up the wolves

Аарон и Ники присоединяются к ним в полнолуние. Аарон привык к Нилу. В основном это из-за Кевина, который не переставал говорить о нем и думать о нем с того самого дня в мотеле. И Аарон, по-своему, начал теплее относиться ко всем остальным. Вот почему они пригласили его и Ники побегать с ними. Нил знает, что это значит. Он знает, потому что помнит, что он почувствовал, когда впервые бежал со стаей. Это был первый раз, когда он по-настоящему почувствовал их, их связь, которая укреплялась, встала на свои места. Нил знает, что это только вопрос времени, когда Ники и Аарон станут такой же стаей, как все остальные. Как Элисон и Эбби. Стаей волков со своими людьми. Они на поляне, волки бегают и гоняются друг за другом. Ники смеется, потому что Дэн продолжает тянуть его за рубашку и тереться о его бок. Нил чувствует себя хорошо. Он наблюдает, позволяя остальным подходить к нему и тереться об него. Эндрю не отрывается от него. Он перекинулся, но не бежит вместе с другими, он никогда этого не делал, во всяком случае пока, Нил с нетерпением ждет того дня, когда он сделает этот последний шаг. Он так сильно хочет, чтобы Эндрю был в стае. Он хочет этого и знает, что не может этого получить. Потому что это зависит не от него. Это зависит от Эндрю. Он кладет руку на спину Эндрю, его пальцы скользят по грубой шерсти. — Ты должен присоединиться к ним, — говорит Нил, как обычно. Эндрю фыркает на него, поднимает голову и прижимается носом к носу Нила. — Если я буду милым, это не заставит меня перестать приставать к тебе по этому поводу, — говорит Нил. Эндрю чихает ему в лицо. — Ты ублюдок, — говорит Нил, вытирая лицо рубашкой, — что с тобой не так? В глазах Эндрю появляется довольный блеск. Нил дергает его за ухо и отворачивает лицо. — Ты можешь сдерживаться сколько угодно, — говорит ему Нил. — Но тебе следует побегать со своей стаей. Это полезно для тебя. Это хорошо для волка. Эндрю просто садится и не обращает на него внимания. — Фу, что это за хрень? — Кричит Аарон. Нил поднимает голову и смотрит, как Кевин бросает мертвую белку к ногам Аарона. — О нет, — бормочет Нил себе под нос, — я думаю, Кевин ухаживает. Аарон смотрит с отвращением и ужасом, а Кевин, похоже, гордится собой. Он прижимает белку носом к ногам Аарона, и Аарон отступает на шаг. — Зачем ты мне это принес? — Спрашивает Аарон. Элисон хихикает над ним и говорит: — О, Кев, какой приятный подарок. — Это не приятный подарок, — говорит Аарон, явно раздраженный, — это мертвая белка. Кевин жалобно скулит. Аарон выглядит слегка виноватым. Он вздыхает и говорит. — Хорошо. Спасибо, Кевин. Я действительно ценю это. Кевин радостно прыгает вокруг Аарона, потираясь боками и спиной о его тело. Аарону, похоже, немного не по себе, но он улыбается и смеется, когда Кевин прижимается носом к его горлу. — Ладно, ладно, — говорит Аарон, — я понимаю. Только больше никаких мертвых животных, ладно? Кевин наклоняет голову набок и затем направляется к лесу. — Он собирается принести еще мертвых животных, да? — Спрашивает Аарон с несчастным видом. — Ага, — весело говорит Элисон, — Однажды Эндрю принес Нилу дохлого скунса. Аарон в ужасе смотрит на пару. — Почему? — Это подарок в знак ухаживания, — говорит ему Элисон. — Ты знаешь. Все это мистическое дерьмо, связанное с лунной магией. — Подарок для ухаживания? — Спрашивает Аарон. Нил вздыхает. Он вспоминает, каково это было. Из всех людей Кевин впервые рассказал ему об этом. Он смотрит на Эндрю, который, склонив голову набок, увлеченно слушает. Элисон подходит к Аарону и кладет руку ему на плечо. — О, мне так много нужно рассказать тебе о чудесном мире волков. Ники закрывает уши. — Как бы мне ни было любопытно, я действительно не хочу слышать о том, что за моим маленьким кузеном ухаживают, спасибо большое. Аарон выглядит подавленным всем этим испытанием. Нил чувствует себя виноватым перед ним. Он не выбирал быть парой волка. Но судьба распорядилась именно так. Дэвид выходит из-за деревьев и приближается к ним. Его глаза темнеют и вспыхивают красным, когда он подходит ближе. Нил протягивает руку и кладет ее ему на голову. Дэвид наклоняется к нему, дыша на руку Нила. — Привет, — говорит Нил с улыбкой. Он никогда не устает от волка Дэвида. Он самый крупный волк в стае, за ним по пятам следует Эндрю, и его пятнистая спина похожа на созвездия, как будто на его шерсти написана целая вселенная. Он утыкается носом в ладонь Нила, прежде чем подойти к Эндрю, трется о его бок и прижимается носом к морде Эндрю. Эндрю позволяет ему. Некоторое время они прижимаются друг к другу. Эндрю в ответ обнюхивает Дэвида. Затем Дэвид кусает Эндрю за лапу. Эндрю выглядит невероятно шокировано. Нил не может удержаться от смеха, за что получает лишь презрительный взгляд волка. Дэвид делает это снова. Эндрю рычит на него, но в его голосе нет никакой злости, он явно посылает Дэвида к черту. Рене подкрадывается к ним сзади, пока они отвлекаются. Она подкрадывается ближе, а затем прыгает, приземляясь на Эндрю сверху и прижимая его к земле. Эндрю рычит, а потом пускает в ход зубы и когти. Рене быстра. Она срывается с места, и Эндрю бросается за ней. Дэвид смотрит на них ясными блестящими глазами. — Срань господня, — шепотом произносит Нил. Он наблюдает, как Эндрю и Рене гоняются друг за другом, и вдруг к ним присоединяется Мэтт, а затем и Дэн. Они бегут, бегут, и бегут под ярким светом полной луны. И тогда Нил чувствует это. Притяжение настолько сильное, что его невозможно игнорировать. СтаяСтаяСтая Нил втягивает в себя воздух. Вот так, громче, чем когда-либо прежде, он слышит это ПараВедьмаНил ПараЛюбовьСтая Нил плачет, потому что не знает, чем еще себя занять. Дэвид прижимается к нему, а затем подходит ближе и прижимается носом ко лбу Нила. — О, — тихо говорит Нил, вытирая слезы с глаз. Это не полная связь. Но, тем не менее, она есть. Эндрю бежит со стаей, потому что он из стаи. Нил плачет, потому что он счастлив. В этом мире все находится там, где и должно быть.

~~~

В Пальметто начинают прибывать другие стаи. Нил приветствует их всех, стоя рядом с Дэвидом. Теперь их четверо, у каждой свой альфа и только у одной своя ведьма. Они поклялись в верности Дэвиду, а не Ичиро и Натану. Нил думает, что когда все это закончится, появится новый Альфа Всех, и это будет не Морияма. Они освобождают два дома на территории комплекса и позволяют стае поселиться в них. У них не хватает места для всех, но они справляются. Некоторые из них отправляются в мотель, где Дэвид снял все комнаты именно для этой цели. Владельцу мотеля не нравится, что в его номерах водятся волки. Но он более чем счастлив принять чек Дэвида на крупную сумму за свои хлопоты. Они выпустили большинство омег из подвала. Альфа зашла слишком далеко. Она приходит и уходит, разрываясь между дикостью и здравомыслием. Дэвид часто ходит поговорить с ней, но обычно возвращается с пустыми руками, его глаза потемнели, а кулаки сжаты. Он зол. Нил знает, что все они злы. Но Дэвид злее остальных. Другие стаи достаточно легко включаются в его повседневную жизнь. Нил берет с собой другую ведьму, чтобы усилить защиту, их магия смешивается, делая их сильнее, и их труднее разрушить. Он знает, что, когда придет его отец, обереги мало что смогут сделать, чтобы остановить его. Магия Нила — это его магия. Дополнительная поддержка помогает, но Нил знает, что этого будет недостаточно. Когда придет его отец, ничто не сможет его остановить. Он могущественный колдун. Возможно, самый сильный в Северной Америке. Но это территория Ваймака, и она принадлежит Нилу. Здесь он сильнее. Сильнее, чем когда-либо был в Балтиморе. Ичиро игнорирует их призывы. Кевин пытается снова и снова. Какая-то отчаянная попытка уговорить его отступить. Это ничего не дает. Они ждут. Появляется еще одна группа омег, и они расправляются с ними, как и в прошлый раз. У Нила постоянно болит голова. Эндрю всегда рядом, он кладет руку ему на спину, гладит по волосам, прикасается губами к лицу Нила. Это помогает ему забыть. Его отец приходит только в сентябре. Листья только начинают краснеть. Погода становится прохладнее, и Южная Каролина уже не напоминает раскаленную духовку, а скорее теплую кухню. К приезду отца Нила у них было шесть стай. Это сорок волков, которые помогут отбиться от Натана Веснински и Рико Морияма. Нил понятия не имеет, сколько их останется, когда все это закончится. Он чувствует, как защита прогибается, а в его мозгу происходит короткое замыкание. Он на заднем дворе делает бомбы из серебряного порошка, когда это происходит. Нил хватается за голову и стонет. Эндрю появляется через секунду, игнорируя опасность находиться так близко к такому количеству серебряного порошка. — Он здесь? — Спрашивает Эндрю. Нил кивает. Его голова уже не болит так, как тогда, когда волки бросались на защиту. Нил делает глубокий вдох. — Такое ощущение, что они стучат в дверь, — говорит Нил. Эндрю выглядит слегка встревоженным, но его лицо искажает гнев, чтобы скрыть это. Дэвид направляется к нему. — Уже пора? — спрашивает он. У них есть целый протокол на случай, если это произойдет. Другие стаи будут готовы в любой момент. Город будет готов, как только услышит вой сирены. Они опускают свои серебряные ворота и прячутся. Некоторые вызвались помочь в борьбе. — Я не знаю, — говорит Нил, — я чувствую только одного волка. Это похоже на то, что они стучат, чтобы их впустили. Дэвид хмурится. — Нам лучше пойти проверить это и привести всех в готовность, — говорит он. Он выпрямляется и жестом приглашает Дэн присоединиться к ним. — Приготовься к худшему, — говорит ей Дэвид, — скажи Ники, чтобы он был наготове и включил сирены, если понадобится. Дэн кивает и спешит прочь. Дэвид протягивает Нилу руку. Он берет ее, и Дэвид поднимает его на ноги. — Нам лучше пойти и проверить, — говорит он. Они направляются к передней части дома. Кевин ждет их с ключами Дэвида в руках. Он бросает их отцу, который легко их ловит. — Я тоже иду, — говорит Кевин. Дэвид не спорит. — Будь по-твоему. Они садятся в грузовик и едут знакомым маршрутом в город, а затем по главной дороге в Пальметто. Это то же самое место, где омеги встретились с ними во второй раз. Нил вылезает из грузовика, как только тот припаркован, он слишком взволнован, чтобы сидеть и ждать. Дэвид стоит рядом с ним вместе с Эндрю и Кевином. Ичиро стоит по другую сторону ограждения. Кевин рычит, и это свирепый звук, более резкий, чем все, что Нил когда-либо слышал от Кевина раньше. — Что ты здесь делаешь? — требовательно спросил Дэвид. Глаза Ичиро темные и безжизненные. Нил знает этот взгляд. Он видел его раньше снова и снова. Он задается вопросом, сломался ли Ичиро, как его мать, борясь с этим на каждом шагу, прежде чем не смог больше сдерживаться. — Я здесь, чтобы заключить сделку, — говорит Ичиро. — Для этого уже поздновато, — говорит Дэвид, едва сдерживаясь, — С чего ты взял, что я хочу заключить с тобой чертову сделку? Ичиро выглядит безжизненным. Слова, похоже, не оказывают на него никакого воздействия. Он говорит: — Натан хочет только одного. Эндрю делает шаг вперед, защищая Нила, закрывая его своим телом. — Ни за что на свете, — говорит Дэвид, — мы не будем этого делать. Ичиро смотрит на Нила. Ему становится не по себе, когда безжизненные черные глаза смотрят на него. Нил практически чувствует магию своего отца, даже если защита все скрывает. — Ты все, что ему нужно, — говорит Ичиро, — Рико получил то, что хотел. Он собирается стать Альфой Всех. Теперь все, что Натан хочет взамен — это его сын. Нил сжимает кулаки. — Если ты пойдешь с нами, он обещает, что никому не причинит вреда, — говорит Ичиро, — он оставит стаю Ваймака в покое и покинет эту территорию. — Мы не верим ни единому твоему слову, — рычит Дэвид. — Отвали, Ичиро, — цедит Кевин сквозь зубы. — У тебя есть двадцать четыре часа, чтобы принять решение, — говорит Ичиро. — Ты можешь прийти добровольно и спокойно или наблюдать, как умирает твоя стая. Нил чувствует, как его тело напрягается. Сдержит ли его отец свое обещание? Он уйдет и бросит свою стаю? Эндрю поворачивается и обхватывает лицо руками. Его взгляд становится жестким. — Ты этого не сделаешь, — говорит Эндрю. Нил пристально смотрит на него. — Нил, — говорит Эндрю. Нил кивает в его объятиях. Руки Эндрю разжимаются. — Если ты пройдешь через защиту и сдашься, мы будем знать, что ты принял наши условия, — говорит Ичиро, — если ты этого не сделаешь. Тогда через двадцать четыре часа мы придем сюда и разграбим вашу территорию, чего бы это ни стоило. Мы не остановимся, пока все мужчины, женщины и дети, находящиеся в этих стаях, не умрут. Люди это или нет. Нил крепко держит руки по швам. Боится заговорить. — Давай, — говорит Кевин, — мы тебя не боимся. Ичиро никак не реагирует. Он пришел и сказал то, что ему было велено сказать. Он кивает, затем поворачивается, идет вниз по дороге и исчезает из виду. Нил понятия не имеет, сколько там людей. Сколько волков собрал его отец. Насколько он теперь сильнее. Есть ли у них вообще шанс? Дэвид ругается и поворачивается, чтобы ударить кулаком по передней части своего грузовика. Остается вмятина. — Тупые гребаные ублюдки, — разочарованно говорит он, — нам лучше поторопиться. У нас осталось не так уж много времени на подготовку. — По крайней мере, они дали нам время, — говорит Кевин, — мы будем готовы. Дэвид кивает ему. Он смотрит на Нила, выражение его лица жесткое и непроницаемое. — Нил, — говорит он. — Я не буду, — говорит ему Нил, стараясь, чтобы это прозвучало убедительно, — я знаю, что ты собираешься сказать… — Это больше не твоя битва, малыш, — говорит Дэвид, — это наша битва. Мы будем сражаться вместе. Запомни это, ладно? Если ты только подумаешь о том, чтобы разыграть из себя мученика, я приковываю тебя цепью к стене в подвале и оставляю там, пока все это не закончится. Он смотрит на Эндрю. — Ты позаботишься об этом? Эндрю стоит рядом с ним неподвижно, его руки напряжены. Он кивает. Дэвид кивает в ответ. — Хорошо. Пойдем. Нам нужно поработать. Они возвращаются в дом, а там хаос. В городе завывают сирены, предупреждая горожан об эвакуации и необходимости укрыться в специально отведенных для них местах. Нил слушает, как они гудят все громче и громче, он слышит их на всем пути обратно в лагерь. Волки, должно быть, считают этот звук невыносимым. Он то появляется в доме, то выходит из него, чтобы помочь с приготовлениями. Люди раздают друг другу мешочки с порошкообразным серебром, вооружаются серебряными пулями и пистолетами, а Элисон достает свой посох, отделанный серебром. — Мы готовы, — говорит она, кивая Нилу, и на ее лице появляется свирепое выражение. Он помнит, как она пришла к нему после Сета. Как она дрожала. Как она обняла его и сказала: Я хочу разозлиться на тебя. Нил хотел бы, чтобы это было так. Он хотел бы, чтобы все они были злее на него. Он колеблется между желанием вернуться в дом и спрятаться и желанием убежать и проверить, говорил ли Ичиро правду. Он знает, что тот мог солгать. Его отец никогда не был честным человеком. Он всегда был никем иным, как монстром. Он ни за что не отпустит эту стаю. Только не тогда, когда именно эта стая убила его привязь. Он все еще думает, что у него может быть шанс. Все ходят туда-сюда между городом и поселком. В стае осталось сорок волков, а также несколько омег, которым Дэвид помогал в прошлом. Нил настороженно наблюдает, как они приходят и уходят, готовясь к войне, которая не имеет к ним никакого отношения. Если бы он не пришел сюда, они все были бы в безопасности. Его отец никогда бы не начал эту войну. Никто бы не погиб. Сет был бы жив, Рэнди была бы жива, его мать... Он думает о ней в самом худшем виде. Ее светлые волосы, растрепанные и нечесаные, раскачиваются из стороны в сторону, когда она танцует под их секретное радио. Она оглядывается через плечо и подмигивает ему. Нил чувствует, как сжимается его сердце. Он оглядывается по сторонам и убеждается, что за ним никто не наблюдает. Эндрю нигде не видно, вероятно, он проверяет, готовы ли его брат и кузен к худшему. Он прокрадывается в дом. Он идет в свою комнату и становится посреди нее. Многие годы его жизни запечатлены в стенах, на полу, на кровати, на письменном столе. Он видит себя здесь, когда учился в старших классах, заканчивающим делать домашнее задание и ворчащим все время. Он видит Эбби, сидящую на краю его кровати и ждущую, когда он проснется, когда ему будет слишком больно, чтобы пошевелиться. Он видит Эндрю, сидящего на столе, освещенного лучами заходящего солнца, и протягивающего руку к руке Нила. Что бы он сделал, чтобы защитить их? Что-нибудь. Он хватает сумку и начинает набивать ее вещами, которые, по его мнению, могут ему понадобиться. Одежда, нижнее белье, носки. Он не обращает внимания на подарки и другие вещи, которые накопил за время пребывания здесь. Они не понадобятся там, куда он направляется. Он подходит к своему матрасу и роется под ним, пока не находит прядь волос своей матери. Он вытаскивает ее и смотрит на нее. Однажды она пожертвовала собой ради него. Она стояла на коленях на полу этого самого дома, ее взгляд был твердым и невозмутимым, губы улыбались. Он мог бы сделать то же самое для людей, которых любит. Он проводит рукой по пряди волос и поворачивается, чтобы засунуть ее в сумку. Он замирает. В дверях стоит Эндрю. Он стоит, прислонившись к стене, как будто ему наплевать на все в этом мире, но Нил видит жесткую линию его лица. Чувствует его явный гнев. Нил крепко сжимает волосы в руке, пытаясь удержаться на ногах. — Убегаешь? — Спрашивает Эндрю. Нил опускает взгляд на сумку, стоящую на полу. Ему не следовало пытаться что-либо упаковать. Он должен был оставить все это здесь. Свою привязь, свою одежду. Нескольких секунд, которые он потратил на сборы, было достаточно, чтобы его поймали. — Я… Эндрю отходит от двери. Он закрывает ее за собой на задвижку. — Что ты мне всегда говоришь? — Спрашивает Эндрю. — О, точно, останься, Эндрю. Останься. Это твоя стая. Нил сжимает руки в кулаки. — Ты не понимаешь, — говорит Нил. Эндрю подходит к нему ближе, как зверь на охоте. Нил чувствует, что на него охотятся. Он стоит на месте. — Чего я не понимаю? — Спрашивает Эндрю. — Ты собираешься сдаться этому монстру. Для чего? — Чтобы защитить тебя! — Кричит Нил. — Чтобы защитить стаю! Ты слышал, что он сказал… — Он лгал, — цедит Эндрю сквозь зубы. — Что, если есть шанс? Эндрю протягивает руку и хватает Нила за горло. Его хватка крепка, но не жесткая, он не причиняет ему боли, просто держит его неподвижно. Нил обмякает под его руками. — Что ты собираешься делать, Нил? — Спрашивает Эндрю, наклоняясь вперед и прижимаясь губами к шее Нила. — Ты собираешься пойти туда и отдаться своему отцу. И что потом? Надеясь, он не причинит тебе вреда? Надеясь, он все равно не разрушит твои чары и не придет сюда, чтобы всех поубивать? Нил втягивает воздух. Губы Эндрю скользят вниз по его лицу, по щеке, пока не прижимаются к уголку рта Нила. Нил пробует на вкус его слова, когда говорит с ним. — Я говорил тебе, что мне не нравятся призраки, — говорит Эндрю. — Эндрю, — умоляет Нил, в его голосе звучит отчаяние, — я не знаю, что еще делать. — Борись, — говорит Эндрю. — Я не могу, — молит Нил, — Я не могу этого сделать. Я не могу потерять тебя. — Этого не будет, — говорит Эндрю. — Мы этого не переживем, — говорит Нил. — Мы ни за что не будем готовы. — Мы готовы, — говорит ему Эндрю. — Я не могу, — говорит Нил. Эндрю говорит. — Да, ты можешь. Затем он целует его. Это обжигающий поцелуй. Он злой. Более агрессивный, чем все предыдущие поцелуи. На мгновение Нил теряет связь с реальностью. Волосы матери выскальзывают из его пальцев и падают на пол. Эндрю отталкивает его, пока колени Нила не упираются в кровать, затем он падает, рука Эндрю крепко прижимается к его груди. — Что мне с тобой делать? — Спрашивает Эндрю, возвышаясь над ним. Его когти щелкают и впиваются в грудь Нила, прямо над сердцем. Нил чувствует, как жар начинает разливаться внизу живота и между ног. Он отодвигается, освобождая место для Эндрю, который может встать на колени на кровати между его ног, не отнимая руки с груди Нила. Они смотрят друг другу в глаза. — Ты говоришь мне не уходить, — говорит Эндрю, — а потом пытаешься встать и убежать. Ты думал, я отпущу тебя? Ты думал, я не стану преследовать тебя? Охотиться на тебя? — Эндрю, — выдыхает Нил, и это звучит как молитва. — Скажи мне, Нил, — говорит Эндрю, — что, черт возьми, мне с тобой делать? Нил поднимает руку, он колеблется, ждет, когда Эндрю отстранится от него. Он этого не делает. Нил кладет руку Эндрю на грудь. Это идеальное отражение того, как они делали это в первый раз. Ощущения другие. — Если я отмечу тебя, ты останешься? — Спрашивает Эндрю. Нил задыхается, его сердце подпрыгивает. — Ты же не хочешь этого… — говорит Нил. Рука Эндрю сжимается на груди Нила, его когти впиваются в него. Нил хочет, чтобы он прокусил кожу. — Почему ты так думаешь? — Спрашивает Эндрю. Нил заикается, но ничего из того, что он говорит, не связно. Он впивается пальцами в грудь Эндрю. Он чувствует, как бьется его сердце под его ладонью. Эндрю наклоняется, пока его лицо не оказывается в нескольких дюймах от лица Нила. Он занимает весь мир Нила. Все, что он может видеть, все, что он может слышать, все, что он может чувствовать — это нависающий над ним Эндрю. — Если я возьму тебя прямо сейчас, — говорит Эндрю, — как мы оба хотим. Ты останешься? — Я не стану отнимать это у тебя, — говорит Нил, — только не так. Рука Эндрю тянется к горлу Нила, крепко-накрепко, он качает головой Нила. — Как мне достучаться до твоей тупой башки? — Говорит Эндрю. — Ты мой. Больше никого нет. Ты никуда не уйдешь, потому что должен оставаться здесь. Нил хватает Эндрю за рубашку и тянет вниз. Затем они снова целуются. Губы Эндрю теплые и влажные на его губах. Их языки соприкасаются, и Эндрю прикусывает язык Нила, заставляя его застонать ему в рот. Рука Эндрю не отпускает его горла, она крепкая, и когда он слегка сжимает ее, Нил чувствует, как в голове у него становится пусто и туманно. Его член напрягается в штанах. Они целуются, пока Эндрю не отстраняется настолько, чтобы запустить руку под рубашку Нила и стянуть ее с него. Нил тяжело дышит, его грудь вздымается. — Ты хочешь этого — спрашивает Нил тихим голосом, — несмотря ни на что? — Я хочу этого, — твердо отвечает Эндрю, и он говорит это искренне, не отводя взгляда. — А ты? Нил чувствует, как горят его глаза. Слеза скатывается по его щекам, прежде чем он успевает ее остановить. — Все, чего я хочу, это ты, — говорит Нил. — Это все, чего я когда-либо хотел. Эндрю снова целует его. Затем в ход идут руки и зубы. Эндрю прикусывает чувствительную кожу под подбородком Нила, а затем облизывает его грудь. Нил вскрикивает, когда Эндрю берет его сосок в рот и сильно прикусывает, оставляя синяк, на который Нил будет любоваться, когда все это закончится. Если они дойдут до этого. Он втягивает синяки в кожу Нила, оставляя отметины на груди и животе, пока его руки не оказываются на ремне Нила, расстегивают его и вытаскивают из джинсов. Нил и раньше раздевался перед Эндрю. Ему не следовало бы так стесняться, но когда его штаны и боксеры сняты и брошены на пол, он не может удержаться и прикрывается руками. Эндрю берет его за руки и отводит их в сторону, поднимая над головой. — Не двигайся, — приказывает Эндрю. И Нил замирает. Эндрю снимает рубашку, и у Нила при виде него текут слюни. Это редкость, Эндрю никогда не бывает настолько обнаженным, как Нил. Он упивается видом его бледной кожи и упругой груди, его руками, которые подрагивают при каждом движении. Эндрю наклоняется и берет член Нила в рот. Нил вскрикивает, а затем издает стон, когда Эндрю посасывает его головку, прогоняя мысли о бегстве из его головы. Пока не остается ничего, кроме этого. Крепкие руки Эндрю, рот Эндрю и Эндрю, Эндрю, Эндрю. Он не задерживается там надолго. Эндрю отстраняется с громким хлопком, прежде чем наклониться и взять бутылочку со смазкой, которую они держат под кроватью. Нил краснеет, когда видит ее, даже если это он ее купил. — Ты готов? — Спрашивает Эндрю, разводя ноги Нила в стороны и устраиваясь между ними поудобнее, прижимая их к груди Нила. Нил кивает, и Эндрю выжидающе смотрит на него. — Да, — наконец говорит Нил. Эндрю открывает бутылочку и брызгает себе на пальцы. Он не разогревает ее. Он прижимает палец к дырочке Нила, и тот оказывается холодным и шокирующим. Нил судорожно вздыхает и извивается на кровати. — Холодная, — протестующе бормочет он. — Так тебе и надо, — говорит Эндрю. Он наклоняется и впивается зубами в бедро Нила. Нил чувствует, как его зубы удлиняются и почти прокусывают кожу. Это заставляет его застонать, и член бьется о его живот. — Мазохист, — говорит Эндрю ему в кожу. Нил свирепо смотрит на него. — Не смотри на меня так, когда я засуну пальцы тебе в задницу, — говорит Эндрю. — У тебя нет ничего в моей… Затем Эндрю засовывает палец внутрь, и Нил теряет дар речи. Они никогда раньше не заходили так далеко. Нил всегда этого хотел. Он никогда не хотел останавливаться, но Эндрю двигался медленно. Так медленно, что Нил подумал, что они никогда не доберутся сюда. И они здесь только из-за него. Нил протягивает руку и кладет ее на плечо Эндрю, чтобы успокоить его. Он смотрит Эндрю в глаза. — Я не хочу, чтобы ты делал это только потому, что не хочешь, чтобы я уходил, — говорит Нил, отчаянно пытаясь донести свою точку зрения, — я хочу, чтобы ты делал это, потому что… Он замолкает и делает глубокий вдох. Эндрю не двигается, весь его палец засунут внутрь Нила. Нил едва может дышать, когда он там. Он говорит: — Я хочу, чтобы ты сделал это, потому что любишь меня. Эндрю наклоняется вперед, пока их носы не соприкасаются, и прижимается лбом к лбу Нила. — Почему ты думаешь, что я не позволю тебе уйти? — Спрашивает Эндрю. Нил открывает глаза. Весь мир кажется ему светло-коричневым и золотистым. — Я люблю тебя, — говорит Эндрю, и это звучит так искренне, что отдается эхом в груди Нила и что-то встает на место, о чем он и не подозревал. Он смотрит на Нила, и Нил понимает, что он говорит искренне. Он говорит серьезно. Больше чем что либо. Нил не хочет уходить. — Я не хочу уходить, — говорит Нил. Эндрю прикусывает губу, прежде чем сказать. — Тогда останься. Он двигает пальцем, и Нил издает резкий крик, который Эндрю заглушает ртом. Затем он начинает двигаться. Проходит мгновение, прежде чем в нем оказывается второй палец. Нил чувствует, как что-то скручивается у него в позвоночнике. Он скулит и постанывает, прижимаясь к Эндрю, словно не может себя контролировать. — Все еще, — шепчет Эндрю ему в губы, — не двигайся. — Я не могу, — шепчет Нил. — Мне кажется, я сейчас взорвусь. Эндрю вздыхает, прижимаясь губами к его губам, а затем прокладывает дорожку из поцелуев к груди. Он снова берет в рот сосок и прикусывает его. Он прижимается к чему-то в Ниле, от чего у того перед глазами вспыхивают звезды, его руки вцепляются в простыни. Он добавляет третий палец, и Нил тянется к Эндрю, чтобы за что-нибудь ухватиться. Он отпускает сосок и берет палец Нила в рот. Когда он прикусывает его, Нил чувствует, как его волчьи зубы царапают кожу. — Черт, — шепчет Нил, потому что понятия не имеет, что еще сказать. Эндрю вытаскивает свои пальцы, и Нил скулит от потери. Он протягивает руку и расстегивает брюки, опуская их ровно настолько, чтобы они легли ему на бедра, как будто он не может больше ждать ни секунды, чтобы снять их полностью. Он возвышается над Нилом, прижимаясь к его дырочке. Нил прижимает руку к горлу Эндрю и удерживает ее там, чувствуя, как двигаются его мышцы. — Пути назад нет, — говорит Эндрю. Он прижимается членом к плотному кольцу мышц, и Нил видит звезды. — Не останавливайся, — говорит ему Нил. Эндрю толкается в него. Нил не сжимает руку на шее Эндрю, но его пальцы сгибаются и подергиваются на коже. Он дышит, несмотря на легкий дискомфорт, его глаза закрываются. Эндрю целует его в нос, затем в веки, одно за другим, медленно и ровно, затем в лоб, затем в щеку, затем в подбородок. Когда Эндрю приникает ко рту Нила, он готов. Он открывает рот, издавая стон, и говорит. — Двигайся. Эндрю выходит, а затем снова входит в него. Другой рукой Нил хватает Эндрю за волосы. Он стонет в шею Эндрю, крепко обхватывая его руками, притягивая ближе. Темп Эндрю жесток и неумолим. Он отпускает шею Нила, чтобы обхватить его ноги и прижать их к груди Нила. Нил едва может дышать, он сжался в комочек, его глаза почти ничего не видят, его губы прижимаются к губам Эндрю в самом небрежном поцелуе, который он когда-либо разделял с ним раньше. Напряжение быстро нарастает. Нил чувствует, как пальцы его ног начинают подгибаться, лодыжки обхватывают бедра Эндрю. — Черт, — выдыхает Нил, — Не останавливайся. Боже, не останавливайся. Эндрю стонет вместе с ним, его глаза закрыты от сосредоточенности. Нил нежно тянет его за волосы. — Посмотри на меня, — шепчет он, его голос едва слышен из-за звука их непристойно соприкасающихся тел. Эндрю открывает глаза. Нил почти сразу кончает, он открывает рот, чтобы сказать что-нибудь, что угодно, но все, что он может сделать, это закричать, когда чувствует, как его задница сжимается вокруг члена Эндрю. Лицо Эндрю вытягивается, когти удлиняются и впиваются в кожу ног Нила. Он протягивает руку и кусает Нила за шею как раз в тот момент, когда Нил оказывается между ними, его член болезненно пульсирует. Эндрю кусает и прокусывает кожу. Нил чувствует, что плывет по течению, его рука сжимается на горле Эндрю. Он стонет и плачет, когда Эндрю кончает сразу после него, заполняя его и сжигая изнутри. Нил закрывает глаза. Он чувствует... Он... Маленький и потерянный. Вокруг так много людей. Взрослые приходят и уходят. У него никого нет. Есть мужчина, который говорит, что позаботится о нем. Но он причиняет ему боль, а потом заставляет умолять. Он ненавидит это, он ненавидит это, он ненавидит это. Он снова один. Он один. Один. Один. Затем. Он стоит на кухне. Его мать у раковины. Она напевает песню по их секретному радио. Оно играет и потрескивает от помех. Она улыбается ему и подмигивает. Затем. О, вот и она. Женщина улыбается ему и берет его за руки. Она называет его Энди, а он ее Касс. Она отвозит его домой. Он счастлив. Он счастлив. Потом он оказывается в офисе. Над ним стоит его отец. Чьи-то руки, так много рук держат его. Он плачет и вопит. Его отец не останавливается. Затем. Он встречает своего сводного брата. Дрейк прикасается к нему и просит не рассказывать. Он плачет, потому что не хочет этого делать. Он умоляет. Он умоляет. Он терпит, потому что любит ее. Затем. Они убегают. Его мать не улыбается, она наблюдает за ним. Она напугана. Она потеряна. Он напуган. Он потерян. Они находят стаю. Затем. А вот и его брат. Он здесь, и он выглядит в точности как он сам. Зеркало. Он идеален. Он может улыбаться, не причиняя боли своему лицу. Он так легко смеется. Он хочет быть похожим на него. Но он видит синяки и понимает. Он знает, что это значит. Он идет с ним. Он оставляет Касс и Дрейка позади. Он напуган. Он потерян. Затем. Раздается взрыв. Магия. Неуправляемая. Он смотрит на сломленную женщину в разбитой машине. Он закрывает глаза и кричит. Затем. Его брат пострадал из-за своей матери. Их матери. Он заключает сделку с самим собой. Он сажает ее в машину. Она пьяна, она всегда пьяна. Он берется за руль и тянет на себя. Они попадают в аварию. Он не может простить себя, когда видит своего брата. Сломанный. Он сломал его. Он уходит. Затем. Там волк, черный с белым. У него вся спина в белых пятнах. Он прижимается носом ко лбу. Он шепчет: О!. Здесь есть волки. Они — стая. Они бегают вместе. Территория поет для него. И затем. Затем. Он встречает стаю. Он встречает альфу. Альфа предлагает его укусить. Он принимает это, и тогда он. Волк. Волк. Бежит, всегда бежит. Ничто не удерживает его здесь, ничто не может его остановить. Ничто не может причинить ему боль. Приходит женщина. Она злая блондинка, и его кожа покрывается серебром. Он следует за ней, потому что у него нет выбора. Он нападает на людей, на которых они хотят, чтобы он нападал. Он преследует их, дерется и кусается. Он что-то чувствует. Он что-то слышит. Запах корицы и огня. Дрова горят в печи. Лес охвачен пламенем. Сердце бьется ровно. Так громко. Это все, чего ему не хватает. Он должен защищать, он должен обеспечивать. Он приносит ему белок и кроликов. Он держит его в безопасности и не позволяет никому подойти слишком близко. А вот и его брат, он вернулся. Он вернулся, и он до сих пор не может простить себя. Его брат делает это за него. А еще есть Нил. Нил Нил Нил. Корица и огонь и все деревья и все листья. Он видит его на крыльце. Он видит, как он улыбается. Он — это все, он повсюду. Нил делает глубокий вдох и начинает плакать, прежде чем может себя остановить. Эндрю не двигается, он прижимается лицом к груди Нила. Его дыхание тяжелое. — Эндрю, — шепчет Нил. Эндрю смотрит на него снизу вверх, и его глаза полны слез. Нил протягивает руку и смахивает слезы. Нил чувствует его. Он чувствует его. Нил берет лицо Эндрю в ладони, заглядывает ему в глаза. — Сделай это, — шепчет Нил. Они вспыхивают оранжевым. Нил начинает смеяться, издавая удивительно влажный звук, от которого он задыхается. — Вот черт, — шепчет Нил. Эндрю кряхтит и приподнимается. Нил смотрит на его шею и замирает. — Вот черт, — повторяет он. — Что? — Спрашивает Эндрю напряженным голосом. Нил протягивает руку и проводит по розе на шее Эндрю. — Я отметил тебя, — шепчет Нил. Эндрю протягивает руку и касается пальцами шеи Нила. Он ничего не чувствует, кожа гладкая, без единого пятнышка, как будто ничего и не случилось. — Конечно, ты это сделал, — мягко говорит Эндрю, и в его голосе слышится почти удивление. Нил смотрит на него с благовением, его сердце бешено колотится в груди. Эндрю собирается выйти, но Нил стонет, протягивая руку, чтобы остановить его движение. — Останься, — шепчет он. Эндрю поправляет их и кладет на бок, его мягкий член все еще находится внутри Нила. Нил смахивает слезы с лица, его пальцы дрожат. — Я чувствую тебя, — благовейно шепчет Нил. Эндрю целует его. Это всего лишь легкое касание, но по спине Нила пробегает электрический разряд. — Я тоже тебя чувствую, — шепчет Эндрю ему в губы. — Хорошо, — говорит Нил. Эндрю фыркает, прижимаясь к нему. —Хорошо? — Да, — отвечает Нил, запускает руки в волосы Эндрю и впивается зубами в его губы, произнося. — Мой. Эндрю прижимается к нему.

~~~

Когда Эндрю и Нил наконец выходят из дома, на территории тихо. Укус на шее болит, но ощущение приятное, надежное, успокаивающее. Нил не уйдет. Он не оставит это позади. Грузовик Дэвида подъезжает к дому и паркуется. Он выходит и смотрит на Нила и Эндрю понимающим взглядом. Он говорит. — Мы готовы. Нил кивает. — Вы готовы? — Спрашивает он, оглядывая их. Рука Эндрю в руке Нила твердая и тяжелая. Он крепче прижимает его к себе. Желая быть как можно ближе. — Мы готовы настолько, насколько это возможно, — говорит Нил. Дэвид делает шаг вперед, подходит к Эндрю и встает перед ним, возвышаясь над ним. — Дай-ка я посмотрю, — говорит Дэвид. Глаза Эндрю вспыхивают оранжевым. На лице Дэвида появляется улыбка. Он кладет руку на плечо Эндрю и сжимает его. — Наконец-то, — говорит Дэвид. Нил согласен с ним. Стая собирается в гостиной. Они отодвигают диваны, столы и стулья в сторону и устраивают себе гнездышко на полу. Сейчас никто не хочет находиться далеко друг от друга. Они раскладывают одеяла и подушки и падают друг на друга на полу. Нил ложится, прижавшись спиной к Кевину. Эндрю ложится перед ним. Нил знает, что тот терпеть не может спать вот так, с открытой спиной. Нил протягивает руку и кладет ее на розу на шее Эндрю. Он щупает пульс под своей рукой. — Не делай завтра глупостей, — говорит Нил. — Это я должен был тебе сказать, — говорит Эндрю. Нил улыбается, но улыбка кажется маленькой и несущественной, как будто ее вообще нет на самом деле. Эндрю берет его за руку и прижимается губами к ладони Нила. — Ты не отходи от меня далеко, — говорит Эндрю. Нил кивает. Они остаются в таком положении, пока не засыпают. Завтрашний день маячит у них над головами. Но пока они спят. Свернувшись калачиком, они окружены своей стаей. Пока они в безопасности.

~~~

Утром они встречаются в центре комплекса. Элисон, Эбби, Ники и Аарон все до зубов вооружены серебром. Волки сменяют друг друга и встают единым фронтом. Дэвид встает перед ними. Он смотрит на их грязную дорогу, слушает, как шумит ветер и качаются деревья. Территория поет и кричит в голове Нила. Он знает, что Дэвид тоже это слышит. — Пора, — говорит Дэвид. Он поворачивается и смотрит на процессию перед собой. Волки, люди и ведьмы, которые поклялись посвятить ему свою жизнь. Дэвид улыбается, но это не радостная улыбка, она мрачная, маленькая и опасная. — Вы все собрались здесь сегодня, чтобы противостоять самой большой угрозе для волков, которая когда-либо существовала. Мы не сможем двигаться вперед, пока эта угроза все еще существует, а когда все закончится, мы сможем исцелиться. Вырасти заново. Вернуться в мир, который мы знали до того, как Морияма захватил власть над всеми. Волки воют ему в ответ, а те, что не перекинулись, хором прижимают руки к груди. — Некоторые из нас сегодня умрут, — говорит Дэвид. — Я не хочу, чтобы кому-то из вас пришлось приносить такую жертву. Я знаю, что это будет черный день в нашей истории. Но мы останемся победителями. Мы будем сражаться до победы, потому что у нас нет другого выбора. Потому что нам больше нечего терять. Ради будущего волков! Все кричат в ответ, вторя его настроению. Волки воют громче, чем все, что Нил когда-либо слышал раньше, это хор голосов, их море, и все они находятся на территории Ваймака. Территория откликается на них. Нил чувствует, как по спине пробегают мурашки. Эндрю стоит рядом с ним, подвинувшись и прижимаясь к Нилу. У всех волков на ушах магнитные метки, поэтому ни один человек не нападает на волка, когда тот находится на их стороне. Нил прижимает руку к голове Эндрю, а затем поправляет магнит, чтобы он не упал с него. — Не отходи от меня, — тихо говорит Нил. Эндрю прижимается носом к шее Нила, прямо к отметине, которую он оставил на нем вчера, и кусает его. Это обещание. Это не конец их истории. Нил знает это. Он чувствует это всем своим существом. Он не умрет здесь. Он тоже не позволит Эндрю умереть. Нил наклоняется вперед и утыкается лицом в мех Эндрю. Он шепчет в их общую связь. Он шепчет о своем страхе, любви и надежде. Он чувствует сильную связь между ними и ответный шепот Эндрю. ПараЛюбовьСтая Нил вздыхает, уткнувшись в его мех. — Я слышу тебя, — шепчет он, — я слышу тебя. Эндрю урчит в груди. Нил выпрямляется и кивает. — Давай сделаем это, — говорит он Эндрю, ветру, территории, стае, — давай покончим с этим.

~~~

Они разделились на группы. Они готовились к этому моменту. Они знают, что Натан собирает омег, разбивает стаи и управляет ими, как своей маленькой армией. Они хотят свести кровопролитие к минимуму. В любом случае, это то, чего хочет Дэвид, он не знает, сколько из этих волков на самом деле хотят сражаться за Натана и сколькими из них управляют. Нил думает, что если ему придется убивать, то он убьет их. К черту правила Дэвида. Эндрю, Нил, Рене и Кевин держатся вместе. Кевин был недоволен разлукой с Аароном, но Аарон только что ущипнул его за бок и посоветовал перестать быть таким властным. Нил не был до конца уверен в том, что происходит между ними. Он был слишком рассеян, чтобы обратить на это внимание. Что бы это ни было, это уже что-то. Что-то большее. Эндрю держится рядом с Нилом. Его хвост обвивается вокруг талии Нила. Они обходят территорию, чтобы убедиться, что все защитные барьеры по-прежнему целы, проверяют, не ждет ли что-нибудь по ту сторону. Пока все тихо. Ичиро дал им двадцать четыре часа. Это время почти истекло. Нил слышит сирены, доносящиеся из города, призывающие жителей эвакуироваться или спрятаться. Там была небольшая группа, которая хотела остаться и помочь. Дэвид разрешил им, потому что знал, какими жестокими могут быть люди, и не сомневался, что они осознают риск, на который идут. Нил не унимается. Он проверяет последние обереги в лесу перед главной улицей. Они выходят на главную дорогу, ведущую в город. Дэвид уже там, он рычит, стоя на территории со стороны оберегов. Ичиро стоит с другой стороны, тупо глядя перед собой. Нил подходит к Дэвиду и кладет руку ему на спину. — Ичиро, — говорит Нил. Ичиро не моргает. Он смотрит на Нила, не видя ничего вокруг. Нилу его жаль. — Ты сделал свой выбор? — Спрашивает Ичиро, его голос звучит монотонно, без интонаций. — Да, — отвечает Нил. Он крепче сжимает мех Дэвида, — Приноси самое худшее. Мы готовы к вам. Затем Ичиро моргает, его глаза немного проясняются, он выглядит обиженным, его губы кривятся в печальной гримасе. — Натаниэль, — говорит он, — подумай об этом. — Нет, — говорит Нил, — мы сделали свой выбор. Ичиро хватается за голову, он выглядит так, будто борется с этим, что бы ни сделал с ним его отец. — Он собирается убить вас всех, — в отчаянии говорит Ичиро. — Нет, если мы не убьем его первыми, — отвечает Нил твердо и неподвижно. — Вы не понимаете! Он монстр! Он… — говорит Ичиро. Ичиро резко и быстро падает на колени. Кевин издает скулящий звук. За его спиной стоит наполовину перевернутый волк, его рука нацелена прямо в сердце Ичиро. Нил сжимает зубы. — Рико. Рико убирает руку с груди Ичиро. Его глаза вспыхивают красным, и он улыбается. Это его жестокая улыбка. Это улыбка Кенго, это улыбка Лолы, это улыбка Натана. Он подносит окровавленную руку ко рту и пробует на вкус. Желудок Нила сжимается. — Ты сделал неправильный выбор, Натаниэль, — говорит Рико. — Я собираюсь забрать все, что ты любишь, и сжечь дотла. Нил поднимает руку, он зарывается глубоко в землю, и его магия распространяется вокруг них. — Я бы хотел посмотреть, как ты попытаешься, — говорит он. Он раскалывает землю, и она разлетается вдребезги, поднимаясь и закручиваясь вокруг них, оставляя вокруг Нила и его волков круг безопасности. Рико легко поворачивается и уворачивается от движущихся камней. Нил пристально смотрит на него. Из леса на дорогу выходит мужчина. Нил наблюдает, как его отец стоит перед потрескавшейся землей. Он выглядит скучающим, его глаза смотрят сквозь трещины, словно он что-то ищет. Когда он поднимает взгляд, то встречается взглядом с Нилом и остается там. — Натаниэль, — говорит он, — мое самое большое разочарование. — Пошел ты, — говорит ему в ответ Нил. Эндрю крепко прижимается к нему, от его тела исходит тепло. Отец переводит взгляд с одного на другого, а затем на его лице появляется хмурое выражение. — Ты отдал себя на растерзание волкам? Ведьма, — в его голосе столько злости, горечи и обиды, — ты выше этого, Натаниэль. Разве я ничему тебя не научил? — Нет, — говорит Нил, — ты ничему меня не научил. На самом деле, ты научил меня одной вещи. Ты научил меня быть именно такой ведьмой, какой я не хочу быть. Напуганной. Сердитой. Слабой. Потому что это то, что ты есть. Ты стоишь здесь один, без стаи и союзников, кроме ребенка с украденной короной и горстки омег. Из-за этого ты слаб. Я собираюсь доказать тебе это. Я собираюсь показать тебе силу стаи. Улыбка Натана искажает его лицо, что Нил вздрагивает. Он тут же поправляет себя. Он больше не тот испуганный ребенок, которого приходилось удерживать в кабинете его отца. Он Нил Ваймак. Он — ведьма стаи Ваймака. Это его территория. И он заставит своего отца заплатить. Его отец поднимает руку, и защита Нила разрушается. Нил кричит, боль невыносима, он никогда раньше не испытывал ничего подобного. Эндрю перекидывается и, подхватив Нила на руки, тащит его прочь с дороги, подальше от отца. — Ты совершил свою последнюю ошибку, — говорит Натан, его голос гремит, — Сейчас! Волки выскакивают из-за деревьев и из-за разрушенной защиты. Нил сориентировался как раз вовремя, чтобы ударом ветра отбросить двоих назад и подальше от них. Эндрю оттаскивает Нила подальше. Дэвид встает перед Нилом, рыча на любого, кто подходит слишком близко. — Нам нужно уходить, — говорит Эндрю, — мы не можем сражаться с ними здесь. Дэвид кивает. Он воет, и все волки начинают отступать. Нил берет себя в руки и убегает, Эндрю перекидывается рядом с ним и замедляет шаг, чтобы не отстать. Омеги вторгаются на территорию. Нил чувствует их повсюду. Он слышит их рычание прямо у себя за спиной. Дэвид ведет их по главной дороге и сворачивает на Мэйн-стрит. Все магазины заколочены и закрыты, на всех окнах и дверях серебряные решетки. Нил направляется к закусочной. Там его ждут люди с серебряным оружием наготове. — Они идут! — Предупреждает их Нил. Элисон выходит на улицу, держа свой посох наготове. К ней подбегает полуобернувшийся омега. Элисон бьет ее раз, затем два, и с ней покончено, ее одежда порвана, а от кожи идет дым. — Это один! — Элисон торжествующе кричит. Потом еще, и еще, и еще. Оставшиеся люди забрались на крыши домов на улице. Они стреляют в волков транквилизаторами и серебряными пулями. Нил приподнимает землю и сдвигает ее под стаей, земля ломается и смещается под ними, некоторые из них взлетают в воздух и падают на спину, скуля. Это хаос. Нил не может угнаться за войной волков. Омеги наступают со всех сторон. Все как в первый раз, только хуже, их в два раза больше. Но и волков на их стороне тоже в два раза больше. Другие стаи выходят толпами, отбиваясь от стольких, от кого могут. Ведьма из другой стаи выходит на дорогу, выплескивает воду, прежде чем она замерзает под ногами омег, заставляя их скользить и падать. Нил поворачивается и смотрит на Дэвида, тот стоит над лежащим без сознания омегой, его зубы покраснели от крови. — Мы должны заманить Натана в центр, — говорит Нил, — мы не можем рисковать, что столько людей окажутся на открытом месте. Дэвид кивает ему и срывается с места, пробираясь сквозь толпу омег по направлению к Мэйн-стрит. Нил следует за ним, Эндрю рядом с ним. Они доходят до конца улицы и смотрят, как Натан идет вперед, а Рико, словно волк, следует за ним по пятам. — О, Дэвид Ваймак, — говорит Натан. — Как пали сильные мира сего. Как поживает группа поддержки, которую ты здесь собрал? Кучка беспризорных детей, которым нечего показать. Дэвид перекидывается, встает и расправляет плечи. — Посмотри на себя, — говорит Дэвид. — Омеги, Натан, правда? И это все, на что ты способен? Улыбка Натана полна яда. — Это все, что мне нужно. Рико подкрадывается к ним, рыча, оскалив пасть и обнажив острые зубы. Он не такой крупный, как Дэвид или Эндрю. Он все еще устрашающий, полностью черный, с белым вокруг глаз и шеи. Из него получился красивый волк. Жаль, что он ублюдок. — Мы собираемся покончить с этим, — говорит Дэвид, — раз и навсегда. Натан поднимает руку и посылает в их сторону ударную волну воздуха. Нил поднимает руку и отклоняется, насколько может, это только избавляет их от основной силы взрыва, ветер проносится мимо них и обжигает щеки Нила. — Ты слаб, Натаниэль, — говорит его отец. — Я мог бы сделать тебя сильным. — Ты не знаешь, на что я способен, — говорит Нил, отступая на шаг, а затем на еще один. — Почему бы тебе не подойти и не узнать? Он срывается с места и бежит. Дэвид перекидывается и следует за ним. Нил оглядывается через плечо и видит, как Рико бежит за ними на полной скорости, он быстр, быстрее любого волка, которого Нил когда-либо видел. Быстрее, чем Рене. Они бегут по грунтовой дорожке к центру. Нил никогда не мечтал стать волком, но, когда он бежит, и его легкие горят, он жалеет, что не может быть таким же выносливым, как они. Они добираются до центра поселка, дома маячат позади них. Это их безопасное место. Их территория. Все рушится, когда Рико бросается к ним. Он делает прыжок. Нил готовится ударить его ветром, но Эндрю быстрее. Он хватает Рико за шею и прижимает к земле. Дэвид и Эндрю набрасываются на него. Они царапают и кусают Рико в бока. Он выздоравливает, но они неумолимы. Рико хватает Эндрю и швыряет его через поляну. Он врезается в одну из машин, и Нил слышит хруст металла и костей. У него нет времени среагировать и подбежать к нему. Потому что там его отец. Натан поднимает руку, и земля уходит у Нила из-под ног. Он успевает пошевелиться, прежде чем его опрокидывают. Земля взрывается в том месте, где он стоял, и из-под нее вырываются корни. Нил впивается ладонями в руку, пока не сдирает кожу. Кровь стекает по его руке и высвечивает татуировки. Он использует свою магию, чтобы проникнуть на территорию. Она кричит ему в ответ от боли. Нил отвечает на зов. Он собирает корни, которые вырастил его отец, и отправляет их обратно Натану. Его отец выглядит удивленным целую секунду, прежде чем увернуться и ударить ногой по земле, посылая ударную волну в сторону Нила и сбивая его с ног. Натан подходит к нему. — Возможно, ты научился нескольким трюкам, сынок. Но я всегда буду лучшей ведьмой. Нил карабкается обратно по гравийной дорожке. Он зарывается руками в землю и тянется к ней так глубоко, как только может. Он дотрагивается до чего-то горячего и металлического. Он вытаскивает это на поверхность, хватая горячий металл рукой. Он толкает его к отцу, тот попадает ему в живот и проходит насквозь. Натан ругается. Он протягивает руку, чтобы схватить Нила, но Нил быстрее. Он встает и отодвигается в сторону, освобождая место между ними. Он видит, как Эндрю встает на лапы, как его кости восстанавливаются и заживают. Он рычит. Рико и Дэвид застыли на месте, они оба истекают кровью, у обоих изо рта капает кровь. Дэвид — превосходный альфа, но Рико молод и у него безумные намерения. Он двигается молниеносно и кусает так же сильно. Нил поворачивается к отцу. Он прижимает руку к животу, сплевывает на землю, и она красная от крови. — Ты предашь меня? — Говорит Натан. — Ты и твоя шлюха мать. — Не смей говорить о ней, — рычит Нил. Его отец смеется над ним. — Мне следовало послушаться Кенго, когда я женился на ней. Она была милой и уступчивой. Я думал, что смогу сломить ее. Кенго сказал, что в ее глазах был огонь. Тогда я этого не заметил. Но теперь я вижу это. Я вижу это в тебе. Он выбрасывает стену огня, которая ударяет Нила в бок и опаляет ему руку. Он ругается и уходит с дороги. Он чуть не врезается в Рико и Дэвида, уворачиваясь от огня своего отца, который все приближается и приближается. Он упирается ногами в землю и дергает за корни под ногами. Они дрожат и трясутся, прорываясь сквозь землю, один из них проходит прямо сквозь ногу его отца. Рико поворачивается и рычит в сторону Нила. Из леса выходит третий волк. Нил наблюдает, как Кевин валит Рико на землю, впиваясь зубами в его шею. Натан приближается. Эндрю уже там, стоит перед Нилом, оскалив зубы. — Слабый, — говорит Натан, но Нил замечает, что он единственный, у кого течет кровь, — Слабый. Нил вырывает землю из-под них и подбрасывает Эндрю в воздух. Эндрю использует инерцию, чтобы перепрыгнуть через Натана и повалить его на землю, впиваясь когтями в спину Натана. Натан кричит, а Нил хватает корни и лианы, чтобы обездвижить его. Эндрю остается на месте, его когти впиваются в спину Натана, рот обхватывает его шею. Нил смотрит на Кевина и Рико. Они катаются. Рико вонзает когти в бок Кевина, а затем Кевин обхватывает ртом лапу Рико и кусает его так сильно, что Нил слышит, как ломаются его кости. Рико вскрикивает и падает на спину, а Дэвид оказывается рядом, его клыки впиваются в шею Рико, из него льется кровь. Рико падает на землю, скуля, пытаясь подняться. Он не исцеляется. Дэвид перекидывается и встает, сжав кулаки. — Достаточно. — говорит он. Затем он протягивает руку и пронзает грудь Рико, вырывая его сердце. Нил наблюдает. Его охватывает чувство облегчения, когда Дэвид стоит рядом с сердцем Рико в своей руке. Рико больше не двигается. Натан вырывается из корней и лиан, которые держат его. В одну секунду он удерживается, а в следующую происходит взрыв магии. Эндрю отлетает в сторону. Корни, грязь и листья разлетаются по двору. Нил прикрывает лицо, чтобы защититься. Он пытается понять, куда делся Эндрю, все ли с ним в порядке, он все еще чувствует его, но он хочет знать. Затем отец оказывается рядом с ним. Он протягивает руку и прижимает ее к горлу Нила. Затем что-то происходит, что-то, чего Нил не может объяснить, что-то, что причиняет Нилу такую боль, какой он никогда раньше не испытывал. Больнее, чем когда отец оставлял свои отметины на его коже. Нил чувствует, как его татуировки начинают гореть, они скручиваются и сжимаются вокруг него, пока не немеют пальцы, затем предплечье, затем бицепсы. Он пытается закричать, но изо рта не выходит ни звука. — Я тебя создал, — говорит его отец, — я и уничтожу тебя. Нил не может пошевелиться. Его руки онемели, но все тело горит. Он опускает взгляд и видит, что его татуировки начинают таять, и в ужасе пытается вырваться. Дэвид прижимается к спине Натана. Натан стонет, но не обращает на него внимания, даже когда когти впиваются ему в спину. Кевин подходит и кусает его за ноги, вырывая куски плоти. Натан не останавливается. Нил чувствует, как жизнь начинает покидать его. В глазах темнеет. Он ничего не видит. Он ничего не чувствует. Темнота. Он видит свою маму. Она улыбается ему, ее светлые волосы волнами вьются от радости. Она протягивает руку и касается его лица, ее пальцы обхватывают его щеки. — Я люблю тебя, — говорит она ему, затем прижимается губами к его лбу. — Сейчас не твое время, голубка. Продолжай бороться. Продолжай бороться за меня. Нил открывает глаза. Он давит сильнее, чем когда-либо прежде. Территория кричит вместе с ним. Я ЗДЕСЬ, Я ЗДЕСЬ, Я ЗДЕСЬ Нил притягивает энергию вокруг себя, он вбирает все в себя, а затем выталкивает ее наружу. Глаза отца расширяются, и это все, что успевает увидеть Нил, прежде чем перед ним остается только белое пятно. Лицо отца тает прямо у него на глазах. Нил падает на землю, задыхаясь и хватаясь за шею. Он чувствует, как чьи-то руки хватают его за плечи. Его тащат прочь. Он сопротивляется, пока не падает на теплую грудь, чьи-то руки обхватывают его за талию. Он чувствует толчок со стороны своей пары и тут же успокаивается. Хрустят кости, а затем он слышит, как кто-то говорит. — Нил, что ты сделал? Нил не знает. Он в ужасе смотрит на то, что осталось вокруг них. Деревья согнуты, некоторые сломаны. Машины оттеснены к лесу. Все окна в домах разбиты, обшивка порвана. Он смотрит на тело своего отца. Эндрю сжимает его крепче. — Не смотри, — шепчет Эндрю ему на ухо. Но как он может не смотреть? Он смотрит и видит то, что осталось от его отца. Его одежда дымится, он видит разбросанные по двору кости и части тела, кровь скапливается на гравии и впитывается в землю. Он закрывает глаза и утыкается лицом в грудь Эндрю. — Как, черт возьми, мы еще живы? — Спрашивает Кевин, оглядываясь по сторонам. — Территория, — говорит Дэвид, — она защитила нас. Кевин тяжело опускается рядом с Нилом, прижимаясь лбом к его спине. Рука Дэвида находит его волосы и остается там. Нил дрожит в объятиях Эндрю. Он сидит и плачет, как будто только что потерял отца, который что-то значил для него. — Ты сделал это, малыш, — говорит Дэвид, проводя пальцами по волосам. — Он ушел. Нил плачет, пока не перестает плакать.

~~~

К тому времени, как они возвращаются, на главной улице царит хаос. Но боевые действия прекратились. Волки беспомощно бродят вокруг, некоторые в замешательстве и плачут, другие лежат на земле, устремив глаза в небо. Дэн тут же оказывается рядом с ними, уже переминаясь с ноги на ногу и выглядя обеспокоенной. — Это полный бардак, — говорит она, — все омеги перестали сражаться. Многие из них растеряны и не знают, почему они здесь. Другие плачут, потому что помнят, что с ними произошло. Я не знаю, что делать. Дэвид берет инициативу в свои руки. Он идет по главной улице и начинает инструктировать своих союзников, что им делать. Другие стаи слушают его и расходятся, чтобы помочь утихомирить хаос. — Я думаю, болезнь умерла вместе с ним, — говорит Нил, с благоговением оглядываясь по сторонам, — но скольким пришлось умереть, прежде чем они обрели свободу? Эндрю трется о его бок. Его нос прижимается к ладони Нила. Они идут по главной улице, высматривая свою стаю, чтобы убедиться, что все еще живы. Рене замечает их первой, она подбегает к ним и, перекинувшись на полпути, и обвивает руками шею Нила. — Ты в порядке! — Она отстраняется, чтобы оглядеть его, и говорит. — Мы почувствовали тебя. Мне показалось, что ты просто разлетелся на миллион кусочков. Что случилось? — Я не совсем уверен, — осторожно говорит Нил, — мой отец мертв. Рико тоже. — Слава богу, — говорит Рене и улыбается, — я так и подумала, когда омеги просто перестали драться. Теперь, когда я думаю об этом, мне становится немного страшно. Это было похоже на щелчок выключателя. Эндрю, должно быть, заметил кого-то, потому что только что он стоял рядом с Нилом, а в следующий момент уже переходил улицу. Нил наблюдает за ним, а затем видит Ники и Аарона, выходящих из одного из охраняемых зданий. Кевин следует за Эндрю. Он направляется прямо к Аарону и прижимается носом к его груди. Аарон не особо сопротивляется. Он кладет руку на голову Кевина и неловко гладит его. Рене улыбается. — Я все еще чувствую всех остальных. Мэтт, Дэн, Элисон и Эбби. Я их еще не видела. — Дэн отдает распоряжения вместе с Дэвидом, — говорит Нил, указывая на улицу. — Мэтт не может быть слишком далеко. Они идут по улице в поисках своей стаи. Они натыкаются на несколько мертвых волков, над некоторыми из них плачет их стая, над другими одни. Нил пытается посочувствовать им, но все, что он чувствует, это облегчение, когда понимает, что это не один из его волков. Сначала они натыкаются на Элисон. Она сидит рядом с одним из ординаторов-людей и перевязывает ему руку. — Просто растяжение связок, — говорит она с улыбкой, — но я бы проверила это, когда все уляжется. — Как я должен объяснить своему врачу, как это произошло? — Спрашивает мужчина. — Скажи ему, что на меня напали волки, которые пытались захватить мой город? — На твоем месте я бы, наверное, солгала, — говорит Элисон, прежде чем похлопать его по спине. Она замечает Рене и Нила и оставляет своего пациента, чтобы присоединиться к ним. — Я надеюсь, что это в последний раз, — серьезно говорит она. — Я больше не вынесу эту борьбу. Хотя, я надрала многим задницы. Рене улыбается, ее щеки сияют. — Я верю в это. Они продолжают путь и видят, что Эбби латает других людей из города. Она машет им, но сразу возвращается к работе. Мэтт помогает убирать тела с улицы. Он поднимает взгляд на Нила и печально улыбается им. — Мы пытаемся выяснить, сколько человек погибло, — говорит Мэтт. — Некоторые омеги просто потеряли сознание, когда бой прекратился. — Их было так много, — говорит Нил, — как мой отец это делал? — Я не знаю, — говорит Мэтт, — но я надеюсь, что никто не догадается об этом и не попытается пойти по его стопам. Остаток дня они проводят, убирая мусор и приводя в порядок тела погибших. На их стороне всего четыре потери, но на каждую потерю приходится три мертвых омеги. Нил старается не думать об этом слишком много, потому что если он начнет думать, то может лопнуть по швам. Эндрю снова находит его некоторое время спустя. Аарон и Ники находятся неподалеку. — Нил! — Радостно кричит Ники. — Я так рад, что ты жив! Нил без особых возражений принимает объятия Ники. — И тебе того же, — говорит Нил, — жаль, что у тебя не получилось отдохнуть в городе. — Мы не собираемся уезжать в ближайшее время, — говорит Ники, — нам здесь вроде как нравится. — Даже после всего этого? — Спрашивает Нил. Ники оглядывает царящий вокруг хаос, он не выглядит испуганным всем этим. Он хорошо приспособлен для человека, который так быстро научился слишком многому. — Это сильное сообщество, — говорит Ники, — эти люди боролись за Дэвида Ваймака, потому что они верят в него. Я думаю, он продолжит творить великие дела. Я не могу дождаться, когда увижу их. Нил не может не согласиться с ним. Когда он находит своего альфу в толпе, он руководит людьми, берет ситуацию под контроль. — Могло быть и хуже, — тихо говорит Нил. Он не может не думать о том, как отец оторвал его от земли, как его магия ускользала сквозь пальцы, как жизнь уходила из него. — Но мы справились, — говорит Рене рядом с ним. Нил кивает. — Каким-то образом мы это сделали.

~~~

Они сжигают тела людей, которых потеряли. Дэвид следит за тем, чтобы каждой стае, потерявшей кого-то, была оказана необходимая помощь, чтобы двигаться дальше. Когда они сжигают четверых, которых потеряли, они сжигают и омег. У многих из них дома остались люди, которые их ждали. Стаи, семьи и друзья, которые почувствовали бы их утрату. Они сделали все возможное, чтобы опознать каждого погибшего. Была лишь горстка людей, имена которых они не смогли назвать. В любом случае, всех их предали традиционному погребальному костру. Нил стоит на поляне. Его стая вокруг него, стаи, которые пришли ему на помощь, и жители Пальметто за их спинами. Он разжигает каждый костер, потому что чувствует ответственность. Он не позволяет никому пытаться утешить его. Это меньшее, что он может сделать, чтобы компенсировать все потери. Он может нести это бремя в одиночку. Запах дыма наполняет поляну и распространяется по всей территории. Костер горит долго-долго. Когда пыль уляжется и все будет сказано и сделано, оставшиеся стаи обратятся к Дэвиду за советом. Дэвид становится Вожаком не только по необходимости, но и потому, что для этого он был рожден. Нил знает, что он сделает все, что в его силах. Никто другой лучше него не подходит на эту должность. В первое воскресенье после войны они устраивают совместный ужин. Все в сборе, на лицах торжественное выражение. Тише, чем когда-либо прежде. Дэвид стоит во главе стола. — Мы многое потеряли, все мы, но больше никогда не проиграем. Мы сильнее, потому что вместе. Для меня большая честь, что вы есть у меня. Каждый из вас. Для меня большая честь, что вы сражались на моей стороне все эти годы и что вы будете продолжать это делать столько, сколько захотите. — Говорит он. — Я знаю, что мы через многое прошли. И тяжелая работа только начинается. Сейчас нам нужно заботиться обо всех волках Северной Америки. И нам предстоит еще многое исправить. Но мы можем все это сделать, потому что мы вместе. Здесь. На этой территории — Мы — стая Ваймака. И вместе мы сильнее, чем порознь. А теперь перестаньте хандрить и ешьте свою чертову еду. — заканчивает он.