Повести Туманной Чащи: Заветное Путешествие Призраков

-Мы точно обязаны идти на похороны? -Если мы хотим с этим покончить раз и навсегда - да. -Чёрт. Умеешь ты убедить. Ричард смотрел в зеркало своей старой родительской квартиры, надевая прекрасный похоронный костюм, который удивительным образом выжил среди запасов одежды родителей. Он прекрасно садился на Ричарда с того момента, как были погребены все дедушки и бабушки волка - почему-то родители этому моменту тогда не сильно радовались, а волк чувствовал некую свободу и этого стыдился. Сейчас он чувствовал себя опустошенно, впрочем, как и его друзья. Им очень шли парадные белые рубашки с черными брюками, жилетами (выбор Августа) и пиджаками, но после того, что произошло, никто не мог говорить о каких-либо приятных вещах. Даже Дориан выглядел подавленно, будто бы он с трудом заставлял себя просыпаться в эти дни, прошедшие с момента гибели Горация и в канцелярской суматохе смены мэра, администрации и прочего. Никто даже не запомнил эти ужасные часы - в них не было ничего важного для этих товарищей. -Я до сих пор не отделался от послевкусия похорон после Войны Эволюции, - сетовал Август. В прошлый раз он пришёл на столь важное мероприятие в своей старой серой футболке и джинсах. -Иногда жалею, что меня там не было из-за работы. В какой-то степени... не, не буду пытаться оправдываться, - подметил главный редактор, присаживаясь на стул, который он вытащил с кухни. Скоро придется продавать квартиру - вещи Ричард решил забрать с собой, ведь они ещё могут ему пригодиться. Ну, те, что он не сжёг. -Мы туда пошли всем классом. Руководство школы и некоторые учителя были не в восторге от этой идеи, но я их смог убедить благодаря своим же исследованиям в области психологии. И я оказался прав! Дети должны знать о смерти... какой бы страшной и далекой она ни казалась им поначалу, - сказал Дориан, заканчивая примерку своего плаща на парадную одежду - забавно, что именно одежда матери Ричарда подошла ему. -Чёрт, до похорон ещё час, а по городу пустили автобусы, так что доберемся туда за 15 минут. Никто не хочет?.. - неловко спросил волк. -Обняться? Мы же не прощаемся, - удивился Август. -Нет, - заверял Ричард, - Я хотел предложить вам тост, - он быстро побежал в сторону кухни, а по возвращении нёс в лапах прекрасный яблочный сок. -За что же хочешь ты его дать? – поинтересовался лис, в это время доставая из шкафа-стенки гранённые стаканы. Ими не пользовались даже родители редактора. -За нас, за нашу любовь… и за будущее Угольной Лампы. Только вместе мы смогли бы принести столько счастья в эту жизнь, - серьёзно говорил Ричард. -Кто бы мог подумать! Злой редактор, суицидальный ученый и учитель-разведенка спасут город! – Август первый пригубил жидкость. Она оказалась очень сладкой. Намного слаще всего, что произошло за последние дни. Похороны проходили за счет остатков бюджета Луча Беты - были вырыты многочисленные гробы для всех жертв режима Горация и самого мышонка. Шло много споров по поводу того, стоит ли его хоронить или нет, особенно среди жителей самого города, однако все они закончились после вскрытия останков системы "Надзор" - там находился лишь пепел столь маленького, но столь надоедливого существа, так что было принято решение положить в гроб урну с пеплом. На траурном мероприятии собрался чуть ли не весь город, и многие звери находились в счастливом расположении духа. Может, дело было в том, что многие привыкли к разрухе, к тому, что никто друг другу не доверяет, но такое важное событие, как потеря мэра, заставила их пересмотреть свое настроение, мировоззрение. Само мероприятие должен был вести Ричард - как один из главных разоблачителей режима Горация, а поддерживать его будут Симон и его великолепные товарищи. -Я не желаю петь песни почитания этого зверя даже после его смерти. Мы должны сохранять обычное уважение к нему, как и к любому умершему, но не более, - начал Ричард суровым тоном, - Потому что такие, как он, не заслуживают воспевания. Что он вообще сделал хорошее для своего города? Сменил надоедливых предшественников, которые обкрадывали Угольную Лампу ещё больше? Они в любом случае забрали отсюда все, что можно было, продали это другим, более живым городам. К тому же жители во многом виноваты в том, что пускали на кресла города таких зверей. Гораций был ещё хуже: пожалуй, единственное хорошее, что он сделал, так это привлек внимание других городов к своему захолустью, что в итоге позволило нам оказать помощь этому месту и отправить мышонка в могилу - хоть и не без проблем. К чему же я веду свою речь? Все до чертиков просто: Я не хочу оплакивать ЕГО. Я хочу, чтобы мы оплакали упущенные возможности, чтобы мы ненавидели этого зверя за все его преступления и поблагодарили себя за то, что Угольная Лампа дождалась своего периода возрождения вопреки этому тирану и идиоту. -Ричи, мне кажется, ты переборщил с градусом накала, - тихо сказал Август волку. Они все стояли в ряд - Август, Ричард, Дориан и Симон, только барс расхаживал туда-сюда по платформе, на которой стояла трибуна с микрофоном и откуда происходило вещание на бесконечные ряды стульев. Ричард откашлянулся из-за неловкой паузы. -И что ты предлагаешь? -Раз уж ты затронул тему жертв... то, наверное, стоит её развивать? - посоветовал Дориан. -Разумеется… - Ричард решил прочистить горло, чем немного удивил собравшихся. А затем как начал… -Кхм! Знаете, всего этого бы не случилось, будь я одинок. Мои друзья - прекраснейшие звери, которых я видел во всей своей жизни. И что было бы, если бы я их потерял? Спился ли я? Начал работать ещё больше? Я не знаю, а знаете ли вы, что делать, когда вы потеряете своих родных? Пожалуй, многие из вас столкнулись с этим в последние годы правления Горация. Некоторые дети пропадали, некоторые семьи пропадали, и все это не служило даже какой-то важной цели - Мышонку попросту захотелось вот так, а его хотелки меняются каждый час, и вот ваша семья уже разобрана по научным базам, тюрьмам, другим городам! Впрочем... в ходе войны погибли и приближенные Горация. Особенно бы хотелось упомянуть 2 зверей - крокодила Арктура, правую руку Горация, и Рафаэля, одного из командиров Луча Беты. Они отличались особого рода героизмом - они смогли противостоять режиму идиота и тирана очень долго, и он даже ничего не замечал! Когда же ситуация начала выходить из-под контроля, увы, этим героям пришлось подчиниться правилам суровой войны и нагнуться в лапы своему мэру. Рафаэль был подстрелен в ходе попытки покинуть город, когда Туманная Чаща предложила ему приют в своем милом городе; Арктур же... погиб из-за того, что попал в ненужное место в ненужное время. Пожалуй, нам всем стоит понять одну важную истину: эта победа досталась нас большими жертвами. Война Эволюции, конечно, все ещё убила гораздо больше зверей, чего уж там, но ситуация в Угольной Лампе вернула нас во времена ужасов Великой Войны, и мы поняли ещё кое-что: НАМ НЕ НУЖЕН ТАКОЙ МИР! Пожалуй, больше мне нечего сказать, - Ричард передал микрофон Симону. Слова Симона друзья не особо слышали. В один момент и Раймонд давал речь... Дориан... Август... но все это было так не важно для волка-редактор. Он переместился на места зрителей, в первых рядах, и не хотел ни о чем думать. Его товарищи к нему не присоединялись - у них было слишком много работы... с кем не бывает! Волк решил отдалиться в свои мысли, как рядом появилась многозначительная желтая фигура, которая уселась на свободное место - все первые ряды были предназначены для важных гостей. Ричард сразу понял, кто к нему сел - он только не знал, зачем. -Что вы хотите от уставшего волка, господин Раймонд? - спросил Ричард с нотками насмешки. -Вы помогли мне стать мэром, и я должен поблагодарить вас за это. Только сейчас я начал осознавать, что я могу делать на самом деле в своей жизни. Более того - ты и твои друзья смогли сгладить углы противоречия, помогли разобраться мне в совершенно другой профессиональной области... я могу считать тебя одним из самых успешных моих учеников. Жаль, что ты показал себя не так, как я хотел того изначально. -Дай угадаю: частично ваши первичные желания были сформированы моими родителями, да? Которые хотели видеть меня идеальной куклой - сильной, умной, безвольной. А тут оказалось, что у меня есть характер. Хоть и сломленный в домашней боевой обстановке. -Возможно. На самом деле, я не привык, что мои желания, связанные с миром спорта, разламываются на маленькие кусочки, как это произошло с тобой. Как ты видишь, я смог выполнить свой тренерский долг спустя столько лет! -Не уверен, ваша в этом заслуга или моя. -Тренер наставляет ученика, который делает все, что может, для достижения совместно поставленной цели. Какой бы она ни была. Чего ты хотел сейчас, когда приехал в родной город? -Избавиться от призраков прошлого. Скорее всего, Дориан и Август приехали сюда по той же причине... у каждого были свои боли, о которых никто не хотел рассказывать даже себе самому. Впрочем, чего уж там! Август хотел убить себя довольно долго. -Наложить на себя руки - худшая ошибка, которую может совершить зверь. Я рад, что он остался с нами и не струсил. -Я тоже, - усмехнулся Ричард, - Сам удивляюсь, как я хорошо на них повлиял. -Глава типографии – тоже своего рода тренер. И ты тренировал своих товарищей более чем хорошо, судя по тому, как они дают свои речи. -Спасибо вам за такие слова, Раймонд, - у Ричарда словно на сердце что-то отлегло в этот момент. -Что ты! Спасибо за то, что принял свою боль и сделал её наставником для всех нас. Дориан и Август, на самом деле, к этому времени завершили свою часть дел, просто их поймал Режин. Он пришёл на похороны раньше всех, поскольку он воспринимал трагедии города несколько иначе. Остальные учителя из Школы Забвения появились почти сразу за ним, но эффект был уже совсем другим для волка-учителя. Он искренне желал поговорить с Ричардом, но понимал, что сейчас приемный сын вряд ли ему что-то расскажет, и в таком случае наиболее логичным вариантом было поговорить с его друзьями... он-то им точно рассказывает больше всякого. -Ах, господин Режин, мы не ожидали, что вы решите поговорить лично, ведь для города наступил такой траур... - неловко поприветствовал гостья Дориан. -Может, я и кажусь спокойным старичком, который может надломиться из-за таких больших и драматичных событий, но я был воспитан почти сразу после Великой Войны, и меня нелегко сломить! И я хотел поговорить о Ричарде... -Почему бы вам тогда не пойти и не сделать это самим? - с ухмылкой спросил Август, показывая лапой в сторону своего серого товарища. -Вспомните Ричарда и поймите, почему я это не могу сделать, - произошла короткая пауза, в ходе которой звери неловко переглянулись. Это состояние снова разрушил Режин, - Как он поживает? Как у вас дела? Вы пережили столько всего, судя по репортажам военных из Туманной Чащи!.. -Заключение в тюрьме кажется таким простым на фоне того, что произошло с нами под... куполом... у мэрии... - странно начал Август, - Нас спасло существо, которое породили нелепые эксперименты моих коллег. Если бы не дружба с этим потусторонним, сложным созданием, никто бы не выжил. И мы бы не убили Горация. -Разве не для того нужны друзья? Чтобы спасать нас из передряг? Какими бы необычными наши друзья ни были. Так-то, вы тоже странная компания! Учитель, Главный Редактор и Учёный - вы ведь не могли бы встретиться в нормальных обстоятельствах? Уж точно Август кажется здесь особенным. Я хочу сказать, что вам нужно ценить такие чудные совпадения, ибо они произошли по вашим же волям. И я вами всеми горжусь. -Буду считать это прекрасным профессиональным комплиментом, - ухмыльнулся Дориан, пожимая руку старшему. -А я горжусь вашим городом, - заявил Август, - Мало кто переживет подобные страдания и ещё захочет восстанавливать всё потом. -Знаете, Август, - сказал Режин смешливым тоном, - Кажется, это больше история про вас, чем про меня! Спокойствие Ричарда и его мысли о произошедшем постоянно прерывались. Конечно, он втайне желал этого - Лекарь и все под куполом, ужасы войны, странная тюрьма, которая, по пришествии туда войск СОБ-а, оказалась абсолютно мертва... не очень хотелось признавать, что волк потерял контроль над своей жизнью. Имел ли он вообще такую привилегию когда-нибудь? Маловероятно: страх перед родителями и тени прошлого прятали важные вещи, которые хотел Ричард показать этому миру. Так кто же решился прервать спокойствие волка в этот раз? -Так-так-так! Кажется, пришла пора вам выполнять вторую часть вашей сделки! - задорный голос, средний рост, потрепанные вещи... Йоланд не изменял своему стилю и своим немного скрытным повадкам. -Чего вы хотите от меня? Я всего лишь писатель-публицист, и не более, - ухмылялся Ричард. Ему нравились сегодняшние разговоры. -Ну, вы находитесь в хороших, даже слишком хороших отношениях с господином Августом, а он является другом мэра Туманной Чащи! Вас что, не учили дергать нужные ниточки для достижения ваших целей? Оно и неудивительно: в 30 с горшком вы всего лишь главный редактор. -Большего мне не нужно. Ты пытаешься меня шантажировать, что ли? Ты выиграл первые выборы в 40 лет, твоя дочка зависит от денег моего города... точнее - денег, которые ты хочешь забирать из казны этого города. Но давай я расставлю все точки в предложении: я не хочу держать когти у твоей глотки, и не хочу того же от тебя. Я поговорю с Августом, с Симоном... тебе нужно какое-то подтверждение того, что всё в порядке? -Уж поверь, если что-то будет не в порядке с нашей сделкой, ты узнаешь об этом первый! -Чёрт, Йоланд, вы звучите не слишком лучше Горация. Меня вы этим пугаете. -Никто не является совершенно честным, когда дело доходит до ужасов, в которые мы попали! Все мы хотим немного надежды, даже если она не совсем настоящая. Ну и... -И я больше не собираюсь жить в этом городе. Пусть он сгниет окончательно, пусть он переродится - я продаю квартиру и забываю об этом месте навсегда. -Люблю же я прямолинейных зверей! Но, если что, мы с вами встретимся ещё раз. -Буду ждать этого момента с нетерпением! – саркастично заявил Ричард. *** После похорон были куплены билеты на поезд из Угольной Лампы в Туманную Чащу - нормальное сообщение между городами было возобновлено сразу после гибели Гораций, и оно стало даже лучше по сравнению с тем, что было. Вокзал находился в части города, которая пострадала от войны, но само здание железнодорожного пункта было целым: кажется, всем стало плевать, когда в поселение перестали пускать определенные поезда. В этот раз волков и лиса провожала целая толпа зверей, в числе которых были их новые друзья, несколько сотрудников из мэрии и даже поклонники (их больше всего было у Ричарда). Каждому было по-своему легко прощаться с этим заунывным городком: Дориан и Август его никогда не любили и желали поскорее помочь товарищу, а теперь, когда все стало на круги своя, можно было забыть об этом месте, если не учитывать военную хронику. Ричард же чувствовал небывалое спокойствие, смешанное с великой надеждой на хорошее будущее. Даже печали казались не столь жуткими. -Вас будет не хватать, - заявил Йоланд то ли из вежливости, то ли из искренности, когда волки и лис усаживались в поезд. Составы стояли на станции по 7 минут, так что можно было провожать гостей города. -Мы отлично справимся и без них. Хотя Ричард стал бы отличным достоянием нашего города, - сказал Раймонд с легкой гордостью за всех, кто здесь стоял. -Я сделал свой выбор, и останусь при нем. Я люблю Туманную Чащу, а Угольная Лампа принесла мне столько боли... конечно, сейчас нет таких проблем, какие были даже пару месяцев назад. И все же я приеду сюда ещё раз, чтобы продать квартиру, и уже вряд ли вернусь, - сказал Ричард с необычайной досадой. Потом он понял её причину. -Надеюсь, ты не забыл про меня, приемный мой сынок? - смеялся Режин таким приятным голосом довольного отца, - Я буду рад, если ты будешь навещать меня чаще, чем на похороны! -Мы проследим, чтобы он с работой не забылся, - проворчал Август, забирая последние чемоданы на поезд. Тяжелая ноша для не самого физически развитого волка. А потом поезд тронулся. Десятки животных махали в сторону уезжающего локомотива, надеясь, что иногородние любимцы заметят их жест и ответят хотя бы скромной улыбкой, которую будет еле-еле видно на уходящем в горизонте составе. И всё же, кто хотел её для своей души, смогли найти её и за десятки километров от Угольной Лампы. По приезде в Туманную Чащу всем зверям пришлось направиться в сторону мэрии - должно было состояться завершающее совещание по поводу военного кризиса. Изначально Август думал, что пригласили только его, и ему придется расстаться с друзьями намного быстрее, но в деловом письме было четко сказано взять с собой всех волков и лиса. Ричард и Дориан никогда не были на верхних этажах мэрии и, тем более, не катались по её высокоскоростным лифтам, которые позволяли добираться от низу до верху за пару минут. Во время финальной битвы с Владыкой Эволюцией мэрия разваливалась на части - удивительно было, как героическому Винсенту удалось доехать до самой крыши. Но всё это в прошлом: безумные темпы развития и желания жить зверей этого города спасли центр всей Туманной Чащи. Из комнаты совещания тоже, как на лифте, открывался великолепный вид на всё вокруг. Даже и не заметишь, что в этом помещении стоят колонны, стулья и стол! -Можно с уверенностью сказать, что мы отделались малой кровью. Все пострадавшие были реабилитированы буквально в течение пары дней, инфраструктура цела, всё в отличном состоянии! Я бы назвал это чудом, если бы не знал, какой ценой мы этого добились, - заявил Главный Командующий. Почему-то именно он открывал совещание, - Мы решили назвать произошедший кризис "Великим Раздором Угольной Лампы". Название мэр предложил вынести на голосование. Если у вас есть какие-то ещё предложения... Но таковых не возникло, кроме сокращения до «Кризиса в Угольной Лампе». Все единогласно проголосовали за оба варианта, чем удивили военного зверя, который пристально следил за лисом и волком, что чувствовали себя немного не в своей тарелке. -Необходимо сказать, что на Суде Континента было принято коллективное решение вести надзор за Угольной Лампой на протяжении следующих 2 лет, чтобы удостовериться в правильности курса господина Раймонда, - сказал мэр спокойным голосом. -Вы не доверяете нашему выбору? - вмешался Ричард под очень ревностные взмахи лапами со стороны Августа. -Что вы, нет. Всего лишь предосторожность - другие города очень испугались произошедшего. Особенно самих дней войны. -Одного я не могу понять: зачем сюда позвали Ричарда и Дориана? Кхм, они мои друзья, и они принимали большое участие в конфликте, но они же, кхм, гражданские лица... - неловко подметил Август. -Именно! Вы прошли через настоящий ад, выжили и спасли все города Континента от ужасов войны. И вы достойны чего-то большего, чем просто аплодисментов! - сказал Главный Командующий, нажав на какую-то клавишу на столе, после чего в комнату ввалился Симон. В его руках была прекрасная розовая подушка, на которой лежало 3 золотых медали, выполненных в форме Лекаря. Они изящно блестели в свету раскалявшегося рассвета. -Мы решили не делать официального награждения из-за того, что Суд Континента принял решение замять всю ситуацию и продолжить жизнь. Конечно, мы обязаны объяснить населению многое, но заострять внимание уж точно не стоит, - пояснил мэр. Волки и лис дружно встали по жесту барса, пока он подходил к каждому из них и надевал на грудь, в районе сердца, их награду. -Август, я лично буду очень рад, если ты вернешься работать в Мэрию. Я так соскучился по твоим рассказам о науке! - сказал Симон. -Прости, но, думаю, я задержусь на цензорской позиции... по личным причинам. Конечно, помогать братьям-ученым я буду, но уйду пока в публицистику, - ответил Август с небольшой неловкостью. Дориан аж особенно выпрямился, когда к нему подошёл Барс. -Ах, господин Дориан, от волонтера до настоящего солдата! Надеюсь, что больше вам не придется получать такого рода наград, - сетовал командир СОБ-а. -Я тоже надеюсь, что детям больше ничего не будет угрожать из разряда войны, - ответил лис с уверенностью. Ричард сохранял свою грациозную стойку, в которой когда-то он отдавал приказы Персифалю. Он вспомнил, как он обожал за это свою работу. -Все-таки мы оказались правы. Из тебя вышел неплохой военный лидер... хоть и довольно ситуативный, - усмехнулся Симон. -Мне самому понравилось. Видимо, годы работы главный редактором сказались... -Ничего! Скоро всё станет лучше всех. Будешь прекрасные статьи выпускать вместе со своими милыми друзьями. Или, может и не друзьями… После награждения Мэр хотел дать какую-то речь, но осекся: -Думаю, вы хотите ополоснуться после дороги, да? Мы ведь вас прямо с поезда отправили сюда. -Было бы неплохо, - тонко заявил Дориан, - А то я не привык так долго ходить в моей одежде после поезда! -Чистоплюй, - усмехнулся Ричард, получая дружеский толчок в бок. -Мы все очень устали, Мэр. Можно же сделать краткий отчёт по остальному совещанию и выслать его на мой адрес? – спросил Август. -Разумеется, - с лёгкой улыбкой ответил ворон, - Хорошего вам дня, друзья. После того, как друзья покинули совещание, успешно помылись и позавтракали, Август принял решение навестить "Чуму" (в отчёте было сказано, что там есть некая важная новость, которую нельзя попросту передать словами). Волк предчувствовал что-то плохое и хотел сейчас встретить всю боль в одиночестве. Впрочем, Дориан и Ричард уговорили его взять их с собой - конечно, пройдя все необходимые медицинские процедуры вроде обеззараживания на входе. -Вы совершенно не обязаны это делать. Я ценю ваши усилия, и я понимаю, что вы бы хотели изменить мою привычку справляться со всем в одиночку. Но это ведь не в один день все решается, - начал волк-цензор. -Если никогда не начинать, то так и останешься на подступе к этому очень длинному пути сближения с твоими же любимыми зверьми, - сказал Дориан, кладя свою лапу на плечо товарищу. -Да и я всегда бы хотел познакомиться с твоими коллегами. Кажется, они милые ребята, - усмехнулся Ричард. На входе в биологическую компанию и по пути к месту, о котором говорил Мэр, все работники приветствовали Августа с большим трепетом, великой радостью. Они продолжали считать его героем - даже если он не так давно хотел убить себя. Он желал замолчать этот факт - все-таки его никто достаточно близко не знает... кроме этого волка и этого лиса. Кажется, исследования по Лечению и Поветрию продвинулись вперёд, но учёный заметил, что одно из отделений, где раньше хранились Трупы Прионов и которое до отъезда пустовало, теперь было полно обычными телами. Во взгляде Ричарда можно было заметить, будто он видел какое-то знакомое лицо здесь... -Прошу простить, но откуда здесь эти туши? - поинтересовался Август у ученого, который с планшетом направлялся из отделения. -Наш последний эксперимент с вакциной на основе тканей Лекаря! Он прошёл неудачно, погибли звери-волонтёры. Пришлось объяснять жителям, что хотя бы смерть у них была быстрой и спокойной, - ответил исследователь. -КАКОГО ХРЕНА! - Август никогда так не злился, но, видимо, тема Лекаря заставляла его чувствовать немного больше. -Я узнаю… это тело, - судорожно, с заиканиями сказал Ричард, - Это… Кэролайн. Я ведь с ней так и не… я не… -Я с тобой, Ричи, я с тобой. Мы с тобой, - сказал лис, обнимая поближе своего друга-редактора. Он не хотел, чтобы кто-то знал о его плаче. Слёзы сами полились. -Будь проклят Персифаль, - тихо бубнил Ричард, - Я… -Я узнаю, что конкретно случилось. Побудьте тут, ладно? – спросил Август. -Конечно, - отмахнулся ему Дориан, - Если не ради себя, то ради Ричарда… Волк-цензор судорожно ворвался в помещение, обозначенное мэром, и также нервно пытался найти цистерну содержания существа. К его большому удивлению, все хранилища жидкостей были пусты, что подтвердило все опасения Августа. Он не смог ничего сказать - попросту уселся на пол и тоже заплакал. Слезы текли по его морде полчаса, пока исследователи просто смотрели на него. Это таинственное существо… завораживающее, огромное, непостижимое… покинуло его. Он был тем, кто спас ученого от самоубийства. Но кто теперь его сможет защитить от этой боли?.. Август и Ричард. Они тут же обняли волка. Сами все в слезах. Август провёл в своем горе в одиноком помещении битый час, так что друзьям пришлось его искать. Он ничего не ответил - эту роль взяли на себя остальные научные лица. -Согласно всем нашим данным, когда воцарился Купол над Угольной Лампой, Лекарь попросту исчез из цистерны, не оставив после себя ничего, кроме малозаметного спектрального следа, благодаря которому можно было отследить его путь по Альфе-5. А потом... когда купол развеялся... Лекарь забился в криках боли в углу своей камеры. Он умирал часов 12, и, чтобы мы ему ни делали, ему становилось только хуже. Мы поставили круглосуточное наблюдение, но мы буквально проморгали момент, когда образец из сложного существа превратился в... - ученый так и не договорил. Он лишь жестами попросил своих друзей достать из-под брезента какую-то картину, которую Август не заметил из-за своего отчаяния. На ней был нарисован Лекарь во всей своей великой славе - управитель звёзд, надсмотрщик галактик, любимец вселенной, спаситель обездоленных, - Мы считаем, что так выглядит его "труп". Кажется, он так и не смог получить адекватную форму в нашем мире, так что и умереть он... не смог нормально. Многомерное существо, сплошная загадка для нас. -Видимо, он сделал всё, что было возможно... и устал. Вы читали мои отчёты про произошедшее в куполе? - к этому моменту волк-цензор собрался и смог говорить научным языком. -Да, и это все сходится с нашими теориями о способностях Лекаря, но... ты ведь понимаешь, что мы не можем его вернуть? Или даже не знаем, умер ли он. -Конечно... можно я заберу картину с собой? -И куда ты её поставишь?! Я думал, что ты живешь в Доме Приюта Творцов! -Мы с моими друзьями собираемся переезжать. -Всё равно, это очень дерзкий план! -Более дерзкий, чем хранение пятимерного существа в аквариуме своей квартиры? Картину решили оставить в "Чуме", только в прихожей главного административного здания - для того, чтобы её было проще потом забрать. После Ричард попросил друзей направиться в свое издательство - все-таки первый рабочий день, пускай и сокращенный, пропускать было нельзя. Дориан чувствовал себя очень странно в этом месте: последний раз он приходил сюда, чтобы попытаться заставить волка-редактора передумать и простить лису ошибку, которую он совершил, и методы, избранные рыжим учителем, теперь казались ему очень странными. Августу было ещё более неприятно: он буквально дергал за ниточки слабостей своих друзей, чтобы добиться деловой поездки в Угольную Лампу. К счастью, это всё было в прошлом... но настоящее было ещё более жестоким. -ТО ЕСТЬ КАК ЭТО МЫ ПОТЕРЯЛИ СТОЛЬКО КРАСКИ, СТОЛЬКО РЕПУТАЦИИ ЧИТАТЕЛЕЙ, НО ПРИ ЭТОМ УВЕЛИЧИЛИ ПРИБЫЛИ? Персифаль... мне нужно, чтобы ты все объяснил мне ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНО, - Ричард уже рычал на подчиненных. Впрочем, лис и волк заметили, что в этом рыке было больше сочувствия и понимания, чем скрытых страхов. -Откровенно говоря, господин Ричард, мне очень совестно за то, что я использовал свое положение, чуть ли не довёл Кэролайн до самоубийства... не совсем, конечно! И я стыжусь того, что использовал свои полномочия для того, чтобы печатать мои не такие уж и хорошие произведения. Надо сказать об этом той волчице, что вы приняли недавно на работу! Она на многое мне открыла глаза. Кстати, вы будете против, если я уволюсь? - Персифаль говорил уверенно, как и всегда, но и в его словах было нечто необычное... -Мы все скорбим по Кэролайн. Есть смысл провести похороны в это воскресенье... но, чёрт его дери, почему ты хочешь уволиться? -По правде говоря, мне не нравится здесь работать. Просто родительские слова мною помыкали: мол, после перенесенных страданий, осмысленных или нет, жизнь станет лучше. А потом я сам стал причинять зверям боль! Мне это всё осточертело. Я поселюсь в Доме Приюта Творцов. Может, договорюсь с кем-то более известным... и они помогут мне публиковаться. -Ага, конечно, - проворчал Август. -Я бы подал на вас в суд за вашу некомпетентность, - ворчал редактор, - Но идите, Персифаль. Идите своей дорогой. И больше не портите никому жизнь! После 2-недельной отработки, конечно же. После дня канцелярских премудростей Ричард с тяжестью вздохнул: его душа плохо справлялась с накатившим его потоком боли, который постоянно сдерживался расстоянием между городами и призваниями волка. Сейчас он хотел оставить управление на Персифаля, которому не отвязаться в течение этих 2 недель процесса увольнения, и отправиться куда-нибудь в другое место. Дориан тут же подал идею в нужном русле: он вспомнил, что обязался сегодня заглянуть в школу и завершить официально свою командировку. Его никто не был обязан сопровождать, и все же оба серых зверя хотели провести побольше времени со своим товарищем. В школе было удивительно мило - был уже октябрь, и ученики радовались за своих друзей, огорчались ссорам и плохим оценкам, с радостью и легким раздражением брались за новые задания. Они вырастут в отличных взрослых, что потом продолжат строительство этого великого города. И благодарить за это стоит тех животных, что на свой страх и риск направились в Угольную Лампу. -Как же по вам соскучились детишки! Да и чего уж там, преподаватели тоже к ним присоединились! - Директор обнял Дориана, и, хоть это объятие несло больше деловой характер, лис прекрасно понимал, что в школе его заждались. С нетерпением читали о нем каждую новость, в которой он мелькал... И ужасались каждому событию в том страшном городе. -Я тоже рад вернуться! Надеюсь, что мой класс не слишком опечалился тому, что поездку пришлось продлить на такой срок. И... вы же не будете применять ко мне взысканий за всё произошедшее, да? - спросил рыжий учитель с долей скепсиса. -Дориан, чего это вы стали таким мнительным? Мы всегда вас ценили! Вы были великолепным учителем, потом - отличным писателем и ученым, что изучал столь сложные темы, как Травму Мышления! А теперь вы стали изумительным волонтером. Уж что-что, так в вашей деятельности вы вам мешать не будем. Вы явно не такой зверь, который сделает своим ученикам больно. Кстати... - Дверь в кабинет была все это время чуть приоткрыта, но гости идеально спрятались за ней и накинулись на лиса очень нежданно. -Как же я вас всех люблю! – крикнул от резвости Дориан. Он был искренен, но сам себе мало отдавал отчёта в том, что он сам был лисом будто бы из страны мечт и фантазий. Ричард и Август тем временем оставались в главном холле - во всяком случае, здесь они договорились встретить своего товарища после его триумфального возвращения к родным партам. Волкам сие занятие надоело, и они просто решили вернуться к месту встречи, когда подойдет время, а пока они отправились бродить по школе... невольно их действия довели их до той самой библиотеки, где пару месяцев назад и началась вся эта катастрофа с Угольной Лампой. И ученого, и у редактора сперло в горло от одной мысли о прошлом: на душе появилось чувство, от которого что-то будто бы скребло, и в то же время оно плакало и говорило: "Спасибо, за то, что вы пустили меня сюда". Гробовую тишину в обходе книжных полок прервал Ричард. -Кажется, что прошёл целый год, может, пару лет, с той поры, как мы здесь были. -Ну, ты преувеличиваешь. Обычно звери говорят, что тяжелые события время ускоряют, а не замедляют, - серьёзным тоном ответил Август, перелистывая какие-то книги, - Я понимаю, правда, о чем ты. Я прекрасно помню те деньки - ты тогда хотел меня придушить от злобы в сторону мэрии. -Чёрт. Я надеюсь, ты простишь меня за такое мое поведение? -Я давно тебя простил. Перестал злиться на тебя после первой ночи в Угольной Лампе. А дальнейшие истории из твоей жизни... я понял, что ты хороший волк, который пытался выжить в ужасных обстоятельствах. Хотел бы сказать, Ричард, что ты отлично справился. Кстати, заметил, что книг в библиотеке стало меньше? -Так учебный год давно уже начался. Их ученики забрали на пользование. -Ах, извини. У меня что-то нервы расшатались... или мысли. Так или иначе грустно. -Как думаешь, Режин был бы рад преподавать в одной школе вместе с Дорианом? Я знаю, что он никогда не бросит свой родной город. Но почему бы не поразмышлять? -Дориана неспроста любят в коллективе. Он не только его украшает - он делает его лучше, что ли. Посмотри на нас! Я уверен, Режину здесь понравиться. -Здесь все мы троя отлично справились, Август. Помогли друг другу избавиться от всего из дней минувших и двинулись дальше. Может, пойдем в главный холл уже? -А что? Уже время подошло? -Нет, что ты. Я просто подумал, что нам нет смысла здесь задерживаться. Вся троица собралась в назначенном месте почти одновременно. Дориана провожали из школы с легкой досадой, хоть и знали, что уже завтра он выйдет на работу. К его счастью, никто даже не подозревал о его текущем положении. Им хватало вежливости и чувства такта, чтобы не вмешиваться в чужую жизнь так сильно. А волки и лис тем временем пошли в сторону Культурного Района, чтобы прогуляться по изящным паркам и набережным - в городе их практически нет из-за расположения речных путей. -Ричи, в этот раз ты ко мне будешь добрее, чем в нашу последнюю встречу здесь? - усмехнулся Дориан. Ему показалось это хорошей шуткой, но у волка морду покосило, и пришлось его брать за лапу и утешать, - Прости, я не хотел тебя задеть. -Всё в порядке. Я стыжусь самого себя в тот момент. Может, был бы я более добрым волком, я бы... -Сам же знаешь, что от размышлений такого рода лучше не становится. Дориан с нами ведь, так? И нам вместе хорошо? О большем задумываться из прошлого не стоит, - перебил его Август. -Наверное, ты прав. Но что-то на душе все равно беспокойно. Будто бы я что-то забыл сделать. Ни у кого больше нет такого впечатления? Причем оно возникло только после приезда сюда, - спросил Ричард. -Если так подумать... то я тоже что-то такое замечаю. И я, кажется, знаю, в чем дело. Вы все это тоже поймете в свое время, а пока я предлагаю нам всем отправиться на последнее летнее представление в этом году! - лис показал в сторону открытой сцены, на которой актеры о чем-то говорили, но ничего ещё не началось, судя по всему. -Октябрь месяц... - ворчал Ричард. -Пока снега не пошли, почему бы и нет? - ответил на его раздражение Август, - И тебе вредно так много раздражаться. -Пожалуй, ты прав, - усмехнулся волк-редактор, ударив своего собрата по плечу так, чтобы он почувствовал весь вес собственных слов, - Мне стоит быть с вами подобрее, да? -Нет, сейчас ты все сделал так, как надо. Твои родители, может, и критиковали каждое твое движение, но я думаю, что ты очень способный волк, - улыбался Дориан. -Спасибо за такие слова, - сказал Ричард, попутно целуя обоих своих товарищей, - Вы лучшее, что случилось со мной за всю жизнь. Они, впрочем, ничего на такую фразу не ответили. Они очень стеснялись такого вклада в чужой быт. Хотя и в то же время собой очень гордились. *** После этого представления друзья разошлись в сторону своих домов. Негласно каждый из них осознал, что они не полностью попрощались с болью ушедших лет, ибо были целые места, в которых они чувствовали себя скованными почти непроходящим ужасом… и всё же на их пути появился дружеский свет. Дорога, на которой есть не только кошмары, но и надежда. Август первый добрался до своего жилища, поскольку он до сих пор официально обитал в Доме Приюта Творцов. Волк-ученый удивился, когда увидел, что сам директор встречает его на входе. -Ам... господин Директор? Чем вам обязан? - неловко спросил волк. -Я лишь хотел встретить вас! С возвращением, Август. Многие по тебе скучали. Особенно Константин. Жаль, что мало кто решился сказать тебе это в лицо, и они попросили меня передать эти слова. А другие звери попросту заработались! - отвечал задорным голосом руководитель этого благотворительного здания. -Прошу прощения, но я собираюсь съезжать отсюда в ближайшее время. Так что недолго придется товарищам радоваться. -Но вы ведь можете нас навещать в любое время. Консьерж или я запустим вас без проблем. Если не секрет, с чем связан ваш переезд? Неужели опять травмы доконали после очередного события века за прошедший год? -Нет... семейное положение изменилось. -Вас поздравить, или... -Пожалуй, спокойные слова мне сейчас важнее. -Тогда… я рад, что вы живы! – директор вежливо обнял волка. -Я тоже рад, что остался жить на нашей земле, - почти счастливо заявил ученый. Волк направился в сторону его квартирки. Нужно было подготавливать вещи к переезду... тут до сих пор оставался аквариум, в котором прятался Лекарь. Так же расправлена кровать, как когда здесь спали Ричард с Дорианом. Конечно, Август - безумно ленивый хозяин, но эти воспоминания ему начали укладываться как бальзам на душу. Вроде бы и прошло пару месяцев с тех событий, а на душе так приятно, словно ты совершил незабываемое открытие для всего мира… Впрочем, этот полет мыслей был быстро прерван знакомым голосом. -О, я не надеялся вас застать на месте! Господин Август, как же я безумно рад вас видеть! - куница Константин тут же полез обнимать Августа, и ему стало жутко не по себе из-за этого... к счастью, это чувство быстро прошло. -Увы, у меня не было времени по вас скучать, Константин. И я скоро уезжаю отсюда. Надеюсь, вы не слишком обидитесь на меня? -Что вы! Это место создано для обездоленных зверей! Если отсюда кто-то уезжает, это только к лучшему! – стараясь скрыть слёзы, заявил куница. -И всё же вам жаль, что я ухожу… -Конечно! Вы ведь такой особый волк! Кто бы ещё мог выглядеть таким грустным и в то же время таким вдохновляющим? Таким спокойным, но таким деловым? Таким умным и таким глупым!.. -Кхм, Константин… -Простите! Я просто совсем запутался в мыслях. -Держите же ключ к их распутыванию: я буду сюда приходить и навещать местных. -Правда? Какая же великая радость! – и Константин тоже обнял цензора. За последние годы такое случалось много раз, но только этот казался Августу по-настоящему приятным. Дориан прибыл вторым в свое жилище относительно своих друзей, и, пожалуй, из них всех он меньше всего знал свою квартиру. Последние месяцы лис провёл в горе из-за развода с женой, и это неизбежно отразилось на быту его обиталища: половина вещей из гардеробов и шкафов испарилась, повсюду начала поселяться пыль, которая несла в себе боль ушедшую и будущую. Казалось, что даже шторы, через которые свет проходил в прихожую и кухню, куда гость сразу попадал по приходу в эту квартиру, выглядели намного темнее. Лис долгое время стоял рядом с чемоданами, доставленными благодушно сотрудниками СОБ-а по просьбе Августа к жилищам каждого из зверей. Делать что-то не хотелось из-за этого страха встретиться со своим прошлым... которое Дориан якобы преодолел. На практике все оказалось намного сложнее. На книжных полках в гостиной, которая шла сразу после кухни, до сих пор стояли семейные фотографии. Лис решил их собирать в мусорный пакет. Оставил он лишь одну рамку - в ней лис был счастлив, потому что обнимал своего друга Ричарда. Они тогда вышли с одного из спектаклей в Великом Речном Театре... не сдержались в чувствах чуток. С той поры жена Дориана стала к нему намного злее. И по понятным причинам. Уже было не важно, когда любовь между 2 зверьми умерла. От мадам осталось и кое-что ещё: её рабочие документы. Почему-то она не забрала их с собой - кажется, она говорила что-то об увольнении... скатертью дорога той эпохе, да? Всё это надо отправлять в мусорку. В спальне от старой семейной жизни оставалось пару упоминаний: их любимое семейное одеяло и их любимая книга, "Прощай, одиночество", написанная самым одиноким автором Туманной Чащи. Может, союз этих двоих был обречен с самого начала, а Дориан не хотел этого признавать долгие годы. Во всяком случае книгу было бы плохо выбрасывать, и он решил подготовить другой пакет - он отнесет вещи, которые могли бы пригодиться другим, в особые пункты перепродажи. Может, из них сделают то, что действительно будет сближать души, а не разделять их. Никаких сомнений не возникало ни у кого, что тяжелее всего возвращение дастся Ричарду. Он уже предвкушал эти страх, пренебрежение, ненависть, когда он откроет заветную дверцу спальни и найдет там остатки родительского прошлого... их одежда, кстати, пришлась друзьям волка и ему в пору. Вот только никакие из упомянутых чувств редактора не преследовали больше: зайдя в страшное место, он ощущал лишь безмерную пустоту. Кто вообще были Элен и Бенджамин? Шантажисты, ленивые звери, высокомерные личности, которые не желали меняться при любых обстоятельствах, а хотели сохранить сына любой ценой и таким образом его ещё больше потеряли. Жаль, что они так и не признали этого. Вот только что делать со всеми этими вещами? Ричард решил этот вопрос очень просто: отправился на кухню, отыскал зажигательную смесь, и начал понемногу вытаскивать коробки на улицу, откуда относил их на ближайшую детскую площадку - там было много песка и железа, так что гореть ничего не должно было. Одна искорка - и все прошлые страхи волка пестрели синем пламенем. Здесь не было мести, ненависти - просто возникло желание освободить место в душе для кого-то действительно важного, вроде одного серьёзного и неловкого волка и галантного, но очень ранимого в душе лиса. Конечно, Ричард все равно желал продать свою квартиру ради плана о совместном лучшем жилище, однако никто не говорил о том, что нельзя было освободить свою внутреннюю квартиру от лишнего груза, да? Всё равно именно этим и занимался сейчас каждый из его друзей. Волк очень жалел, что не мог помочь им в эту минуту - хотя, скорее всего, они отвергли бы его помощь. Он бы сделал точно так же. Некоторые виды проблем можно решить только одним способом - в одиночку. -Не чувствуешь, что чем-то воняет? Как будто бы на заводах случилась какая-то поломка! - спросил один из прохожих, который затем обратил внимание на Ричарда, - Господин Волк, с вами всё в порядке? И... погодите... -Я всё потушу, не волнуйтесь! Вонь же... ну, пожалуй, здесь я вас разубеждать не стану, - усмехнулся Ричард. -Вы ведь знаете, как небезопасны несанкционированные огни? - продолжил прохожий. Голос у него был знакомый. Кажется, его товарищ решил отдалиться от этого разговора. -Конечно же я все прекрасно знаю. Однажды я делал отзыв на наши законы по общественной безопасности в такого рода местах, как детская площадка! Но, знаете, я все держу под контролем, - Ричард уже видел, как все воспоминания догорали. -Ну и зачем же вы это делаете? -Избавляюсь от своего прошлого. Я вас практически не знаю, да и не желаю знать, так что могли бы вы оставить меня в покое? -Вы похожи на общительного волка. Более того - я видел вас в недавних новостях. Господин Ричард, один из зверей, что остановил кризис в Угольной Лампе. У каждого народного героя есть свои скелеты в шкафу, но я не думал, что вы окажитесь одним из тех, кто публично их признает и уничтожает. -Серьёзно, чего вы привязались? -Может, дело в том, что вы сами хотите поговорить, да не с кем? -В этих словах есть доля смысла. Я уже совсем забыл, какими любезными порой бывают жители в Туманной Чаще. В Угольной Лампе все были ворчливые, иногда хотели тебя обокрасть, иногда - убить, и все находились в постоянном унынии из-за невозможности изменить свое будущее. Хорошо, что теперь там всё совсем по-другому. -В этом мы можем найти с вами нечто общее! За гуманитарным кризисом того города следили многие из наших... жаль, что новости нам почти не поставляли. -Забейте. Вам лучше идти домой, или куда вы там шли. -Видишь? Даже звезда тебе говорит, что нам пора идти,  - проворчал товарищ этого прохожего, который был недоволен всей ситуацией с самого её начала. Видимо, он очень хотел попасть домой - время шло к полуночи. -Конечно, конечно… нельзя уже помочь никому в этом мире... Когда эти звери ушли, Ричард остался, чтобы получше рассмотреть пепел. Он казался обычным, никак не связанным с кошмарным прошлым волка... теперь его можно было положить к растениям, которые расположились в грядках в 200 метрах от площадки. Если эта рассада не сгниет от такого удобрения, значит, после смерти что-то хорошее да сталось от паршивых родителей. *** О том случае Ричард не стал рассказывать друзьям в последующие встречи, которые они проводили 2 раза в неделю. Каждый из них занимался подготовкой своего жилища к продаже, если таковое у него было, и трое зверя желали как можно скорее добраться до своей мечты - общей квартиры (кому-то, вон, приходилось продавать аж две жилплощади). Дело затянулось на несколько недель, и зима без зазрений совести крепчала, заставляя осень уступить ей. Дело клонилось к ноябрю, когда троица наконец-то получила ключи от заветного убежища, которое располагалось в центре города и имело вид на саму мэрию и "Чуму", к тому же по транспортной системе было легко добраться до каждого из мест работы друзей. Сама квартира была на 15 этаже, так что потенциал панорамных видов был раскрыт полностью. По строению сразу на входе в обиталище любого встретит большая прихожая, где можно было повесить одежду десятков гостей и расставить их обувь; следом шла огромная гостиная, откуда и можно было через гигантские окна увидеть всю красоту Туманной Чащи. Слева и справа было по 4 разных помещения: слева была комнаты Августа, Ричарда и Дориана и гостиная, а справа находились кухня, огромная раздельная ванная и с 2 туалетами, столовая и библиотека. Мебель входила в стоимость сделки, правда каждый из зверей желал украсить свое обиталище по-своему, а Дориан хотел ещё и заняться обустройством домашнего уюта. Чтобы отпраздновать эту победу, товарищи направились на огромный диван в центральной комнате - в разных частях этой комнаты находились кресла, стол, даже телевизор и ещё книжные шкафы. -Ну, вот и всё, - сказал Дориан с величайшим облегчением, - Можно считать, что жизнь стала гораздо веселее. -Ещё не совсем, - резко заявил Ричард, - Ты так мягко забыл о том, что нас ждут ещё одни похороны! -Разве ты не ненавидел это мероприятие прямо перед отъездом из Угольной Лампы? - поинтересовался Август. -А кто его любит? - проворчал редактор, - Но я не желаю больше прятаться от всей боли, которая меня окружает. Надо её встречать с распростёртыми лапами. А Кэролайн так давно ждала своего часа… даже жаль её. -Ожидание того стоило, - заверял лис, - Если мертвые нас слышат… то я уверен, они рады, когда мы их вспоминаем. Но только хорошие мертвецы! -А что станется с остальными? – удивлённо спросил учёный. -Это уже твоя задача, нам это объяснить! – усмехнулся Ричард в ответ. Буквально через пару дней эти похороны и состоялись. Волку-редактору не удалось сдержать слово о том, что похороны пройдут на той же неделе, когда звери вернулись домой, но никто его в этом плане не презирал. Даже Персифаль, который любил за глаза тыкать в своего начальника по поводу и без, был молчалив в последние дни - возможно, дело в том, что он наконец-то уволился и пришёл на это мероприятие из-за несоизмеримой связи с жизнью издательства и вклада в его дальнейшее развитие. В этот раз мероприятие целиком и полностью велось Ричардом - он отстранял практически всех, кто желал ему помочь. Его все понимали в этом плане. -Я сожалею, что меня не было рядом, когда случилась эта трагедия, что я даже не смог послать вам весточку, дорогие коллеги. Вы и так прекрасно знаете, как велика была помощь от мадам Кэролайн: в своей сущности она не только сдерживала негативные порывы наших душ, но и помогала каждому отделу работать ещё лучше и связывала всю нашу контору воедино. Её смерть была так скоропостижна, и то, что она желала помочь нашему делу вплоть до самой смерти является достойнейшим поступком зверя, который можно было бы когда-нибудь совершить, - неожиданно волк передал слово волчице, которая в это время тайно поднималась к его трибуне. Удивительное дело! -Хоть и я совершенно недавно работаю у вас, я могу только подтвердить слова нашего любимейшего господина Ричарда! Она была милейшим зверем, которого я повидала за свою короткую жизнь, и она помогла мне самой понять, насколько я порой бываю груба. Конечно, чуточку давления иногда нужно применить для разных целей, учитывая, что не все желали выздоровления Кэролайн и даже пытались использовать её болезнь для своих корыстных целей... но я уж заговорилась о совсем плохих вещах! Знайте же, что с потерей такой мышки, как Кэролайн, в мире стало чуточку темнее, и в наших задачах исправить это недоразумение. Может, нам всем было бы проще, если бы мы были более способными зверьми, более сильными и умными, чем мы есть, но... - она так и не договорила. Заплакала, и Ричарду пришлось уводить её со сцены под взгляды сочувствующей публики. И десяток тысяч могил, появившихся на Кладбище после Войны Эволюции. Когда же церемония закончилась, и гости пришли к разговорам об усопшей, Дориан и Август оказались оставлены своим другом: кажется, он отчитывал Персифаля за что-то после его ухода. Конечно, жаль, что нельзя было утешить этого волка в такой час, однако глазу ученого попался другой серый зверь. Он разгуливал среди толпы и спрашивал у них что-то, и, каждый раз получая отказ, он грустно вздыхал. В его физиономии было что-то знакомое - эта милая шляпа, этот коричневый пиджак с кучей карманов, эти потрепанные брюки - весь его гардероб пережил годы страшного воздействия окружающей среды. Тут память у Августа сомкнуло: это же Дядюшка Шелест! Он тут же взял Дориана за лапу и потащил его к своему последнему родственнику, который, завидев своего племянника, так же устремился вперёд. Они чуть не расшибли друг другу морды, однако лисья реакция спасла их от такой участи. -Я уж совсем думал, что ты пропал, когда прочитал новости пару месяцев назад! Хватит меня пугать, Август, я старый волк, могу закончиться быстрее! - дядюшка обнял своего племянника, а затем удивленно пожал руку его другу, - Я так понимаю, это те самые твои новые товарищи? Они выглядят солидно... -Знакомься, дядя, это Дориан, учитель в школе и психолог-публицист. Ещё он занимался волонтерством в ходе Войны Эволюции, - серьёзно отвечал племянник. -Да, я его помню! Эх... сразу после окончания той войны было такое облегчение со смесью страха. Я так рад, что были те звери, кто мог спасать беззащитных! Я в это время мог разве что наблюдать из своей квартиры за происходящим... - в голосе Шелеста было много боли. Кажется, он хотел бы поговорить со своим племянником наедине. -Как жаль, что нам пришлось пройти через такой же опыт буквально через пару месяцев. Может, он был даже хуже - мышь в своем уме решил пойти против всех городов, - задумался Дориан. -Всегда были безумцы в разное время! Пьяницы... конечно, их стало меньше, но грусти в мире всё ещё много. Потом я и полюбил исследовать жителей морей и рек. У них все спокойнее, - с долей грусти говорил дядя, - Но ведь у вас намного всё веселее, да? -Зависит от того, о чем рассказывать! – рассмеялся Август, - Об уборке ли, об Полимерном Металле, который мы ещё долго будем исследовать. Или о том, как Ричард бесновался по поводу одноклассников. Тогда дела были страшные, а сейчас кажутся по-своему смешными. -И хорошо, - улыбнулся Шелест, - О лучшей жизни для племянника я бы не мечтал. Но больше не пропадай! А то я тебя из морских пучин достану. -Учтем, господин морской биолог! – с задором сказал Дориан, смотря в сторону своего друга-редактора. Он же совершенно не был удивлен, что на этом мероприятии он встретил все семейство Князей Волков: дедушку Шарля, Отца Валентина, Матерь Элеонору, их сыновей Винсента и Эдмонда, и, собственно, дочь Элизабет. Они были в каком-то приподнятом настроении, и было сложно сказать, было это лишь странной вежливостью семейства, или они действительно не видели что-то плохое в похоронах. Но, как говорится, лучше спросить напрямую, чем гадать. -Можете меня извинить за вопрос, но что вас сегодня так радует? - прозвучало это бестактно из уст редактора, но он понимал, что сегодня ему это простят. -Ох, да ничего такого, господин... Ричард, да? Этих владельцев издательства иногда сложно забывать! Ещё везет, что моя болезнь не слишком испоганила мою память, - сказал дедушка. Кажется, он был веселее всех, и неясно, дело в таблетках, или его странной и больной психике. -Мы всего лишь проявляем уважение к погибшей. Мы уже успели погрустить, и Элизабет припоминала забавные случаи, произошедшие на её работе, - поведала Элеонора. Ричард не был уверен, всегда ли она держала свою грацию такой выдержанной, или нет. -Да брось, мам! Главный редактор, увы, прав. Мы правда выделяемся на фоне остальных. Я, правда, не знаю, к лучшему это или нет, но видеть радостную морду Винсента всегда приятно! - Элизабет не перестала подтрунивать своего брата, но сейчас в этих словах гораздо больше любви, чем желания огорчить. -Может, я бы радовался чаще, если бы наш город за пятилетку не побывал в 2 войнах, каждая из которых стала по-своему определяющей для всех живых и умерших поколений, - проворчал старший сын. Кажется, он знал и понимал больше остальных, или слишком придавал этому значение. -Ладно тебе, Винсент. Все-таки... мы можем всё исправить, да? И потому не надо горевать. Если бы исправить ничего уже было нельзя, вот тогда да... плакать можно, - немного неуверенно вымолвил Эдмонд. Он был инвалидом, и это немного увеличивало вес его слов в глазах Ричарда. -Я вас... понял. Больше не буду беспокоить, товарищи, - немного неловко заявил редактор. -Что вы, - отмахнулся Валентин, - Мы вам всегда будем рады. Вы опубликовали кое-что очень важное для всей моей семьи. Такое не забывается. -Спустя 2 года опубликовал! И то, с трудом. Чёртовый Персифаль… - проворчал Ричард, - Но я запомню. Может, с Августом зайдем к вам на чай когда-нибудь. -Мы будем рады вас видеть. Поговорим о жизни и не только, - усмехнулась Элеонора, обнимая поближе своего мужа. После этого разговора Ричард решил присесть неподалёку от трибуны, с которой он вещал прекрасную вещь о Кэролайн. Она провела с ним много лет, и он считал её практически своей сестрой, или, по крайней мере, одной из лучших коллег, на кого всегда можно было положиться. Может, появление Августа заставило измениться слишком много всего и сразу, и не каждый смог пережить эти трансформации жизни по всему Континенту, вызванные событиями из Угольной Лампы. Волк-редактор старался гнать все плохие мысли подальше - удивительно, но как раз в этот момент показался Дориан, который отчаянно искал место, куда бы пристроить свои чувства и мысли. Ричард помахал ему руками, и лис идеально воспринял этот жест, так что вскоре оба зверя сидели у трибуны вместе. -Нам пора уходить. Мне кажется, больше я ничем не смогу помочь Кэролайн, - грустно пробурчал Ричард. -Мы уйдем с похорон первыми. Ты точно уверен?.. И ты ей так дорожил. Ты же сам нам рассказывал в последние дни... - Дориан хотел остаться на мероприятии, потому что не был уверен, полностью ли волк понимает свои чувства. -Она бы с радостью пожала мне лапу, если бы я отправился жить свою жизнь и не обращал внимание на такие мелочи. -Ты ведь знаешь, что смерти дорогих зверей - далеко не мелочи, Ричард. -Ага. Но... Кэролайн была великолепной коллегой, однако мне казалось, что она всегда была зажата какими-то рамками. Жаль, что мы никогда не узнаем, что конкретно с ней происходило, хоть и причины смерти её... чёрт, иногда я хочу, чтобы Август поубивал всех ученых, которые вообще пришли к такого рода исследованиям. -Август вряд ли бы нам чем помог. Он мыслит трезво практически всегда, и он бы наверняка сказал, что звери шли добровольно в этот научный проект, и по-другому прогресса не добиться. Мы скорбим о них - можем ли мы сделать что-то ещё? -Вот так мы и пришли к тому, что надо уходить с похорон. Плевать, что о нас подумаю другие. Я хочу домой. В наш новый дом. -Пойдем тогда найдем Августа. Он разговаривал с дядюшкой, и я решил позволить им побыть наедине. -Прекрасно, что у него есть живой родственник. Хоть у кого-то из нас. -Ты что, не доволен своей новой семьей в лице меня и нашего серого друга? -Нет, что ты. Я довольнее всех. Кто же знал, что кровь бывает такой предательской… - завершил Ричард, смотря в сторону горизонта, где он видел знакомый силуэт в пальто и цилиндре, махавший ему призрачными лапками. Все сложилось крайне удачно: волк-цензор вскоре сам присоединился к группе друзей, и они с легкостью отправили домой - никто их не осуждал и ничего им не говорил. Уже темнело, и хотелось бы добраться до квартиры как можно скорее, хотя это желание было не совсем понятно каждому из зверей. Когда же они оказались на месте, Ричард включил свет в гостиной и уселся на диван, рассматривая панораму Туманной Чащи, к которой прибавился снег. Вскоре товарищи присоединились к его умиляющему спокойствию. -С великим удовольствием я бы желал сказать, что всё закончилось, товарищи, - сладко заявил волк-редактор. Он давно не был настолько расслабленным - кажется, последние 10 лет. -Всё да не всё. Меня ждут многочисленные отчёты о новых исследованиях Лечения и Поветрия в ходе обеденных перерывов... - дежурно проворчал Август. -Да и наверняка мэрия попросит её любимейшего цензора убедиться в том, что события в Угольной Лампе будут достаточно хорошо освещены, да? - усмехнулся Дориан, - Скорее всего, мне придётся ещё детям много чего рассказывать об этой трагедии. Пока эта тема не поднималась в школе. -Да я не о том! Наши призраки прошлого - они кончились. И теперь мы можем пожить по-настоящему. Конечно, 30 с лишним лет может показаться не тем возрастом, когда надо начинать жить... а я ненавижу опаздывать куда-либо, - задумался Ричард. Он и сам не был уверен в своем счастье. -Не думай так грустно об этом, Ричи. Уверен, прошлый ты отдал бы всё, лишь бы избавиться от страха всего, чего ты нажил в Угольной Лампе. И теперь у тебя есть такая прекрасная... - Дориан не смог завершить предложение. -У меня есть лучшие друзья, с которыми я никогда не буду против провести время. И которым я всегда буду рад помочь. Да, пожалуй, ты прав, Дориан, - немного странно ответил волк. -И что дальше? Так и будем просто... жить, да? - загадочно спросил Август. -Что плохого в этом? Нам ещё надо с вами напечатать монографию об Угольной Лампе, товарищи. Может, станем писателями-публицистами, прекрасными зверьми, рассказывающими о судьбоносных событиях континента! – взволнованно говорил Ричард. -Меня такой вариант более чем устроит, любимые вы мои, - мягко сказал Дориан, обнимая редактора. -И меня, - сказал Август, также обнимая Ричарда. Он решил его ещё поцеловать щёку, за чем тут же последовал лис. За окном как раз раскалялся снегопад. Он окутывал Туманную Чащу пеленой спасительного снега, защищающего растения от холода зимы. Но зверям в квартире такой покров был ни к чему: их сердца наконец нашли лучших в мире соратников, которые будут греть лучше всякого солнца. С такой семьёй не страшен будет никакой конец вселенной! Конец