Я сделала ей больно

Она словно со стороны слышит свой рваный вздох. Чувствует, как медсестра вынимает у неё из рук телефон и осторожно тормошит за плечо: -Вы в порядке?Должно быть,мне не стоило вам это показывать. -Что с ней?,-вместо ответа выдыхает Виолетта. -Простите, это врачебная тайна,-сново качает головой девушка. -Вы не член семьи, и я не могу разглашать посторонним подобною информацию. -Я не постороняя-суматошно хватается за мелькнувшую мысль Виола. -Я почти член семьи. Я... Мы... Мы хотели забрать её из приюта. Удочерить,-внезапно выдаёт она, удивляясь сама себе. Медсестра смотрит сочувствующие,однако не предпринимает больше не каких действий. И тогда,Виолетта пересилив себя, выдаёт: -Она же...почти сестра. Мне важно знать... Пожалуйста. Девушка колеблется. Нерешительно закусывает губу, видит отчаяние в глазах Виолы, бегло оглядывает коридор и склоняется над рабочим компьютером, что-то быстро печатая. Спустя минуту она находит нужный файл, пробегается глазами по открывшейся странице и сново переводит взгляд на Виолетту. -Вы точно хотите знать? Виола кивает. И теряется в потоке медицинских терминов, которыми сыплет девушка. -Я... Я не понимаю,-трясёт она головой спустя минуту. -Можно сказать проще? Девушка кивает и начинает медленно перечислять. С каждым словом Виолетта чувствует, как у неё холодеют от ужаса руки. Окружающий мир трещит по швам. -У неё сломана голень на левой ноге. На правой-перелом коленного сустава. Сломано четыре ребра с правой стороны и два с левой. Перелом предплечья на левой руке. Сломаны все пальцы на обеих руках. Гематомы по всему телу и побои средней степени тяжести.-Колото-резаные раны на голове и лице. Перелом носа и челюсти. Ожоги. -Ожоги?,-автоматически повторяет за ней Виолетта. -Да,-девушка продолжает смотреть в монитор и не видит выражения её лица. -Многочисленные мелкие ожоги на предплечьях обоих рук. Похоже на следы от сигарет. Сейчас её состояние уже относительно стабилизировалось после всех проведенных операций, но сама она ещё дышит с трудом, поэтому мы подключили её к аппарату ИВЛ (искусственная вентиляция легких) и... Перед глазами Виолетты ярко вспыхивает картинка из переулка. Как Лина дёргается от удара и Кира роняет зажженную сигарету. Сигарету. Она пятится от этого видения перед глазами и уже не слышит,что ей говорит медсестра. «Я НЕ ХОТЕЛА ЭТОГО!НЕ ХОТЕЛА!!!» «Ты покойница»,-слышит она свои собственные слова, сказанные в тот день. И следом за ними: «Развлекайтесь». Голоса в голове нарастают. От них шумит в ушах. Картинка перед глазам начинает плыть. Виолетта чувствует, как задыхается. Как тонет и идет на дно. Прямо в развернувшуюся перед ней пучину ужаса. Ей срочно нужно на улицу. На свежий воздух. Она резко разворачивается и выбегает из отделения. Одним прыжком преодолевает лестницу и мчится дальше,не разбирая дороги. Она бежит до тех пор, пока в боку не начинает нещадно колоть. Тогда она останавливается прямо посреди улицы и тяжело опирается рукой о стену ближайшего здания. Осознание неотвратимо накрывает её гигантскими волнами. Словно цунами. Ноги отказываются держать. Она сползает вниз по стене. Панически пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха. Подтягивает колени к груди, сворачивается в клубочек и впивается пальцами в ткань школьных брюк. В голове бьются только три слова. «ЧТО. Я. НАТВОРИЛА». Когда приступ паники отступает,Виолетта понимает,что на улице уже начинает темнеть. Значит,прошло несколько часов. Она кое-как поднимается, разминая затёкшие ноги, заходит в первый попавшийся закоулок,чтобы её не было видно с улицы,и начинает рыться в многочисленных карманах. Затем непослушными пальцами бьёт по экрану телефона, набирая номер Киры. Вилка, где тебя носит?,-отвечает та спустя пару секунд. И от её недовольного тона у только успокоившиеся Виолетты сново срывается остатки самоконтроля: -Кира, какого хрена вы устроили!? Вы её, блядь, едва не убили! -Ты о ком?,-удивленно спрашивают на том конце провода и у Виолы только от этого вопроса взрывается мозг: -В смысле, о ком!? О Лине конечно! Если она сейчас расскажет всем... -Ааааа, ты про эту шлюху,-ржет Кира. -Она точно не расскажет, я ж ей челюсть сломала в нескольких местах. И написать не сможет, руки мы ей вдвоём с тобой ломали. Вдруг нам вообще повезёт, и она сдохнет? Всем только легче станет. Виолетту корёжит от этого смеха. И тошнит от слов Киры. От самой Киры. Мерзость. -Да она почти труп!,-рычит она в трубку. -Ты вообще, блядь, понимаешь ситуацию!? Вас всех посадят к черту!!! -Почему это только нас?-Кира перестаёт ржать, и голос её становится серьёзнее. -Ты ведь тоже была с нами. Ты первая её ударила. Виолетта молчит. Мотому что ей нечего сказать в ответ. Она это начала. -Эй, Вилка, не вздумай сейчас соскочить,-в голосе Киры проскакивает угроза. -Если что случится, ты тоже с нами сядешь. Ты жа наша главная,-теперь в трубке слышна издевка. -Кстати, Виолетта, мы тут с девчонками поговорили, пока тебя не было и подумали, что ты в последнее время совсем охре... Виолетта сбрасывает не дослушав. Ощущает себя так, словно на неё сейчас вылили ведро дерьма. Мерзко. Настолько, что прямо сейчас хочется встать под душ и простоять под ним несколько часов кряду, пока она не очистится до конца. Но Виола понимает, что ей не отмыться. Ей уже не когда от этого не отмыться. Она кое-как добирается до дома, незаметно проскальзывает в свою комнату, и прямо в одежде и обуви забирается на кровать, с головой укрываясь одеялом. В детстве она всегда так делала, когда хотела спрятаться. Сначала от при кроватных монстров, потом-от отца. Сейчас-от самой себя. Тяжёлый, беспокойный сон приходит приходит к ней только на рассвете.