Лучшее лекарство от паники

      Джисон сидел в своей комнате, подсушивая волосы феном: светлую челку, отросшую уже почти до кончика носа, затылок, прядки за ушами, потом те, что на шее, после чего длинную густую прядь, которую он отращивал с начала средней школы. Он был одет в мягкие шорты и толстовку. Ноги в теплых носочках были сложены в позе лотоса. Отложив фен на покрывало, прочесал гребнем длинные пряди, привычными движениями принялся заплетать косу. На этом действии его и застал Крис, заглянувший в его спальню.       — Можно?       — Да, хён, проходи, — Джи ответил ему по-корейски, но продолжил на английском: — Что-то случилось?       — Да, — Крис положил перед ним его скетчбук. Джисон точно знал, где оставил его. — Знаешь, кто мне его принес?       Щёки вспыхнули алым. Ему было стыдно от того, что произошло между ним и хореографом. Впервые его поцеловали. Да уж, это точно самое лучшее средство от панической атаки! Но теперь как быть со старшим? Как всё это объяснить Крису?       — Я случайно забыл его в студии у Минхо, — тихо сказал Джи.       — Ну и зачем ты опять туда ходил, глупый? — уже более мягко спросил Бан.       — Я хотел поблагодарить его. Он ведь спас меня вчера, не оставил там на полу.       — Маленький, и ты сам решил туда к нему пойти?       — Да. Я решил сам. Он хороший и я… — Джи замолчал, не зная, какие слова подобрать.       — Он совсем не хороший, пойми ты! Ли Минхо — прекрасный хореограф, профессионал своего дела. Но он циничный и холодный, спит со всеми подряд и совсем не разбирает, кто перед ним. Для него унизить человека — обычное дело. Джисони, я прошу тебя, не подходи к нему, — в отчаянии попросил Крис.       — Он хороший.       — Пообещай, что больше не подойдёшь к нему!       — Обещаю, — откликнулся Хан.       Крис покачал головой и покинул его комнату. Джи задумался, доплетая косу. Теперь он просто обязан ещё раз поцеловать его. Хану понравилось то, какими мягкими были губы Минхо. Как нежно старший поглаживал его по щеке, по плечам, будто завлекал, привораживал. Может, это просто гормоны шалят? Как вообще понять, что кто-то нравится? Уже достаточно поздно и в расположении быть никого не должно. Нужно с кем-то посоветоваться. Вроде Феликс пришёл недавно. Один. Покинув пределы своей комнаты, дошел до самой крайней спальни, прислушавшись к звукам, поскрёбся в створку.       — Можно, — донёсся до него низкий голос старшего коллеги.       Джисон толкнул дверь и вошёл в комнату Феликса. Тот похлопал по покрывалу рядом с собой и отложил ноутбук.       — Я хотел бы поговорить с тобой, хён, — робко сказал Джи, присаживаясь на предложенное место.       — Конечно! — улыбнулся Ликс. — Красивая косичка! Нарастил?       — Нет, — покачал головой Хан. — Это мои волосы. Отращиваю лет с тринадцати.       — А почему раньше не показывал? Она такая миленькая! Прости, я тебя сбил. О чём ты хотел поговорить?       — Как понять, что кто-то нравится?       — В смысле? — переспросил Феликс, трогая хвостик косички пальчиками.       — Ну, понимаешь, я со средней школы постоянно дома учился из-за своих проблем с социализацией и тревожности. Поэтому со сверстниками не общался совсем. А теперь как-то нужно контактировать, чтобы ну… чтобы… — Джисон замолчал и густо покраснел.       — Ну всё с тобой понятно. Так тебе нужно контактировать или есть подозрение на симпатию?       — Не знаю! Вот и хотел разобраться.       — Это он или она? — уточнил Ликс.       — Он, — окончательно смутившись, ответил Хан.       — Ребёнок, в этом ничего нет плохого. Ты его касался уже?       — Да, он поцеловал меня.       — Какие ощущения были? Сердце билось? Что чувствовал? — полюбопытствовал Феликс.       — Билось быстро, но было приятно, когда он обнимал меня. И глаза у него такие красивые. А ещё он спас меня тогда в коридоре. Он такой хороший! — мечтательно протянул Джисон.       — Я так понимаю, есть какое-то «но»?       — Все его считают плохим. Крис строго-настрого запретил к нему подходить.       — Джисони, только не говори, что ты влюбился в Минхо! Это неправильный выбор, понимаешь? — Ликс всплеснул руками.       — Да, я уже слышал от Криса, что он холодный и циничный, но он нравится мне… — Джисон не знал, что ещё сказать и как защитить.       — Значит, не сдашься?       — Нет.       — Тогда прошу тебя быть аккуратнее. И помни, что я всегда готов прийти на помощь, — решительно сказал Феликс.       — Спасибо, хён, — кивнул Джи, после чего вышел из комнаты, но в свою спальню не вернулся.       Пересёк гостиную и прошёл до лифта, поднялся на один этаж и твёрдым шагом направился к маленькой студии. Не дойдя на несколько шагов до нужного помещения — остановился, немного подумал, взвешивая все «за» и «против», прислушался к звукам. Слишком тихо, даже странно. Джи обнадёживало то, что в полутёмный коридор из-под двери просачивался тусклый свет. «Хоть бы он был там! Пожалуйста!». Его молитвы были услышаны, потому что Минхо обнаружился около пульта. Видимо, он выключал оборудование. Освещение было частично потушено и горели только нижние лампы, отражаясь в многочисленных зеркалах по кругу. Джисон решительно вошёл внутрь и закрыл за собой дверь, щёлкнув замком. Старший, не поворачиваясь, что-то сказал, из чего Джи понял только «сказал» и «дом». Как ему сказать то, чем он хотел заняться? Нет, тут слова не помогут. Они просто не поймут друг друга.       К чёрту всё! Шаг за шагом — подошёл вплотную, тронув за плечо. Старший развернулся и удивленно посмотрел на него, опять что-то сказал и попытался отодвинуть его. Но не тут-то было. Джисон крепко схватился за его талию и прижался, вставая на цыпочки, потянулся лицом к его лицу. Легко коснулся его губ и отстранился, посмотрел в глаза.       — Поцелуй меня, хён, — с ужасным акцентом на корейском сказал Джи, но Минхо отрицательно покачал головой.       — Крис, — только и смог ответить старший.       — Мне всё равно. Я прошу… — Хан запнулся и продолжил по-английски: — блин не знаю, как тебе сказать.       — Джисон… — выдохнул Ли.       Так не пойдёт! Они всё равно не смогут договориться. Прильнул к его груди, обнимая плотнее за талию, опять прижался к его губам своими, вспоминая, как целовались главные герои в дораме, пытался повторить. Но это его второй в жизни поцелуй. Опыта совсем нет. Он чувствовал такое крепкое тело, уверенные движения. Минхо отвечал ему. Сначала несмело, а потом, наверное, понял, что сопротивляться бесполезно. Огладил его по плечам, прижал к себе и более уверенно действовал, целуя его в ответ. Непонятно, чей стон был первым. Джи немного испугался, когда оказался между пультом и разгорячённым телом хореографа. Всё вдруг стало так серьёзно. Пальцы старшего поднялись выше, ладони накрыли пухлые щёки. Готов ли он пойти дальше?       Джисону в этом году девятнадцать. Из-за постоянного сидения дома парень ни с кем не контактировал. А ему хотелось. Влюбиться. Целоваться с кем-то. Уехать далеко только вдвоём. Остаться с кем-то наедине. Как сейчас. С ним. Минхо очень красивый. Увидев его впервые, Джи подумал, что это один из айдолов. И сейчас этот потрясающий мужчина его обнимал и целовал. А почему бы и нет. Если задумываться о чём-то настолько близком, то именно с ним.       Сам расстегнул на себе толстовку, скинув её с плеч и потянул влажную от пота футболку вверх по торсу Минхо. Поймав удивлённый взгляд, приложил свой палец к его губам. Под тонкой тканью оказалось крепкое тренированное тело с рельефом и кубиками, от которого потекли слюнки и пальчики сами потянулись к коже, под которой перекатывались твёрдые мышцы. Футболка полетела вниз и приземлилась на пол. Взгляд сам собой опустился сначала на подбородок, потом на шею с дёрнувшимся кадыком, острые ключицы, широкую грудь. Поддавшись непонятному импульсу и вспомнив кое-что из того порно, которое смотрел неделю назад, Джисон пальцами сжал плечи старшего, опустил голову и робко поцеловал в шею ближе к челюсти, затем ещё и ещё, смелея всё больше, немного прикусил зубами кожу, потом губами.       — Джисони… ммм… что ты делаешь… — дальше ничего непонятно.       Было так непривычно и странно самому ласкать мужчину, да и вообще кого-то касаться так интимно. Действовал неумело. Слышал своё имя, срывающееся с губ вместе с дыханием. Минхо не остался в долгу: гладил его по плечам, по торсу, бёдрам, немного задрав футболку, касался его впалого живота, вызывая тонну мурашек. Как лишился футболки Джисон не помнит. Минхо вдруг стал жадным. Цепко держал его в своих объятиях, нежно лаская его шею, прихватывал зубами. Осторожно касаясь его, подцепил резинку спортивных шортов, нырнув под них ладонью. Джисон замер, забыв, как сделать следующий вдох. Потому что было приятно и безумно волнующе.       Старший потянул его на пол и усадил на свои колени, после чего уложил его на толстовку спиной. Нависая сверху, Минхо опускался ниже по его телу, не пропуская ни одного сантиметра. Было страшно. Они же сейчас дойдут до того самого. Как же быть? Нет, сейчас не место для паники. Нужно просто довериться ему… ____________________________       Что же он творит? Почему идёт на поводу у этого белобрысого мальчишки? Еще косичка эта, что с ума сводит. Тело худое, но стройное и уже сформированное, такое соблазнительное. Ну почему сейчас кажется, что он такой невинный? Движения такие неловкие, неуверенные, будто Джисон понятия не имеет о том, что делает! Играет? А может, действительно не знает? Эта мысль током пронзила возбужденное до предела тело Минхо. Что там говорил Чанбин? Мальчик постоянно один, прячется и убегает от людей. Возможно, это и правда для него впервые. Нет, тогда не нужно делать это здесь на полу. Но Джи так настойчиво липнет и целует, старается. Они уже оба возбуждены и отступать некуда.       Хо стянул с него шорты, продолжая ласкать его. Взгляд вдруг упал в зеркало. А там в отражении в полутьме сверкал прекрасный мальчик, полный желания, с горящими от возбуждения глазами, изломанным телом. Джисон лежал на холодном паркете, весь такой раскрытый перед ним, обнажённый, с покрасневшими щёчками и прикушенной губой. Нет, Хо обязан доставить ему удовольствие! Причем так, чтобы он запомнил навсегда.       Минхо оставил его буквально на полминутки, за которые стянул с себя тренировочные штаны и схватил с пульта своё масло для рук, затем вернулся к нему. Смочил пальцы и коснулся его сфинктера, протянув руку между его крепких ягодиц. Растягивая со всей аккуратностью узкую дырочку, не переставал целовать его и нашёптывать нежные слова, хотя и знал, что Хан вряд-ли его поймет. Хотел его. То, что чувствовал к нему в данный момент кардинально отличалось от всего остального. Этот мальчик умудрился проникнуть так глубоко, как никто до него. Кажется, что Сынмину даже в половину не удалось такого. Его вдруг хотелось оберегать и быть максимально аккуратным.       Когда вошёл в него — думал, что сойдет с ума. Мучительно медленно, немного покачиваясь, мелкими толчками, пока не оказался в нём по самые яйца, а после также осторожно вышел почти на всю длину. Джи так сильно сжимал внутри его член, что было больно до искорок из глаз. Хо гладил его, целовал лицо, ласкал губы губами, носом водил по щёчкам, по ушкам, не забывая двигаться. Чувствовал, как напряжён между их телами орган младшего. Хотелось большего. Чтобы он произнёс его имя. Его будто услышали, потому что со следующим стоном с губ Джисона слетело сладкое «Минхо-я». И это было так волнующе! Отозвалось приятным тёплым томлением в груди и упало горячей волной вниз к паху. Все мысли разбежались из головы подобно распуганным тараканам.       Жарко… С ним на холодном паркете маленькой студии. Впервые так! Сумасшедшим маленьким ураганчиком. Его просто взяли и соблазнили, не произнеся и слова. И Минхо понимал своей головой, что вот это точно не просто что-то случайное, что он забудет, спустя сутки. Этот мальчик и всё, что с ним связано — точно засядет надолго в сознании.       Чувственный стон — его собственный — и небольшой вскрик младшего вывели парня из равновесия, толкая за край понимания. Несколько слов и «быстрее» на английском из уст Джисона заставили его немного ускориться. Хан выгнулся под ним и плотнее обхватил ногами его бедра. Это даже грубым словом «поимел» не назовешь. Наверное, именно так занимаются любовью. Когда партнёры чувствуют друг друга. Когда чужое состояние в разы важнее своего собственного. Когда ловишь каждый вздох и каждое слово. Замечаешь все грани и изменения. Когда любишь… Но вот поправочка: они видятся всего в четвертый раз.       Сейчас все это казалось таким неважным. Имел значение только парень под ним. Его тихие стоны, невольные вскрики, несдержанный скулеж от того, что Хо задевал внутри простату. Сладкий. Кончил и обмяк всем телом, прикрывая прекрасные черные глаза. Руки упали на пол и ноги медленно съехали по его бёдрам вниз. Довольная улыбка на лице хореографа и более резкие рваные движения. Подогнал сам себя, лишь посмотрел вниз на Джисона, распадающегося на кусочки после оргазма. Достиг своей кульминации в считанные мгновения, поняв, что напрочь забыл про презервативы. Аккуратно вышел и, шатаясь от нехилого напряжения после тренировки, дошел до пульта, где нашел пачку салфеток и полотенце, которым вытирался ранее. Бережно касаясь чувствительной сейчас кожи нижнего, постарался максимально убрать все жидкости с тела. Беспокоило то, что Хан до сих пор не открыл глаза и рвано вздыхал, будто бежит, даже когда Минхо коснулся его внизу, убирая вытекающую из попки сперму. — Джисони, открой глаза. Я помогу тебе, — позвал его Ли.       Мальчишка кивнул и приоткрыл веки. Минхо помог ему подняться и одеться, после оделся сам. Им нужно обсудить то, что произошло. Сердце билось быстрее от беспокойства. Уже думал, чтобы написать в переводчике то, что хотел сказать, но Джисон посмотрел ему в глаза, затем отвернулся и пошел к двери. Щёлкнул замком, открыл створку, вдруг остановился и оглянулся. — I like it. I like you.