Воля Ауле

Караван въехал в долину Азанулбизар. По правую руку высокой стеной выстроились Туманные горы, по левую — леса, через которые дальше на востоке протекал Андуин. Между лесами и горами были большие поля с холмами. Эта равнина постепенно восходила к горе, где были Врата Мории, и местность, чем выше, тем более становилась каменистой. Лет этак шестьсот назад тут проходила великая битва между объединённым войском гномов под предводительством Траина, сына Трора, отца Торина Дубощита и морийскими орками, которых возглавлял Азог. С тех пор прошло много времени, и не осталось почти никаких следов, напоминавших о тех днях. Только зелень, лёгкий восточный ветерок да полевые цветы. Кругом была тишина, но это была не мёртвая тишина, а скорее умиротворяющая. В долине была влажно и прохладно, как поздней весной, хотя на дворе уже был июнь. Вкупе с освежающим ветерком это создавало приятные ощущения. Дорога уходила на запад, прямо к Вратам Мории. Дори был погружён в свои мысли, и не заметил, как кто-то из гномов начал, а за ним кто-то ещё подхватил длинную протяжную песню:

Край зелёный, поля и луга,

Видит быстрых времён берега.

Дивный край у подножия гор

Помнит дни грозных и давних пор.

Помнит он, как дрожала земля,

Как тогда обагрились поля,

Солнце скрыло за тучами свет,

Только воздух был жаром согрет.

Лес стонал с долгой тяжкой тоской,

Много гномов нашли там покой.

А высокие горы молчат,

И задумавшись сверху глядят.

Ветер дикий свистел и ревел,

Разнося крики в дальний предел.

Ветер бился, метал до небес,

Мрачных туч нагоняя навес.

Стаи серых ворон над землёй

Всё безумный плели танец свой.

Они чуяли жатву и пир,

Видя красный на бликах секир.

Азанулбизар! Помни тот день!

Сохрани павших воинов тень!

Пусть тот подвиг идёт чрез века,

И несёт его жизни река!

Дори внимательно слушал песню. Он не слышал её раньше, а если и слышал, то успел забыть. В повозке её пело несколько гномов. Грор молчал, но, судя по тому, как он кивал, пуская кольца, и задумчиво глядя себе под ноги, он понимал, о чём поют другие гномы. Когда они закончили, Дори спросил: — О чём эта песня? Один из тех, кто пел, откликнулся: — Мой предок был Сожжённым гномом. — Мой тоже, — откликнулся другой гном, который тоже пел. Первый продолжил: – Эта песня про битву при Азанулбизаре, когда гномы мстили за смерть царя Трора. Мы поём её в воспоминание о павших тут предках. Особенно, — он показал рукой наружу, — когда проезжаем Азанулбизар. Ты разве не знаешь этой песни? Дори отрицательно покачал головой. — Это странно. Откуда ты? С Железных холмов? — Да. — Оттуда тоже были гномы, которые пали в той битве. Странно, что гномы Железных холмов не помнят её. – Я… Нет, я знаю, кто такие Сожжённые гномы, просто у нас про это редко говорят, — откликнулся Дори. — Просто я не слышал той песни. Его собеседник пожал плечами. Сожжённые гномы, если читатель не знает, это были гномы, павшие в битве при Азанулбизаре, когда за смерть Трора, царя Эребеора, от руки Азога, вождя орков, пришло мстить много гномов. Они прошлись по всей Мории, и эта битва была последней и решающей. Битва была выиграна, но тогда полегло так много гномов, что их решили сжечь на погребальных кострах. Сказать «мой предок был Сожжённым гномом» означает честь для потомка. Но вернёмся к нашим путникам. Во второй половине дня караван достиг Врат Мории. Это были высокие величественные каменные врата, выдолбленные прямо в горе, которые были обрамлены надписями, изваяниями и узорами на камне. По бокам от Врат стояли две статуи воинов. Их возвели после Войны за Кольцо, когда Балрог был повержены, и гномы вновь стали заселять Кхазад-Дум. Времена нынче в этих местах были спокойные, со стороны беорнингов не стоило ожидать атаки, но у Врат было достаточно много воинов. Прочих гномов, ремесленников, торговцев и обычных людей, Дори не заметил. Здесь гномы сгрузили товары на вагонетки, сели в них сами и с помощью хитроумных механизмов двинулись в сердце Кхазад-Дума. Поначалу залы и пещеры Мории не поражали воображение Дори: было видно, что постепенно, с годами нового заселения, гномы вновь обживают древнее подгорное королевство, что-то обновляют, достраивают, но местами всё равно виднелись полуразрушенные постройки или заброшенные ходы. Однако, чем ближе тележки на железной дороге приближались к сердцу царства гномов, тем красивее и величественнее попадались лестницы, переходы, скульптуры. Стали появляться рабочие, воины, ремесленники, знатные гномы, которые сновали по своим делам. Дори показалось, что они двигались целую вечность, хотя прошло примерно часа два, как состав из нескольких тележек, в которых, кстати говоря, были также оборудованы скамейки для гномов, прибыл на какую-то платформу. Брог скомандовал выгружаться, и гномы быстро начали сгружать поклажу прямо на открытое место. Тут также было много народу. К Брогу подошёл какой-то важный гном, у которого был механический монокль, который можно было то надвигать на глаз, то поднимать вверх для удобства. Они о чём-то поговорили, посмеялись. Ударили по рукам, и разошлись. Тут подошли местные гномы, которые волокли за собой тележки на небольших колёсиках. Эти тележки уже могли проехать по туннелям Кхазад-Дума. Дори, Ори и прочие гномы, которые были чисто в сопровождении, в погрузке-разгрузке не участвовали. Дори наблюдал за всем этим действом, пока к ним с Ори не подошёл Грор. — Ну что, братцы? Вы дальше куда? Ори ответил. — Мы хотели пойти в войско к царю Кхазад-Дума. Говорят, там тоже есть работёнка. — Ты с нами? — спросил Дори. – Не… Я поищу другой караван и двинусь дальше, — задумчиво потирая подбородок сказал рыжий гном. — Маловато попутешествовал. Хочу ещё, — он осклабился. Ори и Дори понимающе кивнули. — Но, — продолжил гном, — куда вам надо — покажу и подскажу. Тут полчаса пешком, примерно. И они, захватив свои вещи, двинулись по лабиринту из залов и переходов с высокими резными колоннами и статуями. Иногда у Дори дух захватывало от величия построек и количества узоров. На его родине этого было гораздо меньше, а в Эреборе он не особо успел полюбоваться красотами Королевства-Под-Горой. Да и всё-таки масштаб был разный у обоих королевств. Что отметил про себя Дори, кругом было много света несмотря на то, что на его поддержание под горами уходило немало ресурсов. Многочисленные факелы, свечи, фонари — всё это было то закреплено, стояло на подставках, столах, проносилось рядом. В этом свете украшения на стенах мерцали ярче. Они подошли к месту в углу одной из площадей, где сновали, толпились и выкрикивали какие-то фразы гномы, большая часть из которых была облачена в броню. Где-то тут сбоку были кузнецы, которые договаривались об изготовлении оружия, доспехов и вспомогательных средств, какие-то отряды строем проходили мимо. Грор хлопнул одного гнома по плечу и спросил, куда можно «пристроить двух красавцев-добровольцев». В ответ тот указал на какую-то небольшую дверь в стене и объяснил, куда идти. Арбалетчик кивнул, и они двинули дальше. Зайдя в дверь, герои оказались в каком-то коридоре, где могло в ширь уместиться пара гномов. Здесь было уже не так много света. Пройдя прямо, и свернув направо, они оказались в небольшой комнате, где за столом при свече сидел гном, одетый зелёную одежду и что-то писал в толстой книге. – Доброго здравия! — с порога сказал Грор. — Тут есть двое добровольцев, которые хотели бы вступить в ряды доблестной армии короля Даина! Писарь посмотрел на них, а потом спросил: — Как зовут? Грор взглянул на них, и они представились: — Ори сын Траина и Дори сын Оина, — сказал Ори, и Дори почему-то поспешил добавить: — … к Вашим ус… — но писарь поднял руку и сказал: — Имён достаточно. А любезности оставите для званых ужинов. Вообще, в армии не до любезностей. Идите дальше по коридору, там будет один поворот на лево, и там вторая дверь. Зайдите туда, там оружейная,выдадут снаряжение… У вас же нет своего, как я погляжу? Гномы отрицательно покачали головами. — Значит, идите туда, а потом возвращайтесь, подумаем, куда вас отправить… Идите. Гномы кивнули и вышли. Грор, повернувшись, сказал: — Ну ребята… Как ни жаль, но надо прощаться. Я двину дальше. — А может, всё-таки с нами? — спросил Ори. Арбалетчик покачал головой. — Слишком долго я жил под горами. Хочу по земле походить. — он посмеялся. Они обнялись на прощанье и разошлись. Дори и Ори прошли, в комнату, как сказал писарь. Там оказался темноволосый гном, на вид, чуть старше Дори и Ори, с карими глазами искоркой в них. Он разглядывал арсенал и явно был чем-то увлечён, когда вошли посетители. — О! С чем пожаловали? — с порога спросил он. — Мы собираемся вступить… — …в ряды армии Даина? Ну, это вы адресу, — осклабился гном. — Есть у вас уже что-то из снаряжения? Гномы достали мечи и топоры. Дори хотел ещё достать кирку, но черноволосый сказал: — Это тебе не понадобится, так что смотри сам, оставить или выкинуть. Дори подумал, и убрал кирку обратно. – Пара мечей и пара топоров… — задумчиво поглядел арсенальщик, разглядывая то, что положили друзья на стол. — Значит так. Я могу дать вам лучше — у нас тут есть парочка отличных крепких мечей. А вот топоры, если решите оставить, то оставляйте свои. Но тут, под горами, думаю, они будут скорее обузой. Ну что, меняем? Ори согласился, а Дори решил поменять только меч, оставив топор. Арсенальщик скрылся между полками и стеллажами, и спустя пару минут принёс пару мечей в ножнах. Положив их перед гномами, он довольно сказал: — То, что надо! А теперь надо под вас броню подобрать. Давайте по очереди! Спустя примерно полчаса примерок, гномы были готовы. Броня не оказалась из митриля, и, как сказал арсенальщик, «они удачно зашли, а то из митриля быстро всё разбирают». Поначалу было непривычно, и Дори постоянно что-то поправлял. Когда Ори и Дори были готовы, арсенальщик довольно оглядел их и сказал: — Ну всё! Можете двигать! Они вернулись к писарю. Тот сказал им, что их отправят на северные рубежи, потому что «там сейчас рук не хватает». Он объяснил им, как найти двух караульных на улице, которые могут помочь, куда двигаться дальше. Друзья вышли. На улице они и впрямь увидели двух воинов с копьями, которые что-то обсуждали и смеялись. Когда Ори и Дори озвучили им свою просьбу, один из них согласился проводить гномов, куда надо, а заодно и по пути зайти, захватить обед. Они шли какое-то время через залы и коридоры, пока не подошли к группе воинов, которые стояли у железнодорожной платформы и собирались отправиться. Командира группы звали Фундин. Тот взял их под своё командование, и все вместе — а их было около двух десятков — гномы двинулись по железной дороге к северным рубежам. Но проехали они, наверно, только треть от всего пути, а дальше нужно было двигаться пешком, потому что железная дорога была построена далеко не во всех частях подгорного царства. Пришлось двигаться, наверно, недели две, пока гномы не прибыли на место назначения. По пути они останавливались на небольших заставах и в поселениях, где света и гномов было гораздо меньше, чем в шумных залах Кхазад-Дума. Для Ори и Дори было непривычно идти так много пешком ещё и с поклажей, поэтому поначалу они очень сильно уставали. Но постепенно они привыкли и уже не валились с ног на каждой остановке. Отряд, в который попали Дори и Ори состоял либо из новобранцев, как они либо из тех, кто служил меньше года, но их перебросили с других мест на север. В основном это были всё молодые гномы из Мории. Было трое гномов чуть постарше из других мест, да Дори с Ори. Лагерь, в котором остановились гномы, представлял собой небольшую заставу, которая расположилась в нерукотворной пещере, у которой сверху свисали сталактиты. Как оказалось, они не все остались в этой заставе. Примерно половину прибывших гномов Фундин взял с собой и увёл на ближайшую заставу в получасе ходьбы. Ори и Дори оставили здесь. Новым командиром оказался странный немного грузный тёмно-русый гном по имени Нори. Доспехи как будто были ему не в пору и выглядели на нём комично. Тем не менее, этот десятник был их новым командиром. — Да… — несколько разочаровано протянул Ори. — С таким десятником много приключений не навоюешь… Дори согласно кивнул, но внутри у него появилась мысль, что, может, это не так уж и плохо — не хотелось сразу же попадать в большие передряги.