Глава 9
2 сентября 2024 г., 18:14
— Девушка, которая всегда носит фиолетовый бант, крадет деньги у борделя.
Шимеко и Хацуё в шоке вскинули головы.
Дазай указал на происходящее, — Это было примерно через месяц после предыдущего, — сказал он.
Шуджи бесстрастно посмотрел на них, продолжая вытирать стол, как будто то, чем он только что поделился, не было важной информацией.
— …Что? — выдавила, в конце концов, Шимеко, — Аико делает это?
Хацуё неэлегантно фыркнула, — Не могу сказать, что я удивлена, — пробормотала она, — Аико всегда была скрытной сучкой.
— Следи за выражениями! — отругала Шимеко, хмуро посмотрев на Хацуё и указав на Шуджи.
— Шимеко, не то что бы я развращаю ребенка. Я уже слышала от него слова и похуже, — Хацуё закатила глаза, произнося это.
Да, но этому я тоже научился у тебя, с иронией подумал Шуджи.
— Так или иначе, — начала Хацуё, — Аико ворует деньги? Откуда ты знаешь?
Шуджи склонил голову набок и пожал плечами, — Она по ночам заходит в комнату, где хранятся записи и деньги, поэтому мне стало любопытно, и я проверил позже. Она отметила, что ей причиталось больше денег, чем она на самом деле зарабатывала, а той суммы, которая должна была быть в комнате, не хватало.
— Разве Аяме-сан к этому времени не заметила бы пропажу денег? — обеспокоенно спросила Шимеко, — В конце концов, она хозяйка.
Покачав головой, Шуджи бесцветным голосом ответил, — Нет, она старается не брать слишком много напрямую. Достаточно чтобы в итоге это выглядело как неправильное ведение бухгалтерии.
Хацуё в замешательстве нахмурила брови, — Откуда ты знаешь, сколько она должна зарабатывать, чтобы быть уверенным в том, что она мухлюет?
Он начал загибать пальцы, перечисляя пункты, — Вам всем выплачивается фиксированная сумма за каждого клиента. Некоторые из вас могут получать чаевые, но вы получите их напрямую. Некоторые из вас пользуются большим спросом, чем другие, и зарабатывают больше, но она не из их числа. Судя по количеству клиентов, которых она принимает в среднем за неделю, ее зарплата намного выше, чем должна быть в настоящее время, — он небрежно махнул рукой, заканчивая убирать со стола, — Кроме того, судя по качеству новой одежды и украшений, которые она носит, она тратит их так легкомысленно, что, вероятно, занимается этим уже некоторое время.
У Шимеко от удивления и благоговения отвисла челюсть. Хацуё, похоже, чувствовала то же самое, но быстро взяла себя в руки, — Как, черт возьми, тебе удалось все это собрать воедино? — спросила она в замешательстве.
Шуджи что-то тихо промурлыкал и подпер голову рукой, — Ну, — мягко начал он, — Технически я гений.
Хацуё ошеломленно замолчала. Ни одна из девушек не ожидала такого от голодного ребенка, которого они решили приютить.
Чуя фыркнул, — Всегда выпендриваешься, да? — спросил он.
Дазай невинно моргнул, глядя на него сверху вниз, — Я просто констатировал факт, — сказал он, — Не то чтобы я лгал об этом, или что-то в этом роде.
— Вы действительно производили впечатление даже в детстве, Дазай-сан! — сказал Ацуши, широко улыбаясь, — Я бы хотел быть таким же умным.
Губы Дазая дрогнули, когда он услышал тоскливые нотки в голосе Ацуши, — Не волнуйся, Ацуши-кун, — сказал он, — Просто твои таланты заключаются в другом.
Ацуши с любопытством посмотрел на Дазая, — Например, в чем? — спросил он.
— Что ж, — начал Дазай озорно, но чересчур серьезным тоном, — До тебя я никогда не видел, чтобы кто-то съедал столько мисок чазуке за один присест, — он кивнул сам себе, подавляя улыбку, — Это было действительно впечатляюще и внушало благоговейный трепет.
Ацуши покраснел, — Дазай-саааннн! — заскулил он, закрывая лицо руками.
Дазай, наконец, позволил себе рассмеяться, увидев выражение лица своего ученика. Его было слишком весело дразнить.
Чуя улыбнулся, прикрыв лицо рукой, наблюдая за ними.
К Шимеко вернулась способность говорить, — Так почему же ты решил выяснить, не ворует ли она? Почему ты вообще обратил на нее внимание?
Шуджи пожал плечами и открыл крабовые консервы, — На самом деле, дело было не в ней, я и так все замечаю. Просто то, что она воровала, вызвало у меня любопытство, — он откусил кусочек краба и удовлетворенно хмыкнул.
— …Любопытство? — осторожно спросила Хацуё.
— Люди — такие странные существа, — начал Шуджи, еще больше запутав их обеих, — Несмотря на то, что со временем у них все равно будут деньги, некоторые из них становятся жадными до большего. Они поставят под угрозу стабильность своего образа жизни из-за желания обладать большим, чем у них уже есть, — его тон был отстраненным и равнодушным, как будто он говорил об инопланетянах, — Я хотел понаблюдать за такого рода человеком, который сделал бы это для себя. Но мне снова стало скучно, и я решил дать вам знать.
Шимеко, казалось, беспокоилась о нем по какой-то причине, которую он не мог понять. В конце концов, он был таким же, как всегда. Он не видел ничего плохого в том, что сказал.
Хацуё вздохнула и встала, — Хорошо, я пойду поговорю с Аяме-сан. Если ты прав, то ей не составит труда перепроверить, — выходя, она нежно похлопала Шуджи по плечу, — Спасибо, что рассказал нам, малыш.
Возвращаясь к поеданию своих консервированных крабов, Шуджи просто кивнул в ответ.
Шимеко нахмурилась, глядя на головоломку, над которой она работала, а Шуджи наклонился вперед, чтобы дать ей советы. Он знал ответы, как только взглянул на бумагу, но мог понять, какое удовлетворение испытываешь, когда решаешь все это самостоятельно. Она просияла, когда один из его советов помог ей приблизиться к разгадке.
Чуя нахмурился, — Подожди, я только что кое-что заметил, — сказал он, — Почему в этих воспоминаниях у Хацуё гораздо больше травм, чем у Шимеко?
Губы Дазая дрогнули, — А, это, — сказал он, — Ну, видите ли, Хацуё следила за тем, какие клиенты были наиболее грубы с девушками, которых они нанимали, и когда кто-то из них появлялся и проявлял интерес к Шимеко, она делала все возможное, чтобы заинтересовать их собой. В то время я не понимал, почему, но она делала все возможное, чтобы обезопасить Шимеко, — он выглядел слегка влюбленным, когда говорил это.
Глаза Чуи сузились, — Шимеко понятия не имела, не так ли? Она, похоже, из тех, кто не позволил бы этому продолжаться, если бы узнала.
— Совершенно верно, — Дазай подтвердил кивком, — Шимеко никогда не замечала этого. Однажды я спросил Хацуё об этом, потому что не понимал. Она сказала, что хотела, чтобы Шимеко сохранила как можно больше своей невинности.
— Черт, — пробормотал Чуя.
Шимеко с любопытством посмотрела на Шуджи, — Как тебе удалось прокрасться так, что Аико тебя не заметила? — спросила она.
Шуджи пожал плечами, — Я вырос в довольно большом доме. У меня большой опыт в том, как незаметно пробираться по скрипучим старым полам. Мои родители предпочитали, чтобы я не путался под ногами, а мне не нравилось находиться в обществе большинства людей, так и научился.
— Это довольно полезный навык, — задумчиво сказала она, — Я очень неуклюжая, поэтому создаю шум везде, куда иду. Было бы здорово вот так бесшумно передвигаться.
Хацуё вернулась в комнату и закрыла за собой дверь, — Я только что сказала Аяме-сан. Она все просмотрела и поняла, что ты был прав. Она собирается разобраться с Аико прямо сейчас, и, вероятно, к утру ее выгонят, — она прищелкнула языком, — Оказывается, она следила за тем, чтобы всем остальным платили меньше положенного, чтобы компенсировать ее надбавку, — она вздохнула и налила себе саке, — Ну и денек.
Шимеко улыбнулась, — По крайней мере, теперь нам будут платить больше. Это хорошо.
Откуда-то издалека донеслись сердитые крики. Предположительно, между Аико и Аяме-сан.
Шуджи задумчиво посмотрел на стол. Пока он жил в борделе, он узнал довольно много о том, как устроен мир. Он узнал, какие банды существуют поблизости и как они организованы, о сплетнях куртизанок, слабостях людей, занимающих высокие посты в бизнесе, об организованной преступности, от тех, кто пьет и не думает держать язык за зубами в присутствии ребенка. Многое из этого было по-своему интересно.
Это место имело великолепный потенциал для сбора материала для шантажа. Но Шуджи не был заинтересован в том, чтобы что-то с этим делать. Не совсем.
Почему я до сих пор не нашел безболезненный способ умереть? спрашивал он себя, морально истощенный.
Должно же быть что-то такое.
Он вздохнул и смирился с тем, что какое-то время будет слушать их разговор. Может быть, он сможет что-нибудь придумать завтра.
