Wrong Number

Хисын медленно просыпается в кровати общежития. Он моргает несколько раз, прежде чем потянуться за телефоном. 11 утра. Поскольку сегодня суббота, возможно, Джеюн всё ещё спит. Он потягивается, готовясь встать. Джеюн не будил его прошлой ночью, так что Хисын предполагает, что тот спал спокойно, а это весьма обнадёживает. Это, возможно, самый длительный период без ночных кошмаров. С инцидента прошло чуть больше двух месяцев. Вначале, сразу после случившегося, Хисын сообщил своей компании, что вынужден закончить стажировку досрочно. Когда он объяснил ситуацию, компания проявила понимание. Они сообщили, что по-прежнему готовы предложить ему работу. Хисын сказал, что подумает над этим, но начать работать сможет только после Дня труда, так что он поймёт, если компания не захочет держать место открытым так долго. К удивлению Хисына, компания согласилась дать ему отпуск. Официально он приступает к работе — 23 сентября. Изначально Джеюн был весьма зол, что Хисын рискует своей карьерой ради него. Но спустя неделю жестоких ночных кошмаров и ежедневных приступов паники стало очевидно для обоих, что Хисын принял правильное решение. Они также поняли, что на данный момент Джеюну необходимо личное пространство по ночам. Даже то, что Джей спит в своей кровати, оказалось слишком большим стрессом для Джеюна. Поэтому Джей временно переселился к Сонхуну. А Хисын (не совсем законно) поселился в общежитии. К счастью, студент второго курса, живший напротив комнаты Джея и Джеюна, добровольно согласился переселиться в другую комнату, чтобы Хисын мог находиться поблизости. Джеюн недоволен, что процесс восстановления занимает так много времени, но с каждым днём он понемногу идёт на поправку. Его психолог объяснила, что, поскольку он подавлял все свои эмоции, связанные с двумя предыдущими нападениями, теперь все чувства от трёх событий нахлынули одновременно. Иногда Джеюн шутит, что подавлять эмоции было гораздо проще, но Хисын невероятно гордится, видя, как в этот раз он напрямую сталкивается со своими чувствами. Даже если иногда Хисыну становится страшно, когда он просыпается от очередного ночного кошмара. Что касается летних курсов, то Джеюн, очевидно, не был в состоянии заниматься ими в июле, поэтому преподаватели дали ему отсрочки для выполнения заданий и сдачи экзаменов. Это было полезно, но теперь у него очень загруженный семестр. Тем не менее, его эмоциональное состояние гораздо лучше, чем два месяца назад. А вот насчёт их физической близости Хисын твёрдо заявил, что любые проявления интимности будут полностью исключены в течение первого месяца. Джеюн особо и не сопротивлялся. Оба понимали, что ему понадобится время, чтобы вернуться к тому, где они были раньше. Джеюн был расстроен, что ему нужно это время, но, по крайней мере, он не выходил за пределы своих возможностей. За последний месяц у них было всего несколько близких моментов, но они медленно возвращаются к этому аспекту своих отношений. Они начали с телефонного секса, как в первый раз. И за последнее время несколько раз повторили его. На прошлой неделе они впервые попробовали что-то вживую. Хисын предполагал, что всё ограничится взаимной дрочкой, но Джеюн отчаянно хотел сделать ему минет. Хотя всё прошло хорошо, Хисын по-прежнему считает, что инициатива в вопросах интимности должна исходить от Джеюна. Ребро Джеюна почти зажило — он пробежал 5 километров сразу после того, как доктор дал ему разрешение. Антидепрессанты также помогают ему держать тревогу под контролем. Между тем, Хисын и Джей работают с прокурором по делу Джунги. Поскольку Джунги больше не студент, администрация университета не должна участвовать, что невероятно радует Хисына. Хотя Джей всё же предоставил прокурору контактные данные администратора, который мог бы выслать ему сводку дисциплинарных слушаний первого года обучения. По словам прокурора, Джунги удалось обвинить в изнасиловании, потому что в первый год его не привлекали к ответственности, и поэтому не возникнет проблем с двойным обвинением. Джунги нанял собственного адвоката по уголовным делам, но прокурор считает, что он согласится на сделку о признании вины. Все доказательства против него. Поскольку есть почти пятьдесят видеозаписей, ему предъявлено обвинение по 25-ти изнасилованиям, 20-ти сексуальным насилиям, 10-ти попыткам сексуального насилия и двум случаям избиения. Приговор за это, вероятно, составит минимум двадцать пять лет. Прокурор не может сообщить Джею и Хисыну условия сделки, но Хисын искренне надеется, что Джунги не отделается так легко, как Кэрри. Он уверен, что Джеюн примерно осведомлен о том, что Джей и Хисын работают с прокурором и полицией, но он сказал, что не хочет участвовать. Он заявил, что будет давать показания в суде, если это потребуется, но больше не хочет иметь ничего общего с уголовным процессом. Хисын уважает это. Он также уважает, что Джей нуждается в том, чтобы быть вовлечённым. Джей работает над своей неуверенностью и чувством беспомощности. Хисын знает, что вся эта ситуация тяжело давила на Джея с того самого момента, как он впервые увидел видеозапись. Поэтому Хисын понимает, что Джею нужно увидеть возмездие, чтобы двигаться дальше. Хисын вздыхает и ещё раз потягивается. Он медленно подходит к двери и открывает её. К его удивлению, дверь Джеюна не только открыта, но и сам Джеюн стоит, опираясь на дверной косяк и смотрит на дверь Хисына. Джеюн улыбается. — Я как раз собирался тебя будить. Хисын улыбается, почёсывая затылок. — Я уже встал. Хочешь кофе? — он кивает в сторону лестницы. Джеюн кивает в ответ, переходит через коридор и берёт Хисына за руку. Это странно, потому что, несмотря на трудности последних двух месяцев, мысль, которая впервые пришла к Хисыну во время их рыбалки, только укрепилась в его голове. Джеюн для него единственный. И Хисын будет бороться за их счастье, чего бы это ни стоило.

~~~~~~~

Хисын снова опаздывает на обед с Сону. Сегодня выдалось плохое утро. Прошлой ночью у Джеюна был ночной кошмар (он держался целых восемь дней без них), и они провели ночь за просмотром двух романтических комедий, прежде чем Джеюн начал готовиться к занятиям в 9 утра. Хисын вырубился до полудня, а потом вспомнил о встрече с Сону. Хисын тревожно подбегает к столу. — Прости, что опоздал. Сону закатывает глаза. — Ты вообще когда-нибудь приходил вовремя на обед со мной? — ухмыляется он, потягивая свою вишнёвую колу. Хисын морщится. — Наверное, нет. — Ничего страшного. Джейк написал мне, чтобы я не слишком сильно ругал тебя сегодня утром. Похоже, прошлой ночью было тяжело? — спрашивает Сону, когда Хисын садится. — Немного, — признаётся Хисын. — Хотя, честно говоря, это самый долгий период, когда у него не было ночных кошмаров, так что он действительно прогрессирует. — Но… — Сону смотрит на него, прищурив глаза. — Через неделю я уезжаю, — тихо произносит Хисын. — Это правда, — кивает Сону. Хисын внимательно изучает меню. — Я мог бы легко сделать свою подработку в кофейне полноценной работой… — Нет, — перебивает его Сону. — Ты не будешь этого делать. — Но мне не по себе оставлять Джеюна, когда у него всё ещё такие частые ночные кошмары, — говорит Хисын. — Мне кажется, я мог бы сильнее помочь ему, если бы остался здесь. Сону начинает что-то говорить, но его перебивает официантка, подходящая к их столу. Они заказывают обед, и даже не дожидаясь ухода работника, Сону продолжает: — Твоё увольнение с работы не поможет ему почувствовать себя лучше, Хисын. — Но откуда ты знаешь? — настаивает он. — Конечно, сначала он может разозлиться… — Хисын замолкает. — Но он был зол, и когда я остался два месяца назад. — Хисын многозначительно смотрит на Сону. — И я поступил правильно, решив остаться здесь. — Ты поступил правильно, — кивает Сону. — И мы все сказали Джеюну, что согласны с твоим решением, — Сону поджимает губы. — Но я не согласен с тем, чтобы ты продолжал оставаться, Хисын. — Почему? — Хисын ненавидит то, как напряжённо звучит его голос. Глубоко внутри он знает, что Сону прав, но ему ужасно не хочется оставлять Джеюна через неделю. — Джеюн хорошо восстанавливается. Он гораздо стабильнее, чем был два месяца назад, — начинает Сону, но Хисын пытается его перебить. — Дай мне договорить, — глаза Сону сужаются. — Ему ещё есть над чем работать, но он уже не в том состоянии, чтобы нуждаться в тебе как в спасательном круге. Хисын скрещивает руки. — Мне кажется, что ещё слишком рано. — Возможно, — пожимает плечами Сону. — Но это не так. Ты должен работать, и Джейк это понимает, — Хисын хмурится. — Ты должен доверять ему, он сможет справиться сам, Хисын, — говорит Сону. — Он не хрупкий, как стекло. — Я ему доверяю, — отвечает Хисын. — Разве это так плохо — хотеть быть рядом с ним? — Нет, это не плохо, — осторожно говорит Сону. — Но для будущего ваших отношений будет лучше, если ты начнёшь свою работу, — добавляет он. — Кроме того, ты ведь не переезжаешь в другой конец страны. Всего три часа езды с учетом пробок. Хисын кусает губу. — Просто мне не понравилось, что я был так далеко, когда ты позвонил в тот раз… Глаза Сону смягчаются. — Я знаю, — он протягивает руку и сжимает ладонь Хисына. — Я знаю, что это было ужасно. — Я чувствовал себя таким беспомощным, когда ты позвонил мне той ночью, — вздрагивает Хисын. — Моя работа оплачивает мне терапию, и я работаю над своим чувством вины, но, кажется, у меня осталось небольшое ПТСР от того звонка, — пожимает плечами Хисын. Сону печально улыбается. — Это вполне понятно. И я понимаю, почему ты сомневаешься… — он жестом указывает на воздух вокруг. — Но жизнь непредсказуема. Жить здесь не значит быть защищённым от возможных плохих новостей. Хисын вздыхает. — Ты прав, — говорит он с покорностью. — Послушай, у нас у всех остались шрамы от той ночи, — говорит Сону. — Я просыпаюсь в три часа ночи чаще, чем мне бы хотелось, — Хисын смотрит на него с беспокойством. — Всем нам нужно время, — продолжает Сону, указывая в сторону Хисына. — Включая тебя самого. Хисын кивает. — Спасибо, Сону.

~~~~~~~

Хисын тянется за попкорном, пока они вместе смотрят фильм. Они лежат на старой кровати Джея, а Джеюн устроился между ног Хисына, опираясь на его грудь. Разговор с Сону на этой неделе помог, но часть стресса так и не ушла. Он гладит плечо Джеюна, а затем спрашивает: — Джеюн, можем ли мы поставить фильм на паузу? Джеюн смотрит на него с любопытством, его глаза светятся. Он быстро кивает и убирает ноутбук на пол. Затем он разворачивается, садясь лицом к Хисыну. — Я хотел поговорить о том, что будет, когда я уеду на работу, — Хисын морщится. — Меня это немного напрягает. Джеюн хмурится. — В каком смысле? — Мне нравится жить с тобой, — признаётся Хисын. — И мне нравится быть рядом на случай, если я вдруг понадоблюсь тебе. Джеюн кивает. — Мне это тоже нравится. — И меня беспокоит, что я буду в трёх часах езды отсюда, — говорит Хисын, глядя на одеяло. — Думаю, это связано с тем, что случилось, но расстояние теперь ощущается хуже, чем летом. Джеюн закусывает губу. — Я могу это понять, — говорит он. — Как долго ты об этом беспокоишься? Хисын качает головой. — Не так уж долго, — он пожимает плечами. — Я поговорил с Сону на этой неделе, и это помогло… — он вздыхает. — Чувствую себя немного глупо из-за того, что так переживаю, но я просто хотел быть честным. Джеюн улыбается. — Я рад, что ты честен, — он берёт Хисына за руку. — Даже если тебе кажется это глупым. — Я не хочу, чтобы ты думал, будто я не верю в твою способность справляться самому, — искренне говорит Хисын. — Но, наверное, я просто чувствую себя неуютно из-за того, что буду так далеко. Джеюн сжимает руку Хисына, затем начинает водить пальцем по его ладони. — Жить рядом со своим парнем — это не преступление, Хисын, — говорит Джеюн, отчего Хисын расслабляется под его прикосновениями. — Я не собираюсь злиться на тебя за это. Хисын тихонько смеётся. — Видишь… Это глупо. Он пытается вытащить свою руку, но Джеюн не отпускает. — Это не глупо, — мягко упрекает он. — И я не виню тебя за то, что ты беспокоишься, оставляя меня здесь, — Джеюн вздыхает. — За последние два месяца я очень на тебя полагался, — он переворачивает ладонь Хисына и начинает водить пальцем по её другой стороне. — Думаю, мне тоже будет тяжело, когда ты уедешь… Хисын кивает, побуждая Джеюна продолжить. — Но мы справимся, — улыбается Джеюн. — Мы ведь расстаёмся не навсегда. И можем приезжать друг к другу на выходные поочерёдно, — Джеюн заправляет чёлку за ухо свободной рукой. У Хисына замирает сердце от того, каким красивым кажется Джеюн в этот момент. Он полностью без макияжа и в простой белой футболке, но его красота каждый раз заставляет сердце Хисына трепетать. — И если у меня будет сильный приступ паники, я всё равно буду тебе звонить, потому что разговор с тобой успокаивает меня, — продолжает Джеюн. — Я так делал ещё до того, как мы встретились вживую, — добавляет он. Хисын улыбается, вспоминая, как впервые услышал голос Джеюна. Тогда Джеюн попросил рассказать ему историю, чтобы отвлечься. Но Хисын сначала был немного очарован акцентом Джеюна. — Если у меня случится ночной кошмар, я, вероятно, напишу тебе, чтобы узнать, хочешь ли ты посмотреть фильм через Zoom. Хисын улыбается. — Мне бы это понравилось. — Но это работает в обе стороны, — хмурится Джеюн. — Знаю, мы сосредоточились на моём эмоциональном состоянии за последние два месяца, но твоё состояние не менее важно, — он сжимает ладонь Хисына. — Если ты чем-то обеспокоен, я хочу, чтобы ты мне об этом рассказал. Хисын кивает, чувствуя облегчение. — Я должен был просто поговорить с тобой об этом, когда впервые начал волноваться, — признаётся он. — Не понимаю, почему я сделал это такой проблемой у себя в голове. Джеюн усмехается. — Без понятия. Я никогда не сдерживал свои чувства перед людьми, — его голос становится саркастичным. — Я всегда полностью открыт эмоционально. Хисын смеётся. — Ты хочешь продолжить смотреть фильм или уже устал от него? — спрашивает Джеюн, указывая на ноутбук на полу. Хисын жестом показывает Джеюну развернуться и лечь обратно к нему на грудь. — Давай продолжим.

~~~~~~~

Джеюн Удачи в твой второй рабочий день!

Хисын

Спасибо, дорогой. И поздравляю с тем, что ты наконец завершил все свои летние задания

Джеюн Спасибо. Я так рад, что закончил, потому что это значит, что я смогу приехать посмотреть твою новую квартиру на этих выходных

Хисын

Думаю, она тебе понравится. Я постарался сделать её немного в пляжном стиле

Джеюн А что для тебя значит «пляжный стиль»?

Хисын

У меня есть картина с маяком и синие полотенца

Джеюн ЛОЛ. Тааак по-пляжному

Хисын

Ты можешь помочь мне выбрать ещё что-нибудь, когда приедешь

Джеюн Жду с нетерпением!

~~~~~~~

Хисын

Не могу поверить, что тебе не понравился фильм вчера

Джеюн Я не смог понять ни одного из персонажей Джеюн К тому же, похоже, я был не одинок. Я посмотрел отзывы, и многим не понравился фильм «Потому что я так хочу»

Хисын

Рецензенты слишком критично относятся к романтическим комедиям. Это сексизм

Джеюн Возможно, ты прав, но фильм был скучный

Хисын

!!!

Джеюн Они не могут быть такими же хорошими, как «Она — мужчина»

Хисын

Лол. Назови свои топ-5 романтических комедий, которые я показывал тебе с тех пор, как мы начали встречаться, но без этого фильма

Джеюн Ооо, интересно Джеюн Не уверен, что смогу их упорядочить, но… Джеюн Мне понравились «Сдохни, Джон Такер!», «Играй, как Бекхэм», «Сестра по духу», «На грани» и тот фильм про собак

Хисын

Значит, тебе нравятся романтические комедии про спорт

Хисын

И про собак

Джеюн Да, это моё амплуа

Хисын

Ты очарователен

~~~~~~~

Хисын ставит стакан в посудомоечную машину, когда слышит, как Джеюн стучит в дверь его квартиры. Он идёт открывать, но вместо того, чтобы увидеть лицо Джеюна, он видит огромный подарок в его руках. — С годовщиной! — говорит Джеюн из-за коробки. Хисын помогает Джеюну войти, так как тот не видит, куда идёт. Он направляет его к кухонному столу, чтобы поставить подарок. Коробка явно тяжёлая, так как издаёт громкий стук, когда Джеюн ставит её на стол. — Ну, по крайней мере, он больше моего подарка на день рождения, — смеётся Хисын. В этом году на день рождения Джеюн подарил ему рисоварку для квартиры и пару слишком дорогих серёг. — Как ты донёс это сам? — Это было не так уж сложно, — отмахивается Джеюн. — Мы действительно странно выбрали дату для годовщины, — добавляет он, поправляя коробку, чтобы она не упала. Он встаёт на цыпочки и быстро целует Хисына в щёку. — Почему?» — спрашивает Хисын, обнимая Джеюна за талию, не давая ему отойти. — И с годовщиной, Джеюн. — Ну, твой день рождения в октябре, мой — в ноябре, а потом Рождество в декабре, — Джеюн считает на пальцах. — Зачем мы добавили ещё один праздник с подарками на Хэллоуин? Хисын смеётся. — Особо выбора не было, иначе нам бы пришлось ждать ещё несколько месяцев, — замечает он. Джеюн качает головой, улыбаясь. — Но, честно говоря, тебе не нужно было дарить мне что-то на день рождения или годовщину. Джеюн машет рукой. — Перестань, — он указывает на подарки на столе. — Открываем сейчас? — Ты даже не хочешь сначала поужинать? — спрашивает Хисын, смеясь. Джеюн улыбается и качает головой. Хисын вздыхает, поднимая палец. — Ладно, секунду. У моего подарка две части, — он указывает на спальню Джеюна. — Сначала покажу тебе неупакованную часть. Джеюн наклоняет голову с любопытством, но идёт в спальню. Он открывает дверь и спрашивает: — Куда мне смотреть? Хисын заходит и указывает на белую колонку на тумбочке рядом с кроватью. — Я установил домофоны между нашими комнатами, — признаётся Хисын, краснея. — Это что-то по типу рации? — он чешет голову. — Я знаю, у нас есть телефоны, но мне понравилась идея использовать их, чтобы сказать друг другу доброе утро, если захотим, — Хисын показывает на кнопку. — Его легко разобрать, если тебе не понравится. Глаза Джеюна наполняются слезами, и Хисын уже собирается предложить убрать устройство, но Джеюн подходит ближе, берёт его за руку и сжимает. — Хисын, это идеально, — улыбается он. — Мне это нравится. Они возвращаются к кухонному столу. — Позволь мне принести вторую часть твоего подарка, — говорит Хисын, указывая на свою комнату. К счастью, подарок уже упакован, поэтому он быстро берёт его с рабочего стола и возвращается. Упаковка Хисына по-прежнему далека от совершенства, а его подарок явно меньше по размеру, чем коробка Джеюна. — Ты можешь открыть мой сначала, — предлагает Хисын, протягивая коробку странной формы. Джеюн улыбается, принимая подарок. Но когда он заканчивает разворачивать коробку, его улыбка исчезает. — Хисын! — восклицает Джеюн. — Сколько ты за это заплатил? — он поднимает коробку из-под обуви. На самом деле, Хисыну потребовались месяцы, чтобы найти эти кроссовки. Джеюн обожает коллекционировать кроссовки и постоянно говорил, что всегда мечтал о паре Nike SB Dunk Low Concepts. Но их перепродают за более чем 1000$, и он говорил, что не может оправдать такую покупку, пока учится. Поэтому Хисын начал искать. И после нескольких месяцев поисков Хисын наконец нашел пару Orange Lobster Concepts за 350$. — Тебе нравится цвет? — уклончиво спрашивает Хисын. — Какой цвет? Хисын, я не могу поверить, что ты нашел эти кроссовки! — восклицает Джеюн восторженно. Он уже достает их из коробки, чтобы примерить. — Скажи мне, что ты не потратил 1000$ на эти кроссовки, — его взгляд сужается. Хисын поднимает руки в знак капитуляции. — Я не потратил 1000$. Обещаю. — Черт, — говорит Джеюн, рассматривая кроссовки на ногах. — Твои подарки всегда лучше моих, — он хмурится. — Я должен был дарить первым! Хисын смеётся. — Уверен, это не так. Подарки Джеюна всегда очень продуманные, и Хисын сильно сомневается, что его что-то разочарует. Джеюн вздыхает, указывая на коробку позади себя, всё ещё надувшись. Хисын нежно гладит его по плечу, затем подходит к коробке. Развернув упаковочную бумагу, он видит обычную картонную коробку для переезда. Он использует нож для бумаги, чтобы открыть её, и наконец видит внутри колёса. — Джеюн… — шепчет Хисын. Он достаёт из коробки новый (и полностью собранный) геймерский стул. Он недоумевает, как Джеюн донёс стул весом в 27 килограммов до его квартиры. — Я знаю, как сильно ты расстроился, когда твой старый сломался в прошлом месяце, — мягко говорит Джеюн. И это правда. У Хисына был один и тот же игровой стул с тех пор, как он поступил в колледж. Он не был дорогим, но прослужил ему долго. В прошлом месяце стул наконец сломался, и Хисын никак не мог решиться купить новый. Он очень нуждался в нём, но каждый раз, когда смотрел на возможные варианты, отговаривал себя от покупки. Он жаловался на это Джеюну много раз. — Я думаю, дело не в типе стула, а в том, что ты не можешь воссоздать эмоции, связанные с первым, — предположил Джеюн. — Твой старый стул имел для тебя большое значение, ведь это была твоя первая крупная покупка в качестве студента колледжа… — Хисын кивает, смущаясь и чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Поэтому я подумал, что, если я куплю тебе стул, он сможет обрести новое значение, которое ты оценишь. И это так. Его первый стул был актом любви к себе. Это был символ перехода от юности к взрослой жизни. Но этот стул — это акт любви от его партнера. Это начало перехода от одиночной жизни к совместной. Это символично. Это романтично. Это то, чего не хватало всем другим стульям. И Джеюн понял это раньше, чем сам Хисын. Он ставит стул и приближается к Джеюну, беря его лицо в свои руки. — Я очень хочу тебя поцеловать. Можно? — шепчет Хисын, проводя большим пальцем по челюсти Джеюна. Джеюн кивает, тут же закрывая глаза. Хисын нежно наклоняется и прижимается губами к губам Джеюна. Нет необходимости торопиться. Джеюн будет рядом все выходные. Однако, когда Хисын отстраняется, Джеюн тянется к его губам. Хисын ухмыляется, вновь приближаясь и сливаясь в поцелуе. Джеюн обхватывает его талию, скользя руками под футболку Хисына, чтобы погладить кожу. В это же время Хисын запускает пальцы в волосы Джеюна на затылке. Их поцелуи становятся более страстными, почти отчаянными. Несмотря на то, что у них есть время, Хисын вдруг ощущает, что прямо сейчас он просто нуждается в Джеюне. Хисын слегка приоткрывает губы, и Джеюн тут же углубляет поцелуй. Угол немного неудобный, но Хисыну всё равно. Он позволяет Джеюну исследовать ртом внутреннюю сторону своих губ несколько секунд, прежде чем сам начинает покусывать его нижнюю губу. Джеюн сильнее сжимает его поясницу большими пальцами. — Покажешь мне свою комнату снова? — с трудом выдыхает он. Хисын кивает и направляет Джеюна в свою спальню. Они не могут оторваться друг от друга, поэтому Хисын просто ведёт Джеюна назад, пока тот не упирается коленями в кровать. Джеюн отползает к центру кровати, не разрывая зрительного контакта. Как только он оказывается на месте, он распахивает руки, приглашая Хисына присоединиться. Тот не заставляет себя ждать. Он осторожно укладывает Джеюна на спину. Джеюн автоматически раздвигает ноги, чтобы Хисын мог устроиться между ними. Несколько секунд Хисын просто смотрит на него, любуясь тем, как его волосы раскинулись по постели, а щёки слегка покраснели. Джеюн смеется, словно смущаясь от внимания, и притягивает Хисына за ворот футболки. — Поцелуй меня, — требует он. Хисын исполняет просьбу, мягко целуя его в губы. Затем он наклоняется к шее Джеюна. Его язык скользит по ключице, а затем возвращается к шее. Он начинает посасывать участок кожи, заставляя Джеюна издать шипящий звук. — Такой чувствительный, — шепчет Хисын. Джеюн стонет в ответ, когда Хисын перемещается к другой области кожи. Руки Джеюна блуждают по спине Хисына, дразнящими движениями он гладит поясницу большим пальцем. Хисын снова приближается к его губам. Они влажные и немного скользкие, но то, как язык Джеюна исследует рот Хисына заставляет его зарычать в удовольствии. Через несколько минут поцелуев Хисын начинает вырисовывать тропинку из поцелуев, двигаясь вниз по шее Джеюна. — Хисын, — выдыхает Джеюн. Хисын поднимает голову, смотря в широко раскрытые глаза Джеюна. — Помнишь о чём мы говорили в нашу поездку на рыбалку… — нежно спрашивает он. Хисын кивает, интересуясь, что же такое предложит Джеюн. Он надеется, что младший не будет заставлять себя торопиться. — Можем мы сегодня попробовать наоборот? — нервно спрашивает Джеюн. Хисын с улыбкой кивает. Он мягко прижимается к губам Джеюна в поцелуе. — Конечно, дорогой, — говорит он. — Я… Я бы очень хотел это сделать, — признаётся Хисын, представляя, каково будет ощущение Джеюна внутри него. По его спине проходит волна мурашек. Джеюн перемещает одну из рук в волосы Хисына, захватывая их пальцами. — Можем мы тогда перевернуться? — смущённо спрашивает он. Хисын кивает, переворачиваясь на спину. Джеюн следует за ним, нависая над парнем. Теперь очередь Джеюна оставлять поцелуи на ключицах Хисына. Пока Джеюн оставляет засос на его шее, Хисын хватает младшего за задницу, сжимая её сквозь спортивные шорты Джеюна. Джеюн движет руки вверх по бокам Хисына, задирая его футболку вверх. Хисын резко выдыхает. — Сними, — говорит он, когда Джеюн тянется за край футболки. Джеюн улыбается в его кожу. Затем он садится и снимает свою футболку. Как только она оказывается на полу, он помогает Хисыну избавиться от его одежды. Джеюн сразу же возвращается к вылизыванию ключицы Хисына. Работая над засосом на его шее, Джеюн начинает тереться своим членом об чужой. Они всё ещё в штанах, но им обоим так приятно, что Хисын просто не может сдержать громкий стон. Младший прикусывает ухо Хисына, наслаждаясь его хныканьем. — Тебе нравится? — с улыбкой спрашивает Джеюн, а Хисын быстро кивает. Джеюн передвигается ко второму уху и проделывает то же самое. — Чёрт, — говорит Хисын. — Мне так хорошо, Джеюн. Джеюн движется вниз к груди Хисына и начинает лизать около правого соска, провоцируя его. — Могу я запустить руки в твои волосы? — спрашивает Хисын, стиснув зубы. Джеюн кивает, засасывая его сосок. Руки Хисына летят к его волосам, слегка их натягивая. — Блядь, — выдыхает он. — Блядь, ты убиваешь меня, — стонет Хисын. Джеюн не отпускает — вместо этого он сосёт усерднее. Хисын на секунду закатывает глаза. Боги, рот Джеюна невероятен. По итогу Джеюн всё же движется к левому соску, сначала нежно полизывая кожу. Хисын пытается сделать пару успокаивающих вдохов, потому что он уже невероятно возбуждён, но у него ещё даже не сняты штаны. — Джеюн, если продолжишь дразнить меня, я кончу даже до того, как ты освободишь мой член, — еле выговаривает Хисын, когда Джеюн начинает всасывать уже его левый сосок. Джеюн ухмыляется, прикусывая его грудь зубами. — Блядь, — стонет Хисын. — Детка, пожалуйста, — он натягивает волосы Джеюна. — Пожалуйста Он убирает свои губы с хлюпающим звуком. — Пожалуйста, что? — спрашивает Джеюн, с улыбкой смотря на Хисына. — Пожалуйста, ты нужен мне, — умоляет Хисын. Джеюн притворяется, что раздумывает над этим. — Но… Я хочу попробовать тебя, — говорит он, тянясь к пуговице на шортах Хисына. Хисын стонет, но помогает стянуть с себя его шорты и бельё. Джеюн слезает с него и спрашивает: — У тебя есть смазка? Хисын кивает, указывая на его тумбочку. Джеюн берёт смазку и возвращается к краю кровати. Перед этим он выскальзывает из своей одежды. Он кладёт смазку рядом с Хисыном и движется головой к внутренней части его бедра. Джеюн нежно проводит большим пальцем по его ляжке, следуя по этому же пути языком. Хисын тяжело выдыхает. — Больше не дразни меня, — он трясёт головой. Джеюн хихикает, передвигаясь к другой ноге. Он слегка прикусывает кожу, и Хисын почти плачет от всплеска боли. Как только Хисын задумывается о том, что он больше не может этого терпеть, Джеюн начинает лизать кончик его члена. Его язык очень нежен, он почти не касается, но это уже что-то. Хисын слышит, как Джеюн открывает смазку, и закрывает глаза в ожидании. Джеюн движется ртом вниз по длине Хисына, вертя своим языком. Хисын ожидает почувствовать руку рядом с его задницей, но Джеюн решает заменить пальцы языком и начинает медленно лизать Хисына. К удивлению старшего, Джеюн двигает язык к его промежности. — Могу я попробовать тебя здесь? — спрашивает Джеюн, опаляя задницу Хисына горячим дыханием. — Да, пожалуйста, — плачет Хисын. — Мне нужно это. Джеюн продолжает водить рукой по члену Хисына, пока его язык попадает в дырочку. Они ещё не делали этого, поэтому Хисын уже давно не испытывал этого. Последним был Бомгю, и это было больше года назад. Хисын стонет, ощущая, как Джеюн понемногу открывает его. Это здорово, но ему нужно больше. — Джеюн, ещё, — молит Хисын. — Твои пальцы, пожалуйста. Джеюн не слушает его. Вместо этого он засовывает язык глубже. Хисын пытается насесть на него, чтобы он оказался глубже. Джеюн позволяет ему пользоваться его языком пару минут, а затем он стонет и поднимается, чтобы отдышаться. — Почему мы не делали этого раньше? — спрашивает Джеюн, из уголка его рта бежит слюна. — Я бы мог делать это часам. Хисын стонет. — Но сегодня я пощажу тебя, — улыбается Джеюн, выдавливая смазку на свой указательный палец. Он медленно вводит его в Хисына. Это легко сделать, потому что он достаточно расслабил его языком. Джеюн медленно водит пальцем, но Хисыну этого недостаточно. — Джеюн… — тихо шепчет Хисын. — Ты слишком нетерпелив, — Джеюн сужает глаза. — Позволь мне исследовать тебя, дорогой. Хисын снова стонет, сжимая глаза. Джеюн добавляет второй палец, который входит уже с небольшим напряжением. Поначалу немножко больно, но Джеюну удаётся засунуть пальцы глубже, и наконец-то Хисын ощущает удовольствие там, где ему это было нужно. Когда пальцы Джеюна царапают его простату, Хисын даже кричит. — Блядь! Здесь! Джеюн улыбается. — Здесь? — спрашивает, специально не попадая в место, которого он коснулся до этого. Хисын трясёт головой. — Пожалуйста, Джеюн, — плачется Хисын. Джеюн снова движет пальцами в этот раз попадая по простате. Это великолепно, и Хисын немного переживает, что может кончить ещё до того, как Джеюн окажется внутри. Джеюн движет пальцами ещё пару раз, а потом добавляет третий. Три пальца чувствуются некомфортно. Хисын хмурится, пока Джеюн пытается засунуть их в него. — Больно? — спрашивает Джеюн, прикусывая губу. Хисын кивает. — Продолжай, — говорит он. — Я смогу. Джеюн кивает, доставая и вставляя пальцы снова. Спустя где-то восемь толчков Хисын снова начинает чувствовать удовольствие. Но затем Джеюн попадает по его простате, и он снова чувствует шок. Джеюн смотрит на Хисына нежным взглядом. — Ты выглядишь так красиво, — улыбаясь говорит он. Хисын чувствует, как краснеют его щёки. Он хочет сказать что-нибудь в ответ, но из-за того, как Джеюн снова касается его простаты, он может лишь выдавить: — Чёрт, дорогой. Продолжай. Джеюн слушается. Хисын чувствует, что уже на краю, поэтому говорит: — Внутрь, Джеюн. Я готов. Джеюн кивает, доставая пальцы. — Ты уверен? — спрашивает он, серьёзно смотря вниз на Хисына. Хисын кивает. — Презервативы? — спрашивает Джеюн, указывая на тумбочку Хисына. Хисын трясёт головой. — Мы вместе уже год, и я чистый. Ты? Джеюн кивает. — Я тоже, — он краснеет. — Я проверился снова на прошлых выходных, потому что я делаю это каждые полгода. Хисын улыбается. — Без презервативов, — он вытягивает руку, чтобы взять ладонь Джеюна и мягко её сжать. Джеюн сжимает его руку в ответ и отпускает её. Джеюн выдавливает щедрую дозу смазки на свой член. Он выравнивается около входа Хисына и начинает понемногу входить. Натяжение определённо хуже, чем с тремя пальцами, но Хисын ожидал этого. — Дыши, Хи, — говорит Джеюн, понемногу погружаясь глубже. — Сделай глубокий вдох. Хисын слушается. Больно, но вдохи помогают отвлечься. Джеюн гладит пальцем бок Хисына, продолжая входить дальше. Как только Джеюн заходит полностью, они просто смотрят друг на друга. — Не могу поверить в то, какой ты красивый, — говорит Джеюн. — Можешь двигаться, — стонет Хисын. Джеюн хмурится. — Я не хочу причинить тебе боль, — заботливо говорит он. Хисын трясёт головой. — Ты не причинишь, — он прикусывает губу. — Мне нужно, чтобы ты двигался. Джеюн повинуется, медленно выходя и заходя обратно. На самом деле, очень больно. Но Хисын очень доволен. — Ты такой большой, — говорит Хисын, пока Джеюн продолжает медленно двигаться. Со лба Джеюна начал капать пот, и Хисыну так хочется слизать его. Он сдерживается, но с большим усилием. Наконец-то спустя несколько болезненных толчков, жжение превращается в удовольствие, и Хисын стонет каждый раз, когда Джеюн подаётся вперёд. Когда он ударяет по простате, он чуть ли не плачет от наслаждения. — Тут! Прямо тут! — кричит Хисын. Джеюн понемногу набирает ритм, продолжая ударять по простате Хисына. Хисын чувствует, что оргазм уже близко, поэтому говорит: — Блядь, я долго не продержусь. Джеюн трясёт головой. — Как и я, — он входит глубже. — Пиздец, ты слишком хорошо ощущается вокруг меня, — стонет Джеюн. — Я на грани, Хисын. Хисын помещает руки на задницу Джеюна, сильнее вдавливая его. — Давай, я здесь, рядом с тобой, — шепчет Хисын, на что Джеюн громко стонет. Он сбивается с ритма толчков — теперь они неровные и скользкие, но Хисыну всё равно на это. Хисын тянется к своему члену, но Джеюн хлопает его по руке. — Можешь кончить, не касаясь себя ради меня? — спрашивает Джеюн, Хисын шипит. Обычно он не может так, но его оргазм уже так близком, поэтому он хочет попробовать. Джеюн меняет позу так, чтобы с каждым толчком попадать по простате Хисына. — Давай, Хисын. Он чувствует, что уже на пределе, а затем Джеюн щипает его сосок, и он взрывается от напряжения. Ему кажется, будто его член взорвался, пока он сотрясается после оргазма. — Так хорошо, малыш, — кричит Джеюн, кончая в Хисына. Они молчат где-то минуту. Слышно только их тяжёлое дыхание. Хисыну кажется, что у него нет костей. Ни одной косточки. Джеюн осторожно выскальзывает и ложится рядом с Хисыном, повернувшись к нему. — Всё было нормально? — робко спрашивает он. Хисын поворачивается к нему. — Это было невероятно, Джеюн, — честно говорит он. — Ты невероятен. Джеюн смущается и склоняется, чтобы быстро поцеловать его в щеку. — Я люблю тебя, — шепчет он. — Я тоже тебя люблю, Джеюн, — отвечает Хисын, обнимая его за плечо и притягивая ближе.