Дьявол с острова Парадиз

– Значит ты тоже? – спросил Бертольд, сжимая рукояти с такой силой, что костяшки его пальцев побелели. Его взгляд был неподвижно направлен на руку Армина, от которой поднимался пар. – Не думаю, что есть смысл отрицать, – согласился Армин, прислушиваясь к лесу. Вдали раздавались звуки сражения. – Ты пойдёшь со мной, – тихо, но твёрдо сообщил Хувер, – если не хочешь, чтобы все твои товарищи погибли. Иначе я превращусь в титана и сравняю этот лес с землёй. – Что? – вырвалось растерянное восклицание у Армина. "Ты серьёзно собираешься прямым текстом угрожать мне сейчас? Нас же кто угодно подслушивать может! Ты буквально раскрываешь все карты противнику, которого ещё даже не захватил в плен..." – подумал он, ошарашенный такой беспечностью. Бертольд закономерно воспринял суть вопроса иначе. – Я – Колоссальный титан, а Райнер– Бронированный, – сказал он с мрачной торжественностью. Армин распахнул глаза. "То есть ты ещё и своих сообщников решил сдать?" – с лёгким весельем подумал он, – "Давай уж тогда сразу весь план расскажешь!". Но вслух он спросил: – А как же Энни? Она говорила, что выросла вместе с вами, – Армин не был уверен, что прозвучал искренне испуганным, но Хувер, занятый чувством собственного превосходства, вряд ли это заметил. – Она тоже носитель титана, Арлерт. Мы вместе пришли из-за стен, чтобы покарать вас, дьявольских выродков, за то, что вы сотворили с другими народами! Армин раздражённо вздохнул. Фанатиков он страшно не любил. Договариваться с такими, как правило, было сплошным мучением. Нельзя ни найти компромисс, ни переубедить – а значит, приходилось искать способ либо устранить, либо использовать. Второе в данной ситуации невозможно — Бертольд знает слишком много. Убить его самостоятельно прямо сейчас не выйдет: рука всё ещё ощущалась онемевшей, всё тело ныло от непривычной нагрузки. Хувер же наоборот, казалось, был ничуть не утомлён. К тому же, при сближении для боя противник Арлерта бы имел преимущество в виде роста и длины конечностей. Оставалось тянуть время до подходящего момента . – Но что мы вам сделали? – спросил Армин, вскидывая голову и заглядывая в глаза противника,– Пока вы не пришли, мы просто жили! В чём наше преступление? – Вы веками угнетали другие страны, а когда пришёл час расплаты, спрятались на Парадизе, бросив остальных искупать ваши грехи! И вы жили это столетие в довольстве и безопасности, пока мы за морем каждый день должны были доказывать миру, что не чудовища! – Но нас не было столетие назад! Никого из нас не было! Когда вы разрушили стену Мария, нам было девять лет! Мы были просто детьми! – выкрикнул Армин, чувствуя, как частит пульс и сбивается дыхание. В глазах на несколько секунд потемнело. Он услышал отчётливый свист УПМ. Сознание резко прояснилось. На ветку приземлилась Энни. – Что происходит, Хувер? – со своей обычной холодной интонацией поинтересовалась она, окидывая коротким взглядом картину. – Йегер не может контролировать контролировать других титанов, потому что он не Прародитель. Титан-прародитель принадлежит Арлерту. Мы доставим его в Марли и миссия будет закончена, – произнёс Бертольд с лёгким воодушевлением. То выражение мрачного торжества, которое захватило его лицо парой минут ранее, без следа растаяло. Леонхарт кивнула и неспешным шагом подошла ближе. Когда она была в паре шагов от парня, девушка чуть покачнулась. Хувер тут же протянул руку, намереваясь поддержать её. В доли секунды блондинка восстановила равновесие и выхватила клинок. Блеснула сталь, и вниз полетела отрубленная по локоть рука. – Энни, что ты...? – неверяще пробормотал Бертольд и покачнулся, зажимая рану, от которой шёл пар. Он не успел договорить. Меч сверкнул ещё раз, и вниз упала отрубленная голова, с застывшим на лице выражением полной растерянности. Тело почти полетело вниз, но Арлерт успел перехватить ремни УПМ и подтянуть его так, что бы оно упало ровно на ветку. – Тело нужно расчленить, чтобы он не восстановился или не попался кому-нибудь на глаза. Не поделишься лезвиями? – сказал Армин, показывая наполовину опустевшие ножны. Леонхарт без раздумий протянула свои. К моменту, когда закончили, они оба перемазались в крови. Армин критично осмотрел себя и понял, что рубашка скорее всего после экспедиции даже на половую тряпку не пойдёт. Он перевёл взгляд на Энни и замер. Редкие лучи света, пробивающиеся сквозь листву бликами рассыпались по её коже, подсветили волосы. С лица девушки уже пропала сосредоточенная морщинка, и сейчас оно казалось безмятежным. Брызги крови покрывали её белую кофту, лежали на щеках редкими полосками. – Ты прекрасна, – тихо выдохнул Армин. Энни вздрогнула, подняла взгляд – растерянный, беззащитный – и в следующую секунду он притянул её за плечи и поцеловал. Это было совершенно иначе, чем в их первый раз – в соприкосновении их губ, сплетении языков и рук, не было ничего невинного и неловкого – только страсть и ненасытный голод. Арлерт сам удивился своему порыву. Энни чуть дёрнулась от неожиданности, но быстро расслабилась в его объятиях и ответила на поцелуй. Для Армина её губы в этот момент были на вкус как триумф. Как кровь врага, как смерть, идущая вслед за ним. Как признание – сколько бы обличий он не сменил, внутри он навсегда останется монстром. Он останется дьяволом с острова Парадиз.