Воля Ауле

Дори лежал, положив голову на походный мешок и играл медальоном, который на прощанье ему подарила Фрида. Мысли в очередной раз унесли его в их последнюю встречу… Они стояли на площади, и кругом сновали гномы, множество гномов. Отряд Дори готов был двинуться на север, но у него ещё было время. Фрида нервно теребила платок и смотрела вниз. Дори смотрел на неё с сочувствием. — Знаешь, я… — начала тихо Фрида. — Что? — спросил Дори. — Я не хочу отпускать тебя. Я не хочу, чтобы ты уходил. Немало гномов погибло и ещё погибнет. Каждый день я, глядя на больных бойцов буду думать о тебе и переживать, что с тобой случилось? Я… мне страшно… — она закрыла лицо руками. Дори обнял её. — Не переживай, солнце, — тихо сказал он. — Всё будет хорошо! К нам подошли большие подкрепления. Да и с людьми мы заручились поддержкой… Что, я зря к ним ездил? — улыбнулся он. — Это всё так, — вздохнула она, прижимаясь к гному. — Но мне не так важно, выиграем ли мы эту войну. В это я верю. Мне важнее, чтобы ты остался жив, ­– она всхлипнула. Дори помолчал немного, а потом ответил. — Я постараюсь. Я обещаю тебе, что буду всегда помнить тебя и не лезть на рожон. Фрида посмотрела ему в глаза. — Правда? — Дори увидел, что её глаза были красными от слёз. Он отёр их и сказал, улыбнувшись: — Ну, конечно! Даже не сомневайся! Она улыбнулась, а потом спохватилась: — Подожди-ка… — Фрида полезла рукой в карман подола и протянула Дори круглый черный амулет с начертанной на ней синей руной. — Я взяла у Мёрварда амулет. Он поможет… Дори покачал головой, но взял амулет и надел его на шею. — Я до сих пор не понимаю, как работает гномья магия, но тебе я верю. Они промолчали, глядя друг другу в глаза. — Знаешь, Мёрвард показался мне забавным стариком… Фрида улыбнулась. А потом серьёзно добавила. — Но недаром его зовут Зачарованным… — Это точно, — посмеялся Дори. — Ладно, иди, — вздохнула Фрида. — А то я точно тебя никуда не отпущу. Дори ещё раз обнял её на прощание сильно, как мог, и сказал: — Жди меня, и я обязательно к тебе вернусь. Жди сильно, как можешь. — Я обязательно буду тебя ждать, — ответила Фрида. И Дори зашагал вперёд, стараясь не оборачиваться… — Ну, вставай, лежебока! — беззлобно толкнул Дори какой-то гном, и наш герой стал собираться. Пора было завтракать и выдвигаться в путь. Сегодня битв не намечалось, но нужно было выдвинуться вперёд и проверить одну пещеру, которую недавно, по донесениям разведчиков, оставили орки после недолгих, но упорных боёв. Неугомонный Фаластур увязался за гномами. Гномья броня была тяжела ему, и кто-то по великой щедрости умудрился достать и отдать ему кольчугу из митриля. Когда отряд гномов зашёл в просторную пещеру, оказалось, что там был уже один десяток гномов, который пришёл раньше. Пока что все осматривали пещеру в поисках скрытых ходов. Намёков на тайные ходы найдено не было, зато спустя час какой-то гном крикнул: «Сюда! Я кое-что нашёл!», и любопытные гномы тотчас устремились к нему. Оказалось, что тот гном наткнулся на два сундука с золотом, которые, судя по всему, награбили орки, но не успели или не сумели утащить с собой. Поначалу Дори не придал этому особого значения и сел на подвернувшийся камень, чтобы передохнуть. К нему подошёл Фаластур. — Притомился? ­– спросил бард. — Немного. — Понимаю. О, а что это они там обсуждают? — Да вроде золото нашли… — Правда? Пойду-ка посмотрю. Фаластур ушёл, а Дори так и остался сидеть, решив покопаться в вещах, которые у него были с собой и чего-нибудь перекусить. В этих поисках он наткнулся на трубку и кисет, и хотел было закурить, как увидел, что Фаластур с тревожным видом спешит обратно: — Слушай, там они чего-то никак договориться не могут, и, похоже, сейчас вот-вот раздерутся. Гном нахмурился и посмотрел в сторону находки. Оттуда и впрямь стали доноситься угрожающе громкие крики. Дори сунул трубку и кисте обратно, и закинул рюкзак на спину. Поднявшись, он со всей серьёзностью обратился к юноше: — Что бы ни случилось — не лезь в драку, понял? Когда гномы злятся — они хуже лютого вепря! Фаластур активно закивал головой. Дори подошёл к спорящим гномам, оставаясь на расстоянии. Постепенно в конфликт вовлекалось всё больше бойцов. Одни выступали за то, что нужно отдать золото в казну. Таких было меньше всего. Другие выступали за то, что золото надо поделить друг между другом, «а то итак жалованье — одни гроши», но никак не могли договориться о доле. Десятники пытались всех утихомирить и послать гонцов за другими воинами, но их никто не слушал, и вообще готовились уже полезть с кулаками. Такого грубого неподчинения, а по сути, бунта, Дори никогда не видел, и это его пугало. Как назло, вспомнилась история призраков, которые передали гному волшебный компас, и ему вообще стало тревожно. Он огляделся. Не все гномы принимали прямое участие в споре, но все обращали своё внимание на происходящее. Дори решил на всякий случай заглянуть во тьму внешних туннелей, и двинулся в их сторону… … Как сразу с нескольких из них гурьбой посыпали орки. Всё смешалось в кучу и завязалась драка, полетели стрелы, послышались ругань и выкрики. Сначала Дори хотел поспешить на выручку десятникам, но к ним уже было не пробиться. Тогда он поспешил к Фаластуру, который, вытаращив глаза, держал перед собой кинжал обеими дрожащими руками. Гном толкнул его к выходу, где не было орков и крикнул, что туда можно отходить. Постепенно гномы стали смещаться туда, но их количество уменьшалось. Краем глаза Дори видел, что некоторые гномы вышли через другие ходы. Ситуация была критическая, и в какой-то момент, Дори, сделав подсечку очередному орку, и перегородив им выход, бросился наутёк. Бежать было сложно из-за рюкзака, но скидывать его сейчас было долго, поэтому гном терпел. Опять замелькали переходы, рукотворные и естественные туннели, подъёмы наверх. «Вот же проклятое золото!» — с досадой думал Дори, пыхтя и двигаясь за сородичами. Фаластур ускакал куда-то вперёд, а вот десятникам, судя по всему, повезло куда меньше, если вообще повезло… Туннель ввёл вверх, и стало веять холодом. Гном вспомнил события годичной давности, когда он встретился с Азагхалом, и его сердца коснулась надежда, что сейчас опять удастся пройти по какому-нибудь горному карнизу и оторваться от орков. Гном выбежал наружу, и ему в лицо резко пахнула метель. Дул ветер, снег летел хлопьями, ничего не было видно. Гном с трудом различал силуэты гномов. Он попытался всех собрать, и спросить, не знает ли кто, где они находятся, но никто не знал. Зато было видно, что они на вершине горы, и недалеко был высокий обрыв, так что убежать куда-то было крайне проблематично. Но времени на раздумья не было. Вскоре из туннеля высыпали орки, которые бросились прямо на гномов, как будто их самих что-то подгоняло. Завязалась новая драка. Дори старался держаться поближе к Фаластуру, чтобы защитить его, и видел, как тот, крича, отбивался от орков и даже умудрился каким-то чудом проткнуть двоих. Силы были на исходе. Было тяжело дышать. В какой-то момент у Дори опустились руки, и тут его оглушили. Сознание гнома мгновенно окружила тьма.