Смерть

Королевская Гавань. Столица, как всегда, пахла нечистотами. А теперь к этому мерзкому запаху прибавился запах жжёной плоти. Весь город горел. Трущобы горели ярче всего. На хлипких домах бедняков огонь распространялся очень быстро. Ланнистеры грабили город. Эйерис Таргариен открыл врата Тайвину, но тот предал его и устроил резню. Эддард с грустью смотрел на происходящее. Армия под его руководством без особых проблем прошла в город. Старк отдал приказ навести порядок. На всех улицах происходили короткие, но кровавые стычки с Ланнистерами. Сам Эддард с большим отрядом направился прямиком в замок. Его не хотели впускать, но разве будет он спрашивать разрешения у Ланнистеров? В сопровождении своей гвардии они на конях въехали в тронный зал, и северяне увидели бренное тело короля Эйериса, лежащее у подножия трона. На Железном троне сидел Джейме Ланнистер с окровавленным мечом на коленях. Со всех сторон его окружали знаменосцы Ланнистеров. Эддард хмуро посмотрел на Цареубийцу. – Не бойся, Старк. Я просто грел кресло для нашего друга Роберта. Увы, не слишком-то удобное сиденье. – В его словах ощущалась желчь и презрение. Ланнистер бросал ему вызов. Но Эдд проигнорировал его. Это ещё больше взбесило Ланнистера, и он наконец слез с трона, разминаясь. – Что вы тут устроили? – Старк говорил спокойным голосом, стараясь не показывать свою злость. Но от Джейме она не укрылась. Он лишь улыбнулся этому. – Будь благодарен, Старк. Мы помогли вам захватить трон. Защитники ещё удерживают твердыню Мейгора. Григор Клиган и Амори Лорх этим как раз занимаются. Недолго защитники ещё продержатся. – Джейме сказал это, улыбаясь своими белоснежными зубами и глядя Старку прямо в глаза. – Останови это безумие, Цареубийца. – Эддард поставил ударение на этом слове. – Иначе я сам этим займусь. – Рука его лежала на рукояти Льда, висевшего сбоку на специальных ремнях. – Ты что-то путаешь, Старк. Не я веду войска. Поговори с моим отцом. – Эддард разозлился ещё сильнее. От него будто бы хлынул холод. Это напряжение почувствовали все, кто находился в зале. Старк обнажил Лёд и отправился в твердыню Мейгора. А Джейме лишь хмыкнул. Разводной мост через ров, покрытый шипами, был опущен. Внизу виднелись тела и защитников, и атакующих, упавших вниз. На мосту сражение было закончено не так уж и давно. Везде лежали раненые, на которых всем было плевать. Убитых было тоже очень много. Большинство были в красных плащах Ланнистеров, но мелькали и цвета Таргариенов. Авангард из северян ворвался в крепость Мейгора. Латники Ланнистеров грабили всё, что могли. Воины насиловали служанок и убивали тех, кто сопротивлялся. Старк отдал приказ. Северяне обнажили свои мечи и пустили их в ход. Эддард ворвался в комнату принцессы Элии и её детей. Он опоздал. Вся комната была в крови. Григор Клиган стоял над телом изнасилованной и убитой дорнийской принцессы. «Он её изнасиловал!» Тело младенца Эйгона с разбитой об стену головой лежало на полу. Оно не выдержало удар о стену и больше теперь напоминало груду мяса и кожи. Недд точно понял, что это Эйгон, сын Рейгара. У Эддарда это зрелище вызвало гнев, и он не смог его сдержать. Григор стоял над трупами и сквозь забрало шлема смотрел на Старка. Его меч был в ножнах, а руки по локоть были в крови. Рыцарь попытался выхватить меч, но Старк был быстрее. Эддард со всей силой замахнулся, и Лёд взвыл, будто волк. Огромный рыцарь был чуть ли не перерублен пополам ударом чудовищной силы. Возможно, он не ожидал такого от Эддарда. Его кишки вывалились на землю рядом с убитыми им людьми. Он упал на колени. Следующим ударом Лёд снёс ему голову. Она отлетела, и железо ударилось о камень. Сверху по лестнице послышались лязгающие шаги. Амори Лорх с окровавленным кинжалом в руках спускался вниз. Его шаги создавали эхо в комнате. Эддард считал каждый его шаг, и наконец убийца появился в проёме. Он был без шлема и с ужасом смотрел на Старка. При виде которого сразу же чуть не пустился бежать обратно. Эддард совершил выпад и перерубил рыцарю ноги. Большим мечом в закрытом пространстве воевать было неудобно. Лёд бился о стены лестницы, портя гладкие стены. Лорх с криком боли полетел вниз с лестницы и чуть не сбил самого Старка. Амори прокатился вниз и, скуля как пёс, пытался встать. До него ещё не дошло, что ему отрубили ноги. Тихий Волк молча подошёл к нему и воткнул остриё ему в затылок. Тот задёргался и утих. Эддард громко выдохнул и вложил меч в ножны. Он поднялся наверх. В покои Рейгара. Со вздохом он открыл дверь и зашёл в комнату. Комната была богато украшена, в углу стояла кровать принца. Темноволосая принцесса Рейнис лежала посреди комнаты мёртвая. Пол весь был исцарапан и покрыт кровью. Наверное, её вытащили из-под кровати отца, когда она спряталась там. Бедная девочка. На ней было несколько ран от кинжала. Открытыми глазами она смотрела в потолок, и из них текли слёзы. Она так похожа на свою мать. Это же был ребёнок. В чём её вина? «В том, что она дочь Рейгара». Эддарду захотелось обнять её и прижать к своей груди. Рейнис была доброй девочкой, настоящей леди. Как только он взял её на руки, откуда-то появился чёрный котёнок Балерион, названный в честь одноимённого дракона. Рейнис его очень любила. Он прошипел на Старка и осторожно подошёл к хозяйке. К его сожалению, она была мертва. Кот грустно посмотрел на неё и слизал её слёзы со щёк. Затем скрылся где-то в коридорах замка. Скупая слеза спустилась по щеке Старка и упала на каменный пол. Северяне нашли Эддарда сидящим у укутанного в его же плащ тела молодой принцессы. Хоуленд Рид впервые видел слёзы на лице своего друга – слёзы, которых не заметил никто, кроме него. Штормовой Предел. Следующие несколько часов в крепости прошли спокойно. Ночь окутала замок. Станнис не спал. Его голова была забита тревожными мыслями. Он продержался год, окружённый превосходящими силами, но боевой дух его солдат упал ниже некуда. Они были похожи на ходячие трупы, уже смирившиеся со своей судьбой. Конечно, не все, но большая часть из них. Гарнизон Штормового Предела составлял чуть меньше трёхсот человек. Кучка упрямцев не могла сравниться с многотысячной армией Тиреллов. Лишь стены уберегли защитников от поражения. Внезапно в комнату вошёл Харберт. Он был явно чем-то обеспокоен и нервно теребил свой меч. – Станнис, стража на утёсах заметила тёмную лодку, скользнувшую к гроту под крепостью. Станнис с перевязанной рукой спустился к берегу с Ломасом Эстермонтом, Джулианом Сванном и Эндрю Эстермонтом, чьи глаза горели любопытством. Элдон Эстермонт, хмурясь, держал руку на мече. Харберт Баратеон в этом тоже не отличался от своего родича. С лодки спустился худой человек с обветренным лицом, каштановой бородой и волосами. – Я Давос, милорд, – сказал он, опустив взгляд. – Принёс вам провизию и добрые вести: Рейгар Таргариен мёртв. Ваш брат, лорд Роберт, разбил его у Трезубца, вода там красна от крови… много людей погибло в тот день. Станнис стиснул зубы, скрывая облегчение. А Давос тем временем продолжал. – Лорд Старк с севера снёс головы гвардейцам Рейгара. Королевская Гавань скоро падёт. Тиреллы отступят. Давос сделал шаг назад, освещая факелом мешки, набитые луком и рыбой. – Это мой дар вашему делу, лорд Станнис. – Вести Давоса – дар богов, милорды, – сказал Крессен, глаза его загорелись надеждой на спасение. Элдон на это лишь нахмурился. Он не отличался доверием к новым лицам. Горький опыт прошлого научил его быть осторожным. – Шпион? Неужели нашелся дурак, решившийся рискнуть жизнью ради нас? Как ты пробрался сквозь морскую блокаду? – При всём уважении, милорд, у нас, контрабандистов, есть свои способы. Ломас воодушевлённо воскликнул: – Если Таргариены разбиты, мы можем ударить по Тиреллам, милорд! Они побегут как звери, загнанные на охоте! – Победа Роберта не снимает осаду, – холодно сказал Станнис. – Но даёт нам время. Харберт, раздай еду. Джулиан, держи запасы под стражей. – Не густо, но этого хватит, чтобы выжить… – пробормотал Харберт, почесывая свою бороду. Солдаты разгружали мешки, и запах лука наполнил грот. Никто так не радовался луку, как гарнизон в тот день. И тогда Станнис понял, что такой умелый человек, как Давос, хотя и преступник, сможет принести пользу. Несколько раз он успешно покидал крепость через трещину в скале, которая переходила в туннель и была ярко освещена факелами. В неё можно было попасть на рыбацкой лодке и только во время прилива, хотя и был шанс натолкнуться на камни. Но Давос был умелым мореплавателем и контрабандистом. Раздумывая о своих планах, Баратеон сам не заметил, как вышел в заросший сад. Внимание его привлекли чардрева. Их белые стволы и красные листья были так неестественны и почему-то притягивали его внимание. Эта богороща была такой же древней, как и сам замок. В ней было сердцедрево. Белое чардрево с вырезанным на нём скорбным ликом, одно из немногих оставшихся на юге. Станнис знал, что на севере подобных деревьев больше. Раньше ему не было всё равно на места поклонения богам, ибо сам он после смерти своих родителей перестал в них верить, но что-то в этой богороще было очень странным. Здесь было так спокойно и тихо. Это место было нетронутым многие сотни лет. Древовидцы стояли плотно друг к другу, и их корни уродливо торчали из-под земли. Кое-где можно было увидеть железноствол. Станнис знал, что из этого дерева получаются отличные корабли. Рядом с сердцедревом находился небольшой пруд, в котором, словно на зеркале, лежали неподвижные красные листья. Этот пейзаж произвёл на лорда впечатление первобытной, нетронутой человеком красоты, с которой не сравнится ни одна богато украшенная септа. Всё это было создано самой природой. Баратеон медленно подошёл к чардреву и всмотрелся в лик. Красная, будто кровь, жидкость стекала вниз. Вырезанный много лет назад лик словно плакал кровавыми слезами. Стараясь не издавать никаких звуков, Станнис опустился вниз и сел у корней этого могучего дерева. Он не знал, как молиться. Все его родственники поклонялись Семерым. И он когда-то тоже. Сомневаясь в своих словах, он тихо произнёс свою молитву: – Старые Боги, если вы слышите меня, позвольте мне понять, что со мной произошло. – После его слов молчание продолжалось несколько мгновений, и вдруг богороща как будто начала оживать. Деревья начали покачиваться на ветру, раздался тихий шелест листьев, и вдруг напротив себя на корнях появился образ человека. Выглядел он как типичный представитель дома Баратеонов. Его длинные чёрные волосы раскачивались на ветру, косматая борода с проблеском седины, а синие глаза с интересом всматривались в Станниса. Лицо его было покрыто шрамами, что выдавало в нём воина. Он чем-то напоминал отца, трагически погибшего. Баратеон моргнуть не успел, как образ исчез, как будто его не было. Станнис отшатнулся и чуть не упал с корней дерева. Странный образ насторожил его. – Кто ты? – тихо произнёс он. – Что со мной происходит? – Вдруг он почувствовал чей-то взгляд, обернулся и увидел чардрево, которое как будто бы смотрело прямо на него. – Так уж это важно, Станнис Баратеон? Ты ведь пришёл сюда не за этим… – прошептали ему в ответ листья. Вдруг Баратеон боковым зрением увидел чей-то силуэт. Повернувшись, он увидел того же самого человека. Он сидел с таким видом, как будто сидит тут уже давно. Щит его был прислонён к корням чардрева, а в руках был топор, полностью покрытый ржавчиной. Призрак пытался его заточить, но от прикосновения к камню топор тут же превращался в пыль. Затем он ощутил на себе взгляд и отвлёкся от своего занятия. – Ты хочешь знать, кто я? Так я тебе скажу. А ведь у нас с тобой один герб. Меня зовут Дюрран Дюррандон, или Дюрран Праведный, сын Дюррана Богоборца и Эленеи. А ты, Станнис, являешься моим потомком. Почему ты здесь? Моя душа связана со Старыми Богами. А ты здесь потому, что тебе нужна помощь, и я помогу. – Призрак, представившийся Дюрраном, вплотную подошёл к Станнису и резко схватил его за руку. Хватка его оказалась очень крепкой. Спустя мгновение тело Станниса было пронизано болью. Он ощущал леденящее прикосновение и адскую жару одновременно. Никогда ему не было так больно. Пришёл в себя Баратеон уже лежащим на полу, его тело ломило и трясло. Он попытался привстать и что-то сказать, но руки предали его и повисли плетью, а кровь заполонила ему горло и весь рот. – Да… Ослабла наша штормовая кровь… Проклятый Ормонд и все Таргариены… Юный Аргилак… – молвил дух полушёпотом. Станнис видел, как меняется лицо Дюррандона. Его лицо из спокойного и умиротворённого приняло более хищный вид. Он был в ярости. Затем же он обратил внимание на Станниса. – Твердыня наша священна и защищена могущественной магией Детей Леса. Никому не взять её с штурмом. Лишь предательством и коварством. Несомненно, ты достоин нашей крови. Ведь ты готов обрушить праведную ярость на врагов наших. – Что ты сделал со мной? – боль начинала проходить, и средний из Баратеонов почувствовал себя посвободнее. – Я пробудил древнюю кровь, дремавшую в тебе. В ярости тебе не будет подобных, лишь дай себе время. Последний Шторм ещё не конец. Ты покажешь им всем, что такое настоящий Шторм. Скоро всё вокруг закроет туман. В силах твоих доказать, что ты достоин. – Видение начало исчезать. – Запомни мои слова, Станнис, и сделай то, что должно. – Эти слова эхом повторились в ушах. Баратеон остался лежать на мягкой земле богорощи, пытаясь обдумать всё, что произошло. Наконец, он встал. Слабость со временем ушла, и он почувствовал прилив сил. После этих слов он встал и пошёл к выходу из сада. Полная луна освещала ему путь. Многие защитники отдыхали. Лишь на стенах стояло несколько дозорных, бдительно осматривающих лагерь врага. Станнис же поднялся в свой кабинет. У него было много дел. Нужно было распределять запасы продовольствия между защитниками. У Баратеона было несколько идей. Он вышел на стену и в очередной раз осмотрел лагерь Тирелла. Костры, как всегда, горели, освещая весь лагерь. Должно быть, они расслабились, не ожидая от Баратеона никаких действий. Это будет их ошибкой. От его внимательного взгляда не ушло изменение погоды. Туман застилал округу. *** Командование собралось вместе, обсуждая план вылазки на лагерь Тиреллов. – Контрабандист Давос оказал нам посильную помощь. Он доставил вести, продовольствие и… – Станнис сосредоточенно рассматривал карту, нарисованную по наблюдениям Давоса. – Мы получили важную информацию о расположении врага. Давос смог пробраться в лагерь и рассмотреть его изнутри. – На этих словах лорды переглянулись между собой и устремили взгляд на контрабандиста. – Да, мне удалось побывать в лагере. Я знаю, где находится провизия, а также конюшни, – Станнис исподлобья взглянул на Давоса, и тот замолк. – Нам нужно воспользоваться одним из тайных ходов. Мы возьмём лодки и переправимся на берег. Наша главная цель – провиант. Харберт, старайся избегать лишних потерь и действуй максимально тихо. Если вас обнаружат, подожгите что-нибудь. Мы увидим дым, и с Серебряным Топором перейдём в атаку. Нашей задачей будет отвлечь врагов на себя и отступить к крепости. Я вверяю тебе в командование сто латников и оруженосцев. Все остальные пойдут за мной и Ломасом. – Мне нравится этот план. Но нам необходимо прикрытие. Пусть Элдон возьмёт арбалетчиков и поднимет панику в лагере. У нас осталось горючее масло. – Харберт усмехнулся, закрепляя ремнями свой шлем. Станнис знал, что на старого рыцаря можно положиться. – Можете забрать телеги с провиантом. Их сразу будет видно. Мы составили примерную карту этого лагеря. Есть несколько точек, по которым вам нужно будет пройтись. – Станнис раскрыл карту и положил её на стол. – Когда дело будет сделано и вы отступите, вы должны будете три раза подуть в рог. Это будет наш сигнал. Мы с Элдоном и основными силами попытаемся сдержать Тиреллов. Нас мало, и много не повоюем. Когда они придут в себя, мы отступим. – Я возьму арбалетчиков, и мы подождём шатры просторцев. Мне нужно пятьдесят арбалетчиков со стен. Этого будет достаточно, – хмыкнул Харберт, закручивая свои усы. Станнис кивнул, приподнимаясь со стола. – Пусть проклятые цветочные рыцари знают, с кем они связались. Это не лёгкая победоносная война. Покажем им настоящую войну. – Да! – выкрикнул Ломас, сжимая руку в кулак. Когда обсуждение подошло к концу, войска, не теряя времени, начали выполнять задуманное. Станнис пошёл первым. Слева от него шёл Элдон, а справа Харберт. Командиры разошлись по своим отрядам и раздали первые команды. Латники приободрились. Многие только и мечтали, чтобы пустить кровь, а не умирать голодной смертью. Тем более враг не ожидает такой наглости. Усталые жители замка смотрели уходящим воинам вслед. Кто-то из женщин рыдал. Ренли неуверенно подошёл к брату. – Станнис, что происходит? – за последнее время Станнис по-новому привязался к младшему брату. Он узнал его получше и разглядел в нем что-то особенное, что не замечал до этого. – Я скоро вернусь. Мне нужно наказать Тиреллов. – Я тоже пойду! Дай мне меч. – С максимально серьёзным для ребёнка лицом сказал мальчик. – Ты ещё молод. Когда-нибудь я обязательно возьму тебя с собой в бой. А сейчас присмотри за замком, пока меня нет. Когда я вернусь, мы обязательно вместе поупражняемся с мечом. – Хорошо, брат. Только возвращайся поскорее. Иначе я сам пойду тебя возвращать. – Ренли отошёл в сторону. Кортни Пенроз похлопал его по плечу. Станнис пошёл дальше. Лодок у Станниса оказалось достаточно: триста человек погрузились на пятнадцать лодок. Ещё несколько остались в запасе. Они старались плыть очень тихо, весла были покрыты тканью, чтобы издавать меньше шума. Станниса этой хитрости научил Давос. Туман скрывал лодки от лишних глаз. Баратеон первым сел на лодку и первым был готов спуститься на берег. Харберт, Элдон, Давос и многие благородные лорды были с ним. Всё войско было налегке. На большинстве солдат была варёная кожа и кольчуга, в случае чего защищавшая от шального удара. Более обеспеченные рыцари носили пластинчатые доспехи, но они шли позади основного отряда, чтобы лишний раз не шуметь. Станнис много времени думал о тактике и с недавнего момента стал уделять больше внимания всяческим стрелкам, особенно арбалетчикам. – Сир Харберт. Если со мной что-то случится, передаю командование над крепостью лично вам. Ни под каким предлогом не сдавайте крепость врагу. Даже если я буду в плену. Элдон вам поможет. – Я понял, Станнис. – Харберт выпрямился. Элдон тоже последовал его примеру. – Славно. А сейчас, Элдон, отправляйся вперёд и расчисти нам дорогу. Бери с собой стрелков. Большая часть армии Простора состоит из конницы. Нужно поджечь стойла. Лошади подготовят для нас наступление. Мы рассредоточимся и будем вырезать всех воинов Тиреллов. Нам пленники не нужны. Лишние рты будут лишь мешать. – Ломас на эти слова заметно возмутился. – Лорд Станнис? Чем мы лучше просторцев? Мы должны проявлять милость. Так поступают рыцари. – Мы не рыцари, Ломас. Это война. Нам нужен хаос. Провиант постарайтесь не повредить. Воспользуйтесь телегами и доставьте груз к вратам. Я распорядился, чтобы их открыли. Действуйте быстро. Тарли умеет быстро контратаковать. Он доказал это при Эшфорде. Если всё будет плохо и враг соберётся с силами, мы должны будем отступить на лодках. Туман помешает галерам врага нас обнаружить. Они проплыли две-три мили по воде, успешно маневрируя. Давос указал на мель, и воины высадились на сушу. Станнис первым спустился на берег, вглядываясь в туман. Он глянул на своего дядю. Элдон кивнул и повёл своих солдат за собой. Они разошлись в разные стороны и скрылись в тумане. Харберт и Станнис подождали несколько минут и потихоньку пошли вперёд. По пути им встречались часовые, убитые стрелами или арбалетными болтами. Харберт не поднимал лишнего шума. Наконец, они подошли к лагерю. Станнис достал мирийскую трубу. Было сложно что-то различить, туман был очень густой. Присмотревшись, Станнис понял, что всё было тихо. Только-только начало светать. Редкие воины Тиреллов гуляли по лагерю. Кто-то тискал девок и пил, несколько десятков оруженосцев сидели за большим столом и чистили доспехи своих сиров. В основном все спали после вчерашнего пира. Как вдруг загон с лошадьми загорелся. Лошади начали ржать и биться. Молодой парень, видимо слуга, открыл ворота конюшни, и горящие лошади выбежали. Одна из них раздавила его насмерть. Началась паника. Горящие лошади поджигали шатры, которые загорались так быстро, словно сухое сено. Огонь быстро распространялся. Перепуганные люди выбегали из своих шатров и пытались тушить огонь. Тут же некоторые из них были затоптаны насмерть своими же обезумевшими лошадьми. Станнису было жаль бедных животных, но это война. Внезапно для просторцев со всех сторон послышалось: – Нам ярость! И солдаты подхватили этот клич. – Нам ярость! – вопили сотни глоток. – Нам ярость! – кричал сам Станнис громче всех, разрубая какого-то пьяного мужчину, попавшего под руку. За считаные мгновения воины пустились в атаку. Просторцы вооружились чем попало. Звенели доспехи и мечи. Повсюду слышались крики умирающих. Латники были воодушевлены тем, что сам Станнис Баратеон ведёт их в бой. Лучники поджигали шатры. Ломас Эстермонт кричал девиз своего дома. Слышались и другие девизы Штормовых домов. Люди Простора не смогли оказать никакого организованного сопротивления и были просто смяты под яростным натиском штормовых воинов. Центр лагеря пылал, охваченный хаосом. Вокруг лорда шли воины, не подпуская врагов слишком близко. Баратеон же шёл к главному шатру с мрачной решимостью. В первые минуты боя убитые исчислялись сотнями. Но продвигаясь вглубь лагеря, сопротивление Тиреллов усиливалось. Навстречу Станнису выбежал какой-то воин, одетый в дублет с цветастой лисой Флорентов. Он замахнулся, но затем упал, пытаясь удержать вываливающиеся внутренности. Он не успел заблокировать удар. Меч в руках мастера рубил любого на своём пути. Удары Станниса были молниеносными и обладали нечеловеческой силой. Враги не могли за ними уследить. Клинок ломал звенья кольчуги, но и сам тупился. Так Баратеон шёл вперёд, латники шли за ним, вырезая всех на своём пути. Какой-то оруженосец, вооружённый кинжалом, был тут же пригвождён к шатру дротиком Джулиана. Рыцарь перевернул стол и метнул его в латников, но Серебряный Топор схватил его сзади и оттолкнул в горящий шатёр, тот с визгом начал гореть. За несколько минут лагерь превратился в поле боя. Богато украшенные шатры знатных рыцарей пылали, принося смерть своим хозяевам. От пожара гибло больше, чем от меча. Одетые наспех в латы рыцари доставляли неприятности, но они не могли остановить натиск Станниса. Большинство было лишь в турнирных доспехах, не предназначенных для такого боя. Скорее для конных сшибок. Как они вообще воевать собрались? Вдруг из одного из богатых шатров вышел рыцарь, облачённый полностью в сталь. В руках у него были меч и щит. А на груди был герб Хайтауэров. *Гарт Хайтауэр по прозвищу Серая Сталь*, понял вдруг Станнис. Молодой парень, чуть младше Станниса, закрыл забрало и приготовился к бою. Баратеон покрепче схватил меч и обрушился на просторца. Гарт принял меч на щит и совершил контратаку, меч был остановлен наручем. Латная рука вцепилась в лезвие меча, пытаясь вырвать его у владельца. Хайтауэр оттолкнул Баратеона щитом, но отвлёкся от меча самого Станниса. Тот, учуяв момент, нанёс могучий рубящий удар, от которого рыцарь отшатнулся, но тут же поднялся и снова упал, оглушённый ударом меча в шлем, от которого забрало деформировалось. Не успел Гарт снова прийти в себя, и был сразу же добит ударом меча. Баратеон отдышался и пошёл дальше. По пути он натыкался на сопротивление просторцев и был вынужден отвлекаться на них. Но наконец впереди показался главный и самый огромный шатёр. Он был сшит из зелёного бархата, украшенный золотыми розами Тиреллов. Целый передвижной замок. Два стражника с золотыми розами на доспехах перегородили дорогу. Один из них замахнулся алебардой, но копьё сира Джулиана Сванна было быстрее. Второй выкинул меч и выпалил, что сдаётся на милость лорда, но его расстреляли из арбалетов подоспевшие стрелки. Станнис махнул им идти вперёд. Они кивнули и пошли дальше, обходя шатёр. Впереди слышался рёв Харберта, раздающего приказы. Станнис хотел войти в шатёр. За по пятам шли несколько латников, впереди осторожно шёл Джулиан. Остальные разошлись в разные стороны лагеря, принося смерть и разрушение. Осаждённые мстили за ужасы осады. В шатре же было подозрительно тихо. Вдруг послышался какой-то шорох и крик одного из воинов Баратеонов. Станнис оглянулся и еле успел увернуться от двуручного меча из валирийской стали. Перед ним стоял лорд Рендилл Тарли, заслоняя шатёр Мейса. Высокий, тощий и лысый, с лёгкой сединой в бороде. Одет он был в варёную кожу и кольчугу. У него не было никаких драгоценностей, кроме одной… *Губитель Сердец*. Украшенный драгоценными камнями огромный двуручный меч. Родовой меч Тарли из валирийской стали. *Будь проклят Рендилл Тарли*. Глаза Станниса налились ледяной яростью. Штормовые воины обступили лорда Тарли со всех сторон, но лорд смотрел только на Станниса. – Ты думал, что я не организую контратаку? Я утоплю твоих латников в море, из которого вы все вылезли! – Ни шагу дальше, Тарли. – Джулиан встал на пути Тарли. Станнис промолчал. Он знал, что это очень опасный враг. Валирийская сталь. Именно авангард Тарли заставил Роберта отступить, а сам Станнис укрылся в родовом замке. Именно Тарли убил лорда Кафферена. Станнис прекрасно помнил эту атаку и красного охотника на знаменах. *Время мести. Теперь Станнис – охотник*. Несколько воинов атаковали Тарли, но он умело отводил каждую атаку. Его меч легко скользил в руках и, словно горячий нож сквозь масло, рубил латы и мечи. За несколько секунд он искромсал здорового на вид рыцаря. Станнис и Джулиан переглянулись между собой. Тарли смотрел на них с нескрываемым высокомерием. Зубы Станниса снова заскрипели. В голове у Баратеона было множество мыслей, он думал, как ему одолеть такого серьёзного врага. Станнис поднял с пола щит. – Это тебе не поможет. – Тарли за два шага оказался перед Станнисом и попытался разрубить его надвое. Станнис попытался защититься щитом, но щит был сразу же разрублен. Джулиан Сванн нанёс несколько ударов своим мечом, Тарли умело уводил все его атаки и пнул воина ногой. Тот отшатнулся в сторону. Рендилл снова попытался атаковать, но Баратеон смог увернуться, что удивило обладателя меча из валирийской стали. Станниса никогда не считали умелым воином. Он вообще был тёмной лошадкой для многих. На его глазах промелькнуло удивление. Станнис сделал ложный замах, а затем изменил центр тяжести. Рыцарь пытался увернуться и увернулся, но в тот же момент Баратеон развернулся и ударил Тарли по лицу латной перчаткой. Рыцарь согнулся от боли, но не отступил. Станнис шагнул в его сторону и замахнулся, чтобы добить. Лорд Рогова Холма пришёл в себя. В его глазах читалось непонимание. *«Как же так? Я же увернулся.»* Станнис улыбнулся, и на его непривычном к этому лице это выглядело по-настоящему пугающе. Лорд Тарли сделал несколько шагов назад. Но сзади его рубанул лорд Сванн. Рендилл потерял концентрацию. А Станнис, словно хищный зверь, набросился на него. Он быстро наносил удары, но Рендилл быстро уворачивался; в конце концов знаменосец Тиреллов парировал атаку, и меч Станниса был разрублен. Станнис не растерялся и попытался вонзить то, что осталось от рукояти, Рендиллу в сочленение доспехов. Рендилл, крича от боли, рубанул мечом, намереваясь отрубить голову Станнису. На землю упали рога шлема. Баратеон молниеносно отступил. Тарли с рёвом выдернул рукоять меча с остатками лезвия из раны и откинул в сторону. Он так смотрел на Станниса, будто бы готов был его испепелить на месте. Тарли был с двух сторон окружён. Джулиан кинул свой меч Станнису, а сам достал кинжал и метнул его, но Рендилл отбил мечом эту атаку. Станнис подхватил меч и приготовился продолжать бой. Улыбка не сходила с его лица. Возможно, было подумать, что он обезумел от такой битвы, но всё было не так. Станнис понимал, что шансов на победу у него мало. Он ждал сигнала к отступлению. Сам он не желал отступить. *«Что подумают про него воины?»* Наконец наступило время передышки. Так они сверлили друг друга взглядами несколько секунд, а вокруг бушевала битва. Потерь у атакующих было мало, но Тиреллы постепенно вытесняли их обратно. Наконец прозвучал рог – три раза. Сигнал к отступлению. Станнис, не поворачиваясь спиной к врагу, начал отходить назад. – Тебе не уйти! – взревел лорд Рогова Холма. Несколько воинов с гербами Мейса Тирелла выбежали из шатра. Станнис сражался одновременно с двумя. Одному он отрубил ноги двумя взмахами меча. Другой упал, держась за обрубок своей руки, и был добит. Тарли бежал за Станнисом, убивая всех воинов Штормовых земель на пути, преграждавших путь. Джулиан перегородил ему дорогу и чуть не был убит. Откуда-то появился Эндрю Эстермонт и кинул арбалет Станнису. Тот быстро его подхватил и пустил болт в грудь разъярённому Рендиллу. Болт прилетел ему точно в грудь, и он не успел добить Сванна. К несчастью, Тарли оказался очень близко к Станнису и ударил своим огромным мечом. Шлем слетел со Станниса. Кольчуга, защищавшая голову, разлетелась в некоторых местах. Станнис остался без половины правого уха. Баратеон отбросил арбалет Рендиллу в лицо и достал кинжал. Улыбка на лице Станниса пропала. Тарли разрубил арбалет и рубанул накрест по груди Станниса. Олень на доспехах был разрублен, и Станнис упал на колени, затем и вовсе лицом в грязь. Тарли отвлёкся на других воинов. Баратеон приподнялся и вонзил кинжал в ступню Тарли, пробивая его кожаные сапоги. Рендилл в ярости попытался прибить своим мечом Баратеона к земле, но тот прокатился по земле и ушёл от удара. Эндрю с криком проткнул грудь Тарли своим мечом. Тот чуть не зарубил парня пополам. Подоспел Ломас, спасая своего сына. Он рубанул по руке лорда и отрубил ему несколько пальцев. Тарли разозлился ещё сильнее. Он уже держал двуручный меч одной рукой. Было видно, что он на пределе. Станнис, лежащий в грязи, пытался встать. В голове будто бы звенела сотня колоколов, но Станнис теперь охотник, а не добыча. Он вскочил и голыми руками схватился за рукоять двуручного клинка. Ошарашенный Тарли, не понимающий, что происходит, даже немного поддался, но затем надавил на меч, пытаясь опустить его и убить Станниса. Баратеон был силён, как свой старший брат Роберт, но Тарли не уступал ему в силе. Он ударил своей второй рукой Станнису в голову; из-за того что на ней не хватало двух пальцев, удар оказался слабее, чем должен был. Оба лорда скривились от боли. Станнис ударил его головой, но это не помогло. Джулиан медленно приподнялся с земли, вынимая второй кинжал, и воткнул его в подмышку Рендиллу. Станнис на время получил преимущество. Он наклонил Губитель Сердец и с силой дёрнул в сторону. Меч улетел и с неприятным хлопающим звуком упал в лужу. Станнис схватил за горло Рендилла и начал его душить. Вены на голове Баратеона вздулись от напряжения, зрачки расширились, зубы заскрипели, и скрип этот, казалось, был слышен по всему полю боя. – Сдохни наконец, Тарли. – еле слышно прошипел Станнис, сжимая его горло. Тарли пытался вырваться и дёргался как змей. Его руки и ноги дрожали, а глаза, не верящие в происходящее, смотрели на грудь Баратеона. На пробитый доспех и стекающую вниз кровь. Но вдруг в Станниса вонзилось несколько стрел. Его хватка начала ослабевать. Ему не хватило сил свернуть шею своему противнику, и он из последних сил откинул Рендилла и, помогая Сванну, начал отступать. В Станниса прилетело ещё несколько десятков болтов и стрел; большинство из них принял доспех, но два снаряда нашли свою цель. Один пробил лопатку, второй попал в лодыжку. Станнис, хромая, побрёл к лодкам; он скорее походил на ежа. Туман помогал штормовикам скрыться. Лорду помогали солдаты. По пути он встретил Элдона. – Станнис! План сработал! – Элдон и латники прикрывали Станниса щитами и на ходу объясняли ему расстановку сил. Они без особых проблем дошли до лодок. Баратеону помогли сесть. Эстермонт сел на другую лодку. Враги уже добрались до берега и начали обстрел. Лодки отплыли от берега и поплыли к замку. Враги получили в свои руки несколько оставшихся лодок и отправились в погоню. Лодки накрывал дождь из стрел. Некоторые тонули и переворачивались. Лодка Станниса была протаранена другой лодкой и перевернулась. Уходя уже под воду, он услышал крик дяди. Доспех ударился о камни, и Станнис лёг на дно. Он с раскинутыми руками смотрел на уплывающие лодки, горящих и тонущих людей. Элдона, смотрящего в воду, но не замечавшего Станниса. «Надеюсь, они выполнят мой приказ.» На душе стало так спокойно, и Баратеон захотел остаться лежать на дне морском. Даже боль утихла, как будто бы её прикрыли каменной стеной. Станнис закрыл глаза. Ему очень захотелось спать. Внезапно тишину разорвал какой-то звук. Станнис почувствовал, что кто-то схватил его за руку. Это был Давос. Контрабандист вытянул Станниса и усадил на лодку. Баратеон, чудом оставшийся в живых, откашлялся, оглядывая горящие шатры лагеря Тиреллов.