приняла.

Ты Царица Грозная,

Ай, чего такая хмурая?

      Вино и мёд текли рекой, гулял и пел народ. Остров грозный Руян стоял средь океяна из покон веков! Много странствий преодолела Селезнёва, много где была, только здесь нашла покой — в земле родной. Парила её Марья в бане, да выпарила всю грязь. Окунула её трижды в молоке, окатила в кипятке, водой поила студёной, окропила водою Живой да Мёртвой. Под руку, под локоть гуляли мать и дочь по духу, обе чистой русской крови, сильны духом и едины во Христе. Множество сказаний о походах славных рассказала Царь-Девица ей.       — Нет, — возражала она. — Я пойду на Вальгаллу, разгромлю до основания. Пойду на Мультивселенную Безумия, камня на камне не оставлю, пепел развею по ветру. — твердила Мария и в очах её блеснули галактики вселенной.       — Тебя не унять, не остановить. Ты поднимешь Священный меч и Жало кинжал вонзишь в сердце. Мало тебе пролитой крови? Мало тебе пролитых слёз? Я никогда не убивала, пока Господь сам не пришёл ко мне и не велел убить врагов моих, которые бесчинствовали хуже зверя лютого. Ты Смерть и ты Сильнейшая из Всего Рода Людского, тебя не унять. — отвечала ей Алиса и звёзды горели в её небесных глазах.       Они были две, им не было равных ни в силе, ни в мощи. Жили вне времени, вне пространства. Хотела однажды Царь-Девица покорить мир Фантазию, да вовремя отговорила её Селезнёва от похода. Дескать нескончаемый цикл повторяется вновь и вновь. Долго думала девочка и не могла понять, что таила в себе невинная та душа, которая постоянно разрушала и возрождала мир тот? Вот и открыла ей глаза Царь-Девица, кто она и побледнела Алиса Селезнёва, когда узнала, кому на самом деле доверяла и с кем водила хороводы! Меж собой решили, что в последний раз и пойдут вместе в карательный поход!

А знаки руны из Руяна,

От пантифика храня,

Мы сберегали в океяне

До особенного дня!

По Варяжскому по морю

Плыли белы лебеди,

Плыли мирно за любовью

— Буян остров впереди!

      В опочевальне, при свечах гребнем Алиса расправляла тяжёлые волосы Марии. Ночь была глубокой, солдаты и матросы, стрельцы и горожане, все они давно сытые и пьяные спали крепким сном. Знала Царь-Девица, что давно не было у Алисы семьи, дома, родины. Столько ужаса пережила вечный ребёнок и столько сокрушила вражеских полков, что не счесть их всех! Они пели песню, пели грустную, протяжную. Никуда более не хотелось Селезнёвой, корабль её Млечный Путь давно встал на якорь и не планировалось дальних странствий. А куда было и к кому, когда столько миров было открыто, исследовано. Уснула девочка, качаемая на сильных женских руках. Одним лишь взглядом тёмных синих очей погасила свечи Царь-Девица. В её бездонных омутах вращались сказочные галактики, в тех галактиках целые созвездия, в одном из созвездий прекрасная цветущая планета. На планете той, в стране великой, по полю, босиком бежала ребёнок с медовыми волосами и глазами цвета неба. Ребёнок тот пускала воздушного змея и остановившись вдруг, посмотрела в небо.       — Дочка, что остановилась ты? — окликнул её отец а она смотрела в небо и глаза её сверкнули странным светом.       Она не могла понять, кто прямо сейчас смотрел на неё, прямо в глаза? Через века, через вселенные, чрез сплошной белый свет. Зажглась свеча, омуты лазорьевые почернели и уложив в кровать Алису, укрыла пуховым одеялом её Царь-Девица и проведя перстами от чела до уст, шепнула…

Тамъ русскiй духъ,

Тамъ Русью пахнетъ.