захотелось.

мазеллов в целом, всегда был.. крайне интересной личностью. при желании, тот мог вытворить что угодно. захотел - обосрал какого-нибудь блогера или стримера, говоря, что он делает хуевый контент. захотел - спел песенку про ивана золо. захотел - сделал то, что захотел. и в общем, так по кругу. а захотел - и шефа поцеловал по пьяни. захотел же. о последствиях пьяная голова совершенно не думала. о возможном отвращении, или о чем-то другом. но на удивление, вова не отреагировал негативно. наоборот - лишь молча смотрел из под прикрытых ресниц, на поцелуй не отвечая. надеялся, что коряков сам отстанет? возможно и так, но в итоге, семенюк сдался, притягивая илью за затылок ближе, и целуя наконец-то нормально. илья с радостным трепетом ресниц глаза прикрывает, руками обвивая чужую шею, и прижимаясь ближе. владимир поглаживает щеку мазеллова большим пальцем. отстраняется первый вова, после того, как антон задал ему какой-то вопрос. братишкин отвечает что-то ему, не переставая гладить пьяного корякова по голове. илья лишь устраивается на чужих коленях, и улыбается, на шефа глядя. тот смотрит в ответ абсолютно спокойно, без намека на улыбку, но и без намека на то, чтобы прогнать пьяную тушу с себя. кладет свободную руку на грудь ильи, все же легко улыбаясь ему. коряков радостно что-то бормочет, закрывая глаза. через минуту мазеллов слышит от вовы слегка с шутливым тоном «илья уже в стельку», на что названный глаза открывает, глядя непонимающе. владимир смеется по-доброму, пятерней в волосы чужие зарываясь, и кожу головы массирует. отвлекает, чтобы лежащий не начал ему мозги ебать. коряков от подобных ласк плавится, заново глаза закрывая, и слушая комментарий дениса: «к шефу липнет, совсем смелый стал», на что от пьяной туши звучит «пошел нахуй». и смех. вовин смех почему-то казался самым красивым из всех. илья никогда не вслушивался, но сейчас у братишкина такой красивый голос. раньше он казался каким-то обычным, ничем не примечательным. а сейчас.. сейчас он особенный. по своему красивый. илья обычно старался выражаться более чувственно. все же лирический рэп. но что-то именно сейчас мешало начать восхвалять вову. через пару минут коряков сопит на чужих коленях, удобно приобняв руку вовы, которой тот, вроде бы стакан держал. но илье-то какая разница? илья спит, хотя из-за малейшего движения владимира сразу же глаза приоткрывает, пытаясь понять что происходит вообще. а вова лишь умиляется. в голове всплывает сравнение с котом, но тот отталкивает его, удивляясь собственным мыслям. какой илья котенок? блять, фу, звучит даже слащаво. почему вообще в голову полезли сравнения корякова с котом? надо бы пить поменьше, а то в один момент можно и выдать что-нибудь от чего и шеф, и илья ахуеют. еще через пару минут от владимира звучит усталое: «бля, ладно, я пойду илью уложу спать». вова и вправду корякова по плечу постукивает легко совсем, чтобы боли не доставить, а лишь разбудить. илья устало глаза разлепляет, бормоча что-то по поводу того, что он спать не хочет, и вообще, оставьте его, пускай помирает. но семенюк сам знает как лучше, поэтому илью уже сильнее бьют по плечу, заставляя встать, и угрожают тем, что шеф скинет пьяную тушу с себя. мазеллов с неловким кряхтением садится, часто моргая, для того, чтобы в глазах было менее размыто. вздыхает, глядя на владимира. он смотрит в ответ спокойно, из-под прикрытых век, и улыбается. от, кажется, антона звучит приглушенный смех и фраза: «голубки». вова смеется тихо, илье кивая в сторону выхода. коряков негромко заявляет о том, что в целом, и не настолько он и пьяный, чтобы шеф его провожал до кровати, и сам он в состоянии дойти до нее. вова смотрит скептически, хватая илью за руку, и вставая. мазеллов с немым повиновением встает следом, глядя в пол, и стараясь сфокусировать взгляд. и словно пес за хозяином, плетется за владимиром. когда они уже оказываются в комнате, а илья уже наполовину спит, вова решается уйти. его останавливает чужие рука и со странной интонацией протянутое «вова». семенюк чувствует легкое тепло на щеках, а после до него доходит, что это румянец. голос был слишком жалобным, что-ли? он бросает беглый взгляд на корякова, что на удивление, смотрит в ответ. с таким же румянцем и слегка приоткрытыми губами. владимир тянется к чужому лицу, но останавливается в паре сантиметров от него, опаляя своим дыханием губы корякова. илья задерживает дыхание и хлопает глазками невинно. сам тянется ближе, и прикрывая глаза, касается чужих губ. если в первый раз коряков старался ухватить побольше, то этот поцелуй вышел максимально нежным и трепетным. с вовой целоваться приятно, мягко. тот не давит, даже лёгким проглаживанием по щеке можно сказать, спрашивает, можно ли продолжить. владимир чужую губу прикусывает слегка, а илья перестает соображать. коряков аккуратно руку кладет на чужой затылок, что вове не очень нравится, из-за чего тот хмурится. семенюк отстраняется осторожно, глубоко вдыхая, и громко выдыхая. илья так же рвано дышит, все же зарываясь пятерней в чужие волосы, и проводит по ним, словно расчесывает. на недовольный взгляд от вовы отвечает, улыбаясь слабо. владимир сверху нависает, руки по сторонам от головы ильи ставит, и плавно губами на шею опускается. кусает слабо под кадыком. сразу же зализывает это место, спускается дорожкой поцелуев ниже на ключицы. сочитает легкие укусы с поцелуями, пока коряков старается ежа не родить от накатывающего удовольствия. шеф холодной рукой ползет под темную кофту ильи, слушая шипение от контраста температур. руки вовы холодные, словно тот в холодильнике сидел. а илья теплый, горячий даже, будто бы у него температура под сорок градусов. илья бурчит что-то о том, что ему холодно, после того, как владимир снимает с него кофту, наполовину оголяя. вова закатывает глаза, и бредет к открытому окну. закрывает его, проверяет работает ли отопление. включает посильнее батарею, возвращаясь к илье. коряков тычется в чужие губы, желая получить поцелуй, и ему его дают. семенюк бродит руками по телу под ним, получая довольные вздохи, и улыбается невольно. от губ мазеллова отстраняется, опускается дорожкой поцелуев постепенно вниз. прикусывает кое-где, получая тихое ойканье. когда илья уже оказывается почти полностью голым, а вова все ще в своих ебаных толстовке и джинсах, он что-то невольно задумывается. а после пальцами цепляется за чужую кофту, намереваясь ее стянуть. владимир все без слов понимает, аккуратно снимая вещь с себя. и илья даже зависает на секунду, глядя на красивое, подтянутое тело. семенюк хмыкает тихо, припадая губами осторожно к чужой шее, и оставляя небольшое красное пятнышко. кусает чуть выше, губами обхватывает мочку уха, отмечая, что сережки в ней он не нашел. либо илья ее потерял, либо не надел сегодня. «сегодня без сережки?» коряков уже разморенный поцелуями не сразу понимает о чем речь, и только через пару мгновений кивает. изредка, либо сильно торопясь и забывая, либо просто не имея желания, илья сережку не надевал. как и сейчас. вова тянется руками к ремню чужих джинс, расстегивая тот. медлит только с пуговицей штанов, лишь кидая взгляд на корякова, а второй всем своим видом дает понять, что если вова остановится прямо сейчас, то коряков ему пизданет. поэтому шеф молча опускает взгляд на чужой выпирающий бугорок, и накрывая его рукой, сжимает. илья дергается, губу закусывает громко выдыхая, а владимир хмыкает. одежда оказывается на полу, на кровати, где угодно, по всей комнате, а вова и коряков оказываются голыми. семенюк шарится в тумбочке, ища хоть что-то похожее на смазку или крем. в самом нижнем ящике, запиханный куда-то в угол, лежал тюбик смазки, уже покрывшись ебаным слоем пыли. да, либо здесь обитает иван золо, которому ни одна баба не дает, из-за чего приходится справляться только рукой, либо в комнате никто не живет. больше склоняясь к первому варианту, вова не жалея смазки выдавливает ту на пальцы, и подставляет к напряженному колечку мышц. кидает взгляд на илью, что пытался справиться с напряжением. осторожно входит один палец, и коряков коротко мыкает. палец медленно сгибается, а после чуть прокручивается. семенюк ловит тихие стоны и вздохи губами, быстро чмокая илью куда-то в линию челюсти. — блять, вова, быстрее. тараторит илья, сжимая чужие плечи. насаживается самостоятельно, и выдыхает с легким стоном. вова удивленно хмыкает, и не чувствуя особо препятствий, вводит второй палец. — ты че, готовился? — да, блять, ехал сюда и думал, как напьюсь и шефу дам. илья от ощущений голову откидывает на подушки. в волосы зарывается свои рукой, и вздыхает. шеф действия свои замедляет, то туда резко пальцы устремляя, то в другую сторону. ищет что-то усердно. и одним нелепым движением находит. коряков громко стонет, совершенно не стесняясь. в бреду, будто бы, шепчет что-то. а семенюк даже не против. мазеллов глаза закрывает, и устало что-то выдыхает, в очередной раз горло надрывая. смущается от пошлых хлюпов смазки, и от откровенных звуков со своей стороны. шеф неожиданно третий палец добавляет, и утешительно начинает поглаживать чужие бедра, слыша хныканье сверху. — сможешь только от пальцев кончить? илья никогда не способен был на поведение, буквально как у собачки, которая хочет что-то съесть, и просит это, поскуливая. но сегодня видимо день такой. — блять, вов.. нет, нормально меня трахни, раз начал. — а если нет? — я тебя ебну, и уйду к денису. — на радость малолеток? коряков уже хотел было что-то ответить, но подавился стоном. и как бы в честь маленькой мести, его укусили за коленку. — блять.. да. илья протянул хриплое «да-а-а», насаживаясь на чужие пальцы. на что было это «да», в целом, не понятно, но как-то значения не имеет. шеф раздвигает пальцы, фалангой среднего на простату надавливая. и снизу слышится тяжелый вдох. вова хмурится. — че ты перестал стонать как сука? — член в меня свой вставь, я кричать от восторга буду. — уверен? несмотря на шутливый тон, владимир выглядел весьма обеспокоенно. пальцами внутри продолжает двигать внутри, а илья измученно выдыхает. — я готовился. вставь уже, еблан. шипит коряков, притягивая шефа ближе к себе за волосы. показательно стонет на чужое ухо, и прикусывает мочку уха. вова недоверчиво смотрит в чужое лицо, но пальцы вытаскивает. о простыни вытирает долго, на что илья думает о том, что они не продолжат никогда. слышится лишь звук открытия баночки, а после тихое хлюпанье. вова крышечкой от смазки щелкает, и на корякова обеспокоенно смотрит. — ты уверен? может тебя еще растянуть? — я сейчас передумаю и реально уйду, вова, блять. — ты сам попросил, если что. так что все претензии к себе. шеф головку ко входу подставляет, в последний раз взгляд на чужое лицо кидает, быстро в глаза заглядывает. и входит за один толчок наполовину. илья в спине прогибается, пока что он весьма неприятных ощущений. — стой-стой-стой. — у меня итак стоит, нахуй ты заклинание читаешь? вова хмыкает на скорчившееся недовольное лицо корякова. член чужой колечком пальцев охватывает, и медленно надрачивает. слышит чужое «ох» от неожиданности. коряков сквозь пелену боли, перемешанного с удовольствием про себя отмечает, что вова все такие такое ебло баранье. упрямое, но такое хорошее. любимое. илья шипит негромко от толчка, пальцами цепляясь за чужие плечи. царапает слабо. на этот раз очередь вовы ебло недовольное строить и шипеть. — коряков, бесов своих угомони. — я блять тебя сейчас реально ударю, шутник — вперед. семенюк улыбается нахально, начиная медленно двигаться. стонет коротко от ощущения узости чужих стенок, и на лицо ильи смотрит. а оно выражало полное спокойствие, нежели недовольство или наслаждение. — быстрее? коряков губы облизывает, кивает, да за поцелуем тянется. шеф темп ускоряет и целует парня. илья в поцелуй мычит довольно, глаза закрывая. после того как вова отстраняется, мазеллов на выдохе шепчет «быстрее». вова вздыхает, ощущая краем сознания судорогу в ноге, но успешно ее игнорирует. выходит из корякова под разочарованный стон, и легко шлепает того по бедру. — переворачивайся. илья хмуро глядит из под опущенных ресниц на вову, но все же начинает двигаться. переворачивается медленно, и, судя по скованным и резким движениям, смущенно становится в на колени, чуть погодя опираясь на ладошки. когда вова уже кладет руки на чужие ягодицы, коряков негромко говорит «подожди». и буквально падает, руки складывая перед собой. теперь грудь мазеллова касается холодного постельного белья, и сам парень неловко качает бедрами. — ого, догги-стайл? ты меня удивляешь. — трахайся а не болтай. шеф чуть помедлив, разглядывая корякова (илья в такой позе хотелось запомнить навсегда), раздвигает ягодицы, и медленно входит, пропуская довольный стон. чужие стеночки так правильно ощущались вокруг члена, что вова невольно вздрогнул от удовольствия. семенюк начинает двигаться, и от старания закусывает губу. проводит по спине ильи пальцами, цепляясь за волосы. сжимает чужие патлы в кулаке, и слышит первый довольный стон. коряков выстанывает чужое имя, и его голову неожиданно вдавливают в кровать. — шалава.. боже, тебе нравится, да? в подтверждение илья снова надрывает горло. от кайфа закатываются глаза, они же слезятся, а узел внизу живота будто бы постепенно распутывается. владимир руку убирает с волос, и перекладывает ее на чужую шею. сдавливает настолько сильно, что коряков уже думает о том, что вова его не трахнуть хочет, а убить. но семенюк лишь продолжаешь вбиваться в податливое тело, попутно то сжимая руку на шее мазеллова, то разжимая, дабы тот воздуха набрал. стоны стали чаще, и громче, лаская слух вовы. илья спустя пару толчков неожиданно прогибается в спине, настолько голос надрывая, что аж невольно охрип. «еще, еще, вова, пожалуйста» хрипит коряков, хватая руку вовы, и обхватывая два пальца губами. проходится языком, слюнявит. — фу, блять. ты бы хотя бы спрашивал. семенюк вытягивает влажные пальцы из чужого рта с негромким пошлым хлюпом. и шлепает илью по ягодице, получая в ответ хриплый стон. через небольшое количество времени, коряков стал подозрительно сжиматься на члене. и если вначале он кричал, стонал и мычал, то сейчас от лишь тихо мычит, и хрипит, изредка тихо постанывая. — а говорил кричать будешь от восторга. илья хрипит что-то нечленораздельно, всхлипывая. семенюк стал толкаться в какую-то особо приятную точку, из-за которой пальцы на ногах невольно подгибаются. корякова в дрожь бросает. — пожалуйста, глубже. бля-ять, быстрее. — ебать у тебя запросы, коряков на фразу мазеллов ничего не ответил. вова услышал чужое хныканье, и даже ускорился, лишь бы не прекратились откровенные звуки со стороны ильи. коряков вздрагивает, когда вова в очередной раз ударяет головкой члена по простате, и позорно кончает без рук, с томным стоном. семенюк пускает смешок, не переставая вбиваться в илью. спустя пару толчков изливается прямо в парня. — гандон. — пошел нахуй. шеф выходит из размякшего тела, и плюхается рядом, когда коряков без сил падает на кровати. вова смотрит на чужое лицо, слыша чужое бормотание, и пока илья потерял бдительность, владимир оставляет на чужой шее красный, болезненный укус, от которого мазеллов шипит. илья хмуро смотрит на вову, и в отместку оставляет прямо под кадыком красное пятнышко. — ты мне чуть шею не сломал. — да ладно, тебе понравилось. илья вздыхает устало, и поворачивается на бок. — я это.. спать хочу. вова смотрит непонимающе. напоследок чмокает илью в горбинку носа, и улыбается слабо. — я за телефонами схожу, и поспим. *** семенюк вниз спускается, уже будучи одетым. за столом все так же сидят макс, тоха и денис. что-то негромко обсуждают. шабанов первый замечает шефа, и хитро улыбается. вова будто бы не обращая внимания, подходит к месту, где он сидел, и забирает свой телефон, после нашаривая и телефон корякова. — как поебались? денис, на удивление, первым спрашивает. ухмыляется, глядя владимиру в глаза. — тебя ебать не должно. — на илью это не распространяется? — да все, идите нахуй. — илья тоже уже сходил? сейчас моя очередь? вова, уже уходящий, орет что-то в след, и пропадает из поля зрения.