a love like laundry

И это происходит опять. Теперь же он замечает трусики, когда достает вещи из стиральной машины. Нежно-розовые, с оборками сзади и маленьким бантиком спереди. На скромный взгляд Сугуру, эти очаровательнее, чем те, которые он видел в прошлый раз. Сатору нравятся милашки, которые носят кружева и бантики? Его девушка, наверное, гораздо ниже его, миниатюрная и, конечно, такая же сладкоежка, как и сам Сатору. Сугуру легко может представить такую парочку, они бы очень хорошо смотрелись вместе. Только если они реально встречаются, а не просто трахаются. В груди Сугуру зарождается мерзкое, неприятное чувство, от которого ему самому становится не по себе. Он встряхивает головой, сбрасывая наваждение. Как только Сугуру осознает, что слишком долго пялится на трусы, выглядя со стороны как лютый извращенец. Он складывает одежду в корзину и выходит из прачечной, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, и возвращается домой.  Сатору сидит на кухне и мирно попивает своё любимое клубничное молоко.  — Поверить не могу, что мне снова придётся говорить об этом, — пробормотал Сугуру. Он тяжело вздыхает и всё же поднимает неприятную тему, — твоя девушка тоже не умеет стирать? Ответ вышел красноречивым — Сатору давится молоком, пару раз кашляет, а затем смотрит на Сугуру так, будто у того вторая голова выросла.  — Чего? Моя кто? Сугуру терпеливо достает из корзины улику.  И снова в глазах Сатору читается очевидное: вещь он узнал. Отличается в этой ситуации только одно — он не молчит и мгновенно реагирует.  — И что ты с ними делаешь? — его голос звучит пронзительно и немного обиженно, а лицо недовольно нахмурилось, — отдай! — Я ничего с ними не делаю. Я устал стирать чужие вещи. У нас уже был на эту тему разговор, ты помнишь? Если мы стираем вместе, то мне бы хотелось, чтобы… — Сатору бесцеремонно прерывает его, выхватывая трусики из рук. Сугуру удивляется, ведь тот опять покраснел, но гораздо сильнее, чем в прошлый раз. Теперь всё выглядит ещё страннее.  — Тогда я сам буду стирать, раз уж тебя это так беспокоит, — бормочет Сатору. Он сбегает с кухни, не давая Сугуру ответить хоть что-нибудь, и запирается в своей комнате.  Это просто нечестно. Почему Сатору так сильно расстроился? Это ведь ему пришлось стирать чужое бельё. Это ведь ему сейчас некомфортно из-за всей этой ситуации. Сугуру не кричал, почти не злился. Он просто решил напомнить Сатору о своей крохотной просьбе, о которой он говорил буквально вчера.  Его реакция испортила весь день и настроение. Особенно потому, что тот через пару часов выполз из своей берлоги с таким видом, будто ничего не случилось и не было никакого странного разговора. Они, как обычно, просто поужинали. Сатору даже предложил ему поиграть в Нинтендо, и Сугуру, не найдя ни одной причины для отказа, согласился. В конце концов, он просто решает забить на эту странную реакцию и дурацкую ссору.  Неделю спустя, Сугуру сталкивается с открытием, которое меняет всю его жизнь. Возвращаясь вечером с занятий, он видит Сатору, развалившегося на диване в позе морской звезды, раскинув руки и ноги. Это вошло в привычку, можно считать, что почти традиция. Иногда он просто валяется, дожидаясь его, потому что стало скучно. Ну или же он ждёт вкусняшки, которые тот принесет с собой. Чаще всего, заходя домой, Сугуру даже не успевает толком разложить вещи и переодеться, как Сатору уже просит его о чем-то или заставляет посмотреть какое-нибудь глупое вирусное видео. И нет, оно не подождёт. Он должен прямо сейчас бросить всё и оценить, иначе Сатору забудет потом показать. Несмотря на неудобства, ему нравится. Он даже притворяться не станет.  Сугуру заходит в гостиную, оглядывая его с ног до головы.  — Ты сегодня припозднился, — садится Сатору, чтобы лучше видеть собеседника.  Сугуру скидывает сумку на пол возле дивана, массирует плечо в том месте, куда весь день упиралась лямка.  — Извиняюсь, — он с улыбкой смотрит на Сатору, — не думал, что ты так сильно по мне соскучился. — Ой, завали. Я просто умираю с голоду, — возмущается тот, — ты купил то о чём я просил? Сугуру кивает и поднимает маленький пакет. Раздражительность Сатору мгновенно исчезает, сменяясь улыбкой. Ранее, он написал сообщение, в котором яростно утверждал, что ему не хватает главного ингредиента для приготовления ужина; Сугуру ведь всё равно по пути. Конечно, было бы проще, если бы Сатору сам дошел до магазина, который находится всего в пяти минутах ходьбы, и купил, что надо. Это и время бы сэкономило, и он бы не маялся от скуки, но в последнее время Сугуру так сложно ему отказать хоть в чём-то.  Теперь, когда у него есть все ингредиенты, Сатору берёт пакет и практически вприпрыжку бежит на кухню.  — Так и для чего тебе хлопья из скумбрии? — спрашивает Сугуру, направляясь за ним следом.  Ему нравится наблюдать за Сатору, когда тот готовит. Есть что-то поистине завораживающее в том, как он каким-то невероятным образом умудряется сделать  что-то съедобное и очень вкусное, несмотря на хаос, царящий при готовке. — Конечно же, такояки! — объявляет Сатору.  Напевая, он роется в шкафчиках и достает ингредиенты для приготовления теста.  — Почему-то в последние несколько дней мне очень хотелось такояки. Наверное, из-за того, что скоро лето. Сугуру не стал возражать, даже если он уже прекрасно знает о его особенности. Тому, кажется, всегда чего-то да хочется, независимо от погоды за окном. — Звучит неплохо, а что ещё? — уточняет Сугуру.  Сатору отвечает не сразу, его внимание слишком сильно сконцентрировано на подготовке нужных ингредиентов. Он склонен легко отвлекаться, но только если дело не касается еды. Есть что-то очень милое в нём (и во всём), что он делает, несмотря на то, что он все-таки парень. Хотя некоторый тип парней действительно милый. Сатору определенно один из них. — Не знаю... Может салат или ещё чего, — в конце концов отвечает он. Его лицо хмурится, затем он продолжает, — Мисо-суп? Не знаю. Если тебе ещё что-то нужно, приготовь сам, ладно?  Мне хочется только такояки.  — А? — непонимающе уставился Сугуру, — вообще-то, сейчас твоя очередь готовить. — Именно это я и делаю! — защищается он, возмущённо пыхтя, — кто вообще ест эти гарниры или чего ты там хочешь.  — Все, — возражает Сугуру.  — Ага, как скажешь, — язвит Сатору в ответ.  Спор с ним мог затянуться на всю ночь, поэтому Сугуру сдался без особого сопротивления. Только в этот раз он промолчит и просто посмотрит как тот готовит.  Наконец, разложив все нужные ингредиенты, Сатору встал, уперев руку в бок, и задумался. — Куда ты дел сковородку для такояки? — бормочет он, снова принимаясь рыться в шкафчиках.  — Я? — Сугуру отрицательно качает головой. — Я её вообще никогда не брал.  Сатору мычит и ещё несколько секунд разглядывает полки в верхних ящиках. Когда он не находит то, что искал, то садится на корточки и роется уже в нижних, куда они складывают все кастрюли и сковородки. Когда он наклоняется, его мешковатые пижамные штаны с рисунком дигимонов начинают немного соскальзывать с его узких бедер, открывая край нижнего белья. И Сугуру замечает это. Чуть выше места, где пижама немного сползла, ткань того же нежно-розового оттенка, такие же оборки и кружева, которые Сугуру видел в прачечной на прошлой неделе. Это было именно то нижнее бельё, которое вызвало у Сугуру горькое, мерзкое чувство, когда он представил себе безликую девушку, носящую их. Но девушки нет, а на Сатору сейчас те самые трусики.  Сатору в трусиках. Прямо здесь, на их общей кухне. Сатору в трусиках. Сугуру с трудом верит своим глазам. Тихий голосок в его голове подсказывает ему, что он безбожно пялится, и он прекрасно понимает, что ему вообще не стоит смотреть. Но взгляд будто приклеился. Сугуру слишком зачарован тем, как эти трусики идеально облегают прекрасные бедра Сатору. Если он хорошенько сосредоточится, сможет представить, как выглядит всё остальное под этими мешковатыми пижамными штанами.  Сугуру из последних сил одёргивает себя. Он точно не должен представлять себе ничего подобного. Зачем его воспалённый мозг только что пытался нарисовать невнятную картинку с Сатору в женских трусиках в главной роли? Это странно. В конце концов, Сатору же его друг. Его сосед по комнате. Он тоже парень. Друг Сугуру и его сосед по комнате. Парень-друг-сосед по комнате, который, по всей видимости, любит носить женское бельё. Очень милое бельё с рюшами и кружевами. Какого черта? — Нашёл! — Сатору вскакивает с нужной сковородкой в руках и торжествующе улыбается. Восторженное выражение его лица сменяется на замешательство, когда он видит задумчивого Сугуру. — Что-то не так? — спрашивает он, ничего не понимая, — только не говори мне, что ты вдруг передумал на счёт такояки. Сугуру  удаётся прийти в себя. Он отрицательно мотает головой и отводит взгляд — ему просто невыносимо смотреть на Сатору сейчас. Ситуация нелепейшая.  — Меня всё устраивает, — честно отвечает он, затем отмахивается и добавляет, — с гарниром или без, пофиг.  Сатору радостно восклицает и принимается за приготовление ужина. Сугуру же старается не думать о кружевах и оборках.