Adventure in the TVA

Уэйд тактично постучал и открыл дверь, словно это скромное предупреждение о его присутствии могло компенсировать наглое вмешательство в одинокие будни Логана. Будто бы ему было дело до правил приличия. Логан сидел на кровати с уже второй бутылкой из холодильника. Надо отдать УВИ должное: напитки здесь были неплохие. Он бросил взгляд на Дэдпула, опиравшегося на стену возле двери, усомнившись из-за стука, что это действительно он. Но нет, перед ним стояло это красное, мазолившее глаз пятно — по крайней мере, так он его воспринимал в своём, в меру адекватном, состоянии. Наёмник был на удивление тих в следующие несколько мгновений, как будто обдумывал что-то более глубокое, чем его обычная болтовня и шутки. Он зашёл в комнату и закрыл дверь за собой. И как, позвольте спросить, несколько часов могут помочь ему сподвигнуть на сотрудничество этого пропащего? Конечно, у него была парочка идей, но сейчас в голове тоже стало необычайно тихо, а повисшее молчание словно подогревало атмосферу. Логан отвернулся к задернутым окнам, сделав глоток из бутылки, пытаясь заглушить мысли, которые отказывались оставаться похороненными. Он знал, что никакое количество алкоголя не сможет стереть воспоминания или боль, которая скрывалась прямо под поверхностью. Он остро чувствовал присутствие Дэдпула. Почему он молчит? Принёс плохие новости о том, что причудливая организация решила стереть их с лица земли на рассвете? Не такой конец он себе представлял, но сейчас было всё равно. — И к чему всё это? — наконец спросил Логан, нарушая молчание. Дэдпул колебался, затем пожал плечами и приблизился к кровати. — Ты можешь вернуться со мной, начать с чистого листа. Мой мир соскучился по Росомахе, ты даже не представляешь, насколько. Логан хмыкнул, но это не прозвучало так грубо, как обычно. — Вернуться? Что бы ни сделал тот другой Логан, меня это никак не определяет. — Это определяешь только ты! И что, зациклишься на том, что уже не изменить? Дружище, неохота признавать, но я проваливался столько раз, что и не вспомню, и только благодаря людям рядом со мной, которым не всё равно, вообще оставался на плаву. Они раз за разом давали мне шансы, храни их Господь, — Дэдпул усмехнулся и подошёл к окну, обернувшись к Логану. — А учитывая, что ты, вернее твоя версия, сделала для моей вселенной, ты как никто другой заслуживаешь дать себе этот шанс! Отпусти, хватит тащить этот груз, который только бьёт тебя по печени. Логан поднял взгляд. Казалось, что комната сужается вокруг них, пространство между ними уменьшалось, хотя никто не шевельнулся. — Отпустить... — выплюнул он с горечью. За одно это слово хотелось хорошенько вмазать. Какое право имел Уэйд вот так врываться в его жизнь и разбрасываться вторыми шансами? Нет, сэр, он уже смирился с участью спиться в одиночестве своего мира, а это дорогого стоит. — Хей, я не говорю, что это так просто, — защитился Дэдпул, поднимая руки, — но ты уж точно не обязан тащить на себе это всё постоянно. Тебе ничто не мешало потребовать вернуться домой сразу же, но ты этого не сделал. Зачем-то согласился остаться. Сам придумывай ярлык этому своему "зачем", а я просто предлагаю продлить нашу совместную франшизу. Что скажешь? — Думаешь, я не понимаю, что ты тут пытаешься сделать? Строишь из себя спасителя, раз не получилось сделать что-то толковое для своего мира, что-то более значимое, за что тебя наконец похвалят, — огрызнулся Логан. — Всё, что я вижу, это твоё стремление хоть каким-то образом быть нужным. Так вот, ты мне не нужен. Да и тем людям, судя по всему, тоже особо не понадобился. Поэтому всё, чего я хочу от тебя, — это больше никогда не видеть и не слышать. Уверен, многие будут солидарны с этим желанием. Росомаха не говорил искренне; он просто хотел остаться один. Хотел, чтобы Уэйду стало больно так же, как он сам чувствовал себя сейчас. Это была своего рода месть за попытку в него поверить. Логан даже не смотрел на него, когда говорил, не слышал и не слушал себя. Поэтому его застало врасплох, когда Дэдпул рывком потянул его за воротник костюма на ноги. Логан не отшатнулся, встретившись с ним нос к носу, и сжал челюсти, готовясь выпустить когти. Однако воздух между ними наэлектризовался напряжением, которое не имело ничего общего с дракой. — Называй это как хочешь, но "спаситель" вполне неплохо для Марвеловского Иисуса, — фыркнул Дэдпул. Логан выпустил бутылку, его руки с силой легли на плечи Дэдпула. Близость показалась странно обнадёживающей. Странно было и то, что ему пока не прилетело за высказанное. — Да что ты, чёрт побери, несёшь... — Однако это было неприятненько, — перебил его Уэйд, — и я обязан с тобой подраться. Ну вот, другое дело. Эти слова Логан уже воспринял ясно и чётко. Мгновение — и он согнулся пополам от удара коленом в живот, а в следующий момент пронзил предплечье Уэйда когтями насквозь и утащил его за собой на пол. Когда они рухнули на пол, казалось, что комната еще больше сузилась, будто стены начинали сжиматься вокруг них. Силой падения они сбили пустую бутылку, которая с грохотом покатились по полу, но ни один из них этого не заметил. В этот момент всё, что имело значение, — это прямое, необузданное столкновение. Лежа на спине, Дэдпул поморщился от того, как когти Логана впивались в его руку. Боль была острая, но не новая. Он встретился взглядом с Логаном, и на долю секунды они оба замерли. В его глазах мелькнуло что-то — возможно, гнев, а может, и отчаяние, — но это быстро сменилось первобытной потребностью ударить. Дэдпул рывком занёс свободную руку и нанес мощный удар по челюсти Логана, от которого его голова резко мотнулась в сторону. Его когти на мгновение втянулись, прежде чем вновь врезались в грудь Дэдпула, разрывая ткань и плоть. — И это всё, на что ты способен, старик? — с издевкой произнес Дэдпул, даже несмотря на то, что кровь уже проступала на его костюме. Он с неожиданной силой оттолкнул Логана, перекатив их обоих так, что теперь он оказался сверху, прижимая мутанта к полу. Дыхание Логана было прерывистым, хриплым. Вес Дэдпула на нём, вкупе с невыносимыми эмоциями, которые он старался игнорировать, просто душил его. Но он не собирался давать Дэдпулу подтвердить свои слова, не сейчас, не когда угодно. С яростным рыком Логан выгнулся, сбивая Дэдпула с равновесия, и они снова оказались в переплетении яростных ударов и безумной борьбы. Но вдруг всё остановилось. Логан вновь оказался сверху, его когти были у горла Дэдпула, едва касаясь кожи. Их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга, оба тяжело дышали, их груди вздымались. Но Логан не наносил удар. Он чувствовал пульс под своими когтями, быстрый, но уверенный, и вдруг понял, что не хочет закончить это так. — Моё дело предложить, тебе не обязательно быть одному. Ты не один. Рука Логана слегка дрогнула, когти всё ещё были опасно близки. Эти слова ранили глубже, чем любое оружие могло бы, пробиваясь сквозь барьеры, которые он так тщательно выстроил вокруг себя. Его челюсть напряглась, он пытался удержаться за свою ярость, но она ускользала, уступая место изнеможению, намного большему, чем просто физическому. — Слушай, я знаю, что у нас обоих хреновый путь, и я не собираюсь убеждать тебя, что всё станет легче. Мы оба видели слишком много, чтобы в это поверить. Я уйду. Но знай, что в этот раз у тебя был выбор. Логан напряжённо выдохнул, пытаясь найти грубую отмашку, но голос не слушался. — Потому что, как ни странно, я верю, что ты всё-таки хочешь ещё один шанс. И, чёрт возьми, не могу оставить тебя на этом дерьмовом пути в одиночку. Это была последняя капля, он отчаянно нуждался в тишине. Без предупреждения Логан сделал выпад вперёд. Уэйд едва успел увернуться, но его тело двигалось почти инстинктивно, когда он на дюйм уклонился от смертоносных когтей. Словно наконец поняв желание Росомахи, Дэдпул перешёл в наступление, с силой оттолкнув его ногами и выхватив катаны. Мгновение — и комнату заполнил скрежет стали и тяжёлые удары ног о пол. Логан надвигался с неумолимой точностью; каждый удар его когтей был направлен на то, чтобы ранить, но не убить — по крайней мере, пока. Уэйд, в свою очередь, парировал каждую атаку смесью мастерства и импровизации, его непредсказуемый стиль заставлял Логана быть начеку. Но на этот раз шутливый тон, которым обычно сопровождался бой Уэйда, отсутствовал, его сменила сосредоточенная тишина. Когда очередная рана затянулась, глаза Уэйда вспыхнули решимостью. — Не ты один можешь выдержать удар, — пробормотал Уэйд сквозь стиснутые зубы. Несмотря на быструю регенерацию, в его голосе слышалась боль. Он бросился вперёд, вынуждая Логана перейти к обороне. Бой превратился в жестокий танец: оба выкладывались по полной, не желая отступать. Каждый раз, когда Логан наносил удар, Уэйд парировал с новой силой — боль словно подпитывала его. И каждый раз, когда мечам Уэйда удавалось пробить защиту Логана, раны Росомахи закрывались почти так же быстро, как и наносились. В какой-то момент Уэйду удалось застать Логана врасплох удачно поставленным ударом, от которого он врезался когтями в стену. На мгновение показалось, что Уэйд одержит верх, но Логан мгновенно втянул когти и увернулся. В вихре движения Логан прижал Уэйда к кровати за шею, когти втянулись как раз вовремя, чтобы избежать настоящего урона. Голова Уэйда запрокинулась, глаза скрыты под маской, но озорная улыбка под ней была неоспорима. Захват Логана был крепким, сдавливая горло Уэйда, но, несмотря на явную агрессию, его взгляд чуть смягчился. Игнорируя угрозу, Уэйд подался вперёд, его тело стало вялым, излучая игривую покорность. — Знаешь, Логан, — прохрипел Уэйд, — если ты так хотел разложить меня, мог бы просто предложить. Логан скривился от раздражения и наклонился ближе, их лица оказались в нескольких дюймах друг от друга. — Ты невыносим. — А ты невыносимо занудный, — ответил Уэйд, его голос был пропитан наигранным недовольством. Он поднял руки, уперевшись ими в грудь Логана, и был совершенно не обеспокоен скрытой под поверхностью яростью. — Но не переживай, я люблю по-жёстче. На мгновение напряжённое выражение лица Логана дрогнуло, сменившись чуть ли не смирением с своей "участью", прежде чем он сжал шею Уэйда чуть сильнее. — Ты действительно не умеешь вовремя заткнуться... — он резко выдохнул, понимая, что, несмотря на весь этот обмен репликами, он не сможет по настоящему разозлится теперь. Не сейчас, когда он вымотан сражением, в жилах бурлит алкоголь и горечь, когда ему предлагают вторую попытку в жизни, а под его руками такое отвлекающее, крепкое, уже изрядно потрёпанное им самим тело. Черт с ним со всем - Дэдпул своего добился. Логан тяжело вздохнул и сам перекатился на кровать, глядя в потолок. — Раздевайся.