Фаталити.

Первое ноября. Холодная, противная осень и такая же по описанию старая питерская школа. Повсюду снуют ученики, некоторые, в основном, младшеклассники, выглядят достаточно счастливыми. Конечно, им то никакое егэ сдавать не надо. А вот Дане надо. Он сидел за партой, сложив ногу на ногу, и грыз ручку. От биографии Маяковского, которую учительница литературы так увлеченно вещала, его уже тянуло блевать. Лера, сидевшая слева от рыжего, выглядела не менее заебавшейся. С литературой у этих двоих взаимная ненависть. За окном ни души, даже птицы не лаяли и собаки не чирикали. От таких видов настроение было еще более удручающим, хоть петлю доставай и залезай на люстру. Учительница наверняка обрадуется, ей предоставят образец смерти вышеупомянутого Маяковского! Или это Есенин был? Не суть, повеситься Кашину с Мидлер все равно хотелось. Об этом они и переписывались на полях Лериной тетради. "Не знаю че мне сильнее хочется, курить или сдохнуть" - Черканул Даня своей обгрызанной ручкой. "Покурить и сразу после сдохнуть. звонок прозвенит, этим и займемся" - Лера, кажется, уже впала в транс, ибо заметила душевные излияния лучшего друга и ответила на них только секунд через десять. И то, после того как рыжий пихнул ее в бок. "Боюсь второе я прям ща ебану, это невозможно уже" - Удовлетворившись их короткой, но такой взаимопонимающей перепиской, Кашин вздохнул и уронил голову на парту. Хотелось сделать так еще раз пять, чтобы разбить ее к чертям, но это будет слишком громко, старая грымза его за лишний шум и в аду достанет. Она звуков, кроме собственного голоса и писания ручки, на своем уроке не терпит. Поэтому и приходилось вести переговоры в бумажном варианте. Вы, наверное, спросите, откуда у двух одинадцатиклассников такое сильное желание покинуть мир живых? Ну литература и литература, отсиди сорок минут и забудь как страшный сон. Дело в том, что это, во первых: восьмой урок понедельника, во вторых: школа в целом заебала, они, находясь в ней, жить никогда не хотят. Постоянные факультативы, вынос мозгов фразами по типу: "Вы выпускной класс, у вас егэ на носу! А вы только и делаете, что балду пинаете! Такими темпами ничерта не сдадите, дворы будете мести, оболтусы!". Так что, последние два месяца, находясь в сием учебном заведении, Кашин с Мидлер были в состоянии полутрупов. Этот урок не исключение. А вот после школы - совсем другое дело. За шарагой у них, считай, другая жизнь. Пьянки, гулянки, дебоширство? Да пожалуйста, устроят за одну пятницу. Но на данный момент лишь литература. Раздался звонок учительского телефона. Даня, уже почти успев задремать, поднял голову с парты и пару раз моргнул. Его совсем не устроило такое наглое выдергивание из сна и комфорта. Женщина прервала свой увлекательный рассказ и что то защебетала в трубку, лицо у нее при этом было не особо довольное. Секунд через двадцать разговор прекратился, рыжий за это время успел забить и снова плюхнулся на стол. Но, по всей видимости, не судьба ему поспать. —Кашин! Тебе, как я вижу, сильно интересно. Аж голова от передозировки информацией потяжелела. Ты не мог бы сходить и приглядеть за десятым классом? До конца урока. Людмила Владимировна меня попросила, но у вас тема важная, никак не могу сейчас отлучиться. А тебе литература все равно не сдалась. - Выражение лица говорящей выглядело, будто она за это Дане отсо...огромное спасибо сказать готова. Оно и неудивительно, их руссичка горела своими предметами, и пропустить какую то "важную" тему в жизни себе не позволит. Даня поднял голову в надежде, что ему послышалось. Или глючит уже. Вот еще только десятого класса ему для полного счастья не хватало. У которого, в добавок, репутация по школе не самая лучшая ходит. То они в кабинете ото всех запрутся, то окно в коридоре вследствие какой нибудь драки расхерачат, то классную свою до обморока доведут. За такими приглядывать - одно удовольствие. Кашину захотелось сползти под парту и сделать вид, что его не существует. Лера, закрыв лицо руками, то ли сочувствовала, то ли пыталась сдержать смех. —Даня, ну войди в положение! Ладно, хочешь, я тебе за это пятерку нарисую? Тебе ой как не помешает. —Ой, Елена Николаевна, давайте я посижу? Мне пять тоже не помешает. - Раздалось слева. Это Лера оживилась, ибо оценки по литературе у них с Кашиным были одинаково хуевые. —Так, завали. Хорошо, схожу, убедили. Куда двигать? - Услышав про халявную оценку, Даня изменил мнение по поводу сей просьбы. Разбавить свои тройки было бы неплохо. Ну, в конце концов, что ему сделает этот десятый? Если сильно выебываться будут, пропишет по морде да и все. —Спасибо, Данечка, выручил! У них сейчас обществознание, туда и иди. Только про пятерку напомни мне потом, а то забуду. - Женщина заулыбалась, даже мило выглядело. Вообще, она неплохая, но страх внушает. Одно это помешательство на абсолютной тишине в классе чего стоит. Даня закинул вещи в рюкзак и, показав Лере фак, вылетел из кабинета. По пути чуть не получил от уборщицы, так как поперся по только что до блеска вымытому полу. Еле увернувшись от нехилой такой швабры, Кашин извинился и побыстрее ретировался на лестницу. Спустился на пролет ниже, на второй этаж, и, перекрестившись, зашел в класс. —Здорова. Меня за вами следить отправили. Не бесоебим и я вас трогать не буду, разговаривайте, списывайте, вся хуйня, но тихо. Забились? - Даня закрыл дверь и оперся о стенку. Класс разом затих, рассматривая вошедшего. - Че молчим? Хуй с вами, приму за согласие. —Хуясе. А не будем тихо, че сделаешь? - Раздалось откуда то с задних парт. Данила, уже направляющийся в сторону учительского стола, замер и повернулся в сторону десятиклассников. —Ну ка, это кто выебистый такой? Речь фильтруй, а то так и получить недолго. - "Ахуевшие какие то. Неудивительно, что Людмилка сбежала." —Ух ты, опасный какой. Нашелся педагог бля, аж коленки трясутся. - Тут рыжий уже в конец обалдел. —Руся, закрой нахуй рот. Добазаришься щас. - Полушепотом проговорил кто то сидевший поблизости. Даня вгляделся и наконец увидел этого острого на язык Русю. Темно коричневые волосы, черное худи с капюшоном и такого же цвета рваные джинсы. Кашин видел его пару раз, в этом году перевелся. И все разы, что Данила с ним пересекался, тот с кем то либо срался, либо дрался, либо курил втихую. А еще он, видимо, не знал, что Даня тут в свое время с половиной школы перепиздился. За дело, естественно. Ну, то в былые годы. Сейчас не до этого было, да и никто на него не лез больше. Ссались. Так что одинадцатиклассник слегка ахуел от таких разговоров в свою сторону. —Руся, я бы на твоем месте прислушался. Дело говорит, довыебываешься же. - Кашин облокотился спиной на стол и посмотрел в глаза своему собеседнику, выискивая там хоть намек на то, что тот планирует заткнуться. —Да ну, серьезно? Простите-извините, уважаемый, не знаю как вас по отчеству. Да и по имени тоже. Могу обращаться на "уебок рыжий?" - Десятиклассник заулыбался и чуть склонил голову набок. Заткнуться? Хуй там плавал. —Пошли ка переговорим, Русик. Вспомню ради тебя молодость. - Такого Даня уже не стерпит. В голове черти заплясали, которые по школьным пиздиловкам ой как соскучились. —Ну пошли, раз так хочешь. Погоди, кроссовок зашнурую. - С какой то парты третьего ряда послышалось тихое "Ой бля, долбоебина". Руся же, зашнуровав вансы, абсолютно невозмутимо встал и, подмигнув девочке, сказавшей вышенаписанную фразу, пошел к выходу из кабинета. Даня же, еще больше впадая в шок от такой безмятежности, направился вслед за ним. "Че, реально не знает про меня ничего? Обидно даже, бля. Че я, зря репутацию нарабатывал? Ну ладно, ща так ахуеет, смотреть в мою сторону не будет больше." Выйдя из класса, Кашин увидел уже облокотившегося на стену напротив Руслана. Закрыл дверь, слегка засучил рукава кофты и подошел к все еще улыбающемуся парню. Он попытался выглядеть максимально угрожающе, но, по закону подлости, зацепился за собственный шнурок и чуть не полетел на пол. Надо было тоже кроссовки проверить. Десятиклассник от такого зрелища заржал в голос. —Бля, устрашающе, базару ноль. Я сейчас прямо обоссусь. - Руся, еще больше уверившись в том, что никакой пизды он не получит, задрал голову вверх, усмехнувшись. Даня же, в конец теряя контроль, подлетел и схватил такого приятного собеседника за капюшон, сверкая голубыми глазами. —Ты, блять, угараешь? Откуда такие понты, Русик? Ты там, откуда приперся, в морду никогда не получал? - Проговорил Данила прямо в лицо напротив. Брюнет от такого напора слегка опешил, но уверенности нисколько не растерял. —Ну, бывало пару раз. Но чаще всего у меня равные драки были. А ты, смотрю, звезда местная? Хули на меня все шикали? Че, ссутся тебя? - Десятиклассник скрестил руки и опустил голову, смотря снизу вверх таким провокационным взглядом, что прямо тут в стенку его впечатать хотелось. —Типа того. Да че мне пояснять, сам сейчас и увидишь. Лови, хуйлуша. - Кашин сжал кулак и замахнулся, целясь куда то в скулу, но Руслан каким то неведомым образом увернулся, выдергивая капюшон, и отошел от Дани метра на полтора. - Вот сука. - Кашин повернулся и шагнул туда же. Тут кулак занес уже Руслан, и рыжему прилетело по челюсти. Даня приоткрыл рот и шикнул. Его чуток помутило, удар нехилый, но и он не из слабых. Руслан в ответ получил, куда и планировалось, в скулу, затем в глаз. Матернулся, зажмурился. Его зашатало, но сдаваться - хуйня. Он, дабы уронить Данилу на пол, со всей силы пнул того под колено. Сработало, одиннадцатиклассник не удержался и свалился на бетон. Руслан сел сверху, ударил, правда сам особо не увидел, куда, так как зрение помутилось. Это сказывался удар в глаз. Судя по тому, что Даня приложил руку к носу, попал он туда. У Кашина сбилось дыхание. Он мотнул головой, чтобы "отрезвиться", и, решив что пора заканчивать, сосредоточился и со всей силы вдарил Руслану по губе. Тот, матеря все на чем свет стоит, отполз куда то к стене. Даня же, стараясь отдышаться, встал и пошел к подоконнику. Там форточка открыта, свежий воздух сейчас будет кстати. Но дойти до него не вышло, в глазах помутнело, ибо не дрался он достаточно давно, а сердцу, видимо, такой внезапный подарок совсем не понравился, отчего поднялось давление. В глазах помутнело, он опустился куда то рядом с Русланом, все так же пытаясь выровнять дыхание. Спустя секунд 20 Кашину наконец стало получше, помутнение ушло, а неприязнь к рядом сидящему вернулась. —Ну че, Русик? Хватило? Выбились выебоны, или добавить? - Кашин, признаться честно, был немного в шоке. Он не ожидал, что встретит достойное сопротивление. —Нахуй пошел, еблан. - Плевок в лицо. Это не метафора, он харкнул кровью Дане в морду и, воспользовавшись тем, что тот сидит в ахуе от таких выкидонов, быстро встал, видимо, на адреналине, ретировался за дверь и закрылся на замок. Ну или же, пока рыжего штормило, десятиклассник успел оклематься. —Ты блять, блядь ахуевшая! - Раздалось в уже запертую дверь. Туда же прилетел и удар. Кашин сполз по ней на пол и облокотился спиной. Руслан за стеной сделал то же самое. От обоих, казалось, агрессией за километр несло. "Приглядел, сука, за классом. Ну и Русик, ебнуться можно. Не думал, что под конец этой шаражки я себе еще врагов наживу." Даня сплюнул куда то в угол. Потом подвигал челюстью, мало ли. Убедившись, что все нормально функционирует, закрыл глаза и откинулся головой на дверь. Дышал он ртом, ибо нос болел. Руслан в это же время тер рукой глаз, в который вдарили. Рожа у него была теперь не такая симпатичная. Губа серьезно так рассечена, скула разбита, под глазом определенно будет фингал. Зато он был доволен своим уходом. На данный момент мало волновало то, что за плевок возможно придется отвечать. Одноклассники смотрели на Русю с ахуевшими лицами, некоторые перешептывались. Подлетел Илья Коряков, остальные, видимо, зассали с ним даже разговаривать в этот момент. —Эй, Руслан? Вставай давай, пошли к медику, ты хуй пойми на кого похож. - Парень потряс его за плечо. Илья выглядел и в правду обеспокоенным, хоть они и не общались особо. Так, на переменах иногда, и по домашке списывались. - Тушенцов, поднимайся, ты тут че, подохнуть решил? —Илюх, бля, че привязался? Да, так и решил. Отцепись, буду я еще по медикам ходить. Попиздился и попиздился, делов то. - Руслану не нужна была ни забота, ни школьный персонал. Дома спиртом обработает и хватит. Сейчас он хотел просто сидеть тут. —Да ты себя видел? Это пиздец конкретный. Говорили же не лезть, бля. —Сука, Илья, неясно сказал? Отвали, не пойду я никуда. - Тушенцов сбросил с себя руку одноклассника и сполз по двери еще ниже. Тут его подхватили под руки и подняли. Руслан уже хотел было отцепить от себя Корякова парочкой более добрых слов, но губу резко пронзило болью, поэтому он решил забить. Будет брыкаться – точно подохнет тут. - Не отвяжешься, да? Ладно, делай что хочешь. - Еле слышно проговорил Тушенцов. Илья щелкнул замком и отпер дверь, таща одноклассника за руку. Но она не поддалась. Точнее, приоткрылась, но что то мешало. Даня в это время сидел все на том же месте и размышлял над тем, как можно было таким ебнутым родиться. Это он не про себя, если что. "Его шатало как суку последнюю, но бесоебить не перестал. В лицо мне еще никто не харкал, конечно. Мразота ебаная. Фух, блять, я как будто снова в девятый класс вернулся." Мысли рыжего прервал щелчок замка, толчек его опоры и чье то: "Че за хуйня, не открывается." Он встал, от резкого движения, давление, кажется, вновь скакануло. Староват Данила, видимо, для драк стал. —Наконец то, бля. Ой. - Илья, тащивший на себе полуживую, под два метра тушу, замер. —О, привет. Давно не виделись. Че, по второму кругу? - Руслан, сплевывая туда же, куда и Кашин пару минут назад, ухмыльнулся. Илья в это время пытался убрать его куда то за себя. —Дань, пропусти. Ему и так хуево. - Илья Даню не боялся, ведь знал, что тот не мудло и вряд ли повторно кинется в драку. Но сейчас, смотря на голубые глаза, горящие чистой ненавистью, уверенность в адекватности одиннадцатиклассника пошатнулась. Последний раз Коряков видел Данилу таким еще в позапрошлом году, в конце девятого класса. Сам Илья на тот момент оканчивал восьмой. Тогда в школе прогремел настоящий скандал, вызывали ментов, родителей, директора вырвали с какого то важного совещания. А дело в том, что некий пацан, выпускающийся в то время из десятого, решил сказануть в сторону Леры "ебаная шалава, ты поняла вообще кому отказала? да ты бога должна благодарить за то, что я на тебя внимание обратил". Все из за того, что она отказала ему в свидании. Кашина тогда без вмешательства учителей оттащить не смогли, а того парня в школе больше не видели. Перевелся на домашнее обучение. За Даней преподаватели после этого бдели как могли, но это не особо помогало. Сильно говорливым все равно прилетало, но в адрес Мидлер больше не осмеливался высказываться никто. А после и в сторону Дани перестали что либо болтать, когда поняли, что тот высказываний про себя терпеть явно не станет. Так что где то с середины десятого класса все стало спокойно, и Кашин давно не смотрел ни на кого так, как сейчас на Руслана, которого Илья аккуратно старался убрать куда то за себя. —Валите. - У Корякова аж от сердца отлегло. Дане это далось с трудом, но все же - он сейчас не агрессивный девятиклассник, который краев совершенно не видит и никогда не против набить друг другу морды по второму разу. Сдерживать себя научился, да и повзрослел. Но одно до сих пор неизменно - про Леру ничего не говорить. В противном случае все его сдерживание и взросление даст такой ебанутый сбой, что тут уже и учителя вряд ли помогут. Слишком большое место Мидлер занимала в его сердце, слишком многое они прошли вместе. —Че, в благородство решил поиграть? Хуево получается. Вдарь лучше по второму глазу, тебе такое больше идет, Даня. - Последнее слово Руслан как будто не сказал, а ядом плюнул. Он видел, что Кашин уже на грани, и ему это нравилось. —Илья, блять, бери его и пиздуйте отсюда. - Даня отвернулся от них, от греха подальше. Точнее подальше от лица, которое с каждой секундой все сильнее хотелось о подоконник пару раз шарахнуть, чтобы его обладатель наконец закрыл рот. Он пока не понимал, что это ни капли не поможет в данном случае. —Какой ты добрый, ебануться. - Тушенцов это таким тоном произнес, что Даня спиной почувствовал, какое у того сейчас выражение лица. Стиснув зубы, Кашин старательно глушил в себе флешбеки прошлых лет, которые плясали как адские чертики и отчаянно подбивали его развернуться и отхуярить Руслана до состояния обморока. А Тушенцов, в свою очередь, работал заодно с чертиками. Только ему больше хотелось не себе обморок заработать, а Даниле нервный срыв. Он желал довести того до потери контроля, чтобы они ебашились на этом обшарпанном полу, будто обоих из психбольницы досрочно выпустили. В сердцах парней пылала чистая ненависть, по которой их подсознания, видимо, соскучились. Но не судьба сегодня заработать ни обморока, ни нервого срыва, ведь между ними стоял Илья, которого скоро это напряжение на кусочки разорвет. —Да пошли уже, распизделся тут. - Коряков, поняв, что еще пару мгновений, и эти двое снова сцепятся как дворовые собаки, сильнее подхватил Руслана и повел к лестнице, к медпункту. Даня ударил кулаком в стену, так, что старая блеклая краска дала трещину. Илья испуганно обернулся, Тушенцов усмехнулся. Даня облокотился головой об эту же стену. Агрессия, казалось, пропитала каждый квадратный метр коридора. Спустя несколько минут, Кашина все таки отпустило. Он успокоился, отошел к подоконнику и достал телефон, наконец решив посмотреть на состояние своего лица. Открыв камеру, на душе стало немного легче. Все было не так плохо. "Ну нормально, на человека похож. Уж явно получше, чем у долбаеба этого. Бля, ща звонок уже будет, надо обратно двигать. Лере расскажу как я за ними приглядел, вот ахуеет. И вломит мне наверное, вспомнил молодость епта." Поправив челку, Данила отправился наверх, к кабинету литературы. Аккуратно прошмыгнув мимо помытых полов, чтобы не направлять на себя гнев уборщицы второй раз, он оперся о стену и стал ждать Мидлер. Главное, чтоб не вышла Елена Николаевна, а то она по его приличному виду сразу поймет, что у них с десятым классом что то пошло не так. Прождав еще с минуту, Кашин увидел подругу. Она выходила из кабинета, болтая с кем то по телефону. —О, приперся. Че, как пос... Я перезвоню. - Сбросив трубку, Лера вопросительно посмотрела в голубые глаза. - Блять, Даня? Что это за хуйня, ты когда успел? —Да там еблан один был, за словами вообще не следит. Вот и поговорили. - Рыжий отвел глаза. Появилось ощущение, что его сейчас веником огреют и в угол поставят, еще и самыми последними матами обругают сверху. —У тебя мозги есть, скажи мне? Че, детство в жопе заиграло? Еще бы стрелу забил. - Мидлер дала ему затрещину. Хотелось посильнее, но бить человека который только что после драки – дело такое себе. Особенно, если это твой лучший друг. - Ну и чего ты встал? Пошли, пока еще кому нибудь не вломил. —Да не ругайся ты, все нормально. - Даня попытался успокоить подругу, после чего шмыгнул носом. Привычка. Но сейчас эта привычка отозвалась стреляющей болью. - Ай, бля. —Ага, вижу. Ахуенно просто. - Лера еще раз обвела Данилу взглядом, проверить, нет ли других увечий. - Ладно, погнали. А то вдруг Елена выйдет, тебе, мне кажется, сейчас лучше не попадаться ей на глаза. —По факту. Пойдем в курилку, а то у меня скоро бошка взорвется. - Кашин, для большего эффекта, приложил руку ко лбу и скорчил выражение умирающего лебедя. - Давай, давай, топаем, пока я не сдох. —Пошли, горе ты луковое. - Сейчас они покурят, Даня расслабится, все станет хорошо. Выйдут наконец из этой школы, зайдут в местный ларек, купят по банке пива и пойдут к Кашину, рубиться в какой нибудь мортал комбат. И он выкинет этого Руслана из головы, забудет как страшный и крайне ебанутый сон. Так ведь?