Сказки короля и истории Шута

      — Знаете, я всегда завидовала дворянам. — неожиданно произнесла Сарменти, заставив Балдуина неосознанно вздрогнуть и повернуть к ней голову, отрывая взгляд от огня. — Жизнь без особых забот, за тебя все делают другие и ты можешь делать что хочешь в рамках своей власти… Тебя все уважают, тебе кланяются, тебя слушают и тебе все обязаны…       Шут лежала на траве смотря на ночное небо, положив руки под голову и закинув одну ногу на другую, слегка качая носком, из-за чего бубенчик на конце иногда тихо позвякивал. Она даже не смотрела на бывшего короля, словно лишь озвучивала мысли вслух, но Прокаженный прекрасно понимал, что эти слова обращены именно к нему.       Балдуин посмотрел на костёр и подкинул небольшое полено в огонь.       — Я понимаю, что ты имеешь в виду, но в жизни дворян не всё так просто, как кажется. — негромко ответил бывший король.       — Как по мне то все просто, когда ты рождаешься с золотой ложкой во рту и тебе все подносят на блюдечке с золотой каемочкой. — Сарменти повернула голову к Прокаженному.       Балдуин едва слышно вздохнул. Он понимал логику слов Сарменти как человека, что не была рождена дворянкой. Но, к сожалению, он знал на себе, что значит быть дворянином.       — В каком-то смысле ты права. — негромко начал Прокаженный. — В нашем мире действительно проще жить, когда у тебя есть состояние, когда за тебя делают какие-то базовые вещи, когда у тебя есть толика власти и открыто намного больше возможностей, чем у простого человека, который вынужден все делать сам. Обычный человек ответственен только за свою жизнь и жизни своих близких, и именно этим он отличается от дворянина.       — Как будто им есть дело до обычных смертных. — фыркнула Сарменти, продолжая покачивать носком.       — Многим, к сожалению, действительно до этого нет дела и их заботит лишь собственное благополучие. Тут я с тобой спорить не стану. — Балдуин кивнул. — Я сам был тому свидетелем. Но в моем понимании, быть дворянином — значит нести ответственность. Не только за самого себя, но и за других людей. За их благополучие и жизни.       — Таких слишком мало, Ваше Величество. — хмыкнула Шут, вернув свой взгляд к ночному небу. — Я лично знаю только одного, а я на вашего брата насмотрелась вдоволь.       — Могу ли я спросить кого? — бывший король повернул голову к Сарменти. Та пожала плечами.       — Вас.       — Сочту за комплимент. — Балдуин слегка улыбнулся и Шут ответила ему тем же.       — Но, тем не менее. У вас ведь было всё, чего только можно было пожелать. Власть, богатства, вас любил народ. Многие люди за такое убить готовы. Да даже просто за каплю того, что было у вас в руках, а вы… Лишились всего этого по собственному желанию? Ради чего? Ради этой жалкой, полной страданий, тяжести собственного бытия и одиночества жизни?       — Я сделал это ради свободы, Сарменти. — негромко ответил Балдуин, обратив свой взор на танец огня. Повисла тишина, разбаляемая лишь тихим шелестом листьев и треском дров. Шут, от явного непонимания, привстала на локтях и готова была открыть рот, чтобы задать очередной вопрос, но Прокаженный начал первым. — В моей жизни во дворце её никогда не было. С самого детства я был ограничен одной простой фразой: «Ты будущий король, а чтобы быть хорошим королем нужно подавать пример целой стране». Чтобы править, нужно уметь и прислуживать в том числе. Всю жизнь меня учили быть королем. Настоящим, а не лишь символом государства. А когда в твоих руках судьба целой страны, ты постепенно забываешь о том, что сам — тоже человек. На твоих плечах лежит слишком многое, а вокруг, зачастую, лишь одни враги, которые так и норовят сместить тебя, так как считают слишком неугодным для своих планов на мир. Я жил в котле с ядовитыми змеями, не имея права показывать слабость, ведь в любой момент это могло быть использовано против меня. Моя жизнь была полностью отдана во благо других. Так меня воспитали.       Во дворце у меня не было свободы. Не было жизни и… — Балдуин на секунду замолчал, но, собравшись с мыслями, продолжил, — счастья. Всю жизнь я был Королем, но никогда — обычным человеком. Я променял тяготы правления, лицемерие, вечно сочащийся изо всех щелей яд и маски на шум листвы, свет солнца и пение птиц. Променял существование на обычную жизнь. Золотую клетку со всеми удобствами на простую свободу и возможность дышать свежим воздухом. Это был мой выбор, Сарменти. И я ни о чем не жалею.       Закончив, Балдуин аккуратно поправил небольшой веткой дрова в костре, от чего тот выпустил сноп искр. Сарменти слушала его молча, смотря на него с удивлением и… Пониманием. Ведь она сама променяла клетку цирка на свободу выбора за собственную жизнь. Но она была простым человеком с рождения, в отличии от сидящего у огня бывшего, но все-таки короля.       Подумав, Шут тихо встала и подошла к Балдуину, садясь рядом и тоже смотря в огонь. Прокаженный слегка повернул голову в её сторону. Маска скрыла удивление на его лице. Обычно Сарменти садилась напротив него или поодаль, но никак не рядом.       — С такой стороны я об этом не думала. — негромко произнесла Шут, обняв колени и поставив на них подбородок. — И как вам такая жизнь? — она посмотрела на бывшего короля и тот мягко улыбнулся.       — Мне она по нраву. Тем более, что не сделай я этот выбор, мы с тобой вряд имели бы возможность сейчас сидеть у костра и говорить о жизни. Это часть нашей свободы.       — Да… И вправду…       Шелестели листья, трещали под напором огня дрова. Два человека сидели у костра осознавая, что именно их выбор о свободе и свел их в одном месте.