Хроники Нарнии: Жизнь после смерти

С возвращения Юстаса, Эдмунда и Люси минуло несколько месяцев. Жизнь понемногу приходила в норму. Ребята оставили Нарнию в своих воспоминаниях и порой собирались в комнате, размышляя о том, как сейчас живут их друзья. Они свыклись с мыслью о том, что больше не вернутся в сказочную страну. Но им нравилось представлять, как Каспиан рассекает водную гладь на Покорителе Зари. Или Рипичип ведет свой отряд отважных мышей на разведку. Иногда к ним присоединялись и Питер вместе со Сьюзен, когда находилось время. К сожалению, годы идут. Ребята уже выросли и ищут свою дорогу жизни. Питер заканчивает университет и готовится к защите диплома. Ему даже предложили стажировку в Америке. И если он хорошо покажет себя, то получит должность в известной авиакомпании. Будет летать на международных рейсах. Парню тяжело далось это решение. Он до последнего не хотел оставлять младших, хоть и понимал, что все они уже давно не дети. Сьюзен учится в юридической академии и проходит практику в адвокатской конторе. Никто не сомневался, что самая дотошная и серьезная из Пэвенси хорошо зарекомендует себя на новом месте. Последнее время она все реже присоединяется к посиделкам, предпочитая проводить время за подготовкой к новому заседанию, которое ей поручили несколько недель назад. И если Питер делает все, чтобы провести с семьёй больше времени перед отъездом в другую страну, то Сьюзен наоборот, старается отстраниться. Будто не было всех тех приключений, через которые они прошли вместе. Эдмунд после поступления на архитектурный факультет везде носится с блокнотом в руках и карандашом за ухом. Во время совместных прогулок с кем-либо он постоянно останавливается около зданий, чью архитектуру находит интересной, и делает набросок на бумаге, чтобы потом запереться в комнате и часами сидеть над своими чертежами, которые хотел использовать на просмотрах. Если бы ему дали волю, то он бы перестроил пол Лондона. Он нередко находит какие-то недочеты, как в исторических, так и в современных постройках. И может неделями думать над тем, как этого можно было бы избежать или исправить. Юстас, впечатленный обитателями Нарнии, углубился в изучение земных животных. И в дальнейшем планировал связать жизнь с этой сферой. Вообще путешествие в сказочную страну в достаточно зрелом возрасте повлияло на него сильнее, чем когда-то на Пэвенси. Все же у него было абсолютно иное воспитание. Сейчас ему кажется, что он был абсолютно лишён детства. Ему прививать другие увлечения, другие ценности. И когда он смотрит на своих кузенов, которые все еще достаточно близки, несмотря на пропасть между ними, которая начинает расползаться все сильнее, зависть все же берёт верх. И Юстас старается наверстать упущенное. Так что он до сих пор остается самым частым компаньоном для Люси, которая не меньше парня грезила Нарнией. Кстати о младшей Пэвенси. Она решила стать художником и иллюстрировать детские сказки. Все, что она когда-то видела в другом мире, Люси теперь может перенести на бумагу и показать миру. Хоть и под личиной вымышленного мира. Но девушке было достаточно и того, что дети будут верить в существование Великого льва, дриад, грифонов и прочих жителей Нарнии. Она даже пыталась писать рассказы, но в итоге решила, что иллюстрация даётся ей куда лучше. Мирная студенческая жизнь пятерки была нарушена внезапным письмом от профессора Керка. Старик приглашал их погостить у него несколько дней. Он считал, что слишком давно не виделся с ребятами и хотел, наконец уже познакомиться поближе с Юстасом, о котором уже немало читал в письмах Люси. Стоит ли упоминать удивление ребят, когда они узнали, что все это время Люси поддерживала связь с мистером Керком? оказывается, все эти годы девушка постоянно писала ему, рассказывая обо всех новостях из "мира Пэвенси". Питер считал, что им всем стоило бы делать так же, но вместо поддержки, получил лишь осуждающий взгляд Эдмунда и резкое, но весьма справедливое, напоминание о том, что нужно меньше думать и больше действовать. В итоге, вся компания оказалась на знакомом вокзале. Том самом, где когда-то начинался их путь. Питер попытался произнести торжественную речь на эту тему, но Эдмунд, в это время уже скрылся в вагоне, а Сьюзен наградила его раздраженным взглядом напомнив, что сейчас все иначе и Нарния давно в прошлом. Несколько минут и вот, поезд уже тронулся с места, оставляя вокзал позади. За окном замелькали поля и деревья, но мало кто обращал внимание на пейзажи. Сьюзен уставилась в "Историю права", которую с недавних пор совершенно не выпускала из рук. Эдмунд даже начал подозревать, что она забыла о том, что в мире существуют еще и другие книги. Сам он, к слову, мало отличался от сестры, ведь стоило ему опуститься на сиденье, как в его руках оказался блокнот, а карандаш заскрипел по бумаге, выводя новую зарисовку для чертежа. Юстас ушел в вагон-ресторан за чаем, хотя все были на тысячу процентов уверены, что вернется он оттуда с кучей еды и словами: "Ну я не удержался». Люси легла на колени Питера, задумчиво уставившись в потолок и вслушиваясь в стук колес. Ей совершенно не нравилась тишина, но она знала, как трудно порой разговорить семью, поэтому молчала, витая в своих мыслях и наслаждаясь медленными поглаживаниями Питера, пробегавшего пальцами по ее волосам. - А вы помните, как мы первый раз попали в Нарнию? - наконец не выдержав этой удручающей тишины спросила она. Эдмунд, до этого увлеченный своим скетчем, мгновенно оживился и поднял взгляд, опуская блокнот вниз. В его глазах загорелась веселая искра, появлявшаяся каждый раз, когда его младшая сестра вспоминала о Нарнии. В такие моменты Питер обычно становился торжественным или, наоборот, мрачнел. Сьюзен делала вид что она слилась с окружающей средой, а Юстас начинал что-то бормотать о том, что мало что запомнил из путешествия и просто хотел бы побывать там снова. В итоге толку от него было мало. Эдмунд же всегда с удовольствием вспоминал волшебную страну его детства. Нарния была для него, пожалуй, единственной темой, которую он мог развивать до бесконечности, без умолку болтая обо всех приключениях, что удалось пережить. В этом они с Люси всегда были похожи. Нарния была для них светом жизни, а не грустным напоминанием о лучших временах. Вот и сейчас эти двое быстро разговорились, вспоминая то, как впервые оказались в заснеженном лесу и как Эд в первые же минуты попал под влияние злодейки Джадис. Сейчас эта история казалась не более чем анекдотом: двенадцатилетний мальчик продал свою семью за кусочек Рахат-Лукума. Даже Питер, до этого мрачно глядевший в окно, теперь рассмеялся, постепенно включаясь в разговор. Он вспомнил, как убил Маугрима и получил от Аслана почетное звание Рыцаря Нарнии. Никто даже не удивился, что в его памяти всплыл именно этот момент. Потом, конечно же, он заговорил про свой первый бой, богато приукрашивая его несуществующими деталями, хотя все и без того прекрасно знали, что он тогда проявил себя истинным героем. Не преминули, конечно, вспомнить и то, как долго пришлось утерпеть невыносимое ворчание Сьюзен и ее: "Бросай меч, Питер!". Что было бы, если бы он тогда действительно ее послушал? Тема медленно перешла к воспоминаниям о Каспиане и Люси, словно бы невзначай ввернула, что так и не поняла сути того прощального поцелуя, который лишь поселил гораздо больше боли в сердцах ее сестры и новоиспеченного монарха. Вот тут-то наконец и очнулась Сью. Она всячески старалась увести тему, решив, что пора заканчивать. Но это лишь разожгло интерес компании к разговору. Питер снова заговорил о сражениях, и они с Эдмундом заспорили о том, какой из этапов битвы с Тельмарами был эпичнее: деревья или река. Младший брат упорно отстаивал Беруну, в то время как старший старался убедить всех, что ничего сверхъестественного в выходе реки из берегов нет. За спорами никто и не заметил давно уже вернувшегося, Юстаса и обратили на него внимание лишь тогда, когда он заявил, что самым эпичными событиями в Нарнии были, есть и будут, сражения Рипичипа с его врагами. С этим утверждением спорить оказалось сложно и все сошлись на том, что никакие реки и деревья не переплюнут бравого мышонка. Конечно, на этом воспоминания о Нарнии не кончились. Питер и Люси много говорили об Аслане, а Эдмунд вспоминал, как до смерти боялся Ледяной Колдуньи. Даже Сьюзен и та наконец позволила себе стать активнее и заговорила о том, как чуть не остановилось у нее сердце, когда Джадис вонзила меч в сердце Великого кота. Дорога наконец превратилась во что-то интересное и все обещало продолжаться в том же духе...