Как приручить волка

      Папа всегда был сильным и холодным, но последние несколько лет он стал таинственно уклоняться от разговоров о своем здоровье. Я провела рукой по дверному косяку, словно искала поддержку и силы. Почему все так изменилось? Почему родной отец больше не был тем мужчиной, которого я знала? Почему он больше не мой любимый папа? Поему не настоял на аборте, раз я ему так противна? Как там он говорил «Просто хотел женить на себе богатую.»       Я прошла в глубь комнаты. Она почти всегда пустовала, благо Ганс продолжал поддерживать здесь чистоту. Я упала на кровать и завернулась в плед… Нет. Я не смогу простить его. Никогда. Мои мысли кружились вокруг непрощения. Все происходившее между нами было слишком больно и разрушительно, чтобы я могла простить этого бесчувственного урода.       Я чувствовала, что он предал моё доверие и разбил мое сердце. Он сделал то, что я не могла простить. Я чувствовала себя обманутой и использованной. Моя доверчивость была наказана, и я поняла, что больше не смогу смотреть на него такими же глазами.       Я почувствовала, как внутри меня вспыхнуло негодование и гнев. Мало того, что он не принимал маму такой какая она есть. Так ещё признался в измене… Он изменял ей годами и ушёл к какой-то простушки из глуши… к этой тупоголовой клуше! Уверена, он бьёт её. Ну и пусть… Это его выбор. Мне плевать… Мне плевать… Мне плевать на его выбор и на то, что мама решила остаться с ним, несмотря на все.       Я была разочарована, однако сводную сестру жалко… Но я ничем не могу помочь ей. Постепенно осознавая свои эмоции, я поняла, что не могу позволить этому гневу и разочарованию овладеть мной. Я не могу позволить этим отрицательным чувствам определять мою жизнь и отношения. Я должна сосредоточиться на себе и на том, что делает меня счастливой.       Мои мысли вернулись к Хорхе и тому, что мы сегодня сделали. Сердце забилось чаще. Люблю этого волчонка. Думаю это уже серьёзно. Сон всё никак не шёл. А вот внизу на кухне раздался писк из домашнего телефона. Почему-то такая базовая вещь вогнала меня в ужас… Мне показалось мы дома не одни. Я пулей рванула к Хорхе, как только влетела в комнату, заперла дверь и начала тормошить Хорхе, сопровождая это агрессивным шёпотом: — Хорхе! Хорхе! Дома кто-то есть! Кто-то сбил телефон! — Хорхе спросонья скривил недовольное лицо и сел, пытаясь понять мои крики. Я повторила чуть спокойнее. — Мы дома не одни. Кто-то внизу. — Ты уверена? — прохрипел Хорхе, потирая глаза. На его голове вылезли меховые треугольные ушки, словно локаторы начали вертеться во все стороны. Вот они что-то поймали и замерли. Хорхе встал с кровати, — действительно… У тебя есть бита? — я кивнула и нырнула рукой под кровать, нащупав биту я дала её Хорхе. Спрятавшись за его спину. — Это грабители? — прошептала я сжимая кофту на его спине. — Иди за мной… Сейчас узнаем… — держа биту наготове мы с Хорхе пошли вниз. Включив на телефоне фонарик я светила в ночную темноту. Я чувствовала, как у меня тряслись ноги, желудок и руки. Что за хрень? Вдруг послышалось шуршание я направила свет в это место и мы увидели, как енот разорвал пачку хлопьев и ел из неё сухой завтрак. Я облегченно выдохнула. — Фух, это всёго лишь енот, — сказала я облокачиваясь на тумбочку, как я поняла, что кто-то стоит за тумбой. Я обернулась. Действительно окно было раскрыто, а через тумбу стоял бледный парень. Я инстинктивно закричала. — ААААААА!!!!! — отпрыгнув назад на метр в гостиную. Хорхе почему-то опустил биту. Я настороженно и напряжённо смотрела на них, пока мой парень облегчённо не произнёс: — Ты чё придурок! — крикнул Хорхе подходя ближе к парню, — чё пугаешь?! — Прости, это было срочно, — сказал он переводя взгляд с Хорхе на меня и обратно, — извините за вторжение. — Кто это? — успокоившись спросила я у Хорхе, — вы знакомы? — Хорхе потёр виновато шею. — Ну, как сказать, немного. Енот это похоже Берд, а этот парень вампир Шибальша. — Бертальд, — поправил Хорхе енот. Мои глаза вылезли не на лоб, даже на весь затылок. — Что? — лишь хватило у меня сил прошептать, прежде чем почувствовав, как падаю назад, оттого сознание покидает меня. Но медвежонок вовремя подхватил меня за руки и усадил в кресло. Закрыв руками лицо я пыталась переварить новость. Хорхе и Шиб… Шиб кто-то начали говорить: — Что случилось? — недовольно начал медвежонок. — Твоя дядя вернулся. Вампирское Вето ищёт его. Скоро прейдут за тобой, — Хорхе цокнул языком. Когда он так делает, значит начинает злиться. — Понятно, спасибо. Пусть доедает и уходите, — раздражённо бросил он, проведя рукой по моему плечу, показывая, что он рядом, что я под защитой. — Прости… Мы напугали девушку, — я посмотрела на виноватого вампира. Вампира. Прекрасно. Я правда в сумерках. Медленно встав я подошла к непрошенным гостям, но держась поближе к Хорхе, вернее за его спиной. — Да, есть такое, но ничего, — мягко сказала я, волк виновато посмотрел мне в глаза сказав: — Прости, Лео, мне надо выйти, — сказал он мягко целуя меня в щёку, — Берд присмотри за ней, — скомандовал он выволакивая вампира наружу. Енот только и бросил ему в след: — Бертальд! Когда ты запомнишь! Псина блохастая! — продолжая злобно грызть хлопья. — Ей не называй его так, — отругала я енота на тумбе. Как вдруг из образовавшегося фиолетового дыма вылез молодой парень. — Да? И что ты мне сделаешь? — самонадеянно и нагло спросил енот продолжая поедать горсть хлопьев, за горстью, я гордо, сдерживая злорадство, скрестила руки. — Скажу, что эти хлопья просрочены на четыре года, — бывший уверенный енот, теперь в панике посмотрел на коробку. Его ошарашенные глаза прекрасная награда, — шучу, это просто брак в производстве, они свежие ешь, — сказала я смирившись. Интересно о чём говорит вампир. Что за дядя? Неловкое молчание енот прервал, таким же нахальным тоном: — А с каких пор ты встречаешься с блох… С Хорхе? — Два месяца. А что? — спросила я, поднимая бровь, не знаю, что было более странно, что я всё-таки говорю с енотом, или, что встречаюсь с волком. Енот пожал плечами засовывая новую ладонь хлопьев себе в рот. — Обычно… Волки одиночки… Да и… Ты какая-то обычная, — сказал он покрутив на меня пальцем, прищурившись рассматривая меня. — Да, просто человек, может просто… Прости чеширский енот, — съязвила убирая крошки хлопьев с тумбы, но вдруг это сработало, как комплимент, енот даже принял человеческий облик, юного мальца, с яркими зелёными глазами и коричневом свитером: — Ей… — вдруг понизил голос Бертальд. Я подняла на него взгляд, внимательно слушая, — дело дрянь. Его дядя предал Вето. Вампирам и оборотням нельзя быть вместе… Его изгнали, но недавно его видели в этом городе. У семьи Хорхе буду проблемы. Хотя они и отреклись от изменщика. — Подожди… То есть влетит его семье? Почему? — в непонимании переспросила я. — Потому что. Такие правила. О таких изменениях его семья должна была сразу же доложить… А не молчать, — сказал Берт грустно отодвинул хлопья, — я наелся… Извини… Мы все на нервах. — Ничего, я понимаю. А, что грозит Хорхе? — спросила я убирая полупустые хлопья в верхний ящик. — Если они укрывают изменщика, то жёсткое что-то. Если убедят его сдаться… Может даже их семью простят, — равнодушно сказал Бертальд проверяя свои ногти на остатки хлопьев. — А за, что преследуют дядю? Что он влюбился в вампира? — предположила я, оказавшись правой. — Да! А не в абы какого вампира! В Южную королеву вампиров! — затараторил тот, снова превратившись в енота, — мало того, что её лишили титула. Так ещё возможно у них есть ребёнок! Полукровка! — А чем опасен полукровка? — поинтересовалась я. Енот затих. Я налила себе стакан воды, услышав тихо с опаской: — Всем. Он сильнее всех нас. А от королевы… Боюсь… Их гнев затронет многих…