Глава 10
3 сентября 2024 г., 16:44
Сцена снова сменилась. Шуджи стоял на тротуаре и складывал в сумку какие-то продукты. Он снова закрыл ее и взвалил на плечо, затем поежился от легкого холода, повисшего в воздухе.
— Ах, — сказал Дазай, немного нахмурившись.
— Дазай-сан? — спросил Ацуши, слегка обеспокоенный.
— Я так и думал, что оно будет следующим, — неопределенно ответил Дазай, — Это было чуть больше чем через месяц после предыдущего воспоминания.
Шуджи провел рукой по волосам, возвращаясь в сторону борделя. Интересно, понравится ли Хацуё саке, которое я стащил, когда продавец отвернулся, рассеянно подумал он. Кажется, она говорила, что это хороший сорт.
Он перепрыгнул через большую трещину в тротуаре, извернулся, чтобы идеально приземлиться в определенном месте, где не было трещин. Он удовлетворенно улыбнулся, когда все сделал правильно, прежде чем продолжил свой путь.
Он рассеянно посмотрел вверх, прежде чем застыть на месте.
В небе появилось огромное облако черного дыма, контрастирующее с серым небом. Широко раскрытыми глазами он следил за ним, надеясь, что ошибается. В конце концов, он остановился.
Бордель был охвачен пламенем.
Кто-то заколотил двери и окна, чтобы никто не мог войти или выйти.
— О нет, — тихо сказал Ацуши, в его глазах были печаль и ужас, — Мне так жаль, Дазай-сан.
Дазай пожал плечами, — Все в порядке, Ацуши-кун. Это было так давно, — он засунул руки в карманы, наблюдая за происходящим.
Чуя нахмурился, наблюдая, как жуткая пустота в глазах Шуджи усиливается, когда в них отражается свет пожара.
Дазай…
Шуджи продолжал смотреть на огонь, зная, что уже слишком поздно что-либо предпринимать. Пожарные еще не прибыли на место происшествия, они всегда медлили с реагированием в бедной части города.
Полагаю, Хацуё не удастся попробовать саке, которое я собирался подарить ей на Рождество, подумал он про себя, чувствуя странную отстраненность от происходящего.
Наверное, хорошо, что я отдал Шимеко книгу с загадками, которую купил для нее вчера. Кажется, ей понравилось.
Он моргнул и повернулся, чтобы уйти, чувствуя, как гулкая пещера пустоты внутри него становится все больше. Мир вокруг него казался еще более серым, чем раньше.
Думаю, сейчас я попытаюсь броситься в реку.
— Это было на Рождество? — тихо спросил Чуя.
Дазай беспечно пожал плечами, — Да, это было за несколько дней до него.
— Черт, — Чуя ответил красноречиво.
Сцена снова сменилась, на этот раз было видно, как Шуджи сидит, съежившись, в переулке. Он безучастно уставился в стену напротив. Его сумка лежала рядом с ним на земле.
— К этому моменту я услышал достаточно сплетен на улицах, чтобы понять, кто устроил пожар, — Дазай объяснял, пока они смотрели, — Оказалось, что Аико была так зла из-за того, что ее выгнали, что пошла к банде, конкурирующей с той бандой, что посещала бордель, и сказала им, что лучший способ нанести удар по главарю — это уничтожить бордель, в который ему нравилось ходить.
Чуя скрестил руки на груди, — Так ты отомстил Аико или банде? — спросил он со знанием дела. Он знал Дазая лучше, чем кто-либо другой, и знал, что тот никогда бы не позволил такому сойти с рук. Дазай не был из тех, кто легко прощает что-либо.
Или, знаете, никогда.
Дазай мрачно ухмыльнулся, — Вообще-то, и то, и другое.
Чуя невольно ухмыльнулся в ответ, — Понятно.
Шуджи опустил голову на колени. У него было достаточно денег, накопленных из тех, что он зарабатывал в борделе, выполняя дополнительную работу по дому, так что в ближайшее время ему не грозила опасность остаться голодным. Он периодически отхлебывал из бутылки саке, размышляя. Заходящее солнце отбрасывало оранжевые и красные блики на его лицо.
Мне не удалось позаботиться о них, думал он, но я чувствовал, что, возможно, со временем я бы смог позаботиться. Каждый раз, когда я приближаюсь к чему-то многообещающему, оно ускользает от меня.
Шуджи тупо поднял голову. Это моя вина?
Это из-за меня? Я просто проклятие для людей, с которыми встречаюсь? Полагаю, есть смысл в том, что я был бы ядом для окружающих меня людей.
Я даже не человек.
Чуя прищурился, услышав в этом измученное признание. Затем приподнял бровь, увидев, как на лице парня появилось холодное выражение, которое он часто видел во времена мафиози Дазая.
Я не прощу им, мрачно подумал Шуджи, они забрали то, что принадлежало мне. Как они смеют думать, что им это сойдет с рук.
С новой решимостью в глазах Шуджи поднялся на ноги и убрал саке обратно в сумку.
И я собираюсь заставить их заплатить кровью.
***
Внезапно они оказались на старом складе. Примерно 10 человек стояли группой в центре, выглядя слегка растерянными. Все они получили анонимное сообщение о том, что им нужно собраться сегодня вечером и что на встрече будет обсуждаться, как они нанесут следующий удар по Камелиям. Очевидно, с тех пор, как они сожгли бордель, говорилось в записке, лидер Камелий был настолько не в духе, что наконец-то настало подходящее время расправиться с ним. Автор сообщения сказал, что он встретится с ними здесь вечером и расскажет больше. Обычно они не доверяют такой анонимной информации, но соблазн наконец-то расправиться с конкурирующей бандой был слишком велик, чтобы от него отказаться. Вошла дама с озадаченным выражением лица. На ней было красивое платье, а ее длинные темные волосы были заплетены в косу с фиолетовым бантом на конце. — Вы, ребята, хотели, чтобы я пришла сюда, чтобы дать мне денег за дополнительную информацию? — нерешительно спросила она. Мужчины в замешательстве перешептывались между собой, не замечая, что дверь за женщиной, казалось, закрылась сама по себе. Никто из них не звал ее сюда. — А, — раздался голос откуда-то сверху, — Теперь вы все здесь. Хорошо. Все обернулись, чтобы посмотреть, откуда доносится голос. Высоко на одном из ящиков сидел ребенок, весь в бинтах. Аико широко раскрыла глаза, — Ты! — сердито крикнула она, — Это ты меня сдал! Шуджи удивленно приподнял бровь, глядя на нее, — Да, и тебе следовало остановиться, когда ты потеряла только свою работу. Но не волнуйся, мы скоро вернемся к этому вопросу. Он одарил приятной улыбкой всех людей, собравшихся внизу. Некоторые начали проявлять настороженность, в то время как другие, похоже, вообще не воспринимали его всерьез. Хорошо, подумал он. Недооценивать меня — это последняя ошибка, которую вы совершите. — Кого этот сопляк пытается напугать? — насмешливо спросил один из мужчин, — Какой-то паршивец пытается казаться страшнее, чем он есть на самом деле? — О, я гораздо страшнее, чем ты думаешь, — Шуджи ответил насмешливо-жалостливой улыбкой. Мужчина, который кричал, нахмурился, услышав его ответ, — Я покажу тебе, как перечить мне, сопляк! — он протянул руку к боку, чтобы вытащить пистолет, но замер на месте, — Где, черт возьми, мой пистолет?! — закричал он. Остальные бросились за своим оружием, но только для того, чтобы запаниковать и закричать, когда поняли, что их оружие тоже пропало. — Я вижу, вы заметили, что у вас пропало оружие, — Шуджи продолжил с улыбкой, — Надеюсь, вы не возражаете, но я украл его у вас, когда вы подошли поближе, — раздалось несколько недоверчивых возгласов, — Но не волнуйтесь, я нашел ему хорошее применение и одолжил его некоторым друзьям. С этими словами несколько мужчин, вооруженных пистолетами, вышли из-за ящиков, расставленных по всей комнате, и окружили их. Губы Дазая удовлетворенно скривились, когда он объяснил, — Я заручился помощью банды, от которой они пытались избавиться. Лидер действительно был расстроен из-за того, что его любимый бордель сгорел дотла, и когда я дал им информацию, которая помогла бы отомстить и избавиться от них навсегда, он с радостью принял мое предложение. Чуя посмотрел на людей, которых вооруженная банда сгоняла в кучу, — Эти бедные ублюдки, — пробормотал он, — Ты ведь на этом не остановился, правда? — Конечно, нет, чиби, за кого ты меня принимаешь? — Дазай ухмыльнулся в ответ, а затем задумчиво нахмурился и посмотрел на Ацуши, — Ацуши-кун, возможно, тебе захочется поскорее закрыть глаза. Скоро все станет немного… живописным. Ацуши кивнул, широко раскрыв глаза. Если бы Дазай-сан говорит, что ему, возможно, лучше прикрыть глаза, он ему поверит. Вооруженные члены банды начали крепко связывать остальных, убедившись, что никто из них не сможет выпутаться из узлов, а затем заткнули всем рты кляпами. — Видишь ли, — продолжил Шуджи холодным тоном, хотя и сохранял приятную улыбку, — Когда ты сжег тот бордель, ты случайно убил двух моих знакомых. Это было не очень приятно, не так ли? — Быть сожженным заживо — один из самых мучительных способов умереть, вы в курсе~? Я сам, как склонный к самоубийству, знаю, я читал об этом. Но знаете что? — воскликнул он с фальшивой радостью в голосе, когда продолжил, — Лидер Камелий на самом деле обладает способностью, связанной с огнем! Как интересно, правда? — он спрыгнул со штабеля ящиков и легко приземлился на ноги, почти беззвучно, — Но есть секрет, — начал он, подходя ближе, — Видите ли, у меня у самого есть способность! Она называется Исповедь неполноценного человека! Это означает, что никакая другая способность не может повлиять на меня. Включая огонь, зажженный кем-то, у кого есть способность. Большинство связанных людей на полу с кляпами во рту начали выглядеть испуганными, осознав, к чему все идет. Некоторые из них пытались кричать сквозь кляпы, извиваясь в веревках, удерживавших их. — Ну-ну, не волнуйтесь, — сказал он, и ужасная, больная радость наполнила его глаза, — Я не оставлю вас всех одних, пока горит костер, — он вытащил нож, который забрал у одного из членов банды, и повертел его в пальцах, — Поскольку огонь не обожжет ни меня, ни мою одежду, я могу играть со всеми вами, пока вы не умрете! — его улыбка была полна зубов, а из-за теней на его лице, для тех, кто был привязан к земле, он принял вид демона, явившегося прямиком из глубин ада. Банда, которая помогала ему, начала уходить, и главарь кивнул им в знак благодарности, когда они выходили. Небольшое количество огня появилось в каждом углу комнаты, распространяясь медленно, но верно. — О, я спросил его, может ли он разжечь медленно распространяющийся огонь, — Шуджи оживленно объяснял перепуганным людям, лежащим на земле, — Видите ли, мне не нравится, когда люди портят мои вещи. Так что я действительно хочу, чтобы мы все приятно и с пользой провели время вместе. И, судя по движению костра, я бы сказал, что у нас есть чуть больше двух-трех часов, чтобы поиграть! — он подкрепил свою фразу ударом ноги по руке ближайшего мужчины, раздробив большую часть костей внутри. Мужчина крича, поднял глаза на ребенка, но в его глазах не было жалости. В этих глазах не было ничего. И там не было места милосердию. Шуджи мрачно усмехнулся, и тем, кто был внизу, показалось, что его глаза блеснули красным в свете полной луны, освещавшей его лицо из окна, — Думаю, я начну с того, что перережу вам все ахилловы сухожилия! В конце концов, я не хочу, чтобы у кого-нибудь из вас возникли мысли о побеге! — И не волнуйся, Аико! — крикнул он, глядя на рыдающую на полу женщину, — Я не забыл о тебе! У тебя довольно длинные волосы, да? Что ж, после того, как я удостоверюсь, что никто из вас не сможет сбежать, как насчет того, чтобы посмотреть, сколько времени им потребуется, чтобы сгореть дотла? Разве это не забавно звучит~? Чую, похоже, слегка подташнивало. У него был крепкий желудок (конечно, он был крепким, ведь он из мафии), но Дазай всегда обладал способностью выбивать из колеи даже мафиозную команду по допросам, когда его привлекали к работе, — С самого начала был прирожденным талантом, да? — сухо спросил Чуя. Дазай усмехнулся, его глаза потемнели, как у его младшей копии, но он ничего не сказал. Хотя он и не признался бы в этом, он вспоминал эту ночь почти с нежностью. — Итак, — продолжил Шуджи, — Я никогда раньше никого не пытал, так что вы все можете стать моими подопытными! Не беспокойтесь о том, чтобы дать мне обратную связь, я просто прислушаюсь к вашими криками, — он радостно хлопнул в ладоши. Он шагнул вперед и приставил убийственно острый нож к сухожилию ближайшего к нему человека, — Теперь, — сказал он, загоняя нож поглубже, — Давайте начнем, не так ли? Раздались крики, заглушаемые кляпами. Это было началом долгой и кровавой ночи.
