Глоток «Маргариты» || A sip of «Margarita»

Громкая музыка бьёт по барабанным перепонкам, заставляя морщиться вновь. Вокруг потные тела, дёргающиеся, — даже не двигающиеся, а именно дёргающиеся, — под песню, подобранную диджеем. Шум, гам и смех — то, что сейчас раздражает её неимоверно, но она упорно продолжает сидеть на месте. Стремясь абстрагироваться от всего, что окружает её сейчас, она тонкими пальцами обхватывает стакан, наполненный виски со льдом. Быстрым движением опрокидывает в себя алкоголь, уже не помня, какая это порция по счёту. И так проходят каждые выходные последние два года. Что бы сказали родители? Признаться, это перестало беспокоить Беллатрикс ещё лет пять назад, когда её выставили с вещами на лестничную клетку и без единого цента в кошельке. Она помнит этот день как вчера: кредитные карты заблокированы, идти некуда, и она в ту ночь ночует на скамейке в парке, просыпаясь без дорогих серёжек и кольца на ней, что могли бы послужить полезную службу в ломбарде помимо очевидной. Больше она не наследница крупных инвестиций её отца, а бродяжка, изгнанная взашей. Но кого волнует, когда любимая матушка потрудилась на славу и расплодилась, явив на свет двух её младших сестёр? Разумеется, всем плевать. Как и ей. Она уже давно на ногах без помощи родителей, чем гордится, и может позволить себе расслабляться каждые выходные в элитном гей-клубе. Спасибо, мамочка, — с едкой ухмылкой мысленно благодарит Беллатрикс и заказывает очередной стакан у бармена, знающего её, как постоянного клиента с колким характером. — Летний вечер определённо не создан для мыслей о предках, — осторожно говорит мужчина, протирая стаканы полотенцем. Ах, милый Антонин Долохов. Он был её другом ещё с университета. Беллатрикс сложно вспомнить, сколько раз он спасал её задницу от ректора и прочих несущественных проблем, которые, тем не менее, могли доставить ей неприятности. Талантливый парень, живущий страстью к программированию и смешиванию вкусов, создавая новые коктейли. Спустя несколько лет после выпуска она связалась с ним и стала той, кто оценил его преданность и дружбу. И предложила работу бармена, о которой он грезил ещё со студенческих времён. Беллатрикс сжимает челюсти и молча ставит пустой стакан, пододвигая в его сторону. — Не много ли Вам, мисс Блэк? — с явным недовольством Антонин встряхивает шейкер, уже делая коктейль для другой клиентки. Она определённо упускает скорость его передвижений. — Во-первых не лезь, Тони, — огрызается женщина, подпирая подбородок кулаком, — За что я тебе деньги плачу, Бога ради? Антонин хмыкает и закидывает полотенце на плечо, отставляя шейкер. Вздыхает. — За седьмой стакан виски со льдом. — Вот и сделай! — Да, босс, — мужчина с усмешкой уходит в подсобку, и Беллатрикс переводит взгляд на танцпол, оглядывая собравшихся в душном помещении девушек. А затем поворачивается обратно и кричит вслед: — И не смей больше обращаться так ко мне! Пользуйся уже привилегиями, идиот. Ах, да. Родители выставили её на улицу за отношения с девушкой. Беллатрикс уже и не помнит её имени, так как стремилась забыть. И ей это удалось. Отчасти. Запах цветочных духов и длинные каштановые волосы, что она любила накручивать на палец по утрам въелись в подкорку разума и не желали уходить. Та бросила её, стоило Беллатрикс остаться ни с чем. Разочаровываться времени не осталось, и сперва Беллатрикс устроилась на работу официанткой, а затем поднялась по карьерной лестнице и стала владельцем престижной сети гей-клубов «Заложница страсти». Идея пришла сама собой, и она воплотила её в жизнь больше из мести и принципа. Мол, смотрите, милые родители, во что превратилась надежда вашего рода. Но ей в радость такая жизнь. В конце концов, ей льстило послушание персонала, которые не могли отказать ей в выпивке. Как-никак, поступает алкоголь в бар за её счёт. И так она может следить за рабочей сменой своих сотрудников. Сплошные плюсы. Но лишь до тех пор, пока зрение не мутнится и она не подбирает какую-нибудь симпатичную девицу, уходя с ней в личную VIP комнату. Владельцу клуба положены привилегии, считает Беллатрикс. Особенно, когда этот клуб постепенно расширяется и вскоре будет узнаваем в США. Амбициозно, но Беллатрикс есть куда стремиться и что отпраздновать в этот вечер. От созерцания миловидной женщины на танцполе, что кружит в самой его середине под какую-то попсу, её отвлекает вернувшийся за стойку Антонин. Он ставит перед ней наполненный стакан, и она легко кивает. — Белла, Ваш виски. — Отлично, Тони, а теперь вали работать, — отмахивается женщина, делая первый глоток. Глаза её довольно щурятся, но лишь на мгновение, пока Антонин вновь не решает заговорить: — Признаться, я удивлён, что Вы ещё сохраняете здравый рассудок. Беллатрикс издаёт гортанный стон, запрокидывая голову, на что Антонин хохочет. Кудри падают на оголённую спину, приятно щекоча молочную кожу. — Трахни себя, дорогой мой, но умоляю, просто отвали. Он улыбается, нисколько не обижаясь и поднимает руки в добровольной капитуляции. — Понял. Слава Богу, он уходит, и Беллатрикс может выдохнуть спокойно, предавшись своему любимому занятию. Только она подносит стакан к губам, как видит только вошедшую в клуб девушку, и взгляд задерживается на ней. Она моментально забывает про ту, что на танцполе. Она оглядывает её с ног до головы. Волосы в пучке, классическая мини-юбка, топ с вырезом и кожаная куртка сверху. Шпильки на ногах, но, судя по кривой походке, в них она чувствует себя неуверенно. Ассоциация у Беллатрикс лишь одна — первокурсница забрела не туда, куда надо. Но вот она идёт к одному из свободных столиков и садится, оглядываясь вокруг. Беллатрикс щурит глаза, пытаясь разглядеть больше. Ждёт кого-то? Или расследует обстановку? — Симпатичная, правда? — То-о-о-ни, — предупреждающим тоном протягивает Беллатрикс, и под её строгий взгляд мужчина отдаёт коктейль клиентке. Беллини, если женщина ещё не ударилась головой о стойку и помнит названия со времён работы официанткой. — Иди к ней. Комментарии Антонина её раздражают, но он говорит правильные вещи. Что раздражает ещё больше. Недовольно корча лицо, Беллатрикс слезает с барного стула, забирая с собой неизменный стакан виски и одёргивает облегающее платье, успевшее задраться вверх. Её стройные ноги это козырь, так что пока она прибережёт его. На крайний случай. Она останавливается подле столика и ждёт, пока девушка обратит на неё внимание. Много времени это не занимает, и вот уже подкрашенные тёмными тенями глаза смотрят прямо на неё. Беллатрикс это нравится. — Хэй, я Белла, — она протягивает незнакомке руку, стараясь казаться дружелюбной на первый взгляд. — Привет, — немного неловко здоровается девушка, принимая рукопожатие. Её ладонь кажется Беллатрикс необычно мягкой и нежной, и она не может удержаться от того, чтобы не продлить прикосновение. — Ты одна здесь, м? — спрашивает она, опираясь бедром о столик. Юбка всё же слегка задирается вверх, открывая ноги, обтянутые чёрным капроном, и она с удовольствием замечает, как взгляд незнакомки скользит по ним, прежде, чем она смотрит ей в глаза. — Со мной подруга. Она отошла за напитками, — она указывает куда-то за спину Беллатрикс, к барной стойке. Та оборачивается и находит взглядом рыжую девушку в красных шортиках, которая, судя по всему, уже вовсю строит глазки Антонину. — А твоя подруга не слишком торопится, не находишь? Незнакомка смотрит ей через плечо и закатывает глаза. — Мне стоило догадаться. — Я присяду? — Не уверена, если честно. — Пусть так, — соглашается Беллатрикс и садится прямо на столик, — Как тебя зовут? Её наглость поражает незнакомку, судя по удивлённому взгляду. И, тем не менее, ответ заставляет Беллатрикс выгнуть бровь в отместку: — Предпочту не раскрывать имени незнакомцам. — А что, боишься? — Беллатрикс щурится, бросая вызов. — Это безопасность. Кто знает, что ты сделаешь потом с этой информацией? — О боже мой, детка, какого ты мнения об обществе, — Беллатрикс допивает виски залпом и с глухим стуком ставит стакан на столик, причмокивая губами. Она видит, как девушка хмурится, и в ответ только шире ухмыляется, — Пришла сюда развлечься? Незнакомка выгибает бровь и отклоняется назад. — Если и так, то что? — Хм-м, — тянет женщина и чуть наклоняется вперёд, — Я м... В этот момент к столику подходит рыжая, и Беллатрикс не рискует продолжить фразу. Она замечает любопытный взгляд, но тут же отмахивается, возвращая внимание милой незнакомке. — Увидимся, детка, — Беллатрикс подмигивает девушке и, одёргивая платье, слезает со стола. Удача это, или судьба, но она слышит, как подруга незнакомки восклицает: — Гермиона, ты меня удивляешь! Гермиона, значит. Она ухмыляется и идёт к кожаным диванам в другом конце помещения, плюхаясь на него. Казалось бы, после очевидного отказа следует найти другую девицу и, даже не заводя разговоров, отвести её в VIP комнату. Но теперь Гермиона та, кого она хочет на этот вечер. И женщина будет наблюдать столько, сколько потребуется.

༺♡༻

Она определённо переоценила свои возможности, когда думала, что станет ждать достаточно долго. Прошло чуть больше часа, а Беллатрикс уже изводит себя растерзанием салфеток и наблюдением за весело проводящими время подругами. Она проводит рукой по задней части шеи, разминая её, и встаёт с дивана. Время действий. — Эй, Тони, — зовёт женщина, подходя слегка шаткой походкой к барной стойке. Опирается на неё, — Слушай, какой у нас сегодня фирменный? — Белла, довольно тебе. — Да я не про себя, идиот, — бормочет женщина и проводит рукой по лицу. Голова начинает болеть, а разум мутнеет, — «Май Тай»? — Вообще-то «Маргарита», — Антонин выиграет бровь и кивает на Гермиону, — Угощаешь? Она отмахивается, ища взглядом что-то, чем можно утолить жажду. — Просто запиши это на мой счёт под конец смены. Мужчина кивает и приступает к готовке коктейля, попутно наливая из графина прозрачную жидкость и ставя наполненный сосуд перед Беллатрикс. — Держи. Выгнутая бровь заставляет его усмехнуться. — Простая вода. — Спасибо, — Беллатрикс кивает и делает несколько жадных глотков, смачивая пересохшее горло, — Сраное виски. — Но это определённо тебя не остановит. Женщина хмыкает, позволяя другу обратиться к ней на «ты». Сегодня она в хорошем настроении, и если бы не отвратная головная боль, она бы точно была во всей красе. Вода помогает лишь слегка, и ей уже снова хочется получить стакан, но она сдерживает порыв, впиваясь пальцами в край стойки. Прямо таки день открытий. Брать Гермиону попьяне... Сомнительное решение. Она хочет запомнить каждое её движение, если та согласится. «Маргарита» отправляется прямым путём на столик, за которым сидят девушки. Беллатрикс видит, как Гермиона оглядывается вокруг, и в конце концов их взгляды встречаются. Женщина подмигивает, даря одну из своих самых соблазнительных ухмылок. Хмурясь на мгновение, Гермиона вдруг тепло улыбается ей и поднимает бокал, что повторяет и Беллатрикс, светя водой. Обе делают глотки одновременно, и женщина удовлетворённо поводит плечами, когда замечает интерес Гермионы к напитку. Если бы она хотела споить девушку, то заказала бы «Зомби». Целых три вида рома, но это уж точно не её стиль. Скорее, она хочет приобщить девушку к искусству дегустации коктейлей. Для неё это не просто способ расслабиться, как и для Антонина: это чёткая последовательность действий с долей артистичности в процессе, что только добавляет удовольствия при пробе. Беллатрикс цокает языком и отставляет пустой стакан прочь. И идёт на танцпол, надеясь отвлечься хоть на несколько минут. Пока что и музыка не такая ужасная, а значит, можно присоединиться к танцу. Здесь цвета ярче, а песня громче. Беллатрикс проходит мимо девушек, пробираясь в середину и начинает двигаться свободнее. На неё никто не смотрит, большинство заинтересованы друг другом, а не владелицей клуба. И это расслабляет. Виски, наконец, ударяет в мозг, её щеки горят, пока она двигается под «Don't let go». Она всегда пьянеет медленно, и обычно это происходит в любой момент. Тело обретает приятную лёгкость, женщина прикрывает глаза, и у неё перед закрытыми веками танцуют разноцветные огоньки. Мыслей нет, и ей хорошо. Но в один момент её внутреннюю идиллию прерывает бестолковая девчонка, которая врезалась в неё со спины. И теперь, кажется, падает. Беллатрикс инстинктивно ловит её за плечи, уже приготовившись устроить тираду о внимании, как вдруг видит перед собой лицо Гермионы. Кажется, с веснушками. — О, — девушка видит, в кого врезалась на танцполе и хлопает ресницами, за которыми прячется мутный взгляд. — Случайность, а, Гермиона? — хмыкает Беллатрикс, резко возвращая девушку на ноги. Та хихикает. — Я не верю в случайности. — Тогда что же это? — Ты просто подловила момент и теперь пытаешься выставить так, будто это произошло неза... Незап... — Гермиона улыбается и снова хихикает Беллатрикс в плечо, поднимая палец в воздух, — Не-за-пла-ни-ро-ван-но. — Детка, оставь попытки. «Маргарита» была моей инициативой, но врезалась в меня ты... Львиная доля алкоголя делает свое дело, и руки женщины уже блуждают по девичьей талии, ощущая приятную ткань топа под пальцами и наверняка тёплую кожу под ней, разогретую танцем. Кожаная куртка всё ещё на девушке, и Беллатрикс удивляется, как ей не жарко. Она чувствует, как Гермиона повторяет её движения, но неуверенно, словно ещё думает отказаться. Чтобы развеять сомнения, Беллатрикс наклоняется вперёд, стремясь сомкнуть их губы вместе. Гермиона чуть отстраняется, и женщина втягивает носом воздух, когда чувствует аромат корицы и свежести, смешанную с потом. — Нужно предупредить... — шепчет Гермиона, не договаривая, но Беллатрикс и без того понятно, о ком речь. Она кладёт палец девушке на губы, заставляя замолчать. — Она не станет возражать... Их мутные взгляды встречаются, и обе тонут. Гермиона сама подаётся вперёд, цепляясь за плечи Беллатрикс и целует. И хоть у женщины сперва не было в планах подавить Гермиону своим напором, когда она чувствует ладонь, скользящую по талии, все ставки были сняты в её голове. Тепло девушки вперемешку с запахом корицы опьяняют, и Беллатрикс отступает, утягивая девушку за собой. Вновь пробует поцеловать, что получается уже намного лучше. Движения хаотичные, хочется попробовать всю её, побывать везде и всюду. Забрать себе то, что принадлежит ей только на одну ночь. Но эта девушка её, и никто не сможет сейчас им помешать. Не посмеют. Она раскрывает губы Гермионы языком, возобновляя напор, от которого девушка ахает ей в приоткрытый рот. Она кусает, ладонью забираясь под куртку и сжимая аккуратную грудь, скрытую под топом. Гермиона шумно дышит и поддаётся вперёд, хватая Беллатрикс за шею, прижимая к себе. Нос неуклюже утыкается в щёку, и женщина беззлобно хихикает. Они отстраняются друг от друга, тяжело дыша. Щёки Беллатрикс горят, она уже видит, как подминает девушку под себя в своей комнате... Стон едва не срывается с губ. Но по какой-то причине она держится. — Пойдём, — хрипит она, не в силах больше стоять на ногах в своих туфлях на высоком каблуке, — Сейчас же. Берёт Гермиону за руку, переплетая их пальцы вместе. Та идёт, ведомая лишь ею, доверяет, и Беллатрикс чувствует ту власть, что ей сейчас необходима. Похоже, Гермиона больше не беспокоится о подруге, да и та не слишком переживает, судя по отсутствию. Уже в тёмном коридоре они вновь соединяют губы вместе. Беллатрикс чувствует во рту привкус собственной помады и издаёт сдавленный хрип, когда их языки встречаются. Она толкает дверь в свою комнату, что находится в самом конце. Технологии справляются на славу, и дверь закрывается сама собой. Наконец, музыка затихает абсолютно: её заменяют звуки возбуждённого дыхания. Гермиона приятно удивляет, грубо толкая женщину к стене и прижимая там, руками блуждая по талии и бёдрам. Её губы сами находят лебединую шею, и будь Беллатрикс сейчас способна мыслить, она бы поблагодарила прошлую себя за нанесение любимого парфюма с ежевикой в область ключиц. Гермиона целует шею, её частое дыхание приятно щекочет кожу, а затем её зубы смыкаются на чувствительном месте под ухом. Стон срывается с губ Беллатрикс, и она упирается головой в стену. Ноги дрожат, но её тут же подхватывают тёплые ладони, не давая упасть. Проворная рука задирает платье, оголяя чулки и сжимая ягодицу. Беллатрикс скулит и двигает бёдрами, стремясь получить столь нужное сейчас трение. Но Гермиона ухмыляется и возвращает губы на шею, спускаясь ниже, к груди. Пальцы пробираются назад, и находят край платья, стягивая его с плеча, оголяя левую грудь. Беллатрикс, шепча проклятья, упирается рукой в стену и выгибается в спине, когда губы смыкаются на груди, лаская языком сосок. — Чёрт тебя дери... — скулит женщина, не в силах прекратить сладостные прикосновения и вернуть контроль себе. Она сглатывает и облизывает губы, когда Гермиона отпускает сосок изо рта и проводит языком по своим губам. В таких случаях доминирует она, и женщина поверить не может, что сейчас позволяет какой-то девушке контролировать её движение и удовольствие. Но это происходит, и не сказать, что она против. Беллатрикс гортанно стонет, когда девушка опускается на колени, поднимая её ногу себе на плечо. Нижнее бельё насквозь промокло, и она едва стоит, когда слышит, как шпильки откидывают куда-то в сторону. Дела нет. — Прикоснись ко мне, — приказывает она, не в силах смотреть вниз. Она уверена, что если сделает это, не выдержит и возьмёт девушку на полу, — Мне нужно... — Держись крепче, — шепчет Гермиона, и Беллатрикс на секунду так удивлена, что не замечает, как нижнее бельё пропадает с её промежности. — За что мн... Твою мать! Она больно ударяется затылком о стену, когда ощущает, как Гермиона проводит языком по половым губам. Вперёд и обратно, осторожно, пробуя и экспериментируя. Подбирая правильные движения. Вновь стонет, когда язык задевает клитор и разводит ноги в стороны, дыша всё чаще. — Быстрее... Гермиона слушается, и пока руки блуждают по ногам и ягодицам, сжимая и царапая ноготками, язык прикасается к клитору снова и снова. Женщина двигает бёдрами, и девушка хватает её за таз, удерживая на месте. Беллатрикс уже хочет возмутиться, но сладкая волна проходит по телу, когда напор усиливается именно так, как ей нужно. Быстро и резко, Гермиона ласкает её языком, до синяков сжимая кожу на бёдрах. Сила, с которой её удерживают, удивляет, и Беллатрикс больше не может двигаться, что возбуждает лишь сильнее. Она слышит пошлые звуки, которые наполняют комнату и стонет с каждым движением языка всё громче. Одна рука сама находит грудь, и дрожащими пальцами она до сладкой судороги сжимает сосок. Возбуждение проносится вниз, к возбуждённому центру. Она чувствует, что на грани, и второй рукой находит макушку девушки, сжимая крепко и не позволяя отстраниться. Её рот открывается в безмолвном крике, когда освобождение подступает настолько близко, что конечности немеют. — Гер... Гермиона... — она выдыхает её имя как мантру с каждым новым движением языка. И вдруг девушка втягивает клитор в рот, обводя круговыми, грубыми движениями. Беллатрикс с громким стоном кончает, пока влажное тело бьётся в удовольствии, а платье неприятно прилипает к телу. — Чёрт... — выдыхает Беллатрикс, убирая с мокрого лба прилипшие волосы, — Детка, ты хороша. — Я знаю. Гермиона поднимается на ноги и женщина целует её, чувствуя собственный вкус на девичьих губах. Она слизывает его, стремясь поглотить девушку без остатка, отстраняясь с причмокиванием, от которого, как видит, у Гермионы краснеет щёки. — Хочу всю тебя. Ты позволишь? Она видит кивок, и ей этого достаточно. Первым делом женщина стягивает куртку с хрупких плечей и бросает на пол. Она целует Гермиону, сминая губы и лишая кислорода. Приятная слабость после оргазма не мешает подхватить девушку под ягодицы и усадить сверху, на колени, когда Беллатрикс уже сидит на кровати. Теперь она может делать с ней, что пожелает, и это заставляет собственную промежность болезненно запульсировать. Картинка в сознании слишком возбуждающая. Беллатрикс разводит её ноги, заставляя опереться коленями о постель, и благодаря этому мини-юбка задирается почти до верха. Гермиона смотрит на неё, дыша через приоткрытый рот и женщина думает, что в таком положении шатенка выглядит великолепно. Она кладёт ладонь на грудь девушки и сжимает, впиваясь в мягкую кожу под топом ногтями, причиняя сладкую, тягучую боль. От этого движения Гермиона мычит, запрокидывая голову и хватая Беллатрикс за шею, чтобы сохранить равновесие. Гермиона сама движет бёдрами, и Беллатрикс понимает, что пора. Проворные, чуть дрожащие пальцы, находят молнию на юбке и тянут вниз. Гермиона нетерпеливо стягивает её с себя, оставаясь в нижнем белье. Бедром женщина чувствует, насколько оно влажное и не может удержаться. Она легко проводит пальцами по кромке стринг, дразняще, чуть царапая и не позволяя девушке получить удовольствие так легко. Гермиона стремится усилить трение, но Беллатрикс тут же прекращает сладкую пытку. Стон, переполненный возмущения и недовольства, раздаётся над ухом. — Попроси, — вновь приказ, от которого девушка на ней дрожит, — Покажи мне, что ты достойна. — Ты кончила от моего языка, — шепчет Гермиона, открывая глаза, — Этого должно быть достаточно. Хмыкая, Беллатрикс подхватывает Гермиону и переворачивает её на спину, оказываясь сверху. Гермиона сама пробирается к подушкам и ложится, разводя ноги. Беллатрикс с удивлением видит, как пальцы девушки пробираются под резинку трусов и опускаются ниже, стягивая их с бёдер. Запах чужого возбуждения ударяет в ноздри, и Беллатрикс больше не в силах сдерживаться. Она подтягивает Гермиону за бёдра к себе и целует, вводя два пальца. Большим она царапает клитор, от чего Гермиона взвизгивает ей в губы, но не разрывает поцелуй и не делает попыток отстранится, что развязывает женщине руки. Она прижимает Гермиону к простыням, кусает подбородок, мочку уха, шею и грудь. Топ никак не желает подчиниться и открыть прекрасное тело её взору, и, не прекращая ласк, она задирает его девушке по подбородок, не слишком церемонясь и принимаясь терзать зубами голую грудь. Гермиона, лежа под ней, подстраивается под ритм пальцев. Её дыхание тяжёлое, бёдра начинают двигаться всё хаотичнее и резче, а женщина ладонью удерживает девушку за плечи. В конце концов, Беллатрикс оставляет грудь и опускается, раздвигая ноги, и так расставленные в порыве получить больше давления. К движению пальцев она добавляет язык и, подобно Гермионе, втягивает её клитор, задевая зубами. Это доводит девушку до точки невозврата. Она замирает на мгновение, а затем с губ срывается крик. Спина выгибается так, будто сейчас сломается на две части, а рот остаётся открытым. Какое-то время женщина не прекращает ласк, продлевая чужое удовольствие, а затем сбавляет темп. Стоит ей отстраниться, она видит довольную ухмылку в глазах, затянутых пеленой наслаждения. Слегка отдышавшись и оставив смазанный поцелуй на чужих губах, Беллатрикс достаёт из тумбочки салфетки, вытирает пальцы и рот. Протягивает пару штук Гермионе, и та вместо того, чтобы стереть с губ следы оргазма женщины, промокает ими лоб и шею. Очаровательно. — Туалетная комната слева от тебя, — Беллатрикс кивает на непримечательную дверь, — Можешь одеться там, если смущаешься. Удивление в глазах Гермионы становится очевидным. Она выгибает бровь и переворачивается набок, подпирая голову рукой. — Ты прогоняешь меня? — Так всегда происходит, — отчего-то поясняет женщина и пожимает плечами, — Не ты первая, не ты посл... В общем, они всегда уходят, а я не задерживаю. Пауза, во время которой Гермиона не двигается с места и не прерывает зрительный контакт, заставляет нахмуриться. Неужели хочет оплаты? — Что-то ещё? — Вообще-то, — начинает Гермиона и тянется к платью женщины, — Раз это только на одну ночь, то у меня несколько иные планы. Их губы вновь соединяются, и Беллатрикс оказывается прижата к изголовью. Что ж, не то, что бы она против.

༺♡༻

На следующее утро всё было, как обычно. Беллатрикс открывает глаза, находясь в своей VIP комнате в полном одиночестве. Полная тишина, больная голова и нежелание вставать привычно окружают её. Но, стоило ей прислушаться к ощущениям, как она понимает: её «обычно» уже не такое, как прежде. Во-первых, её спина чем-то укрыта. Когда Беллатрикс сосредотачивается, то понимает, что лежит под одеялом. Обычно она просыпается голой и слегка замёрзшей, так как её пассии уходят сразу же после секса, а она часто слишком уставшая, чтобы позаботиться о себе. Во-вторых, другая сторона кровати заправлена. Моргая и потирая глаза, Беллатрикс даже сперва не верит тому, что видит. Но нет, действительно, левая сторона кровати убрана и нет никаких следов того, что кто-то был с ней. Обычно такого не происходит. Ну и, в-третьих, обычно на её тумбочке не лежит ничего, кроме использованных салфеток. Сегодня вместо них лежит сложенная записка, очевидно, принадлежащая только одному человеку. С лёгкой дрожью в пальцах Беллатрикс разворачивает клочок бумаги. На неё смотрит аккуратный каллиграфический почерк. «Спасибо за ночь» — Как очаровательно, — бормочет Беллатрикс и морщится от хрипоты собственного голоса. Она встаёт и идёт в душ, думая, что это утро уже ничем не сможет её удивить. И так и происходит, но лишь до тех пор, пока женщина, укутанная в банный халат и приводящая волосы в порядок, не замечает рядом с ножкой кровати нечто инородное. Присаживаясь на корточки, Беллатрикс достаёт из-под кровати часть нижнего белья. Разглядывать долго не приходится, ведь Беллатрикс и так понимает, что красные стринги явно не из её комплекта. Пожалуй, это можно добавить в четвёртый пункт, забивающий крышку гроба в «обычное» утро. Не без удовольствия она убирает стринги в карман пиджака, решив разобраться с этим попозже. Выходя в закрытый с утра для посещения клуб она находит Антонина, протирающего столики. Она подходит и выдаёт то, что совершенно не входило в план расспроса о поведении гостей: — Подруга Гермионы, рыжая, она её вчера искала? Антонин оборачивается на неё, удивлённо приподняв брови. — И тебе доброе утро. Жаркая ночка? — Не твоё дело, — сладко протягивает женщина, опираясь о столик и скрещивая руки, — И вообще. Обычно, ты не интересуешься. Антонин ухмыляется и уходит к барной стойке, бросая через плечо: — Засос плохо замазала. Беллатрикс автоматически кладёт руку на шею. Мужчина за её спиной, судя по звукам, расставляет вымытые стаканы по полкам. — Хочешь поговорить об этом? Женщина фыркает и поправляет распущенные волосы так, чтобы не было видно шею. — Я похожа на человека, который разговаривает о любовницах? — язвит она и садится за барную стойку. — Вот видишь, ты уже назвала её любовницей. — Я не... — Беллатрикс в моменте понимает, что оправдываться бесполезно, и захлопывает рот. Вздыхает, — Слушай, она хороша, но я не хочу сейчас об этом думать. У меня и так всё утро вверх тормашками. Сегодня ещё встреча с поставщиком, которая уничтожает всё моё субботнее расписание! Антонин понимающе кивает. — Тебе как обычно? — Организуй, — женщина машет рукой и кладёт голову на стол в попытках побороть утреннее похмелье. Некоторое время спустя перед ней появляется тарелка салата «Нисуаз» и стакан воды с таблеткой. Беллатрикс делает несколько жадных глотков и только после этого находит силы принять лекарство. Она уже хочет приступить к завтраку, как замечает взгляд Антонина, направленный на неё. Такое выражение лица появляется у него только тогда, когда он хочет что-то сказать, но не решается. И она подталкивает. — Ну что? Антонин мнётся ещё несколько секунд, но после говорит: — С утра она подошла ко мне и спросила, возможно ли передать тебе утренний кофе и аспирин. Беллатрикс моргает. И снова. Вилка так и зависает в воздухе, не доходя до рта. Антонин глядит на свои наручные часы и присвистывает, закидывая ключи от подсобки в вазочку. — Итак, приятного аппетита, босс, а моя рабочая смена подошла к концу, — он надевает свою истёртую практически до дыр джинсовку, которую Беллатрикс терпеть не может, но тактично молчит, и отсалютывает, — Пис, Белла. Такое прощание женщина тоже недолюбливает. Она машет на прощание рукой, наконец, отправляет вилку в рот. В моменте, когда она смотрит на бокалы для коктейлей и вспоминает «Маргариту», в голову приходит безумная идея, за которую Беллатрикс цепляется. Она спешно достаёт телефон и набирает сообщение: «Кэрроу, на нашем сайте же есть строка, куда гости вводят номер телефона для связи?» Ответ приходит почти мгновенно, высвечиваясь на экране смартфона. За такую оперативность она и уважает Кэрроу.

«Да, босс. С какой целью интересуетесь?»

Ухмылка расползается по губам. Она определённо знает, что будет делать этим вечером. Печатает ответ: «Пришли-ка мне данные одного человека»

༺♡༻

Вечером, когда Беллатрикс уже отпирает ключами свою небольшую, но уютную квартиру близ центра, она готова проклясть каждого, кто попадётся ей на пути. Со вздохом, полным усталости, женщина проходит в прихожую и кидает ключи на тумбу. С удовольствием стягивает шпильки и видит новую мозоль. Неужели она настолько мазохистка, что продолжает носить неудобную обувь? Заходя на кухню, Беллатрикс по пути снимает пиджак и привычным движением, даже не глядя, нажимает на кнопку чайника, чтобы вскипятить воду. Задней мыслью она пытается вспомнить, где хранит аптечку. Этот день её не слабо утомил: быть владелицей элитного гей-клуба нелегко, особенно, когда оказывается, что поставщик выполнял свою работу лишь на пятьдесят процентов, перепродавая хороший товар её конкурентам за большие суммы. Банальная история, но Беллатрикс всё равно чувствует себя оскорблённой подобным поведением. Она платила человеку недостаточно? Нет, просто он узколобый идиот. Экран смартфона загорается. Наливая в кружку кипяток, женщина видит краем глаза, что сообщение от Луны — второй барменши. Докладывает о прибытии на рабочее место и отправляет фотографию. Второй пункт не обязателен, но Беллатрикс давно усвоила, что, когда босса нет на месте — персонал работает куда примернее. Особенно с правильной мотивацией. Всхрапнув, Беллатрикс вдруг вспоминает о Гермионе. Очаровательной девушке, оставившей ей утром не только записку, но и подарок. С предвкушающей ухмылкой она открывает сообщение от Кэрроу, и та становится шире, когда глаза замечают номер девушки. На самом деле, это не слишком законно. На сайте, куда гости клуба обязаны регистрироваться, говорится о сохранности данных клиентов. Но Беллатрикс не может позволить себе упустить такую возможность, и успешно утешает себя этим. Садясь за кухонный стол, она отставляет кружку крепкого чая в сторону и нажимает на кнопку вызова. Сперва слышно несколько гудков, и Беллатрикс в моменте думает, что всё напрасно, когда слегка искажённый голос раздаётся в трубке: — Алло? Кто это? Беллатрикс хмыкает, представляя, где бы Гермиона могла быть сейчас, разговаривая с ней. — Привет, детка. Долгое молчание в трубке. — Белла? — слышатся нотки понимания и удивления, — Это ты? Женщина хмыкает и закидывает ногу на ногу. — Какая ты догадливая. — Как ты нашла мой номер? — Вот так, без предисловий? Даже не спросишь, как прошёл мой день и всё такое? — слегка обижается Беллатрикс, надувая губы, и слышит смешок. — Как ты сказала вчера, мы не в тех отношениях, — если судить по тону, то женщине думается, что Гермиона обижена, и она хмурится на мгновение, — Так откуда у тебя мой номер? — Детка, у меня свои привилегии. И я не просто так тебе звоню, знаешь ли. — О? Беллатрикс тянется к карману пиджака и достаёт красные стринги, вертя их на пальце. — Ты у меня кое-что оставила... Есть идеи? — Нет, а должна? — голос искренне удивлённый, — Боже, пожалуйста, нет, только не говори что-то вроде «своё сердце», у меня от этого уши вянут. Беллатрикс искренне хохочет, запрокидывая голову. — Умоляю, не настолько всё дерьмово. Но, знаешь, я была бы не против принять такой дар, — откровенно флиртует она, и вновь слышит смешок. Но уже более расслабленный, что радует. — Ближе к делу, пожалуйста. — А теперь проверь свой шкафчик с нижним бельём и попробуй догадаться. Вновь молчание, во время которого слышно лёгкие шорохи. А затем вздох. — Нет... — Да-а, — Беллатрикс искренне наслаждается положением, в которое попала очаровательная девушка по имени Гермиона, — А это значит, что мы снова встретимся. — Это не обсуждается, не так ли? — Случайности не случайны, Гермиона, — Беллатрикс подмигивает, хотя понимает, что никто не может её увидеть, но не чувствует себя от этого глупо, — Как насчёт... Завтрашнего дня в «Орхидеях»? Ты же знаешь это кафе? — Одно из самых крупных в этом районе, — отвечает Гермиона с недоверием в голосе, а потом ахает, — Это свидание? — Зависит от того, как ты это воспринимаешь, — улыбается Беллатрикс и убирает стринги в карман пиджака, предвкушая завтрашнюю встречу, — Я пришлю тебе время смс-кой. Целую, детка! Она отправляет воздушный поцелуй экрану и сбрасывает звонок. Слегка протягивается, чувствуя себя как никогда удовлетворённой. Не успевает женщина погрузиться в блаженство, как на телефоне высвечивается то, что заставляет её сердце забиться чаще и пульс загрохотать в ушах.

«Белль, как ты?»

От старого прозвища, данного ей сёстрами, трясутся руки и коленки. Женщина тупо смотрит на экран, не зная, что стоит ответить спустя столько лет молчания. Да и стоит ли что-то отвечать в подобных случаях? После предательства семьи она пообещала себе не искать встречи, не связываться. Но она и не меняла номер, лелея глупую надежду. И вот, один из дорогих людей в прошлом объявился, как гром среди ясного неба. Её решимость рушится, как приходит следующее сообщение:

«Я знаю, мы давно не виделись, но, может, пришло время исправить это? Мы можем обговорить это в каком-нибудь уютном, тихом месте. Если ты, конечно, не возражаешь»

А затем следующее, ставящее некую точку в её сомнениях:

«Мы бы хотели извиниться»

Мы? Беллатрикс не любит делать поспешных выводов, но, кажется, жизнь налаживалась на глазах. Дрожащими пальцами она отправляет ответ и откладывает телефон прочь, желая переварить это. «Привет, Энди»