Купание

Тиланд отмокал в купальне. Что-что, а отдыхать в Тироше умели. Прохладная вода казалась настоящим блаженством в душной жаре, вино и фрукты дополняли удовольствие. А еще тишина. Тиланд отослал слуг, оставшись наедине с собой, и нежился в чистой воде. После боя он хорошенько отмылся, но ощущение липкой грязи на коже все еще его преследовало. Тиланд закинул в рот виноградину, прикрыл глаза и спустился рукой к паху. Наверное, стоило оставить кого-нибудь из служанок, но он не был уверен, что не оскорбит этим хозяев. — Вы выглядите довольным, лорд Ланнистер. Тилланд подпрыгнул он неожиданности, быстро отдернул руку, спохватился и снова вернул ее к паху, на этот раз просто прикрываясь. Шарако Лохар медленно обходил купель по самому краю. Двигался он грациозно, что немало смущало Тиланда. Он плохо говорил на тирошийском. В основном переговоры велись на местном валирийском диалекте и с помощью переводчика. Из того, что Тиланд понял, Шарако Лохар был мужчиной, но это никак не вязалось с тем, что Тиланд видел перед собой. Шарако был красив, изящен, с негромким нежным голосом. Подобных мужчин хватало и в Вестеросе, но ни на одного из них Тиланд раньше не заглядывался. Шарако скинул одеяние, оставшись лишь в набедренной повязке, и неспешно скользнул в воду к Тиланду. Тот попытался отстраниться, но замер, не в силах отвести взгляд от тела Шарако. Его торс пересекали два длинных шрама в том месте, где у женщины должны быть груди. Внезапная догадка ошарашила Тиланда. Неужели?.. Впрочем, мало ли где человек мог получить шрамы. Тиланд глянул вниз, стараясь, чтобы это не выглядело неприличным. Бедра Шарако плотно оплетали несколько слоев ткани, завязанные причудливым узлом. Рассмотреть что-либо под повязкой Тиланд не смог. Шарако меж тем устроился рядом с ним, кончиком пальца провел по щеке Тиланда. — Сегодня вы проявили себя, — сказал он бархатным голосом. — Спасибо, — сдавленно ответил Тиланд, чувствуя, как член начинает подниматься. В прозрачной воде это трудно было не заметить, хоть он и пытался прикрыться. «Позор», — простонал про себя Тиланд. У него встал на мужика. Пусть и на очень красивого мужика, с изящной шеей, на которой совсем не видно кадыка. С гладкими щеками и тонкой талией. Тиланд тяжело сглотнул. — Вы тоже мне нравитесь, лорд Ланнистер, — усмехнулся Шарако. — Я не лорд… Тиланд собирался объяснить, что лорд — это глава дома, и в настоящее время им является его брат, но Шарако подался навстречу, перекинул ногу через Тиланда и уселся верхом. Возбужденного члена под повязкой Тиланд не почувствовал. Шарако наклонился и коснулся губ Тиланда легким поцелуем. «Как же это отвратительно», — подумал Тиланд, и притянул его к себе. Отвратительно, что ему нравится целовать мужчину. Или все же не мужчину? Тиланд отстранил его от себя и окинул взглядом. Если не смотреть на плоскую грудь со шрамами, то перед ним была женщина. Красивая, длинноволосая, с подтянутым телом и глубокими синими глазами. — Ты?.. — начал Тиланд, но Шарако прижал палец к его губам и покачал головой. — Не надо, — едва слышно прошептал он. Или все же прошептала? Шарако обхватил его член и стал быстро двигать рукой. Тиланд едва не вскрикнул. Так уверенно может действовать только мужчина, который привык ублажать самого себя. Не то, чтобы Тиланд знал, как это делают другие… — Ты думаешь, — прошептал Шарако, ускоряя темп. — Не думай. Тиланд решил, что это здравая мысль. Он обнял Шарако и заскользил руками по его телу. В сущности, какая разница, мужчина с ним или женщина? Если только Шарако не достанет свой член и не попытается отыметь Тиланда. Тот не попытался. Только целовал — мягко и нежно, чего совсем не ожидаешь от пирата. И двигал рукой, пока Тиланд с долгим стоном не излился. Удовлетворять себя Шарако явно не собирался. Какое-то время он сидел рядом, устроив голову на плече Тиланд, но потом приподнялся и легонько чмокнул его в щеку. — Увидимся на пиру, лорд Ланнистер. Шарако выбрался из купели, и даже это у него получилось изящно. Тиланд не мог оторвать взгляд от его великолепного тела, по которому стекали струи воды. На прощание Шарако обернулся и подмигнул Тиланду. Тот понял, что краснеет, что совсем не подобало его статусу и возрасту. Нет, он никогда и никому об этом не расскажет, но вспоминать, безусловно, будет.