Сломать разбитое

      Дорожная пыль, стук копыт и колёс видимо очень скоро сведут его с ума. Бинхэ, Мин Фаня, Вэй Пенга и Танзина отправили на задание вместе с учителем. Пункт назначения находился достаточно далеко чтобы не идти пешком, но и лететь на мечах они тоже не могли. Первое - лучше бы сделать всё тихо, демон, пусть не такой уж непобедимый, попался из проворных. Второе - Танзин и он сам не умели летать на мечах.       Потому учитель сейчас изящно обмахивался бумажным веером, сидя в повозке, а его соученики горцевали следом.       Разумеется, такому безнадёжному ученику как этот недостойный просто не нашлось лошади.       И глотать пыль с каждым разом становится всё проще. Она даже перестала толком оседать в горле.        Да и как он смел жаловаться, учитель позволил ему набираться опыта вместе с ним, позволил поучаствовать в этом задании. Наверняка Мастер Сюя решил так развить выносливость ученика Ло, вкладывая в это свой смысл.       По крайней мере Бинхэ упорно продолжал думать именно так. — Шевелись, зверёныш, ты задерживаешь нас. - презрительно крикнул Шэнь Цинцю. — Да, учитель. - только и может выдавить юноша, прежде чем вновь ускориться.        Он скорее почувствовал, чем просто увидел, с каким омерзением Горный Лорд скривил губы и закатил глаза. Чтож - наверняка он заслужил это.       Когда группка заклинателей наконец добирается до деревни, Бинхэ понимает что переставляет ноги скорее по привычке, ибо стойкое ощущение полного отсутствия нижней части не исчезало.        Благоразумно припрятав под одеждой талисманы неузнаваемости, они сняли комнаты в постоялом дворе и передали лошадей в руки конюха.       Возможно ему повезло, возможно не очень, но четверо учеников поселили в одной комнате, а соседняя принадлежала его учителю.        Не имея сил и желания препираться с соучениками и терпеть ноющую боль в ногах, Бинхэ заставил себя наскоро сполоснуться и плюхнулся на жёсткое подобие кровати, тут же забываясь сном от всепоглощающей усталости. Всё лучше чем холодный пол да сено.       В царстве Морфея он отчего-то слышал плачь. Но не такой какой был ему отчасти привычен. Многие люди рыдали от боли, от утраты, от невзаимной любви. Это же были всхлипы гнева. Такого гнева, что казалось ещё немного и он накроет весь мир уничтожающим потоком.       А вот проснуться ученику пришлось от резкого падения на камни.       Тут же открыв глаза он судорожно заморгал, осматриваясь. Это была явно не комната тихого постоялого двора. Пахло сыростью, гниющими цветами и плесенью. Мальчик невольно поморщился.       Пусть он всегда и жил в условиях далёких от чего-то нормального - такая смесь запахов создавала в голове нечто слишком отвратительное.        Бинхэ прикинул что это может оказаться ядом, потому без колебаний оборвал подол нижних одеяний и повязал на лицо, закрывая нос и рот.       Ни медитация, ни талисманы толку не дали. Почувствовать энергию учителя или остальных практикующих не получилось. Да у него вообще ничего не получилось почувствовать. Казалось, место это настолько вымершее, что даже собственная энергия начала угасать.             Данная информация впрочем была неправдой. Она спокойно циркулировала по меридианам и поток её нарушен не был. Не ощущалось также и колебаний тёмной ци. Лишь звенящая пустота и темень.       Относительно привыкший к странному полумраку, Бинхэ разглядел заплывшие чем-то тёмно-зелёным каменные стены, и такой же, с лужей неизвестной жидкости, пол. Осколки то ли цепей, то ли оружия, а также пугающую своей чистотой дверь.       И кто-то наверняка сказал бы, уподобляясь внутреннему голосу заклинателя: "Ты сидишь в полнейшем одиночестве в наполненной отвратительным запахом комнатке, так чем же тебя пугает простая дверь чёрт возьми?"       А вот чем - она была абсолютно чистой. Ни единой трещинки или пятен сгнившей древесины, новый замок и сухое покрытие.        Даже воздух вокруг наполнен необъяснимой склизкой мерзостью, на полу и стенах разводы, капли, кляксы и лужи, а заветной и единственной двери совершенно плевать - она новая.        Решив что делать, обобщая, нечего, Бинхэ собрался с духом и решительно отворил её. Да так и замер на пороге. За ней было... Ничего. Полное и всепоглощающее ничего. Ни ветра, ни шума, ни запаха. Ни-че-го.       Темнота без стен, пола и потолка, без единой крупицы света. А стоило отпустить ручку двери, как и она, и сама комната исчезли. — Быть может я ещё не проснулся... - ошарашенно пробормотал заклинатель.        В ушах звенело, глаза и голова начинали болеть от невозможности хоть за что-то уцепиться. Из-за отсутствия ощущения твёрдой земли под ногами начинало тошнить. Казалось ещё секунда и он упадёт в обморок, но тут сзади его что-то резко дёрнуло. Затем по вискам резанул ядовитый крик. — Бесполезный зверёныш, долго собирался меж пространств прожить? — Учитель... — Поразительная догадливость, маленький глупый шиди. - второй знакомый голос не заставил себя долго ждать.        Мин Фань. Пришедшее в относительную норму зрение позволило осознать себя сидящим уже на земляном полу, и увидеть находившегося без сознания Танзина, сверлящего его самого презрительным взглядом Мин Фаня и сидящего в углу напротив Вэй Пенга, что был бледен аки только выпавший снег. Парня что-то знатно напугало.        Прочистив горло и преодолев моральную преграду в лице хмурого соученика и нагнетающей атмосферы, Бинхэ перевёл взор на Шэня. — Учитель, что... Что происходит?        Мастер Сюя смерил его полным отвращения взглядом и фыркнув, пояснил. — То, за чем мы сюда приехали, нашло нас первым. Это не демон - это люди. Все они поражены проклятием цветка мертвеца. — Проклятием... Цветка мертвеца?... - Шэнь Цинцю вздохнул. — Каждый из нас очнулся в разных местах и состояниях, но каждый чувствовал странный запах, в котором больше всего выделялись гнилые цветы.        Это проклятие забирает душу человека, заточая ту в цветок, прорастающий в самом его сердце. Сначала он не чувствует изменений. Но потом сознание начинает покидать его. Внешне он может быть таким же каким и был. Однако молчаливым и часто смотрящим в никуда.        А в один из дней утром его находят мёртвым на кровати. Из рта, глаз и грудной клетки прорастают перепачканные кровью и слизью цветы. Внутренности человека сгнивают вместе с ними, хоть растения и продолжают цвести. — А это пространство - результат отчаяния жителей деревни. Они решили перекинуть проклятие на нас, спровоцировав приезд и загнав в ловушку.        Бинхэ в ужасе хлопал глазами, открывая и закрывая рот, не в силах сказать ни слова. — Но что же нам... Что же нам теперь делать?... — Не задавай глупых вопросов, идиот. - рявкнул Мин Фань. — Разумеется наш учитель расправится с этим недоразумением.        Осознание прошибло ударом молнии и холодным потом. Нет. Быть того не может, должен найтись другой выход. — Учитель... Неужто Вы собираетесь убить всех этих людей?...        Холодное мерцание глаз из-за кромки веера стало ему ответом. Да.                               ***              Чувствуя себя абсолютно выпотрошенным, Бинхэ плёлся за остальными, уходя из уничтоженной деревни. Все люди оказались сумасшедшими. Но отчего-то так больно было смотреть на то как они падают без сил, срастаясь друг с другом.        Сама земля оказалась проклятой. Учитель решил что это задание далеко не для неопытных заклинателей. Очищать столь мощное проклятие, что каждый родившийся здесь в итоге терял рассудок и погибал, должны будут главы сразу нескольких пиков.        Перед глазами всё ещё стояли окровавленные лепестки и выплывающие изо рта ошмётки плоти. Растения прорастали прямо сквозь бездыханные тела.        От всё ещё мерещившегося запаха мутило и отдавало болью по пустому желудку.        Но ещё больше болело по другой причине. Учитель. Он просто... Просто вывел их. Ругаясь, грубо хватая за локти и волосы, но вывел. Безумных полуживых трупов ему удавалось убивать и игнорировать со слишком блестящим навыком.        Так ему уже приходилось сталкиваться с подобным? Или же причина куда глубже.       Учитель ненавидит каждое живое существо, на которое падает его взгляд, так говорили среди учеников.        Но сегодня Бинхэ увидел нечто другое. Опустошённость, разбитость, обида... Но не ненависть.        Кому рассказать - не поверят; для него самого это было ударом ниже пояса.        Что-что, а единственный факт он уловил предельно точно. Никто в Цанцюн не знает того кого зовут горным лордом Цинцзин. Никто не знает Шэнь Цинцю.