Останься

Все попытки выбросить из головы мысли о бессовестном репортёре, так и не увенчались успехом. Хэддок ворочался с бока на бок то проваливаясь в сон, то снова просыпаясь. К восьми часам утра мужчина все таки оставил попытки заснуть. — Доброе утро, мсье, — поздоровался проходивший мимо Нестор, стоило только капитану открыть дверь. — Вы сегодня раньше обычного. —Мне не спалось, — буркнул мужчина, направляясь к лестнице. Его так и подмывало спросить у дворецкого, не вернулся ли Тинтин, но он осадил себя. Не стоит. Раз решил прекратить уже изводить себя мыслями о мальце, значит надо прекращать. Когда вернется, тогда вернется. Не повернув головы капитан проходит мимо коридора, ведущего в комнату Тинтина. Уже после завтрака, с утренней газетой в руках, Хэддок направлялся в гостиную, намереваясь провести утро лениво вытянувшись в кресле. Открыв дверь мужчина замер на пороге. В комнате стоял запах догорающих поленьев, луч утреннего солнца попадая в помещение сквозь щель плотных штор, подсвечивал летающие в воздухе пылинки. На кресле, подобрав под себя ноги, в обнимку со Снежком спал Тинтин. Парень явно пришел совсем недавно: от камина все ещё исходил ощутимый жар. Капитан невольно засмотрелся: таким расслабленным Тинтина он не видел уже давно. Это дело, за которое парень недавно взялся, казалось, выжимало из него все соки — он ходил хмурый и задумчивый вот уже вторую неделю. Но сейчас же, во сне, наклонив голову на бок — Тинтин просто воплощение спокойствия и умиротворенности. Солнечный свет, падающий на лицо, оттеняет темные пятнышки веснушек на белой коже, рыжие ресницы слегка подрагивают, отбрасывая на щеки длинные тени. Словно почувствовав взгляд, заворочался, просыпаясь на руках Тинтина Снежок. Капитан тут же отмер и подошёл к парню, касаясь его плеча. — Тинтин, — позвал капитан, — вы спите? Парень заворочался и открыл глаза, уставившись на мужчину. Проморгался и огляделся, привставая на логтях. — Да, похоже, я задремал... — Тинтин протер глаза рукой. — Во сколько вернулись? — неожиданно холодно осведомился капитан. — Право, я не помню... Думаю, в шестом часу. Понимаете, я очень замерз и развел огонь... А после видимо меня сморило и я заснул здесь, — развёл руками парень. Хэддок промолчал, сурово отводя взгляд. Да этот пацан даже мысли не допускает, что за него тут кто-то может переживать и не спать ночами! Капитан боролся с желанием схватить Тинтина за шиворот и вытрясти из этого парня всю дурь прямо здесь и сейчас. Что бы неповадно было в следующий раз. Репортёр, кажется, это почувствовал. — Вы злитесь на меня, капитан, да? О, прошу вас не надо! — он завозился в кресле, вставая. — Я не хотел заставить вас волноваться, ни в коем случае! Я прошу, не злитесь... Хэддок жестом прервал его. — У тебя кровь, Тинтин? — и правда, теперь, когда парень встал, стало видно как по некогда белым гольфам расстилалось засохшее по краям и свежее в середине кровавое пятно внушительных размеров. Через рваную ткань просвечивался довольно глубокий порез. — Нестор! Нестор, неси таз с теплой водой и бинты! — крикнул Хэддок, усаживая Тинтина обратно в кресло. — Не беспокойтесь капитан, это всего лишь царапина, — начал было парень, но стоило мужчине прикоснуться к ноге, его лицо исказила гримаса боли, так что остаток фразы растворился в судорожном болезненном вдохе. В дверях появился Нестор, неся таз и марлевые бинты. Оставив все у кресла, он удалился, посланный за аптечкой. Капитан Хэддок, же, засучив рукава принялся отмачивать рану, постепенно убирая остатки ткани и стараясь причинять Тинтину как можно меньше боли. — Чем ты хоть так? — хрипло спросил он. Голос его сел, как бывает от волнения, и ему пришлось прокашляться. — Гвоздем, я думаю, — просипел Тинтин. — Гвоздем, когда перелазил забор. Капитан рассерженно вздохнул, с силой выжимая марлю. В дверях показался Нестор с аптечкой и поспешил сесть рядом. — Какой ужас, мсье Тинтин, — пристыдил его он, — вам следовало сразу промыть рану, в следующий раз непременно разбудите меня или мсье Хэддока, что бы... — Следующего раза не будет, — отрезал капитан. — Уж постарайся, парень. — Да, капитан, — прошептал Тинтин, впиваясь ногтями в мягкий подлокотник кресла. Утро продолжалось.