Бог солнца

Вэй Ин, как обычно, с огромным трудом проснулся в восемь утра и нехотя начал собираться на завтрак. Ровно пять лет назад он вместе с отцом вступил в орден Цзян, а три года назад стал его первым учеником. С этим статусом у него прибавилось обязанностей, но вместе с ними выросли и влияние, и ежемесячное пособие. Хотя, если честно, ни то ни другое его особенно не волновало. Больше всего он радовался тому, что не подвёл отца и тот им гордился. Ну и, конечно, не потому, что благодаря статусу первого ученика он мог чаще ускользать в город, чтобы насладиться выпивкой и побездельничать. В общем, не суть. Главное — теперь он первый ученик ордена Цзян, а это значило, что ему часто поручали присматривать за младшими адептами. Вот и сегодня. Из-за того что большинство учителей отправились на ночную охоту, Вэй Ину пришлось взять на себя ответственность за утренние уроки младших учеников. Он, конечно, сначала попытался улизнуть от дополнительной работы, но одного строгого взгляда тётушки Юй хватило, чтобы он тут же согласился. Поэтому сегодня ему пришлось проснуться в восемь утра — настоящий подвиг. Уроки младших адептов начинались рано. Ранний подъём немного подпортил ему настроение, но он быстро отмахнулся от раздражения: ведь сегодня отец должен вернуться с охоты. Прошла всего неделя с момента его отъезда, но Вэй Ин уже успел соскучиться. В приподнятом настроении он быстро собрался и направился в столовую. По пути его перехватила служанка тётушки Юй — Иньчжу — и передала, что после завтрака он должен зайти к госпоже Цзян. Закончив есть, он сразу направился на встречу. Придя на место, он увидел Цзян Чэна и любимую шицзе — Цзян Яньли. По их лицам было видно, что они, как и он, не знают, зачем их позвали. — Цзян Чееен~! Шицзе~! — радостно помахал рукой Вэй Ин. — Вас тоже позвали? — Ах, А-Ин, привет. Да, матушка и нас позвала, — с улыбкой ответила Цзян Яньли. — Явился — не запылился. Где тебя так долго носило, — хмыкнул Цзян Чэн. — Напомнить, из-за кого я сегодня так поздно проснулся? — ухмыльнулся Вэй Ин. Сначала Цзян Чэн не понял, о чём речь, но как только вспомнил, покраснел от злости. — Только попробуй кому-то рассказать — я с тебя шкуру сдеру! — прорычал он. А Вэй Ин в ответ только расхохотался. Вчера вечером он уговорил Цзян Чэна сходить в город, выпить и вкусно поесть. Цзян Чэн долго отнекивался, но в итоге сдался. В результате напился до чёртиков, и Вэй Ину пришлось тащить его домой. Когда он осторожно уложил Цзян Чэна в постель и собрался уйти, тот вдруг проснулся и, не отпуская его руку, начал "болтать по душам". Через некоторое время он наконец-то уснул да вот руку Вэй Ина не отпустил. Вэй Ин пытался уйти, ведь знал, что утром надо рано вставать, но Цзян Чэн оказался настойчив. Вэй Ин как только не пробовал руку вытащить, даже попытался аккуратно задействовать ци. Но Цзян Чэн во сне его нивкакую не отпускал. Так и проспал он где-то часа два все это время держа Вэй Ина за руку. Тогда где-то к двум часам ночи он проснулся уже трезвый и вспомнил всё что по пьяни сделал. Чтож, сказать что он был не в себе от ярости — ничего не сказать. Цзян Чэн с криками выдворил смеющегося Вэй Ина прочь. Поэтому сегодня Вэй Ин и не выспался. — Мальчики, о чём вы там шепчетесь? — с любопытством спросила Цзян Яньли. — Ни о чём, цзе-цзе, ничего важного, — нервно ответил Цзян Чэн. — Ничего важного? Тогда можно я расскажу шицзе? — едва сдерживая смех, спросил Вэй Ин. — Только попробуй — и я тебя в лотосовом пруду утоплю! — прошипел Цзян Чэн, сверкая глазами. — Ладно, подумаю об этом, — с хитрой улыбкой сказал Вэй Ин. — Я тебя сейчас!.. — Цзян Чэн уже занёс руку для оплеухи, как вдруг подошла служанка Цзиньчжу. — Госпожа вас ждёт. Прошу, проходите. Юноши быстро прекратили спор и отправились внутрь. Войдя, они поклонились: — Приветствуем, отец, матушка, — одновременно сказали Цзян Чэн и Цзян Яньли. — Приветствую, дядя Цзян, тётушка Юй, — добавил Вэй Ин, вежливо поклонившись. — Проходите и садитесь. Нам нужно поговорить, — спокойно сказал господин Цзян. Когда все уселись, он начал: — Мы позвали вас, чтобы сообщить важную новость. Вы, вместе с группой выдающихся адептов, отправитесь на обучение в Облачные Глубины. — Что?! — в один голос воскликнули трое. — Нам пришло приглашение от ордена Гусу Лань. Вас троих и ещё несколько учеников приглашают на год обучения, — пояснила госпожа Цзян. — Но это же так неожиданно, матушка… — мягко сказала Цзян Яньли. — А зачем нам туда ехать? Разве наших знаний недостаточно? — нахмурился Цзян Чэн. — Согласен. К тому же мы сейчас обучаем младших адептов. Кто займётся ими, пока нас не будет? — подхватил Вэй Ин. — Вы правы, но Гусу Лань известен своими талантами к обучению. Ктому же у них больше знаний, например в области талисманов, — подмигнув Вэй Ину сказал Цзян Фэнмянь. Вэй Ин тут же оживился — он обожал всё, что связано с талисманами. — Я также хочу, чтобы вы освоили музыкальное культивирование. Это редкий и полезный навык, а в Гусу Лань он широко практикуется, — добавил господин Цзян. — Но отец, матушка… Зачем мне ехать? Моё ядро слишком слабое, я не способна культивировать… — с грустью опустила взгляд Цзян Яньли. — Это неважно. Ты сильна в мечном искусстве, и это уже многого стоит. Не смей недооценивать себя. Такой неуверенностью ты оскорбляешь своего учителя, — строго, но с гордостью сказала Юй Цзыюань. — Да, матушка. Вы правы. Я обязана оправдать доверие учителя Ёриичи, — с решимостью в голосе сказала Цзян Яньли. — Так держать, шицзе! — поддержал её Вэй Ин. — Согласен! Ты же с дыханием лотоса половину шисюнов победила! — с гордостью добавил Цзян Чэн. — Да-да! Кто ещё может сравниться с твоим дыханием лотоса? — засмеялся Вэй Ин. — Ну уж вы меня перехваливаете… А как же твоё дыхание солнца, А-Ин? — подмигнула ему Яньли. Вэй Ин же засмущался и отвернулся. — Спасибо вам. Я очень рада, что вы в меня верите. — Цзян Яньли никогда не была так признательна своей семье как сейчас. А они ведь даже не знают насколько эти слова важны Цзян Яньли. Цзян Яньли родилась слабой. Она появилась на свет преждевременно, и её здоровье с первых дней оставляло желать лучшего. Её тело было слишком хрупким для обычной жизни, не говоря уже о культивировании. Когда она начала обучаться основам совершенствования, наставники быстро пришли к неутешительному выводу: её духовное ядро было слишком слабым. Слишком нестабильным, чтобы выдерживать даже начальные стадии культивирования. Её сразу предупредили, что даже если ей удастся сформировать ядро, оно вряд ли выдержит практики, и скорее навредит ей, чем принесёт пользу. Родители долго не могли смириться с этим. Особенно госпожа Юй, строгая и гордая, не хотела верить, что её дочь может оказаться слабой. Они приглашали самых опытных лекарей со всей Поднебесной, тратили огромные суммы на редкие настои, лекарства и амулеты. Лучшие наставники пытались адаптировать техники под её слабое тело. Но всё это не давало результата. У Яньли действительно сформировалось ядро, но оно оказалось слабым, хрупким и нестабильным. С каждым разочарованием на лице родителей внутри Яньли что-то ломалось. Особенно тяжело ей стало, когда А-Чэн — младший брат — проявил удивительные способности и с юных лет демонстрировал выдающийся прогресс. Родители, пусть и не намеренно, начали уделять ему всё больше внимания, а Яньли постепенно отошла на второй план. Она очень старалась не винить никого — ни брата, ни родителей. Но это ощущение ненужности, слабости, неспособности — медленно, но верно подтачивало её дух. Ей казалось, что она — разочарование. Однажды, чтобы доказать себе и родителям, что она способна хотя бы на что-то, Цзян Яньли изнурила себя во время тренировки до полубессознательного состояния. После этого она слегла на неделю. Матушка тогда разозлилась не на шутку. Гнев был вызван страхом — страхом потерять дочь. Она строго-настрого запретила Яньли заниматься культивированием. Это стало последней каплей. С того дня Яньли окончательно почувствовала себя ненужной и сломленной. Время прошло и Цзян Яньли стала привыкать. У неё в общем-то и не было другого выхода. И в тот момент когда она почти смирилась со своей участью появился Вэй Ин со своим отцом — Ёриичи Цугикуни. До этого Яньли не особо интересовалась господином Ёриичи. Они редко пересекались в ордене, из-за того что Ёриичи большую часть времени проводил за обучением адептов на тренировочном полигоне куда ей к сожалению вход был воспрещён. Но на одной из редких встреч он заговорил с ней. — Почему вы не культивируете юная госпожа Цзян? — спросил он, с удивлением в голосе. — Моё ядро слабое. Моё тело не предназначено для совершенствования, — тихо ответила она. Вместо сочувствия или укоров она увидела на его лице искренний интерес. Ёриичи объяснил, что его техника дыхания — особая. Он сказал, что его стиль можно адаптировать под разные тела, поэтому есть шанс что она сможет им овладеть. Но он так же предупредил её, что путь будет трудным, и, возможно, ей всё же не удастся овладеть техникой. Яньли же вдруг почувствовала — этот шанс она не может упустить. Даже если он мал. Даже если снова всё закончится разочарованием. Она согласилась пройти пробную тренировку под наблюдением матушки. Усталая и готовая снова услышать слова сожаления, она уже мысленно готовилась к провалу… Но вместо этого Ёриичи улыбнулся и произнёс: — Ты необыкновенно одарена. У тебя врождённый талант к фехтованию. Я уверен что ты сможешь овладеть техникой дыхания и может даже создать свой собственный стил дыхания. Эти слова стали для неё откровением. Не просто надеждой — подтверждением, что она не сломана. Что она способна. Что она не бесполезна. Матушка тоже, хоть и сдержанно, одобрила обучение. Но настояла, чтобы первые тренировки проходили под её наблюдением. Так начался путь Яньли — не культиватора, но мастера дыхательных техник. Со временем она создала свой собственный стиль — дыхание цветов которое в честь своего ордена и родины назвала дыханием лотоса — изящный, плавный словно распускающиеся бутон лотоса и смертельно точный стиль. Несмотря на успехи, она ещё долго сомневалась в себе. Тени прошлого всё ещё шептали ей, что она не такая как остальные, что она всё ещё бесполезная. Но благодаря поддержке семьи, благодаря этим словам она смогла поверить в себя. — Всё, хватит слёзы лить! — вмешалась госпожа Юй. — А заодно в Гусу Лань вас научат манерам. Может, Лань Цижэнь хоть кого-то из вас дисциплине научит, — злобно посмотрела она на Вэй Ина. Вэй Ин же с Цзян Чэном вспомнили о всех слухах что слышали про Гусу Лань и впали в настоящий ужас. Оба брата вздрогнули. — Матушка, может, не надо? — с надеждой спросил Цзян Чэн. — Да, да, нам и тут хорошо! — вторил ему Вэй Ин. Они оба до последнего не теряли надежды на спасение но к сожалению этому не суждено было случиться. — Что вы только что сказали? — Юй Цзыюань подняла бровь, и в её взгляде явно читалось: «Попробуйте ослушаться — пожалеете». — Ничего, матушка! — быстро сказал Цзян Чэн. — Мы в восторге от поездки в Гусу Лань! — добавил Вэй Ин, обнимая брата с натянутой улыбкой. — Вот то-то же, — хмыкнула госпожа Юй. — Итак, решено. Через месяц вы отправляетесь. Всё понятно? — подытожил господин Цзян. — Да, отец, матушка! — радостно ответила Цзян Яньли. В это время Цзян Чэн с трудом пытался отлепить от себя Вэй Ина. — Ты что творишь? Слезь с меня, идиот! — прошипел он. — А-Чэн~, это конец! Я не выживу в Гусу Лань! — с трагизмом в голосе всхлипывал Вэй Ин. Они не заметили, как к ним подошла госпожа Юй и положила по руке им на плечо. — Всё поняли? — голос и взгляд не оставляли сомнений: ослушаться нельзя. — Всё поняли! — быстро выкрикнули оба.