Глава 32
25 сентября 2024 г., 19:49
Дазай не видел Мори лично с тех пор, как ушел из мафии.
И он действительно не хотел этого.
К сожалению, казалось, что мир и дальше будет отказывать ему в его желаниях, поскольку теперь он вместе с некоторыми сотрудниками агентства ждал встречи с Мори, чтобы обсудить перемирие. Само по себе перемирие было идеей Ацуши, и хотя Дазай согласился, что у него были все шансы на успех, это не означало, что ему это должно нравиться.
Однако он гордился Ацуши за то, что тот придумал стратегию и нашел в себе смелость предложить ее. О характере Ацуши многое говорило то, что он был готов сотрудничать с врагом, чтобы победить общего врага и максимально свести к минимуму потери.
Дазай тупо уставился в землю перед собой, внутренне раздраженный мыслью о том, что снова увидит Мори. Он позволил своим мыслям отвлечься, вспомнив первую ночь, когда они работали вместе, когда Дазай был свидетелем смерти старого босса.
Он знал, что был идеальным соучастником по целому ряду причин, даже несмотря на то, что Мори отказался убивать его после этого. Во-первых, большинство членов мафии предположили бы, что такой маленький ребенок выглядел бы более расстроенным или испуганным, если бы стал свидетелем убийства, а не мирного ухода из жизни, а Дазая это совершенно не беспокоило. Другая причина заключалась в том, что у Дазая не было собственных истинных целей. Во всяком случае, ничего, кроме собственной смерти. Так что Мори не боялся, что Дазай попытается шантажировать его или продать за деньги. Он просто ничего не выигрывал от этого.
Однако его путешествие по закоулкам памяти было прервано, когда он услышал приближение множества шагов. Он повернул голову, безучастно глядя на приближающихся людей.
— Добро пожаловать, босс, — он говорил небрежно, и только Мори мог уловить скрытую насмешку.
— Прошло четыре года, — любезно ответил Мори, — Ты все еще носишь то пальто, которое я тебе подарил?
— Конечно… — начал Дазай, чувствуя, как темнота снова застилает ему глаза, когда он спрыгнул со своего места, — Я сжег его.
Дазай отчетливо помнил ту ночь, когда он сжег его. Он намазал его маслом, таким же черным, как его кровь, и поджег одной из спичек Одасаку. Он стоял и смотрел, как оно горит. Даже когда пепел остыл, он оставался на месте, молча наблюдая за останками. Это было своего рода прощание с прошлой жизнью.
***
— Вы как бабочка. Дазай повернулся и посмотрел на Ацуши с явным недоумением на лице. — Что… ты хочешь этим сказать, Ацуши-кун? — медленно спросил он. Он был настолько погружен в воспоминания, что, казалось бы, случайное заявление Ацуши полностью вернуло его в настоящее. Ацуши удивленно посмотрел на него, как будто ответ был очевиден, — Ну, вы сбрасываете свою кожу и становитесь кем-то другим, когда тот, кем вы были раньше, больше не подходит. Это просто напомнило мне о бабочках, вот и все. Дазай тонко улыбнулся, и на его лице появилось что-то самоуничижительное, — Думаю, тогда лучше было бы называть меня змеей. В конце концов, они так часто линяют. Ацуши покачал головой, мягко выражая несогласие, — Но змеи остаются прежними, Дазай-сан. А вы действительно стали лучше со временем! Я думаю, бабочки вам больше подходят. Сейчас вы гораздо свободнее, чем были раньше, верно? — он широко улыбнулся своему наставнику, его глаза были искренними, — Я думаю, ваше новое пальто похоже на ваши крылья, Дазай-сан. Несколько мгновений оба взрослых молча смотрели на Ацуши, прежде чем Чуя повернулся к Дазаю с серьезным выражением лица, — Защити этого мальчика, — приказал он, ткнув большим пальцем в сторону Ацуши. Ацуши нахмурился, когда Дазай торжественно кивнул Чуе в ответ, — Эй, я не нуждаюсь в защите! — он скрестил руки на груди, слегка раздраженный, но все же внутренне довольный мыслью о том, что кто-то вообще счел его достойным защиты. Дазай про себя усмехнулся, увидев, как очаровательно надулся его ученик. Однако он решил не дразнить его за это. В конце концов, мальчик только что изо всех сил старался подбодрить Дазая. Ацуши словно чувствовал, когда настроение Дазая начинало ухудшаться. Это был не первый раз, когда мальчик появлялся именно тогда, когда ему это было нужно. Мне повезло, что у меня такой заботливый ученик, с нежностью подумал он. Они молча наблюдали за тем, как продвигались воспоминания, а главы двух организаций ссорились, и только потом выяснилось, что Фукудзава все это время был иллюзией. — Ты, конечно, это спланировал, — легко прокомментировал Чуя, ничуть не удивившись. — Конечно, — Дазай ответил легкой ухмылкой. Ацуши молча переводил взгляд с одного на другого, удивляясь тому, как хорошо они знают друг друга.***
— Дазай-кун, предложение о твоем возвращении в исполнительный комитет все еще в силе. — Ни за что, — Дазай, закрыв глаза, ответил на любезный тон Мори своим собственным, — Ты тот, кто в первую очередь вышвырнул меня из Портовой мафии, — Дазай знал, что даже если он по какой-то причине вернется, Мори вскоре прикажет его убить. И Мори уже давно потерял право убить Дазая. На долю секунды у Дазая возникло искушение швырнуть бомбу, которая была в его гипсе, в человека, стоявшего перед ним. Однако это разрушило бы их текущие планы. И это также вывело бы из строя Хироцу и Гин, что было неприемлемой потерей. Мори моргнул, пытаясь придать своему лицу невинное выражение, — Разве ты ушел не по собственному желанию? — спросил он, как будто не знал ответа. Дазай улыбнулся. Это была недобрая улыбка, — Ты боялся, не так ли? — мягко спросил он. Он открыл глаза, и ядовитая ярость, которую он таил в себе, явно закипала под его взглядом, — Что когда-нибудь я смогу занять твое место и приставить нож к твоему горлу, — он помолчал, прежде чем нанести последний удар, — Точно так же, как ты поступил со своим предшественником. Улыбка Мори опасно расширилась. Он знал, что Дазай рассказал об этом Хироцу намеренно, чтобы хоть ненадолго поколебать его верность. Туше. Дазай снова закрыл глаза, по-прежнему улыбаясь, — Зло ожидает зла от других, — он убрал из своего голоса приятный тон и заговорил прямо, — Я тоже не согласен сотрудничать с вами. Если бы это зависело от Дазая, он бы никогда больше не видел человека, ответственного за смерть его лучшего друга. Но в жизни так не бывает.***
— Простите, что поставил вас в ситуацию, из-за которой вам пришлось снова встретиться с ним, Дазай-сан, — Ацуши извинился, выглядя искренне огорченным. Ему было неприятно видеть выражение лица Дазая в воспоминаниях. Казалось, что простое нахождение рядом с этим человеком вызывало у него столько негативных эмоций, которые обычно он лучше контролировал. Дазай улыбнулся мальчику и ободряюще похлопал его по плечу, — Все в порядке, Ацуши-кун. Твой план был хорош, и ты понятия не имел о моих проблемах с Мори. Кроме того, рано или поздно я бы с ним столкнулся. Ацуши нерешительно кивнул, соглашаясь с его словами, — Тогда ладно. Что ж, я надеюсь, вам не придется встречаться с ним снова, если только вы не придете просто ударить его по лицу или что-то в этом роде, — он замолчал, осознав, что сказал, и посмотрел на Чую, — Ах, п-простите, Чуя-сан! — он не хотел оказаться на пути легендарного гнева этого человека, он не думал, что сможет уклоняться от его атак так, как это делал Дазай. Чуя покачал головой, — Нет, даже я согласен с тем, что он заслужил быть размазанным Дазаем. Дазай удивленно моргнул, глядя на рыжеволосого, — Эээ? Ты говоришь это, Чуя? Разве ты не один из самых преданных Мори людей? — хотя его тон был шутливым, сам вопрос был серьезным. В конце концов, Чуя действительно был самым лояльным из Исполнителей. Чуя скрестил руки на груди и поморщился, — Я был предан Мори, потому что считал его отличным примером хорошего лидера, но… — Чуя нахмурился, вспоминая, что он видел о том, что сделал этот человек. Это не было качествами хорошего лидера. Так небрежно разбрасываться жизнями своих людей, убивать мирных детей… — Был? — с любопытством переспросил Дазай, с блеском в глазах наблюдая за сменой выражений на лице напарника. Чуя нахмурился, — Мне просто… нужно кое о чем подумать сейчас. Вот и все, — ответил он, слишком упрямый, чтобы признать вслух, насколько сильно была поколеблена его преданность этому человеку. Дазай промурлыкал, сохраняя нейтральный тон. Ему нужно было быть осторожным и позволить Чуе принимать любые решения относительно Мори самостоятельно, иначе он бы подумал, что Дазай просто пытается манипулировать им. Черт, может, из этого и выйдет что-то хорошее.***
Дазай обернулся, когда зажегся свет. Он приподнял бровь и печально улыбнулся двум членам Гильдии, стоявшим перед ним, и их подкреплению, которое они привели, — Конечно, это ловушка, — он уже предвидел, что так оно и будет. Они молча стояли лицом друг к другу несколько мгновений, прежде чем с неба прилетел большой кусок земли и врезался в темноволосого члена Гильдии, отправив его в полет. Дазай со смутным раздражением наблюдал, как подкрепление Гильдии начало светиться красным и врезаться в землю. Похоже, чиби здесь. Чуя шагнул вперед, полностью игнорируя окружающих их врагов, и обратился к Дазаю, — Позволь мне кое-что прояснить, — он ткнул большим пальцем в сторону оставшихся мужчин, — Как только я закончу выносить мусор, ты будешь следующим. Дазай усмехнулся, — Я так и знал. Вот почему мне сегодня весь день было плохо, — пожаловался он. Не то чтобы он ненавидел Чую, но они не были бы такими хорошими соперниками, если бы не было чего-то, что раздражало их друг в друге. Хотя все было в порядке. Он знал, что раздражает Чую не меньше. Блондинистый член Гильдии стоял, защищаясь, и казался встревоженным, — Я ничего не слышал об этом внезапном нападении в стратегических прогнозах, — он выпустил корень из своей руки и вонзил его в землю, готовясь к атаке. — Извини, но ты не сможешь этого сделать, — спокойно сказал Дазай, похлопав его по плечу и аннулируя его способность. Мужчина в гневе оскалил зубы, — Способность, лишающая дара, — зарычал он. Дазай вздохнул, — Дилетанты. — Я хотел сказать тоже самое! — крикнул Чуя, подлетая и пинком отправляя повелителя лоз в лес. Остальная группа поддержки Гильдии направила на них оружие, и Дазай с Чуей пошли в ногу друг с другом, как будто никогда не расставались.***
Ацуши склонил голову набок, слушая, как двое других перебрасываются воспоминаниями после победы над остальными людьми, — Вы подложили бомбу в его машину, Дазай-сан? — спросил он, широко раскрыв глаза. Дазай усмехнулся, — Да. Мне нужно было, чтобы Мори знал, что ему не стоит беспокоиться о лояльности Чуи. К тому же, на тот момент у шляпной вешалки было больше одной машины. — Подожди, — удивленно начал Чуя, — Вот почему ты это сделал? — он думал, что этот ублюдок просто мелочный, но это было сделано для того, чтобы защитить его от Мори? — Кроме того, я хотел позлить чиби~ — продолжил Дазай, поддразнивая мужчину пониже ростом. Чуя зарычал и поднял ногу, чтобы пнуть Дазая, неосознанно пытаясь ударить его в то же самое время, когда его версия в воспоминаниях пыталась пнуть Дазая за то, что тот дразнил его из-за его одежды. Ацуши переводил взгляд с препирающейся пары перед ним на ссорящуюся пару из воспоминаний. Они никогда не изменятся, да?***
— Вот и он, — сказал Дазай, глядя на бесчувственное тело Кью. Ребенок был пойман в ловушку множеством корней, удерживавших его на месте, и его маленькое тельце было полностью скованно, — Спящая красавица, ожидающая своего спасителя. — Спящая красавица, да? — тихо повторил Чуя. Дазай протянул руку, — Дай мне свой нож, — он ухмыльнулся, когда Чуя издал какой-то непонятный звук, вместо того чтобы двинуться и отдать ему нож. Он поднял палец вверх, как будто только что вспомнил что-то важное, — О, подожди, я уже стащил его, на всякий случай, — было почти до смешного легко стащить его у него, пока они спускались по лестнице. Чуя уже отвык замечать подобные вещи без Дазая поблизости, который часто обкрадывал его раньше. Дазай на мгновение поднес нож к шее Кью, — Ты не собираешься остановить меня? — тихо спросил он. — Босс приказал мне вернуть его живым, но, увидев лицо этого ребенка, я вспомнил, в каких мешках для трупов мои люди вернулись домой из-за его проклятия, — Чуя пристально посмотрел на Дазая, — Убей его. — Понимаю, — сказал Дазай, понизив голос. Какая-то часть его молча оплакивала ту версию своего партнера, которая существовала при их первой встрече, ту, которая прикончила бы человека, предложившего убить безоружного и потерявшего сознание ребенка, независимо от того, что этот ребенок сделал. С другой стороны, его немного позабавило, что Чуя даже не задался вопросом, сможет ли Дазай перерезать горло безоружному ребенку. В конце концов, для этого он слишком хорошо знал Дазая. Что ж, сегодня Дазаю придется разочаровать его, — Хорошо, тогда я так и сделаю, — он повертел нож в руке, прежде чем быстро вонзить его в дерево и начал срезать корни, на которых держался Кью. — Ты размяк, — прошипел Чуя, — От твоего лицемерия меня тошнит, — он впился взглядом в спину Дазая, пока тот продолжал выполнять свою работу. — Пока Кью жив, моя способность по-прежнему нужна вам в качестве меры безопасности. Портовая мафия не сможет убить меня. Это разумное решение, — он сохранял спокойный тон. То, что он сказал, не было ложью, но это была не единственная причина. Он знал, что Одасаку разочаровался бы в нем, если бы он убил ребенка сейчас, когда он пытался творить добро. Он не хотел этого. — Не уверен в этом, — раздраженно возразил Чуя.***
Дазай искоса взглянул на Чую. Тот наклонил голову вперед и сжал кулаки, казалось, что его руки слегка дрожат. — Чуя… — Дазай начал почти нерешительно, не желая заставлять другого чувствовать себя хуже. — …Из-за него погибло так много моих людей, — Чуя стиснул зубы, не поднимая глаз, — Вполне логично, что я хотел бы его смерти. Дазай только молча кивнул, — Я согласен. Логично было бы убить его, чтобы предотвратить другие возможные смерти, — однако он знал, что Чую беспокоило не это. Плечи Чуи задрожали, — Он заслужил смерть! Я не… Я не… — он замолчал, его голос звучал все более и более потерянно, — ...Я действительно так сильно изменился? — спросил он тихо, почти шепотом. — С возрастом все меняются, Чуя. — мягко ответил Дазай, успокаивающе положив руку на плечо своего напарника, — Иногда приходится идти на необходимые жертвы. Я знаю, что ты уже понял это как Исполнитель. — Это не значит, что убийство ребенка — это нормально! — казалось, Чуя вот-вот сорвется, когда он поднял руку и схватил себя за волосы, — Блять, я… это не должно быть нормально! Ничего из этого не должно быть! Почему убийство ребенка приемлемо, когда вместо этого его можно было бы просто задержать? Стоит ли возможность того, что он выберется, того, чтобы просто убить его? — Чуя поднял голову, чтобы посмотреть на Дазая, но его свирепый вид был запятнан страхом и печалью, которые таились в его взгляде. Взгляд Дазая печально смягчился, когда он увидел, как в глазах собеседника появились слезы. Он быстро сократил расстояние между ними и начал убирать руку Чуи с его волос, высвобождая рыжие пряди, — Я думаю, стоит ли это того или нет, ты должен решить сам, — он зажал его руку в перчатке между забинтованными пальцами и успокаивающе потер ее большим пальцем, — Я не могу сказать тебе, в чем заключается твоя мораль, или что правильно, а что нет, — затем он усмехнулся, и в его голосе прозвучала нотка горечи, — На самом деле, я, вероятно, один из последних людей, которых следует спрашивать о морали, поскольку у меня на самом деле нет своей собственной. Чуя с тихим благоговением наблюдал, как Дазай оторвал взгляд от их соединенных рук, его глаза засияли новым светом, которого Чуя совсем не видел у него, когда они были детьми, — Я уже говорил это раньше, но из нас двоих ты действительно более человечен, Чуя. Я думаю, если ты немного подумаешь, твой собственный ответ будет достаточно ясен. Даже если ты изменился, суть тебя осталась прежней, — почти бездумно Дазай протянул руку и начал приглаживать волосы, которые взъерошил Чуя, — Не важно, что ты в итоге решишь, ты все равно останешься собой. Так что не стоит так сильно волноваться. — …Когда, черт возьми, ты успел стать таким мудрым? — спросил Чуя после нескольких мгновений молчания, осторожно вытаскивая свою руку из его хватки, чтобы вытереть глаза. Он почти не хотел признавать этого, но Дазай проделал удивительную работу, успокаивая его и вытаскивая из того водоворота, в который он погружался. Казалось, что Дазай никогда не перестанет удивлять его, независимо от того, насколько хорошо они знали друг друга. Хорошо, подумал он с легкой улыбкой, иначе было бы скучно. Дазай драматично фыркнул и с преувеличенным видом вскинул голову, — Я всегда был самым мудрым из нас, чиби. Только потому, что ты… — он был прерван тем, что что-то ударило его в грудь. Он медленно опустил взгляд, его мозг пытался осмыслить то, что он увидел. Там, положив голову на плечо Дазая и крепко обхватив его руками, стоял Чуя. Чуя поднял глаза и встретился взглядом с широко раскрытыми глазами Дазая с небольшой, но искренней улыбкой, — Спасибо, Дазай. Через несколько мгновений Дазай нерешительно обнял его в ответ. Было странно приятно, когда тебя вот так обнимают, особенно Чуя. Хотя всего несколько мгновений назад именно он утешал его, Дазай осознал, что чувствует себя особенно защищенным, когда его крепко держат руки Чуи. Он предположил, что это было уместно, так или иначе. Чуя мягко улыбнулся, уткнувшись в плечо Дазая, и почувствовал, как тот полностью расслабился в его объятиях. К своему удивлению, он обнаружил, что на самом деле не хочет отпускать его. Думаю, мне придется найти способ убедить тебя, что ты такой же человек, как и все мы, Дазай. Даже если на это уйдет вся наша жизнь. Если это то время, которое потребуется, чтобы полностью убедить тебя… Улыбка Чуи стала шире при этой мысли. Дазай… Я не думаю, что был бы против провести остаток своей жизни с тобой, если честно.
