Фаталити.

Ненависть - безумно сильное чувство, которое собой может заполонить все остальные. Рассудок, сожаление, сдержанность, доброту. Она может перекрыть разум непроглядной пеленой, устраивая там ужасный хаос. Въестся в мозг и выветриваться ни за что не согласится. А Даня сейчас был ей до безумия рад. Рад тому, что вчерашние неоднозначные мысли ушли, как только он нормально выспался. Видимо Кашина тогда уже глючило и от недосыпа и от перенасыщенного дня, именно поэтому тот и зациклился так на десятикласснике. А сейчас все было нормально, вернулось чувство, к которому он давно привык – вышеупомянутая ненависть. Даня много кого и чего ненавидел, это уже было его частью. Ненавидел долбоебов из интернета, ненавидел некоторых личностей из преподавательского состава, ненавидел когда челка неровно лежит, ненавидел слишком жаркую погоду. И одного десятиклассника ненавидел, снова, чему сейчас ужасно радовался, скача по квартире как бешеный сайгак и иногда посмеиваясь. Лера, попивая кофе, опасливо на это смотрела. Спрашивать что происходит пока не решалась, было ощущение, что Кашин сошел с ума. Проснулся парень раньше нее, что уже ужасно странно, но окончательно он ввел Мидлер в ступор, когда с абсолютно довольным лицом пожелал ей доброго утра и принес "завтрак в постель", точнее кофе в диван. А сам побежал в ванную умываться, напевая какую то иностранную песню. Напоминание: сейчас начало учебного дня, время семь утра, за окном питерская слякоть. Нормальным людям в такие моменты под машину прыгнуть хочется, а у рыжего счастье из всех щелей прет. Когда он прискакал обратно в комнату, подмигивая ничего не понимающей Лере, та не выдержала. —Дань, ты ебанулся? Или, пока я спала, сто грам хлебнул? - Мидлер отпила любезно приготовленный кофе, косясь на друга. —Я ненавижу Руслана! Всем нутром. Да я его терпеть, блять, не могу! - Данила, улыбаясь во весь рот, подлетел к Мидлер и проговорил это прямо ей в лицо. Сделал глоток из чашки, что держала подруга. Той это не понравилось, Кашин и так своей гиперактивностью напрягал, куда еще то? - Ой, вкуснятина какая. Хорошо приготовил. —Я за тебя очень рада. Но это вроде так с позавчерашнего дня было, нет? - Лера опасливо смотрела в бешеные глаза напротив. Казалось, парня сейчас разорвет от переполняющих эмоций. —Нет, я вчера в этом засомневался. Еще и ты со своими бреднями о том, что я его у стенки зажимал. А сейчас все хорошо, Лерочка, все просто замечательно! Я как проснулся, всю эту хуйню как рукой сняло.

15 минут назад.

Даня вскочил на диване, весь в холодном поту. Ему снилась абсолютная психоделика. То какие то полеты над облаками, то бесконечные школьные коридоры, то кадры, на которых весь мир пылает синим пламенем. Но больше всего запомнился один момент, от которого Кашин и проснулся так резко. Даня, скрестив ноги, лежит на диване. В комнате темнота, на кухне кто то звенит посудой, там же шумит вода. Наверняка это Лера какие то порядки наводит. Парень перевернулся набок, подвинул поближе одеяло, укутываясь в него с головой. На кухне в это время перестала греметь тарелками подруга, шум воды тоже прекратился. Щелкнул выключатель, оставив квартиру освещаться лишь лунным светом, который и то еле пробивался сквозь плотно задвинутые шторы. Данила закашлялся, шаря рукой по тумбочке в поисках какого нибудь стакана с водой. Горло сохло, пить хотелось адски. Из коридора раздался голос. —Да хорош кашлять, старик, несу я твою воду. Голос Леры показался каким то слишком грубым. Видимо, это звук так через одеяло искажался. Кашин, высовывая лишь голову, ожидал спасительного стакана. Перед глазами мелькнула собственная кофта – совсем неудивительно, Мидлер часто таскает его вещи, но они ей всегда огромные, а тут вещь сидела подозрительно хорошо. Странно, потолстела что ли? Или кофта села? Рядом с парнем опустилась темная фигура, приставляя к лицу стакан воды. Даня приподнял голову, залпом опустошая больше половины. Стало намного лучше. Поставив воду на тумбочку, он опустился обратно на диван. Под боком устроилась подруга, утыкаясь рыжему куда то в руку. Откуда такой резкий прилив тактильности? —Напился? Давай спать уже, а, я устал. Что? "Устал"? Это еще что за новости? Кашин резко обернулся, так, что аж шея хрустнула. Вглядываясь через темноту, понял, что в руку ему утыкалась совсем не подруга, а Руслан, мать его за ногу, Тушенцов. Вот почему голос грубый, вот почему кофта сидит нормально, и вот почему мужские местоимения. Все встало на место. Даня, не то что в шоке, а в полном ахуе, разом вскочил с дивана. А после проснулся, матеря все на чем свет стоит. Что это вообще за сны такие? Да это не сон, это самый что ни на есть настоящий кошмар! Минуты две проклиная такой подарок собственного разума, ему вдруг пришло осознание. "Так, блять. Мне не понравилось. А что это значит? Значит, что Лера несла абсолютную хуйню, и ничего кроме негативных чувств я к этому еблану не питаю. Да меня че то и самого вчера помутило, даже верить ей начал. Вот что с людьми недосып делает, ну и маразм. Надо больше спать, определенно. А то и не такие глюки в голову вскочат. Господи, как хорошо то стало!" И Кашин, теперь даже благодаря свое сознание за такой сон, встал абсолютно счастливым. Всякие Русланы разом пропали из головы, оставаясь там, в ночи.

***

—Боже мой, и ты из за этого такой довольный? Псих. - Лера, сделав еще пару глотков кофе, поставила чашку на тумбочку и пошла умываться, надеясь, что Даня за это время хотя бы чуть чуть успокоится. Находиться рядом с парнем, который обычно в расслабленно-агрессивном состоянии сейчас было как то странно, хоть она и была рада тому, что у него хорошее настроение. А о том, с кем Кашин перепутал ее во сне, знать совсем не обязательно, пусть идет. Данила, отпив еще немного из лериной кружки, принялся заправлять постель. Нет, это уже ни в какие края, Кашин точно свихнулся. Да они этот диван в жизни не заправляли, только если мама его по шеям не надает. Лера, вернувшаяся что то спросить, застав эту картину развернулась обратно. Ну его к черту. "Вот пусть этот Русик сегодня мимо меня хоть весь день шастает, вообще без разницы. Хуй я на него клал, да таких долбоебов по городу ходит – не пересчитай, че, с каждым теперь пиздиться? Может хоть всю свою токсичность на меня выплеснуть, ради бога. Заняться мне нечем, мозги ему еще вправлять. Да там вправлять то и нечего. Все, в пизду. Я не могу, как же на душе легче стало с такой позицией." —Блять, Даня! Ты пока свой кофе готовил весь стол зафаршмачил, настолько радостный, что руки не держат? - Прозвучало из кухни недовольное Лерино бурчание. Парень же, закончив с диваном, направился к ней. —Да не ругайся, сейчас все отмоем. - Данила подошел к подруге, и, закинув руку ей на плечо, зарылся носом в светлые волосы. - Ты шампунь новый купила? Вкусно пахнет, надо еще взять. —Дань, ты меня своим хорошим настроением пугать начинаешь. Ты точно ничего не принял? - Мидлер, продолжая оттирать стол от разводов, хмурилась, мельком смотря на шкафчик, в котором у них было припрятано пару бутылок. —Ой, да не нуди ты, ничего я не пил. Злой хожу – не нравится, добрый – тоже не нравится. Ничего тебя, Лера, не устраивает. - Кашин, потрепав подругу по волосам, удалился в комнату. —Прости господи. - Девушка, которая радости рыжего совсем не разделяла, старательно оттирала здоровое пятно, которое тот поставил. - Ладно, это уж лучше того, что ты на людей кидаться будешь. - Добавила она уже тише, когда Кашин отошел подальше.

***

Лера, задыхаясь от смеха, сползла вниз по стене старой пятиэтажки. Даня же в это время обругивал всевозможными матами лужу, в которую только что с разбега свалился. —Че, довеселился? - Отсмеявшись, Мидлер подошла к грязному как уличная собака парню, стараясь того хоть немного оттереть. Слава богу, одет он сегодня был во все черное, было не сильно заметно. - Не больно? —Да не, нормально. Тьфу, бля, все. Идем спокойно, хватит на сегодня активности. - Совместными усилиями, Даня стал похож на человека. Напоследок отряхнувшись и поправив челку, от падения превратившуюся в черт знает что, он сплюнул в предательскую лужу и пошел дальше, теперь уже обычным шагом. Лера, до сих пор посмеиваясь, отправилась следом. На горизонте показались знакомые стены, вокруг которых уже во всю носились школьники. Первоклассники, с рюкзаками больше чем они сами, и такие же, как и Даня с Лерой, заебанные подростки. Неподалеку кучка детей лет десяти, шкерясь от любого шороха, курили сигареты. Не в затяг даже, постоянно кашляя. Мидлер, посмотрев на эту картину, умилилась. Вспомнились юные годы, когда они с рыжим только начинали пробовать все, что под запретом. Первая сигарета, которую они купили поштучно за двадцать рублей и скурили напополам, сидя на крыше заброшенного дома и чувствуя себя до жути взрослыми, первые бутылки пива в седьмом классе, которыми они после зачастую разбавляли выходные. А под конец восьмого и первая бутылка водки, ради покупки которой они сделали записку "Для дяди Васи", ощущая себя гениями. Продавщица тогда по почерку, который не сильно хорошо косил под взрослый, сразу все поняла, но ничего говорить не стала. А после парень с девушкой стали этой продавщице привычными покупателями, со своим "Да мы не себе, честное слово!" и уже никакие записки были не нужны. Так что с покупкой алкоголя и сигарет у них проблем не было. Девушка, улыбнувшись проявившимся воспоминаниям, даже не заметила как они уже подошли к школе. Переглянувшись с Кашиным, одновременно с ним же вздохнула. Еще только середина недели, а они уже затрахались, сегодня еще и контрольная по математике. Хоть бы до выходных дожить. Про разгневанную еще со вчера уборщицу они вспомнили только зайдя за порог. Сменки с собой, естественно, не было, сто лет им это не надо. А вот тетке, уже направляющейся в их сторону – надо. Дане с Лерой совсем не улыбалось сейчас идти сначала к Кашину, за чистыми кроссовками, а после еще и к Мидлер за тем же. Поэтому рыжий, схватив девушку под локоть, рванул вместе с ней обратно на выход. Отдаленно слышались совсем недобрые выкрики: "Так, куда? Живо стоять! Ну вы у меня получите, гаденыши!". Спасибо хоть ссаные тряпки в спину не полетели. Хотя, еще не вечер, так что лучше ускориться. Школьная рутина соскучиться не дает. —Ой, бля, форсаж ебаный. Я на повороте чуть башкой о стенку не вхерачился. - Даня дернул железную дверь, запуская себя и подругу внутрь. По идее, этот выход должен был открываться только в чрезвычайных ситуациях, но замок был настолько хлипкий, что туда шастали при каждом удобном случае. Тем более, сейчас ситуация и вправду чрезвычайная, ведь первым уроком у одиннадцатого класса была математика, на которой, как уже говорилось – контрольная. Именно поэтому Кашин с Мидлер долетели досюда меньше чем за минуту, побив, кажется, все мировые рекорды. Зато успели, до звонка оставалось еще минуты три. —Не говори, я сейчас по моему легкие выплюну. - Лера пыталась отдышаться после этих гонок, но времени передохнуть нет, надо было топать дальше. Хорошо хоть нужный им кабинет находился не сильно далеко. —Ниче, сейчас матеша начнется, вообще ахуеешь. - Данила усмехнулся, похлопав еще сильнее поникшую подругу по плечу. - Не кисни, после школы по пиву возьмем. Заслужили, бля. —Ага, и пить мы его будем где то на обоссаной лавочке. Не забыл, чья мама сегодня возвращается? - Парень с девушкой пробегали коридор за коридором, иногда оглядываясь, не следует ли за ними уборщица. Теперь им, видимо, до конца учебного года от этой женщины бегать. —Ой, какие мы гордые. Тебе напомнить, как мы настойку на чердаке в твоем падике глушили? Или самогон у какой то речки-вонючки, который нам рандомный дед подогнал? Вот и не пизди, лавочка и лавочка. Зато свежий воздух. —Ладно, все, молчу. Боже, наконец то теть Света придет, пожрем хоть нормально. А то мы с этими кириешками себе скоро гастрит заработаем. - В доказательство сказанному, у Леры заурчал живот. - О чем я и говорю. Пройдя еще один коридор, они оказались у кабинета математики. Подошли как раз вовремя, до звонка оставалось две минуты. Это время они решили потратить на самое что ни на есть полезное дело – попиздеть у подоконника. Переговоры велись, как всегда, о чем то безумно важном, никак не о контрольной. На данный момент темой стал разбитый цветочный горшок, останки которого валялись на том же подоконнике, около которого одиннадцатиклассники и пришвартовались. Жаль, хороший был цветок. Но долго сожалеть не получилось, их нагло прервали. —Даня, привет! Че довольный такой? Ничего, сейчас исправим. Выглядишь сегодня не очень, честно говоря. Еще и весь в хуйне какой то, ты че, свалиться куда то успел? - Прямо перед лицом рыжего оказался Руслан, поставив руки справа и слева от него, на тот же подоконник. Кашин сначала даже дар речи потерял. Что за дичь? —Ты че, ебу дал? - Единственное, что смог из себя выдавить Данила. Рядом стояли не менее ахуевшие Илья с Лерой. Первый, конечно, подозревал, что Тушенцов что то задумал, когда тот утром приперся к нему домой и потащил в школу аж за двадцать минут до начала уроков, сказав, что у него очень важное дело. Но Коряков не думал, что это дело будет выглядеть так. —А ты разве до этого не считал меня ебанутым? Мне казалось, у нас это взаимно. Ну ты и мудак. - Руслан смотрел своими карими глазами так наигранно-грустно, что Кашин окончательно выпал с этого цирка. —Придурок, ты под чем? - Даня вопросительно глядел на десятиклассника, заодно проверяя у того зрачки. Мало ли. —Да, давай, оскорбляй. Никаких нежностей, Даня. Можешь даже меня пару раз о стенку приложить, знаю же, хочется. - Последнюю фразу Тушенцов прошептал прямо на ухо, чем в края пошатнул у всех троих уверенность в своей вменяемости. —Блять, ты че делаешь то? - Звонок. Наконец то, а то Кашину уже начало казаться, что это снова какой то ночной кошмар. —Ну вот почему так не вовремя, а? Ладно, давайте, пиздуйте на свою матешу. Еще увидимся, Дань. - Десятиклассник, напоследок дернув вниз надетый на рыжего капюшон и отправив на чужой лоб щелбан, мотнул головой абсолютно ахуевшему Илье, после чего они ушли. —Что это, нахуй, было вообще? - Лера, смотрящая в какую то одну точку, взяла с подоконника рюкзак и направилась в кабинет. —Да я понятия не имею. Совсем поехал, видимо. - Данила, раздраженно подняв капюшон обратно, отправился туда же. И так немногочисленные мысли о контрольной улетучились вовсе. В чем же заключался гениальный план Руслана? Этой ночью он ужасно замучался всевозможными мыслями о психованном одиннадцатикласснике. Пока он сидел у Ильи, все было относительно нормально, а вот оставшись наедине с самим собой, совершенно никак не мог справиться с собственным сознанием. А оно, в свою очередь, подкидывало все больший и больший бред. Тушенцову рыжий гад засел в самую душу, пробуждая какие то новые эмоции, которые ему совершенно не нравились. Еще и этот момент, когда Илья с Лерой застали их в не самом удобном положении. Руслан боялся даже сам себе признать, что в ту минуту сердце так сильно стучало совсем не от того, что его недавно отпиздили. Десятиклассник от собственных мыслей готов был уже голову о пол разбить, чтоб не мучаться больше, но в итоге придумал, что ему со всем этим делать. Он решил прочно доказать самому себе, что Даня – абсолютная и бесповоротная мразь, которую только и остается, что ненавидеть. Тушенцов решил довести Кашина до такого, чтоб тот весь свой самоконтроль растерял, вместе с положительными качествами. Ему нужно было опустить Данилу в собственных глазах, чтобы никаких лишних мыслей больше никогда не появлялось. Можно было поступить по другому, да, попробовать, например, узнать Даню поближе. Но это же Руслан, гордый до ужаса, никому не доверяющий и всех ненавидящий. Он ни за что не признается одиннадцатикласснику в своих непонятных чувствах, не вынесет такого позора. Да он самому себе то все никак признаться не мог, думая, что просто бредит. Полностью довольный таким решением проблемы, парень наконец успокоился, заодно придумывая, какими же способами задолбать Даню. Он заснул, уже предвкушая, что будет в школе. День обещает быть веселым.

***

—Руслан, ты ебанулся? Это че и зачем сейчас было? - Спустя минуту Илья, наконец, подал голос. —Мне надо его на агрессию вывести, а то это невозможно. Какого хуя он такой спокойный сегодня? - Тушенцов шел, от его вида, казалось, цветы на подоконниках вяли. Пока на агрессию удалось вывести только себя. —Чего, нахуя? Ты в больницу захотел? - Коряков совершенно ничего не понимал. А одноклассник, естественно, все карты не раскрывал. —Да блять, ну надо мне, очень. Потом все объясню. Наверное. - Толкнув дверь и кротко извинившись за опоздание, Руслан плюхнулся за парту, Илья рядом. Ради приличия записали число и тему урока, далее ничего ни слушать, ни писать не планируя. Илья, зевнув, подпер рукой щеку и уставился в окно. Руслан же, хрустя пальцами, казалось, мысленно кого то проклинал. Лицо у него было совсем не дружелюбное. Интересно, кого. Видимо, проклятие сработало. Кашин завалил контрольную, не добирая одного балла до тройки. Сегодня у учителя математики, видимо, было желание весь их класс уничтожить, ибо телефоны она забрала, из кабинета никого не выпускала, а особо говорливых рассаживала. К последним относились Даня с Лерой. Мидлер обычно помогала другу с математикой, а тут их по углам раскидали. Еще и мысли парня были забиты совсем не тем, чем нужно. Утреннее хорошее настроение потихоньку умирало. Досидев пятнадцать минут до конца урока, он подождал, пока соберется Лера и потащил ее в курилку. Расслабиться определенно не помешает. Но Данилу, видимо, сегодня свыше решили добить. Они успели пройти метров пять, как со спины на Кашина кто то налетел, чуть не повалив на пол. А после крутанулся, вжимаясь лопатками в стену, а рыжего расположил напротив себя. —Повторим вчерашнее? Только Илью с Лерой надо попросить удалиться, чтобы тебе потом опять оправдываться не пришлось. А, ой, точно. Ты ведь никого не зажимал, всем все показалось, чего это я. Оставим это в секрете. - Последнюю фразу десятиклассник прошептал почти что в губы, и долетела она лишь до Дани. А после вовсе отошел от стенки, хватая за руку Илью и уводя куда то прочь. —Я в ахуе. - Спустя секунд десять молчания высказалась Мидлер. Они даже понять ничего не успели, Тушенцов как ураган пронесся, оставив после себя лишь руины. И покрасневшего Кашина, который все еще пялился в стену, только что служившую опорой в конец одуревшему десятикласснику. Данила тяжело дышал, кажется, еще одной встречи с Русланом его сердце может и не выдержать. "Что он, блять, делает? Придурок ебаный. Еще раз подойдет – я его придушу нахуй." "Так. Подождите." —Я кажется понял, чего он добивается. Тушенцов в это время злостно наворачивал круги по мужскому туалету и возмущался во весь голос, иногда пиная двери кабинок. Илья, уже не надеясь на какие либо объяснения, молча сидел в углу. —Нет, блять, это че такое? Я перед ним и так, и эдак, а ему хоть бы хны. А вчера одна несчастная фраза про Мидлер вылетела, и все, психанул, что аж шокером хуярить пришлось. - Сказав это, Руслан резко остановился. На лице медленно появлялась ухмылка, что очень не понравилось Корякову. Что он снова выдумал? - Точно. Лера. Как я мог забыть про его слабую точку? - Парень выбежал из туалета, Илья мигом сорвался за ним. —Идиот, блять, стой! - Десятиклассники пролетели уже два коридора, Тушенцов – за Даней, А Коряков за ним. Перед школой Руслан запомнил расписание одиннадцатого класса на сегодня, поэтому проблем с маршрутом не было. Основательно подготовился. Илью проигнорировали, ни капли не собираясь тормозить, тогда он ускорился до максимума. Парень сомневался, что Даню взбесит нарочно сказанная про подругу фраза, но чем черт не шутит. Лучше не рисковать, Тушенцов и так полуживой, с разбитой губой, фингалом под глазом и кучей ушибов и ссадин. Ему, видимо, этого мало было. Последний поворот, осталось буквально пару метров. Руслана схватили за руку, оттаскивая назад. Илья успел в последнюю секунду, выполнив все нормативы по бегу за раз. —Никуда ты, блять, не пойдешь. Успокойся уже, отлипни от него. Доебешь же, на третий раз он тебя точно пришибет. - Десятиклассник старался выбраться и пуститься в бой, но не получалось. Руки болели, а пинать Корякова он себе не позволит, такое только Кашин заслужил. Кстати, о нем.

Пару минут назад.

—Он меня, сука, специально довести хочет! А я то думаю, хули это все так странно выглядит. Только одно непонятно – нахуя? - Даня шагал из угла в угол, пытаясь разобраться в замыслах десятиклассника. Он не такого ожидал. Кашин думал, что тот просто будет выебываться в своей привычной манере, или, например, проходя мимо что нибудь ему сказанет. Но не будет метаться по всей школе электровеником в его поисках. Не будет специально нервировать, чтобы Даня осатанел и дал пару раз в еблет. Зачем, почему? —Да забей ты хуй, и все. Игнор, Даня. Когда он поймет, что тебе все равно, сам отстанет. —Ошибаешься, Лер. Совсем наоборот, ему, блять, нужна моя реакция. Этот придурок будет трахать мне мозг, пока я его не прикончу. —Господи, ну значит дай ему то, что он хочет. Только не бей. А то и так весь покоцанный, я удивляюсь, как он вообще так носится. - Лера измученно закрыла глаза, через рукав затягиваясь вейпом. Обычно она кроме курилки нигде не дымит, страшно, но эти двое ее так задрали, что было уже без разницы. —Да нет же, тут другое что то. Правда я пока не до конца разобрался, что конкретно. Мне кажется, его простые ругательства не устроят. —Дань, ты с ума сошел? Думаешь, Руслан настолько конченный, что добивается от тебя пропиздона? Остынь, тебя уже клинит. —Да как мне остыть, расскажи, когда кто то занимается вот такой хуйней? - Кашин припал к рукам подруги, затягиваясь. Обстановка была такая себе. Уже третий день Тушенцов выводит их на перепалки. —Обычно. Все, пошли отсюда, а то у меня такое предчувствие, что к тебе скоро кое кто заявится. Давно его что то не видно. Только они собрались зайти за поворот, до ушей донеслись знакомые голоса. Вспомнишь, как говорится, солнце – вот и лучик. Доносились обрывки фраз по типу: "Да пусти ты меня!", "Ага нахуй, стой смирно.", " Илюх, ну пожалуйста.", "Перебьешься." Парень с девушкой переглянулись и пошли туда, куда и планировали. В самое пекло. Лера, на всякий случай, взяла рыжего под руку. Как только они вышли, десятиклассники сразу замерли, а после Илья потащил Руслана в противоположную сторону, подальше отсюда. —Ой, Дань, ты уже не такой веселый? А чего так? - Тушенцов, все еще стараясь вырваться из рук одноклассника, выжидающе смотрел на Кашина. Но тот никак не реагировал. Не услышал, что ли? - Эй, бля, ало. Оглох? Данила, стиснув зубы, шел дальше. Держаться, надо было держаться. Нельзя было дать Руслану то, что он хочет. Много чести. —Блять, Даня! Ты издеваешься, это че такое? - Компании становились друг от друга все дальше и дальше, а возмущения Тушенцова – громче. - Лера дура! От последнего высказывания Кашин остановился, намереваясь хоть что то ответить, но подруга его остановила. —Стоять. Голову включи, это все театр. Либо цирк, как больше нравится. Просто идем дальше, давай, немного осталось. - Мидлер дернула друга обратно, ведя подальше от едких фраз. Руслан, уже перестав вырываться, молча смотрел вслед. В этот раз грусть была не наигранная. Его никогда не игнорировали, и на свои выкидоны парень всегда получал соответствующую реакцию. А тут человеку тотально все равно. Обратить на себя внимание стало уже делом чести.

***

Спустя четыре урока, у Дани начала медленно, но верно съезжать крыша. От Тушенцова Лера спрятала его в женский туалет. Позорно, да, и крайне некультурно. Но другого выхода не осталось, Руслан их из любой пизды доставал. А сюда пока не пришел, видимо, считает, что одиннадцатиклассник до такого не опустится. Ошибается, не понимает, наверно, насколько сильно он рыжего заколебал. И Илью. И Леру. А это еще только половина учебного дня. —Лер, ты иди, звонок скоро. А я тут останусь. Че там у нас следующее, география? Похую вообще, я отсюда не выйду. Курилку только оставь свою. - Кашин сложил руки в замок и устроился поудобнее, явно никуда сдвигаться не собираясь. —Дань, это бред. Ты так все оставшиеся уроки собрался просидеть? А завтра? Вообще в школу не явишься? - Лера опустилась рядом, смотря другу в глаза. Ужасно заебавшиеся глаза. Девушке было его жаль, и очень, но прятаться – явно не лучшее решение. —Да. Это уже невозможно, Лер. Бить его ты мне запретила, орать на него тоже. Что еще остается? —Терпение, терпение, и еще раз терпение. Перебесится, ему самому надоест, вот увидишь. Пойдем? - Мидлер взяла рыжего за руку, намереваясь встать вместе с ним. —Да не могу я терпеть, Лер, ты себе даже представить не можешь, как мне ему вдарить хочется за всю эту мозгоеблю, и не один раз. —Да почему, Дань? Ты со сколькими долбоебами в жизни пересекался? Да не пересчитать, мы чисел таких не проходили. Почему ты именно на этом зациклился? Особенно зная, что он специально тебя выводит. Это не похоже на тебя, ты таких обычно один раз пошлешь, а дальше пусть хоть всю оставшуюся жизнь пиздят. Чего тебе въелся то так этот Руслан? —Да не знаю я, блять, не знаю. Самое тупое во всем этом то, что че бы я не сделал, выйдет хуйня. Продолжу дальше его игнорировать: сойду с ума и кого нибудь определенно убью. Если отвечу: он нихуя не успокоится, я уверен, только дальше продолжит. Это, сука, тупик. —Значит поговори с ним, без агрессии, просто объясни что он творит хуйню. Можешь меня с собой взять, помогу. —Да нет смысла с таким разговаривать, он ебанутый наглухо. Все, Лер, иди. Опоздаешь. - Кашин подтолкнул подругу к выходу, заодно забирая подик. Мидлер лишь вздохнула и удалилась, оставив Данилу с самим собой, надеясь, что тот что нибудь все таки решит. Она хотела помочь, но сейчас друг ничего принимать не будет. Он слишком устал. Илья в это же время успокаивал Руслана, сидя около библиотеки, на лестнице, ведущей на крышу. Тушенцов, кажется, сию минуту разревется. —Да меня в жизни никто так нагло не игнорировал. Я весь день перед ним кручусь, уже весь свой словарный запас исчерпал, ему вообще насрать. Абсолютно. Неужели нельзя хоть простое "пошел нахуй" ответить, а? Господи, это невозможно, все не так пошло, совсем, блять, не так, я это не продумал. - Десятиклассник закрыл ладонями лицо, продолжая что то бормотать. —Русь, успокойся, забей ты на него. Ну игнорирует и игнорирует, чего тебе так сдалось ему нервы трепать? - Илья приобнял друга за плечи, пододвигая ближе к себе. На такого убитого Тушенцова было больно смотреть. Он положил голову Корякову на колени, все так же закрывая лицо. - Ну, ты чего так раскис то? —Да нельзя мне забивать, я тогда от своих же мыслей ебнусь. Мне надо, чтобы он меня обругал последними матами и в реанимацию отправил, чтобы, сука, не втрескаться как сопливая школьница. - Руслан резко вскочил, осознав, что только что выдал. - Блять. Нет, я не это хотел сказать, случайно вырвалось. То есть не вырвалось, это вообще неправда, я не знаю как мне такое в голову пришло. Я хотел сказать, что мне просто хочется его довести. И больше ничего. Потому что я тварь, которой это удовольствие доставляет. - Нельзя. Нельзя было открывать свою душу, никому. Тушенцов сам себе запрещает доверять людям, ведь тогда его сожрет собственная паранойя, мол "Теперь меня опозорят и предадут". Он рад, что нашел себе Илью, но не готов был рассказывать тому такие вещи. - Все, Илюх, иди на урок. Я тут останусь. Мне нужно одному побыть, подумать. —Понял. Пиши, если что, прибегу сразу. - Коряков, похлопав Руслана по плечу, отправился на биологию. Он был слегка в шоке с фразы, которая якобы была абсолютной неправдой. Зато был уверен в том, что пиздеж – высказывание про то, что Тушенцов тварь. Тут и тупому понятно, что тот просто испугался, выдав что то слишком личное, вот и наврал первое, что в голову пришло. Ничего, Илья докажет, что не предаст. Просто нужно время. Коряков с Мидлер встретились на лестнице, совершенно измученные. И, посмотрев друг другу в глаза, сразу все поняли. —Даня? —Руслан? Раздались одновременно голоса, а за ними – утвердительные кивки. Парень с девушкой сели на ступеньку, им хотелось отдохнуть от всего этого кошмара. Слова были излишни, оба и так наговорились, пытаясь помочь друзьям. —Пошли покурим? - Илья с надеждой посмотрел на Леру. —Пошли, лишним не будет. Правда, у меня Даня вейп отобрал. —Ничего, я тебя сигой угощу. А то наплодилось вас с этой электронщиной, совсем про классику забыли. - Коряков улыбнулся, и девушке передался его настрой. Обстановка наконец разрядилась. Правда, только у этих двоих. У кого то сейчас эта самая обстановка накалилась до предела. Кашина выгнали из туалета две зашедшие туда восьмиклассницы, параллельно обзывая маньяком-извращенцем. Сил оправдываться не было, он просто ушел. А Тушенцову в это же время приспичило по важным делам. И они, конечно же, пересеклись. Закон подлости. Данила стоит наверху лестницы, Руслан – на ней же, но снизу. Они молча друг друга разглядывают, не решаясь ничего сказать. Сказывалось то, что находились они в абсолютном уединении. На перемене, когда рядом друзья и куча других школьников, находиться рядом было не так напряжно. Одиннадцатиклассник не выдержал первым. Рядом не было Леры, которая остановила бы, так что его ничего не держало. Терпение кончилось. —Сюда подойди. - Даня думал, что парень побежит к нему со всех ног, ведь именно этим тот весь день и занимался. —Нет. - Что за черт? Все просто. Сегодня все те разы, что он приставал к Кашину, они были в компании. Лера, Илья, и так далее. А сейчас они лишь вдвоем, и вспоминая, чем такое уединение кончилось вчера – Руслану было страшновато. Совсем не хотелось, чтобы что то подобное повторилось. —Значит я сам. - Даня рванул вперед, пролетая добрую половину ступенек за раз. Тушенцов даже среагировать не успел, как рыжий уже оказался рядом с ним. - А ты с какой радости угомонился? Что, при мне одном не такой смелый? —Блять, уйди. - Умница, Руслан. Весь день за ним бегал, а в одиночестве все планы и тактики рухнули к хуям. —О как заговорил. Я бы рад тебе пиздануть для профилактики, но ты этого и добиваешься, так? - По тому, как десятиклассник отвел глаза и потоптался на месте, Кашин сразу понял, что попал в точку. - Так и знал. Может расскажешь тогда, нахуя? Ты мазохист, или че? —Нет, не расскажу, отъебись и дай пройти. - Тушенцов попытался обойти, но путь преградили. Даня снова загнал его в тупик, прямо как вчера. Бить не было смысла, тот смотрит во все глаза и явно успеет перехватить удар. А вот отвечать на него не станет, ведь разгадал уже, что парень этого и желает. —Ага, разбежался. Ты меня весь день заебывал, а мне теперь просто так от тебя отстать? Ну уж нет, ты мне пока всю правду не выложишь, никуда отсюда не уйдешь. Зачем ты этой хуйней занимаешься? - Кашин облокотился о перила, выжидающе смотря на собеседника. —Просто хотел тебя на нервы вывести. Мне это нравится. - Руслан избегал взгляда чужих глаз, дабы не спалиться, что нагло врет. Хотя это и правда отчасти, ему действительно нравилось доводить людей, но в этой ситуации цель была другая. —Пиздишь. Ты сам только что признался в том, что тебе нужно было не меня на нервы вывести, а то, чтобы я на тебя сорвался. Ты же не тупой, хотел бы понервировать – сделал бы это аккуратно, чтобы под горячую руку не попасть. А ты под нее целенаправленно лез. - Данила за все это время успел тщательно проанализировать поведение Тушенцова. Так что обмануть его теперь будет ой как сложно. - Правду, Руслан. —Да блять, не скажу я тебе ничего. Что ты там говорил, пока не расскажу, не уйду? Ради бога. Давай, нахуй, тут сидеть. - Десятиклассник все что угодно сделает, но не признается. А как вы предлагаете признаться тому, кто тебя позавчера и вчера отпиздил, и с превеликим удовольствием сделал бы это сейчас, в том, что ты испытываешь не одну лишь ненависть, а что то еще? Он сам себе то признаться не может, вот и устроил всю эту комедию со сценарием "Отмудохай меня, пожалуйста, еще раз, чтоб все ненужное с корнями выбить". —Ты серьезно? Что там такое то, что ты ломаешься как целка? - Даня, твердо решив, что пока не узнает в чем дело – не уйдет, отодвинулся от перил и подошел к Тушенцову. Вплотную. Запрещенный прием, которого Руслан сейчас боится больше всего. - Значит давай так попробуем. —Блять, нет, не сейчас, отвали! - Паника. Еще с утра парень был уверен в своем успехе, а теперь все полетело в ебеня. Он замотал головой в поисках путей для побега, но таковых не оказалось. —Как запереживал то сразу. Я же знаю, что тебе нравится. - Даня всего лишь пошутил, не вкладывая и доли серьезности. Но увидев реакцию Руслана, а точнее то, что он замер, даже не дыша, начал, кажется, до чего то догадываться. - Так, погоди ка. —Нет! Нет, нет, нет. Хорошо, я тебе расскажу. Мне правда нравится, когда меня пиздят, я блять, просто в восторге от этого. Фетиш такой. Самое любимое – когда ногами хуярят, особый вид удовольствия. Поэтому я и пытался тебя довести. Ты вон, сильный, драться умеешь, идеальный кандидат для удовлетворения моих потребностей. - "Блять, что я несу? Надо валить, пока не поздно." - В общем вот. Я все тебе рассказал, теперь отпусти. - Воспользовавшись тем, что Кашин чуток прихуел, десятиклассник мигом отскочил от стенки и полетел вниз, разом забыв про всякие туалеты. Все пошло совсем не так, и теперь, проблем, кажется, стало только больше.