Никто, кроме тебя

Влажный холодный воздух проникал в мои лёгкие. Руки впились в перила, расположенные по краю площадки. Мелкий дождь орошал лицо. По щекам струилась влага иная – её никакими чарами не успокоишь. Сердце пробивало рёбра и лёгкие горели, но не из-за погоды, причина была в ином. В Драко, мать его, Малфое! Я всхлипнула и утерла рукавом нос, а затем посмотрела на небо, по которому плыли небольшие серые тучки. Ну какая же я дура, что я творю…Ничего не понимаю. Я стояла на краю Астрономической башни. В этом месте два года назад убили Дамблдора. А не так давно здесь был расположен один из отрядов защитников при битве за Хогвартс. Каждый кирпич этой школы напоминал мне обо всём, что произошло здесь – плохом и хорошем. Я вдохнула свежесть осенней прохлады поглубже. Воспоминания ещё долго не отступят, ведь на всё нужно время. Но я попытаюсь справиться. Ведь всегда получалось. Неожиданно уши уловили смешок с другого края площадки и я замерла, вслушиваясь. Вдали зашелестел своими листьями Запретный лес, мимо пролетела сова – ничего, что выдавало бы чужое присутствие. Подойдя чуть ближе к предполагаемому источнику звука, я увидела силуэт незнакомой спины и уже было хотела уйти. — Кто здесь? Теодор Нотт. Ну конечно, кого ещё я могла встретить здесь. Вопреки своему желанию развернуться и уйти, я присела с ним рядом, скопировав его позу – села на самый край площадки и свесив ноги за край оперлась руками на нижнюю часть перил. — Историческое место, не находишь?, – Я посмотрела вдаль, разглядывая верхушки почерневших от темноты сосен. Всё же мне нужно было выговориться кому-то, иначе я не успокоюсь. Даже если это будет человек, чья семья презирает таких, как я. — Ты имеешь ввиду только замок или конкретно это место? Я ткнула пальцем в каменную кладку. — Есть такое, – Теодор подобрал колени к лицу и обхватил их руками. Какое-то время мы молчали, слушая окружавшую нас тишину. — Если ты расскажешь, что случилось, возможно, я тебе не смогу помочь. Но могу выслушать. — Почему ты решил, что что-то случилось? Может, я просто хотела насладиться вечерними видами, – как можно спокойнее произнесла я. — Хорошая попытка, но ты только что сама себя выдала, – Тео издал смешок. — Удивительно, – фыркнула я. — Ну, по правде говоря, кто бы мне самому помог. — Спасение утопающего – дело рук самого утопающего, так вроде говорят. То есть в критических ситуациях не очень разумно рассчитывать на помощь других, ведь они сами могут оказаться в ситуации похуже. — Есть доля смысла в твоих речах, Грейнджер, но посуди сама, стоит ли пытаться разобраться в своих мыслях в одиночку? Всегда ли ценен такой опыт? Может тут нужен взгляд со стороны? — Возможно. Ну и что бы ты посоветовал, будучи на моём месте, если бы попался на крючок? Если бы тебя застали врасплох. — С учётом того, что такие ситуации случались в моей жизни крайне редко, скажу, что тут нужно бить первой. Ну знаешь там защита, нападение бла-бла.. Я хмыкнула. — Сама бы не догадалась. — Если бы ты рассказала подробнее, то возмооожно, я бы придумал, как тебе помочь. А так.. — Ладно, проехали. Это всё не так уж и важно. — А что важно? — Знаешь…тебя посещают иногда мысли о том, что…хотя…глупо всё это, – я поболтала ногами, чувствуя зияющую пустоту под ними. — Глупые мысли посещают самую умную ведьму столетия? Ну надо же, – Нотт хмыкнул. — Была бы я умной, то со мной не произошло бы того, из-за чего я оказалась здесь. — Но тогда мы бы не встретились сегодня, Грейнджер. Не самый скверный вечер получается, не находишь?, – слова слизеринца прозвучали так, словно бы он эту самую встречу планировал. Я встряхнула головой, чтобы отбросить эти дурацкие умозаключения. — Допустим, мы бы с тобой не знали друг друга до сегодняшнего дня. Что бы ты сказала мне при встрече? Я улыбнулась и повернула лицо к Тео, желая рассмотреть его лицо. Заострённые черты придавали его внешности таинственности, а ледяные глаза, немного прикрытые ресницами, словно оценивали меня в ответ. — Тебе несказанно повезло встретить меня. Ведь я – знаменитая Гермиона Грейнджер, которая не боится самых-самых страшных вещей на этом свете, – закончив свою громогласную речь я расхохоталась. Боюсь только того, что со мной сделает Малфой, когда в следующий раз меня встретит. — Правда не боишься? Хмм, ну тогда позволь представиться: я – Теодор Нотт. — И всё? — Моё имя говорит само за себя. Мы оба прыснули от смеха. — Научишь меня? — Мм? — Не бояться. Я внимательно посмотрела на Нотта. Когда мы столкнулись в холле он мне показался дурашливым, беззаботным. Сейчас же предо мной предстал совершенно другой человек, готовый поделиться своими секретами. — Иногда я слышу в своей голове крики и взрывы, – продолжил он, – Не получается их ничем заглушить, понимаешь? А ещё я знаю, что если произойдёт нечто ужасное с моими близкими, то моя выдержка рассыплется в прах. — Понимаю. Но не представляю, как с этим бороться. Мы ненадолго замолкли и тишину вечера откровений пронзил внезапный порыв ветра, растрепав его смольные кудряшки. Он улыбнулся чему-то своему, глядя на небо, усыпанное звёздами. — А ты знала, что Астрономическая башня входит в пятёрку лучших мест для свиданий в этой школе? , –  внезапно сменил тему Тео. — Даже об этом не задумывалась. А остальные четыре? — Теплицы – там довольно неплохо, – начал перечислять однокурсник, – особенно если это не сезон мандрагоры. Я издала смешок. — Далее идёт берег Чёрного озера – оттуда открывается великолепный вид на закат, очень рекомендую, - он загнул второй палец, –  затем Южная башня… — И последнее?, - торопливо спросила я. — Визжащая хижина, конечно, –  Нотт расхохотался и я вслед за ним. — Ну ты и выдумщик, конечно. — Никаких выдумок, только чистейшая правда. Знаешь сколько у меня историй, где я водил юных школьниц показать Гремучую Иву? А ну впрочем и не так важно всё это… Слизеринец замолчал. Затем Тео резко повернул своё лицо ко мне, наклонившись так близко, будто бы мы на исповеди и нас никто не должен услышать, даже ветер. — Ну что, Грейнджер, ты согласна подарить поцелуй человеку, у которого немного протекает крыша?, –  вкрадчиво проговорил он прямиком в мои губы, а затем запрокинув голову назад звонко, с оттенком безумия, рассмеялся. Нотт прекратил веселиться и серьёзным тоном сказал, кивая на меня: — Такие губы нужно целовать, а не просто смотреть. — Мы поцелуемся, только если звезда упадёт, –  выдохнула я, снова повернувшись к ночному небу, с которого уже сбежали все вечерние тучи, открывая вид на окропившее небо звёзды. — Смотри, – он махнул рукой в сторону звёздного неба, а в следующую секунду оказался так близко возле моего лица, что я могла чувствовать исходящий от него жар. — Я буду считать каждую упавшую звезду и за каждую из них ты будешь должна мне поцелуй.