Сломать разбитое

       — Всем пиковым лордам немедленно явиться к главе Юэ!       Вот так началось сегодняшнее абсолютно не тихое и спокойное утро. Шепотки и гомон соучеников не смолкали ни на секунду, и даже для обычно вскакивающего раньше всех Бинхэ это было дикостью.       Голова раскалывалась от каждого раздающегося звука, а их было немало. Вчерашнее наказание давало о себе знать. Быть может у него сотрясение?... Неважно. Если его наказали - значит он заслужил. Значит был недостаточно хорош. Значит не достоин похвалы учителя.       Но что же всё-таки происходит? Зачем созывают всех?       Ло Бинхэ заставил себя подняться с нагретого сена и хрустнуть костями. Раз уже весь Цинцзин на ушах стоит - то кто позволит ему спать?       Да он и сам себе не позволит, я вас умоляю.       Зевая и пошатываясь, ученик медленно покинул сарай. От резко вспыхнувшего в глазах солнца захотелось развернуться и спрятаться обратно, но ему этого, собственно, не дано.       Не найдя никакой идеи лучше, Бингэ направился прямиком к соучениками. В конце концов больше некому знать об этом больше чем остальным. А они может и сжалятся над ним, сами расскажут чего, или случайно проболтаются.                          ***        — Я требую изгнания лорда Шэня из Цанцюн! - громогласный голос Вэй Цинвэя молнией рассёк гробовую тишину.        — Каковы основания Ваших претензий, лорд пика Вайцзянь? - глава Юэ, сам не до конца понимающий причины столь срочного сбора - который, собственно говоря, и произошёл только потому, что к нему с утра пораньше ворвался всклокоченный Цинвэй.        — Лорд Цинцзин абсолютно необразован и некомпетентен! Вы видели как он обращается с детьми?! Вопиющий ужас! Высечь плетью за неудачу - да это же неимоверная глупость! С первого раза ещё ни у кого не получилось! Да и не ему судить; тем более так строго! Уважаемый глава, Вы же знаете о том что Цинцю самый слабый из нас. Вы знаете что у него на роду написано стать позором всего мира заклинателей! Он же якшался с отбросами, у него ни способностей, ни рода!        — Успокойтесь, глава Вайцзянь. Вы не имеете никакого права выставлять столь грубые претензии в сторону пикового лорда выше Вас по статусу. Более того, не смейте обращаться к Шэнь Цинцю столь неуважительно и резко. Это абсолютно недопустимо. Особенно для такого чиновника как Вы.        — Хватит уж Вам, глава! А издеваться над учениками допустимо?! Вы требуете от нас уважения, но каждый присутствующий здесь желает лишь одного - чтобы этот Шэнь ушёл. Довольно покрывать его! Быть может когда-то он и был Вам другом, но сейчас всё что осталось в нём - лишь злоба и ненависть.        — Я, кажется, сказал Вам успокоиться.       Вновь повисла напряжённая, звенящая тишина. И ежу было ясно что все действительно желают ухода Цзю с поста. Но как это скажется на школе?, как скажется на пике?, как скажется на самом Цинъюане?        — Прежде всего Вам следовало бы подумать о том, что тогда пик Цинцзин останется без своего наставника. И будет оставаться без него до следующей смены поколений. Это отразится на всей школе и последствия могут быть колоссальными.        — Лучше от нахождения здесь этого тирана точно никому не станет! Раз не верите мне - идёмте проверим лично. Уверен, ученики сами пожелают рассказать нам всю правду, как только мы пообещаем защитить их от их же учителя.       Юэ Цинъюань обречённо выдохнул, переводя наконец глаза на молча стоящего Шэнь Цзю.       "Прости... Я сделал всё что мог." говорил этот взгляд.       А мастер Сюя предпочёл его лишь проигнорировать, окутывая себя всё более напряжённой аурой и избегая смотреть на выражающего надменность и самоуверенность Цинвэя.        — Чтож - заставил себя наконец ожить обвиняемый - Раз Вы такового желаете - вперёд. Как жаль что этот поход не добавит Вам манер и хоть капли уважения. Ох, и кстати - у Вас что-то застряло в зубах.       Шэнь решительно развернулся, по пути вставая на меч, направляясь прямиком к Цинцзин.       Однако как бы он ни старался оградить себя от подозрений, было ясно - ему конец.       Нет, разумеется Цинцю не сдастся. Не для того он потратил столько лет чтобы потом вылететь с таким оглушительным треском. Он сильнее. Он выше этого. Он найдёт способ надавить.                          ***       Адепты пика Цинцзин недоумённо косились на неожиданно явившихся разом всех горных лордов. Не нужно быть гением чтобы понять что что-то явно случилось, вот только что?                          ***        Бингэ со странно усилившимся плохим предчувствием нервно стоял рядом с Мин Фаном и ещё некоторыми учениками. Не то чтобы они были этому рады, но действительно не прогоняли его, а это уже повод для счастья.        — Ученики пика Цинцзин. - рокочущий голос из-за спины Ло заставил вздрогнуть каждого в их импровизированной группке.        — Лорд Вэй... - Мин Фан судорожно поклонился, запуская доминошку вздохов "глава Вайцзянь..." или чего-то вроде этого.        Этот слабый ученик также поклонился, стараясь действовать не слишком резво, чтобы не потревожить имеющиеся при нём травмы.       Цинвэй и не думал реагировать на его медлительность, хотя учитель бы отчитал... Может и веером бы хлопнул. Кстати говоря, а где учитель?        — Кто из вас Ло Бинхэ?       Ученик шокированно застыл. Неужто его всё-таки выгонят отсюда?       Он слышал как сзади зашептались юноши. И слышал злорадствующий шёпот Мин Фаня: "Сегодня этого недоноска наконец вышвырнут отсюда. Наверняка учитель устал терпеть его"        — ..это я,Господин. - ответил Бингэ несмело.        — Идёшь со мной.        Цинвэй развернулся и направился в противоположную от группки учеников сторону. Оторопевший и нервно трясущийся Ло последовал за ним. Что здесь творится в конце то концов?        — Я абсолютно не понимаю в чём смысл этих глупостей.       Ци Цинци недовольно глянула на главу школы, сморщив нос.       Её явно отвлекли от достаточно важных дел, причём абсолютно точно зря. Глупые мужчины, только и могут что светить своими павлиньими хвостами, да выяснять кто из них главный.       Да, Шэнь Цинцю её неоднократно доводил и изгнать того она была совершенно не против. Однако дети. Что же станет с ними?       Да весь пик останется без учителя до смены поколений!       Но именно дети и стали их нынешней проблемой и решением. Исходя из слухов, был здесь, на Цинцзин, мальчик, о котором без жалости или насмешки даже не подумать. Первые же ученики выпалили это, стоило им едва завидеть стольких персон. Следующие лишь подтвердили слова предыдущих. Ло Бингэ. Имя это она слышала впервые, и отзывались о нём исключительно ужасно. Оставалось два варианта. Либо правдивы слухи о его слабости. Либо правдивы слова об ужасном отношении к ученикам и ей придётся согласиться с Цинвэем, который бесил её даже больше Цинцю. Тот хотя бы молчал в большинстве случаев.       Всё что было в их силах - ждать.       Ждать и проклинать одного за пылкость, а второго за ядовитость.       К слову о ядовитости. Та самая ядовитость с каждым упоминанием злополучного ученика становилась всё мрачнее и мрачнее, что заставляло улыбку Цинвэя расползаться всё шире и шире.       А у него ведь действительно что-то застряло в зубах...        — В том, чтобы выяснить правду. - спокойно отозвался Цинъюань.        — Какую правду? Будем честны сами с собой, все варианты отвратительны.        — Не судите наперёд, госпожа Ци.        Женщина раздражённо фыркнула, окинув всех присутствующих крайне недовольным взглядом и возведя глаза к небу.       Ах, вот и они.       Наконец замаячили ответы; если быть точнее - глава Вайцзянь и еле шагающий Бинхэ, приближающиеся к ним.        — Я уж думала Вас бамбук позвал, на песню листиков и щепок в чащу убежали.        — Вы тоже как всегда великолепны, госпожа Ци. - парировал Вэй, затем, переводя взор на главу Юэ, добавил - Я привёл его.        Сам же Ло смотрел только на мрачного учителя, с силой сжимающего деревянное основание веера, и испепеляющего мальчишку таким взглядом будто убить на месте его сейчас было мало.        — Этот подопечный в чем-то провинился?... - неловко пробормотал ученик.        Глава Цанцюн успокаивающе улыбнулся и покачал головой.        — Нет, адепт Ло, не переживайте, Вы ни в чём не повинны, более того, мы здесь, как ваша защита. Что бы вы не сказали - вы будете правы.        — Будь по вашему, глава Юэ. Что Вы... Что Вы хотите от меня услышать?        — Правду о твоём учителе. - встрял в беседу Цинвэй. - Хорош растягивать.        — Глава Вайцзянь. - мужчина начинал выходить из себя - Я рекомендовал Вам успокоиться ранее и рекомендую сейчас. Я для Вас глава школы, а не младший брат. - Цзю презрительно фыркнул. Цинъюань же обратился к Бинхэ -        — Расскажи нам о своём учителе.        Мальчик удивлённо приподнял брови. Рассказать им о Шэнь Цинцю? Им? Это было либо подвохом, либо намёком, либо чёртовой проверкой и ничего из этого ему не нравилось. Мнение о мужчине, которого он изо дня в день звал Шицзунем у адепта сложилось весьма и весьма противоречивое. Он жесток, но справедлив, он хитёр, но честен, он холоден, но плачет по ночам, он ненавидит его, но спас ему жизнь, он не нуждается в еде и сне, но никогда не отказывался от плошки риса и горячего чая, он терпеть не может слабости, но лишь потому что ему самому...       Великие святые и просвящённые, так вот почему он так на него смотрит! Ему страшно, что он был плохим учителем для Бинхэ?       Но... Но это же не так. Он мучил его тяжёлыми наказаниями и лишними поручениями, позволял соученикам издеваться над ним и оставил ему только прогнившие доски сарая для сна; однако всё это позволило ему стать выносливее и уравновешеннее, а так же неприхотливее и значительно сильнее духом и телом.       Так неужели его взаправду можно назвать плохим учителем?        — Шицзунь довольно... Строгий.       О, он почувствовал это злорадство, оно сногсшибательными волнами исходило от главы пика Вайцзянь. Право слово, что происходит? Этот мужчина никогда не казался Бинхэ нехорошим или гнилым человеком, совсем напротив. Это начинало походить на какой-то цирк, ученик даже пару раз предполагал, что Цинвэй одержим злым духом, или получил новый вид искажения ци, но от него даже слабеньким намёком на тёмные силы не веяло.       — Строгий по отношению к тебе или ко всем ученикам?        — Ко всем мальчикам ученикам...        — В чём именно выражается его строгость?        — Более затруднительные в выполнении поручения и требования к выполнению этих поручений. - глава школы, а вы случаем не подменяли префектов на досуге - К примеру, если девушке разрешено допустить две ошибки, мальчики могут позволить себе лишь недочёт.        — Поддерживаешь ли ты такую систему обучения?        — Полностью.        — Почему?        — Они девушки. В будущем, если они действительно захотят, они смогут развить нужные им навыки. Но мужчина априори должен быть ответственнее, сильнее, выносливее и подкованней. Ведь в будущем, хоть и не все останутся служить на благо страны, но каждый будет кому-то мужем. И та, чьим мужем один из нас окажется, лишь в малой вероятности будет ученицей школы, подобной Цанцюн.       Юэ Цинъюань мягко улыбнулся. Его глаза слегка сощурились и Бингэ не солгал бы, сказав, что у него от сердца отлегло.       Значит, он всё сказал правильно? Отчего-то хотелось взглянуть на учителя, но незримый страх столкнуться с холодными лезвиями малахита оказался сильнее.       И только хотел юноша спросить о возможности покинуть их, как его успокоившиеся мысли взбередил всё тот же Вэй.        — Расскажи о том, как твой учитель преподаёт, и как наказывает за промахи.              — Шицзунь поистине мастер своего дела. Он прекрасно объясняет нужный материал и-               — Как он относится к ученикам? «Да какого демона»              — Учитель соблюдает правила приличия и субординации. Не позволяет себе лишнего, и того же требует от своих воспитанников.        — Как ты думаешь, что может сойти за лишнее в общении с Шэнем?        — Например столь неуважительное обращение.       Цинъюань клянётся званием главы школы, что взгляд поднятых на Цинвэя глаз ученика заставил того вздрогнуть. Где-то он видел это сухое раздражение на дне зрачков.       — Кхм.. Чтож, а как учитель относится к тебе?        — Как и к другим ученикам Цинцзин, господин Вэй. Иногда с чуть большим вниманием.        — Которое проявляется в наказаниях?        — Да.        Мужчина победно ухмыльнулся, скрестив руки на груди и намеренно пренебрежительно бросил.        — Такое поведение абсолютно бесчестно, тебе не кажется? И наказания, и поощрения должны быть одинаковыми.       — Учитель не поощряет хорошую работу. «Как же противно он смеётся»        — Как же ты можешь звать его учителем, при таком раскладе?        — Точно также, как вы можете звать себя главой пика Вайцзянь. Ученики школы Цанцюн должны сами держать себя в узде и изначально быть нацелены на идеальное выполнение поставленной задачи.       Если ученик не справляется - он наказан. Если справляется - по другому и не должно быть, это не повод к поощрению. Я слабее других учеников Цинцзин, у меня нет выдающихся умений или способностей, всё что я могу - это достигать цели собственным упорством и трудом.       Если мужчина после пары подъёмов в гору будет лить слёзы, неужели из него получится хороший воин?       Шицзунь даёт мне шанс развить свою стойкость, выносливость и упорство. В будущем каждое наказание будет мне помощью и полезным навыком.       Если я не смогу стерпеть боль от пореза, как потом справляться с ранением саблей?       «Этот мальчишка...» - не скрытые веером глаза против воли распахнулись. Шэнь Цинцю был уверен более чем на сто процентов, что после этого "не-допроса" ему придётся давиться собственным позором и всеми силами удерживать себя на должности. Но зверёныш... Бингэ говорил так... Ровно. Холодно. Честно.       Он говорил также, как говорил он сам. Абсолютно. С одним лишь изменением - его слова были чёрт возьми искренними. То есть, этот глупый ребёнок всё это время?..       Ребёнок. За всё время обучения Ло Бинхэ мастер Сюя впервые осознал эту ранее игнорируемую мысль. Он ребёнок. Демонов ребёнок, который действительно видел в нём учителя, а не тирана, коим все вокруг считают злобного Шэня. Нет, для него он был просто...       Просто Шицзунь.