Пролог
26 апреля 2025 г., 18:30
Стефан никогда не придерживался идеи отшельнического образа жизни. Напротив, его телефонная книжка пестрела номерами людей самых различных социальных слоёв, а профили соцсетей регулярно обновлялись, свидетельствуя всему миру о процветании их владельца. Многие находили Стефана приятным собеседником и интересным человеком, и действительно — ему всегда было под силу найти тему для разговора даже с малознакомым персонажем. Со всеми многочисленными знакомыми он держался приветливо и доброжелательно, для него было привычно и легко состоять с кем-либо в доверительных отношениях. Однако и у такого на первый взгляд открытого ко всему человека были свои принципы или скорее предрассудки: на любые темы, касающиеся выбора им спутника жизни, было наложено негласное табу.
Наверное именно поэтому, когда в этой самой личной жизни, ранее расписанной всевозможными сплетнями, назрели серьёзные изменения, об этом мгновенно узнали все. В традиционном обмене утренними новостями никому не удавалось избежать этой во всех смыслах привлекательной темы. Каток гудел словно растревоженный улей, и при других обстоятельствах гвалт этот мог бы быть оправдан разве что, если бы руководитель этого неуправляемого бардака только вернулся с титулом победителя Олимпийских игр или, по меньшей мере, с третьей золотой медалью мирового первенства.
Самого виновника обсуждений пока не было, но потерей мотивации в этот хмурый весенний день никто не страдал — хорошее настроение над «Палладиумом» прямо-таки витало. Каждый был занят собственным делом, — точнее, обмозговыванием твиттерских постов. Даже странно, что сердце Дениса эта вакханалия абсолютно не трогала. В соцсети он с самого утра (а по прибытии на каток уже намеренно) не заходил и шушуканья одногруппников старался не слушать. Однако, несмотря на полное, всеми возможными способами выказываемое им безразличие к тому, что происходит у Стефана в жизни, только ленивый не поспешил поделиться с ним «радостными» новостями. Коширо был пятым, если не считать детей, от которых Денис отмахивался, как от назойливых мух, усердно втолковывая им, что не понимает, о чём с ним говорят. От взрослых, пусть, очевидно, и остановившихся в своём развитии на юниорском уровне, отмахиваться было неприлично — Денису, по крайней мере, совесть не позволяла.
— Если бы это была просто рядовая ссора, они бы отписались друг от друга, — хмыкнул японец, удовлетворённый своей смекалкой. — Между ними нет недопониманий и обид, вообще никаких эмоций. Это полное безразличие друг к другу, понимаешь? Так что ты собираешься делать?
— Ещё пару минут назад я собирался тренировать каскады.
Коширо вздохнул и, стукнув Дениса по плечу, по-издевательски мило ему улыбнулся, как улыбаются людям, чьи дни уже сочтены. Неимоверным усилием воли Денис смог унять накативший приступ бессильного гнева. Резким движением отпихивая чужую руку, он понёсся к другому краю катка — прочь от всех, пока ещё кому-нибудь в голову не пришла гениальная мысль поделиться с ним обновлёнными подробностями истории расставания любовников или ненароком обронить рецепт приворота.
На сей резкий марш-бросок никто из находящихся рядом фигуристов никак не среагировал. Все они имели просто колоссальную выдержку, потому что на самом деле были секретными агентами. Оказавшиеся в новой среде с незнакомыми обычаями и порядками, приехавшие из разных стран, они привыкли скрывать свои эмоции. Задания также всем отводились различные: некоторым за высокопоставленными спортсменами и тренерами приходилось шпионить, некоторым — охранять или, в свою очередь, следить за охраной и так далее по кругу. Так как все они были из разных структур, изредка они соревновались между собой, выясняя отношения и защищая честь родных разведывательных организаций. Порой им приходили особые распоряжения передислокации, Денис же, к своему несчастью, влип в свой объект по уши.
«Взгляд у него действительно опустошённый», — эта мысль больно кольнула сердце.
Стефан скептически пробежался глазами по лицам притихших учеников и, выбрав себе жертву, сразу же направился к Денису. Окружающие по-прежнему не спешили выражать явное одобрение происходящему, но Денис кожей почувствовал всеобщий вздох умиления. Пока Стефан с каким-то важным указанием неторопливо докатил до соседнего края катка, где его ученик примитивно искал спасения от назойливых товарищей, нервное состояние Дениса приблизилось к критической отметке.
Когда тренер привычным движением, которое в умах его абсолютно незаинтересованных в происходящем сокомандников уже обретало новый смысл, доверительно взял его за локоть и начал что-то объяснять, Денис понял, что готов взорваться от всей этой феерической обстановки.
Фигуристы-спецагенты с приходом наставника немного присмирели, временно оставляя благие намерения поделиться с Денисом дружескими советами. Да и сам он после утренней эмоциональной встряски чувствовал себя неспособным воспринимать и пропускать через себя слова окружающих. Денис старался поглубже закопаться в постепенно заполняющий его сознание туман безразличия ко всему и очень надеялся дожить этот день спокойно.
Немного успокоившись, он уже просчитывал, как получше избавиться от ненужных мыслей перед сном, но сбыться его планам, как это обычно происходит, было не суждено.
***
Миновал Чемпионат мира, радостное оживление после этого события тоже начинало спадать. Все фигуристы уже мечтали об отпусках и катались словно для приличия. Делались намётки будущих программ, полноценно работать над которыми не было желания ни у постановщиков, ни у спортсменов. Стояла тихая спокойная пора — Стефану было скучно. Даже Денис выглядел сегодня ни в чём незаинтересованным и смурным, практически ни с кем не контактировал, с Шимадой — особенно. Исподтишка наблюдая за его попытками четверных, Стефан то и дело кидал на него встревоженно-заботливые взгляды. Однако парень его поддержку, видимо, не ощущал. Кажется, полностью замкнувшись в себе, он бездумно валил элемент за элементом. Когда после очередного неудачного приземления Денис просто махнул рукой и принялся отрабатывать вращения, даже не попытавшись «добить» прыжок, Стефану очень захотелось провести с ним мотивационную беседу. Стефан тут же загорелся этим желанием, но сделать это оказалось не так-то просто, потому что общения с людьми Денис упорно избегал. После хореографии Стефан выловил его в коридоре, окликнув при всех, тем самым не оставляя никаких шансов улизнуть. Мальчик смотрел испуганно-подозрительно, но взгляд свой упорно прятал. Стефан провёл рукой по его растрепавшимся за время занятий волосам, и тот инстинктивно подался вперёд навстречу ласке. — Дэнни, у тебя всё хорошо? Парень убедительно что-то прошипел в ответ. — Ну вот и хорошо. Зайдёшь ко мне вечером обсудить график шоу? Денис впервые прямо посмотрел ему в глаза; теперь в его взгляде отражалась гордость, перемешанная с безысходностью. — Просто обсудить. Вдвоём, наедине? Стефан растерянно захлопал глазами, не совсем понимая, какой подвох мог привидеться парню в его словах. Конечно, его истинные намерения заключались в том, чтобы поддержать Дениса и его уверенность в себе, но через разговор о шоу, вкладываться в которые Денис обожал, сделать это было даже легче. Кроме того, Стефан не находил причин, почему к его идее поговорить о чём бы то ни было в обществе друг друга отнеслись настолько скептически. Он хотел было озвучить это вслух, но, не дожидаясь ответной реплики тренера, Денис взял его руку в свою и торжественно объявил: — Слишком поздно, пойми, Стеф, слишком поздно. Денис сбежал, оставляя Стефана с протянутой рукой недоумевать в гордом одиночестве. Впрочем, его мысли плавно перетекли от нерешённых вопросов с шоу к последующему банкету и суши. Мысли вернулись в сухую действительность к пустующей кухне и такому же по наполнению холодильнику. Стефан подумал, что давно не видел Шому. На следующий день он отбыл в Японию с воспитательной миссией в отношении одного небезызвестного геймера, а заодно — с целью переждать период весеннего гормонального всплеска у прочих своих учеников.
