Фаталити.

—Да не дергайся ты, долбоеб! Все мимо попало. - Это Лера обрабатывала Данины ранения какой то всемогущей бурдой за три рубля. Он пытался доказать, что обойдется и без этого, но Мидлер была непреклонна. - Посиди смирно пару минут, ради бога. —Ради бога точно не буду, я атеист. А вот ради пачки чапмана – согласен. - Кашин улыбнулся и умоляюще посмотрел на подругу. —Последние гроши отбираешь, гаденыш. Сам на кого то нарвался, еще и условия ставит. - Девушка прижгла Данин разбитый нос проспиртованным ватным диском. По комнате раздалось едва слышимое шипение, это была то ли вата, то ли Кашин. - Все, готово. Не прикасайся минут 10, пусть обрабатывается. —Слушаю и повинуюсь, Валерия. Че, может в плойку? - Данила откинулся на спинку дивана и потянулся. Колено, куда около часа назад зарядил Руслан, неприятно саднило, но не критично. Обычный ушиб, скоро пройдет. Лере об этом знать совсем не обязательно, а то опять намешает своих медикаментов и фиг он от нее отвяжется. —Не, настроения нет. А тебе че, пиздилок в реальной жизни не хватило? - Мидлер облокотилась туда же, попивая из жестяной банки ледяное, слабоалкогольное пиво. Нажираться они не планировали, поэтому так. Сегодня, все таки, понедельник, не алкаши же подъездные. —Подъеб засчитан. Ну и че тогда делаем? На диване с банками развалимся? Давай еще уральские пельмени включим, че уж. —Ой, отвянь. Какой то ты больно энергичный сегодня. Хочешь, пошли прогуляемся? - Девушка, на всякий случай, передвинула пульт от телевизора к себе. Еще не хватало, чтоб они под пиво над уральскими пельменями ржали. Им, вроде, под восемнадцать, а не под сорок. —Лер, ты ебанулась в такую погоду по улице шататься? Нет уж, тут по комфортнее будет. —Ну и че ты возникаешь тогда? Сидеть на диване не нравится, гулять не нравится, привереда. —Ой все, отъебись. Я на балкон, покурить, а ты включи че нибудь на ютубе. Поржем над всякими долбаебами, всегда в тему. - Кашин пошарил по карманам и нашел там пачку шоколадного чапмана. Почти кончилась, четыре сигареты осталось. Хорошо Лере с ее вейпами, заливаешь раз в неделю и кайфуй. Даня вышел на балкон, открыл окно и подпалил "мучительную смерть". Прикрывая глаза, затянулся. Едкий дым проник в легкие, добавляя один процент к этой самой мучительной смерти. Но ему было немного похуй. В жизни и так проблем хватало, чтоб еще о ее окончании думать. Стряхнул пепел куда то на парапет соседей снизу, героически прикрывая ладонью сигарету от дождя, который и не думал заканчиваться. Наоборот, только усилился. По двору сновали собаки, метаясь от укрытия к укрытию. Даже этим многое повидавшим псам такая погода отнюдь не нравилась. Тут открылся подъезд дома, стоящего напротив, и особо пронырливые мохнатые ринулись туда. Видимо, бабулька, выходящая оттуда, была достаточно добросердечной, так как собак не то что не прогоняла, еще и гладить успевала. Бегите мол, песики, грейтесь. Даня улыбнулся. Сигарета почти дотлела, и, сделав последнюю затяжку, он выбросил ее из окна. Ну да, загрязняет природу, как последняя тварь. За это в рай его не пустят, да и еще за многое. Не сильно волновало, на самом деле. Сигарета летела вниз, потухая по пути. И, кажется, приземлилась прямиком на чью то голову. Даня прыснул, сквозь дождь вглядываясь, кому так повезло. А после заугарал во весь голос, скорчиваясь на полу. Закрыл окно и вернулся к Лере, которая посмотрела на него, как на больного. Руслан с Ильей в это же время шли со школы. Уроков у них было на один больше, чем у одиннадцатого, поэтому освободились только сейчас. Тушенцов был крайне удивлен тому, что одноклассник увязался за ним. Сначала медпункт, теперь совместный поход до дома. Не сказать, что ему не нравилось, скорее наоборот. Просто было непривычно, очень. У него друзей никогда, считай, не было. Кому нужно общаться с человеком, который только и делает, что всех раздражает? Тушенцова скорее в каком нибудь подвале хотелось запереть и газ туда запустить. Но он не спроста таким стал, так ведь? Так. Но это никому не интересно. —Ну и короче, выбегаем мы оттуда, а за углом менты. Я тогда так объебался, ты бы знал. Сука, мы так втопили, казалось, что сердце откажет. В итоге... - Договорить Илье не дали. Его собеседник встал посреди дороги, было видно, что тот хочет что то сказать, но не может никак решиться. - Руслан? Че такое? —Илюх, а ты это все, ну, серьезно? Или так, идти больше не с кем? - Тушенцов отвел глаза и потоптался на месте, как семиклассница, которая старшаку в симпатии призналась. Он и не думал услышать ответ, который в глубине души так желает, но лучше в самом начале все разузнать и не тешить себя ложными надеждами. —Чего? Ты это в каком плане? - Коряков чуть нахмурил брови. Это не было осуждение или что то подобное, просто до него не дошло. Руслан же окончательно стушевался. —Ничего, забей хуй. Ерунду сказал. Слушай, мне это, в магазин еще надо зайти, я пойду. Спасибо что составил компанию. - Парень постарался весело улыбнуться. Судя по озадаченному лицу Ильи - не получилось. И тут, добивающий. На голову прилетел окурок, если б Коряков не смахнул, Руслан бы этого не заметил даже. Сверху кто то задыхался от смеха. Видимо, тот, от кого и прилетел подарочек. Окно закрылось, поэтому что там за тварь такая Тушенцов не успел увидеть. Вроде бы, мелочь, ну окурок и окурок, но обидно почему то стало до жути. Руслан развернулся и направился в сторону магазина, в который на самом деле ему, естественно, совсем не надо было. - Блять, все, я пошел. Спасибо еще раз. Илья остался стоять в недоумении.

***

—Лера, ради бога, выруби эту хуйню. У меня ощущение, что мне в голову насрали. - Время было одиннадцать вечера. Даня лежал на диване и хрустел кириешками. Они с Мидлер пару часов назад все таки выперлись из дома, потому что жевать было нечего. Мама Дани на сутках, кормить их никто не собирался, так что они, в дождь, темень и ветер бежали до магазина. Вообще, постоянные ночевки у Кашина уже стали чем то настолько обыденным, что фраза "я сегодня к тебе не пойду" вызывала у Дани удивление и грусть. Они дружат с пятого класса, и дом рыжего за это время стал Лере вторым. Нет, у нее в квартире не было какой то неблагополучной обстановки, просто так судьба распорядилась, что тусуются друзья именно у него. Да и мама девушки, если учует запах кашинских сигарет, явно не обрадуется. Данина же либо не замечала, либо ей было все равно. Они ведь не бросят от того, что их отругают. Просто будут вне дома курить в три раза больше. А Лера ей уже стала как дочь, так что если та не появлялась у них больше трех дней, мама Данилы сама считала обстановку в доме какой то не такой. —Да, дичь какая то. Ну его, давай в плойку может? - Мидлер захлопнула ноутбук и убрала на тумбочку. За вечер они пересмотрели столько всяких фриков, что появилась мысль, будто в мире адекватности не осталось. —О как заговорила. А я тебе сразу предлагал, между прочим. - Даня, доедая последний сухарик, смял пачку и с одного броска попал в мусорку, в другой конец комнаты. Навык, отработанный годами. Переместился из положения лежа к Мидлер, на край дивана, захватив с собой подушку. —Ой, ну тогда не хотела, сейчас захотела. Не бухти, включай давай. - Лера пихнула Кашина локтем, выгоняя с дивана к телевизору. Плойка запустилась. Сейчас начнется месиво.

***

—Хуй соси! Четыре раза подряд отъебал. Легчайшая, Лер. - Данила спрыгнул с дивана и показал девушке язык. —Да пошел ты, мудила. Сегодня просто день не мой. - Мидлер запустила в рыжего подушкой, чтобы не сильно радовался. Время уже перевалило за час ночи, примерные одиннадцатиклассники в это время закрывают книжечки по егэ и укутываются в одеяло, засыпая. Но каким боком это относится к этим двоим? Правильно, никаким. Спать друзья не лягут до трех точно. Организмы уже смирились с таким режимом, поэтому четырех часов сна в будни вполне хватало. Зато на выходных Кашин с Мидлер отсыпаются по полной, а к вечеру выползают гулять. Ну, или пить, как пойдет. А идет оно чаще всего по второму варианту. —Ну-ну, смотри не расплачься. - Даня словил брошенную в него подушку и отправил обратно. - Пошли на балкон, задымишь стресс от своего тотального проеба. —Да завались ты уже, я тебя в следующий раз так нагну, ахуеешь. - Лера ворошила подушки и плед в поисках пода. Когда они лежат на диване, он постоянно куда то заваливается. Даня же достал из пачки предпоследнюю сигарету и, облокотившись на шкаф, ждал пока Мидлер закончит шмонать их ложе. - Наконец то. Пора завести привычку класть его на подлокотник. —А по моему, пора завести привычку достойно проигрывать. - Кашин мигом оказался за дверью балкона, уворачиваясь от уже второй подушки, летящей ему в лицо. - Все, женщина, спокойно. Молчу. —Надеюсь, а то я тебя отсюда и скину. - Открыв окно, Лера затянулась, заполоняя паром добрую половину балкона. Данины сигареты столько не выпускали, и слава богу, в противном случае им бы тут уже дышать нечем было, и соседям, скорее всего, тоже. - Слушай, а ты с кем подрался то? Я с этим ютубом так и не спросила. Может, знаю. —Ой, сука, тот еще идиот. Руслан, фамилия еще такая, бля, из головы вылетело. А, епта, Тушенцов. И вообще, не напоминай лучше, хуйло обоссаное. Не ты, если че. - Кашин за одну затяжку, казалось, пол сигареты изничтожил. Он изо всех старался выкинуть десятиклассника из своих мыслей, но получалось, честно говоря, не особо. Тот, казалось, проник прямо в легкие, как никотин, пробуждая у Дани все давно забытые эмоции. Что то в Руслане было такое, отчего из головы выходить тот ну никак не соглашался. И Даниле это совсем не нравилось. А кому понравится, он одиннадцатый класс заканчивает, уже серьезный, взрослый парень, которому эта школьная вражда совершенно не сдалась. А тут появляется какая то сволочь, и желание втоптать ее в землю прочно засело в мозгах, вместе, собственно, с самой сволочью. Обосновались там, как паразиты, и пляшут на пару с Кашинскими тараканами. —Так, блять, подожди. Руслан Тушенцов? Серьезно? - Лера посмотрела на друга таким взглядом, будто она сказанному ни капли не верит. - Он же хороший, разве нет? Сумку мне донести помогал, да и на переменах иногда словами перекидывались. Ну, да, дерется иногда, но себя вспомни. Это еще не показатель того, что человек, как ты выразился, хуйло обосанное. —Ты, нахуй, че несешь вообще? Мы точно про одного и того же Тушенцова говорим? Чтоб этого хорошим человеком называть? Рот, бля, помой с мылом. И руку, если здоровались, вместе с сумкой. —Ты че, головой поехал? Сам лучше мозги промой сходи, я тебе серьезно говорю, Руслан никакая не мразь, а вполне себе приятный парень. Не знаю, как так вышло, что вы сцепились. Ну, может, за словами не следит. А ты, как старая боевая собака, которая по дичи соскучилась, сразу кинулся, да? Еще и досталось ему, небось, намного больше чем тебе. - Мидлер отчитывала его, как маленького ребенка. Даня от такой беседы достал вторую, последнюю в пачке сигарету. —Лер, ты точно не ударялась нигде? Да он наглухо ебнутый же, если кадры с моих прошлых лет были самыми обычными придурками, которые извинялись, как только их о стенку приложишь, то у этого после хорошего такого пропиздона рот ни на сантиметр не прикрылся. Он конченный в края, еще и в рожу мне харкнул. Вот это для тебя приятный парень? - Казалось, еще немного, и они поссорятся. Руслан Кашину даже на расстоянии проблем приволок. Ну ничего, они этих ссор столько пережили, дом два позавидует. Чаще всего такое решалось, если не сразу, то на следующий день так точно. —Нет, не ударялась. А ты, толком ни в чем не разобравшись, кроешь его всеми проклятиями. Так не делается, Дань, вроде взрослый уже. - Лера вырвала из рук друга сигарету и затянулась. Видимо, вейп для такого разговора слабоват. Докурив до половины, всучила обратно и ушла в комнату, громко хлопнув дверью. Поругались все таки. —Блять, ну и пиздец. - Более красноречивую фразу выдать не удалось. Кашин скурил остатки чапмана за два затяга и, снова выкинув его в окно, стал рассматривать звезды. Темное небо было ими усыпано и завораживало своей красотой. Даню это даже слегка успокоило. Но сейчас выходить к Мидлер было не лучшей идеей, им надо было окончательно остыть. А то наговорят всякого. Все равно, конечно, помирятся потом, но лучше обойтись без едких фразочек, которые оба могут выпалить не подумав. "Нет, ну она что, серьезно это все? Да я в жизни не поверю, что этот еблан может с кем то нормально общаться, максимум с себе подобными, но никак не с Лерой. Я на пушечный выстрел его к ней не подпущу. Сумки он доносит, прямо к лику святых можно причислять." У Кашина в голове происходил такой диссонанс, что она, казалось, сию минуту взорвется. Он не мог не верить Мидлер, она редко ошибается в людях. Но как поверить в данном случае? Как поверить в то, что человек, от желания растерзать которого в щепки ты еле сдержался, хороший? Очень сложно. Слишком. "Может она права, и я правда как старый пес, в чей дом давно не заходили воры, набросился на первого встречного? Нет, хуйня какая то. Он сам на меня полез, что оставалось делать? Стерпеть? Нет уж, не дождетесь." Даня стучал пальцами по подоконнику. Вырисовывал из опавшего пепла какие то незамысловатые узоры. Занимался чем угодно, лишь бы не думать о нем. Все уже, надумался. Надо забить, да и все. Хороший? Ладно. Пусть этот хороший катится куда подальше, и на глаза ему желательно не попадается, только нервы зря трепать. С такими выводами Кашин и вернулся к Лере, в комнату. Но поговорить им сегодня не удастся. Когда Данила зашел в комнату, свет был выключен, а подругу он застал уже мирно сопящей в подушку. Да, все таки были дни, когда они ложились не в три ночи. Такое было либо когда оба устали до жути, либо в моменты разногласий. Сейчас второй вариант. Даня, слабо улыбнувшись, укрыл девушку пледом. Пошел на кухню, выпить воды. Сидя у окна, снова засмотрелся на небо, на котором, казалось, появилось еще больше звезд. Было тихо, даже собаки под подъездом мирно спали. Дане нравились ночи, особенно в их районе. Ощущение, что ты один в мире существуешь, а все остальные видят сны. Опустошив кружку, наощупь поставил ее к раковине, ведь Лера выключила свет не только в их комнате, а во всей квартире. Если она ложится раньше друга - вырубает все к чертям, и ей абсолютно все равно, что Данила еще не спит. Когда они мелкие были, Кашин все обратно включал, неудобно же. А потом привык, и вскоре в своем доме в темноте ориентировался без всяких проблем. Дурацкая привычка, но он ее уже перенял. Вернувшись в комнату, он улегся рядом, погружаясь в сон вслед за подругой. Несмотря на то, что сегодня ссора между ними так и не разрешилась, никакого напряжения не витало. Ведь было понятно - они уже друг друга простили.

***

Утро. Снова дождь. Осенний Питер не переставал радовать своих жителей этим замечательным погодным явлением. Из подъезда вышли два заспанных человека, которые своим настроением под всю эту слякоть идеально подходили. А как еще в школу во вторник идти? Это не особо лучше понедельника. Сегодня еще и физика, которая намного хуже вчерашней литературы. На той хоть думать особо не надо, сиди да вникай про серую жизнь русских писателей, изредка записывая, кто из них умер от голода, кого убили, а кто самовольно сей мир покинул. А вот физику можно было сравнить разве что с русской рулеткой. Вызовут тебя на какую то задачу, от которой даже Ньютону захочется куда то на чердак спрятаться, или же повезет? Настоящая нервотрепка. В добавок, сегодня факультатив по русскому. Тоже вещь малоприятная. Как можно было догадаться, идущий дуэт – Кашин с Мидлер. Выглядели они, мягко говоря, не очень. У Дани мешки под глазами, которые, по моему, не только под глазами, а под всеми частями его лица. У Леры ситуация получше, но это заслуга ее консилера. У Кашина таких привилегий не было. Они сегодня ничерта не выспались, хоть и заснули раньше чем обычно. Наверно, сказывалось осеннее похолодание. И, понятное дело, обоим это совершенно не понравилось. Шли чернее тучи, даже мимо проходящие мамаши крепче хватали детей за руки. Наверное, эта парочка им торчков напоминала. Лера зевнула. До ужаса хотелось вернуться обратно в квартиру, но выслушивать завтра оры от классной по типу: "Нет, ну вы совсем обалдели!? Выпускной класс, они школу пропускают! Для вас стараются, учителя тратят свое личное время на эти факультативы, а им все по боку! Ничего не надо! Конечно, нам же лучше поспать лишние часы, кому сдалась эта школа?" желания не было. Знаем, проходили. Поэтому оставалось переться в школу, стараясь не отключиться по пути. Кстати говоря, шли они в абсолютной тишине. Почему? Потому что успели помириться и заново поссориться.

Полтора часа назад.

По темной, намертво зашторенной комнате раздался звон будильника, разгоняя оттуда всю атмосферу спокойствия и сна. Лера, ловя остатки этой былой роскоши, укуталась посильнее в одеяло и отвернулась к стене. Даня что то промычал и нырнул головой под подушку. Вставать этим двоим, как видно, отнюдь не хотелось. Кашин и Мидлер сейчас родину бы продали, лишь бы никуда не вылезать из такого мягкого, комфортного дивана и проваляться там еще часов шесть. В комнате рыжего было уютно. Нет, каких то вычурных предметов интерьера не было. Шкаф, забитый не только Даниным хламом, но и вещами его подруги, телевизор с консолью, раскладной диван, так не хотевший сейчас их отпускать, две тумбочки, на одной из которых отчаянно трещал Лерин телефон, ковер, который они столько раз оттирали от алкоголя, что тот, казалось, рассыпется скоро. Но меховой друг служил им верой и правдой. Ну и балкон, повидавший бесчисленное количество сигарет, криков в сторону случайных прохожих, душевных разговоров, пьяных душевных разговоров и многое еще. Да квартира Кашина вся повидала не мало. Была б воля, они бы отсюда днями не вылезали. Максимум в ларек за домом. Но такой воли у них не имеется, поэтому надо было вставать и тащить свои тушки в школу. —Лер, выруби нахуй. - Даня окончательно зарылся головой в подушку, прячась от противной айфоновской трели. Типа, если Даня не видит и не слышит будильник, то тот в свою очередь думает что тут некого будить и затыкается к чертям. Увы, не работало. —Даня, нам вставать надо. Я его уже второй раз перевожу, опоздаем ведь. - Несмотря на такие высказывания, Мидлер от друга недалеко ушла, не высовывая и носа из под одеяла, а настойчивое пищание все не прекращалось. Его источник, наверное, был крайне недоволен таким наглым игнорированием, ведь он, казалось, давил на уши все сильнее, и никакие подушки с одеялами тут не помогали. Лера сдалась первой, и, выползая из своего укрытия, клацнула по телефону с такой силой, что тот, казалось, больше никогда никого не разбудит. Села, зевнула и, раскрыв наконец глаза, перелезла через лежавшего сбоку Кашина, заодно сорвав с его головы подушку. А то он такими темпами забьет на все хер и останется здесь, спать. - Дань, просыпайся давай. У нас выбора нет. Выпускной класс, не забыл? Данила в ответ так тяжело вздохнул, что казалось, будто он сейчас прям на этом диване к богу отойдет. —Блять, лучше бы забыл. Почему сегодня вторник, а не лето, а? - Парень встал, протер глаза и уставился на Мидлер таким взглядом, будто это по ее вине им сейчас надо в горячо любимое учебное заведение тащиться. —Потому что иди и пиздуй умываться, а я пока чайник поставлю. Давай, Дань, живее, если на физику опоздаем, нам эта стерва головы пооткусывает. - Лера собрала волосы в пучок и отправилась на кухню. Без кофе они сейчас нормально функционировать точно не смогут. - И да, нам поговорить надо. —О чем? - Раздался ответ уже из ванной. Шумела вода, поэтому приходилось общаться на повышенных тонах. —Догадайся с трех раз, гений. О том, на чем вчера закончили. - В ванной что то упало. Девушка надеялась, что это был не Кашин. - Дань? Надежды оправдались, источник звука в кухню вошел в добром здравии. Правда с очень недовольным лицом и щеткой во рту. Выглядело забавно, Лера закусила губу, чтобы не заржать от такого серьезного Данилки. А то насупится еще сильнее. —Лер, блять, ну ты серьезно? Опять началось? Я думал мы об этом просто забудем, че тебе сдался то так Руслан этот? - Даня искренне надеялся, что они негласно решили на все это забить. Как оказалось, нет. Он и так проснулся злой донельзя, для полного счастья ему сейчас только разговоров о Тушенцове не хватало. Щетка в зубах захрустела, казалось, Кашин ей сейчас верхушку перекусит. —Да не кипятись ты, я не собираюсь тебе доказывать что он ангел божий. Просто хочу кое что посоветовать, и не более. - Вскипел, слава богу, не рыжий, а чайник. Лера разлила по кружкам кипяток и засыпала кофе, поставив на стол. Такой вот скромный завтрак. —Мне твои советы, как мертвому минеты. Сказал же, не хочу, чего ты прицепилась с этим Тушенцовым? - Изо рта чуть не полилась паста. Ну, хоть не пена. Даня закашлялся и вылетел из кухни обратно в ванную. Судя по матам, доносящимся оттуда, чуть не поскользнулся на том, что пару минут назад уронил. —Дань, ради бога, успокойся. Давай не будем снова ругаться, хорошо? - Мидлер направилась за ним. - Я же не буду тебя в друзья ему набивать. —Да еще не хватало, бля. Все, Лер, иди кофе пей. Сейчас умоюсь и вернусь. Поговорим, раз надо. - Даня не злился на подругу, просто ему так не хотелось впускать Руслана обратно в свои мысли, что от отчаяния аж выть хотелось. —Хорошо, жду. Не дуйся, обещаю, разговор напряженным не будет. - Лера, удовлетворившись тем, что Кашин угомонился, вышла из ванной, ожидая того за столом переговоров. Спустя пару минут, рыжий доделал все свои дела и плюхнулся на стул. Отхлебнул кофе и облокотился подбородком о руку, в ожидании смотря на подругу. —В общем, слушай. Спустя минут десять увлекательного Лериного рассказа, Данила откинулся на спинку стула и вздохнул, смотря куда то в никуда. Кружки были опустошены, хотя то, что они обсуждали, взбодрило получше всякого три в одном. —Лер, тебе не кажется, что это все бред? Твои знакомые из той школы не могли напиздеть? Тебе вообще с каких хуев это рассказали? И почему ты только сейчас мне это сказала? - Забросал вопросами Данила. —Нет, Дань, не могли. А рассказали мне, потому что заметили меня, идущую с Русланом. Помнишь, я говорила, сумки донести помогал. Ну и выдали все это. Прихуела я тогда неслабо. А тебе тогда Юрьевна мозги трахала, вряд ли заинтересовала бы вся эта история. Ну, а потом я и сама как то подзабыла. - Мидлер отнесла кружки в раковину и залила водой. Пусть отмокают, помоют как придут. И так времени в обрез уже, а ей еще краситься. —Не знаю, звучит, честно говоря, как абсолютная поебень. - У Кашина в голове, казалось, даже тараканы заткнулись в раздумьях. С чертиками на пару. —Дань, просто попробуй с ним пообщаться, я тебя прошу. Никакой дружбы не навязываю. Я уверена, что он не такой хуевый каким тебе показался. Судя по этим росказням, у Руслана и в правду проблемы. Я понимаю, что не тебе их решать. Но помнишь, как в пятом классе спасли тебя? Я, между прочим. Когда с тобой общаться вообще никто не хотел, мол, рыжий фрик. Если б я тогда не разглядела в тебе хорошего человека, где бы ты был сейчас? Наверняка спился бы, продолжая всякие драки провоцировать. Попробуй и ты спасти. —Ну и сучка ты Лер. На больное давишь. Не знаю. Я уже сказал, что это звучит как абсолютный пиздеж? Мнение ни капли не поменялось. Да и знакомств новых я сейчас, честно говоря, не планировал. Тем более с такими уеб - Лера, не дав договорить, недовольно посмотрела на рыжего. - Кадрами. С такими кадрами. Так что, если это и правда, мне его жаль. Но вытаскивать кого то из дерьма, не обессудь, сейчас совсем не хочется. Прости. Не расстраивайся, иди давай штукатурься. Выбегать пора, сама же угрожала, что нам головы откусят. —Дань, ну, - теперь закончить не дали уже девушке. —Лер. Я все сказал. Первое впечатление не изменишь, как ни старайся. Я не хочу с ним общаться, если ты заделалась в спасатели – вперед. Я в этой хуйне участие принимать отказываюсь. —Я тебя поняла. Больше они не разговаривали. Лера красилась, Кашин молча дожидался ее у порога. Утренняя рутина подошла к концу и, заперев дверь, немая компания выдвинулась в школу. Чертов Руслан. Снова то же, что и вчера. Им здесь даже не пахнет, а у Дани из за него проблемы.