Хроники Нарнии: Жизнь после смерти

За окном простирались бесконечные поля, сменяемые лесами и маленькими деревушками, имеющими больше историческую ценность, чем практическую. На небе сгущались тучи, предвещающие скорый дождь, о котором говорили в утреннем прогнозе погоды. Синоптики обещали, что буря продлится несколько дней, а холода будут стоять около недели. Но Пэвенси это абсолютно не волновало. В их купе воцарилась та самая давно забытая атмосфера, оставленная где-то в беззаботном прошлом. Когда воспоминания о сказочном путешествии были еще свежи, а семью не поглотила рутина серого и дождливого Лондона. Младшие всегда тянулись к Нарнии больше, чем те же Питер и Сьюзен. Старшие понимали, что сказка рано или поздно закончится и лучше не привязываться к волшебству. Но сейчас, когда они наконец могут вернуться туда, где все началось, можно вернуться в детство. Даже вечно смурная Сью оторвалась от своих книг и втянулась в беседу. Питер смотрел на свою семью и где-то в глубине души жалел о скором отъезде. Теперь такие моменты для него на вес золота. Когда его девочки беззаботно смеются, вспоминая, как коленки старшего брата тряслись перед коронацией. А Эдмунд взахлеб пересказывает истории, которые поведал ему Рипичип, когда Покоритель Зари рассекал воды Восточного Моря. Пэвенси почувствовал, как в уголках глаз собираются слезы и украдкой стер их рукавом теплого свитера, подаренного Люси на прошлое Рождество. Ему сейчас как никогда хотелось вернуться в прошлое и не допустить пропасти, возникшей между ними. Хоть он и понимал, что это невозможно и им уже никогда не стать теми детьми, которые когда-то попали в Нарнию. Питер даже начал дремать под истории младших, монотонный стук колес и постукивание ложки о стеклянный стакан Юстаса. Ему слышался шум Восточного моря, шепот лесных дриад, доносящих новости из самых отдаленных частей страны, взмахи крыльев грифонов, взмывающих к облакам, и шорох плаща, развивающегося на ветру, когда он скакал по верном коне по бескрайним лесам и равнинам. Из легкой дремоты его выдернуло падение дамской сумочки Сью, свалившейся с верхней полки прямиком на его голову. Где-то вдалеке Питеру уже начали мерещиться чьи-то крики. Спустя несколько мгновений он начал осознавать, что это не отголоски его сна, а нечто случившееся в другом вагоне. Сьюзен испуганно выглядывала в коридор, пытаясь понять, что происходит, когда вагон начал опасно крениться вбок. Юстас, сидящий у дверей, стал заваливаться на Эдмунда. Он пытался ухватиться за поручень, но сверху уже посыпались вещи и сумки, мешающие ориентироваться в пространстве. Питер крепче прижал к себе Люси, прикрывая от чемодана, который вот-вот упадет. Вагон сошел с рельс, видимо следом за остальными. В хаосе, происходившем вокруг, было сложно что-либо понять. Питер схватил руку Сью, пытаясь прижать к ним с Люси. Парень уже не соображал, где реальность, а где его галлюцинации. Вокруг звенели мечи, а кровь текла рекой, находя себе дорогу между бесчисленными трупами Нарнийцев. Питер успел увернуться от очередной тельмаринской стрелы, но вместо него она поразила одного из сатиров, срывая с его уст громкий, отчаянный... последний крик. - Нет... Нет-нет-нет... - в отчаянии пробормотал Питер, с ужасом оглядываясь по сторонам. Его люди гибли один за другим. Гномы, минотавры, фавны. Все они один за другим падали на землю, чтобы никогда уже больше не подняться. Тельмарины продолжали стрелять, поражая противников подлыми ударами в спины, ища в этой суматохе самых беззащитных и уязвимых нарнийцев. Откуда-то сверху донесся голос Эдмунда, оставшегося один на один с целым отрядом стрелков. Старшего Пэвенси накрыл панический страх за младшего брата. Сколько бы конфликтов они не пережили с ним, потерять Эда вот так было невыносимо страшно. В голове крутилась навязчивая мысль, что все из-за Каспиана. Это он нарушил план. Из-за него сейчас происходило это жуткое побоище, лишающее семьи отцов и братьев. Все могло бы пойти иначе, не прицепись он к Миразу. Питер поручил Сьюзен одному из кентавров, чтобы хоть она успела спастись. Но вместо того, чтобы волноваться о себе, эта чокнутая пыталась выяснить где Каспиан. Питер предпочел бы бросить непутевого принца здесь, но даже без напоминания сестры отправился бы искать его. Врожденное благородство не позволило бы ему поступить иначе. Гораздо больше сейчас его волновало, что с Эдмундом и жив ли брат вообще... -Эд…-Его голос потонул в чужих криках, скрежете колес и остальном шуме. Что-то влетело ему в затылок и мир погас. Юстас не оставлял попыток дотянуться до чего-либо, чтобы закрепить свое положение. Он видел, как чемодан прилетел в Питера и его кровь брызнула на стол. Слышал, как закричала Люси, пытаясь выбраться из-под неподвижного тела, но их продолжало заваливать. Вагон катился по насыпи, царапая стекло, пока то вовсе не разбилось, заполняя купе гравием. Места становилось все меньше, а дверь все не открывалась. Эдмунд, по-видимому находящийся без сознания после удара о стол, начинал пропадать под камнями. Его светлая кожа пестрила ранами, а одежда покрывалась пятнами. Юстас схватил парня за рукав, пытаясь вытянуть из-под завала, но от паники забыл, как дышать и уже не ориентировался в пространстве. Перед глазами стоял образ Питера с разбитой головой и это явно не улучшало ситуацию. Парень потерял сознание от недостатка кислорода. Сьюзен видела, как члены ее семьи теряют сознание один за другим, а их тела покрываются грудой щебеня. Она ухватилась за Юстаса, пытаясь его растормошить, но голова парня безжизненно болталась из стороны в сторону. Девушка закрыла уши руками, чтобы не слышать собственного крика. Отчаяние захлестнуло Сью, утягивая в пучину воспоминаний. Их слишком мало. Армия тельмаринов огромна и жалкие остатки Нарнийцев не могут им противостоять. Люси надеялась на появление Аслана, но Сьюзен не верила даже в Великого кота. К тому же, даже если младшая сестра найдет его, то будет уже слишком поздно. Возможно, она будет единственной, кто переживет этот бой. У Питера и Каспиана был план, но сейчас Сью просто с ужасом наблюдала за тем, как он проваливался. Ее братья и юный тельмаринец сейчас затерялись в пестрящей черными и красными оттенками, звенящей мечами толпе. Даже стоя на скале и управляя лучниками, девушка слышала душераздирающие крики, несущиеся с поля. Питер приказал отступать. Она поняла это сразу, как только алая половина сражающихся просилась к обратно к "крепости". Но отступая, они не видели того, что видела она. Вот тельмаринская катапульта запустила свой снаряд. Сердце Сьюзен замерло от мысли, что сейчас он упадет на головы Питера и их народа. Но вместо этого удар пришелся по входу в укрытие, уничтожая последние шансы Нарнии на выживание. Она бросила обеспокоенный взгляд на братьев и Каспиана и не заметила новый снаряд, пущенный тельмаринцами. Удар пришелся прямо по горе, от чего уступ под ее ногами обрушился и Сью полетела вниз, мысленно готовясь столкнуться с землей и уже не очнуться...

***

Утром на пороге поместья профессора Керка уже лежала свежая газета. Бумага еще пахла краской, когда ее подобрала миссис МакРиди и занесла в дом. Дигори уже привычно занял любимое кресло в гостиной, сделал глоток черного чая, вернул кружку на столик и собирался приступить к чтению газеты. Управляющая мельтешила из стороны в сторону, не давая мужчине сосредоточиться на написанном. -Где же носит этих детей. Они должны были прибыть еще час назад. Никакого уважения. -Миссис МакРиди, они уже давно не дети. Прошло столько лет…-Его внимание привлек заголовок на первой же странице.

Повторение трагедии в Калскари?

Передав газету управляющей, Керк вернулся к чаепитию, в то время как МакРиди схватилась за сердце, падая в соседнее кресло. -Бедные дети, как же так? –женщина спрятала лицо в ладонях, утирая набежавшие слезы –Профессор, какая… -Полно вам, думаю, что их время здесь подошло к концу. Уверен, что они продолжат путь там, где их присутствие гораздо нужнее.

***

Легкий бриз трепал волосы и одежду девушки, еще не успевшей прийти в сознание. Солнце светило прямиком в глаза, заставляя зажмуриться еще сильнее. Шум волн умиротворял, а тихие переговоры не давали сосредоточиться. В ушах стоял чей-то крик, напугавший Люси до той степени, что она подскочила, пытаясь сесть, но голова закружилась раньше. Благо кто-то не дал ей упасть, осторожно возвращая в прежнее положение. Проморгавшись, Пэвенси осмотрела людей, и не только, окруживших ее. Рядом лежали братья и сестра, еще не успевшие очнуться. Голова нещадно болела, мешая понять происходящее. В толпе мелькнуло до боли знакомое лицо. -Каспиан?