My meds

Не читайте до конца если вы к этому не готовы. 🙃 + бонус в комментариях. Две недели спустя, ты все еще пыталась понять ситуацию, в которой оказалась с Вик и Дамиано. Их внимание льстило и вносило новые эмоции в твои дни, но не добавляло ясности происходящему. Дамиано мог внезапно позвонить или закидывать сообщениями после продолжительного молчания днем. Вчера, узнав, что ты не ужинала и не хочешь никуда выходить, он молча заказал тебе доставку ризотто и пиццы на дом — самых вкусных, которые ты когда-либо пробовала. Один раз вы с ним пересеклись вечером: это была краткая встреча, вы обменивались шутками и полунамеками, и наслаждались сэндвичами, ты — после универа, он — перед возвращением в студию. Вик, после очередной поздней репетиции, успела остаться у тебя на ночь, не ограничиваясь объятиями и поцелуями. Дамиано же пока не заводил речь о нормальной встрече и свидании, и, вопреки спокойным увещеваниям Арта, тревожность начинала подначивать. Если он разочарован? Если ему все равно? Как я могу быть интересной ему? — Черт. Сигаретный пепел случайно попал в белила. Ты затянулась еще раз, затушила сигарету о пепельницу и постаралась очистить краску. Ты на удивление быстро подсадилась на его голос и каждодневное утреннее приветствие в текстовых или аудио сообщениях. Когда экран загорался его сообщением, когда вы говорили по телефону, ты словно выныривала из пруда апатии, чувствуя себя более живой и энергичной, чем когда-либо. Общаться с Дамиано было легко — будь это обмен мемами, безобидными колкостями или глубокими вопросами. Но ты знала о вреде эмоциональных качелей и заранее боялась опустошения — ведь, кроме Арта, все вокруг легко приходили и уходили из твоей жизни, и привязываться к кому-то было опасно. Прошлый опыт это подтверждал. Ты нервно покусывала ногти; вторая рука держала крупную кисть, с которой на пол медленно капала темно-синяя краска. Перед тобой стоял мольберт с недавно начатой работой, но мысленно ты была далеко, и нарастающая тревожность начинала затягивать в черную дыру. Оттянув и отпустив резинку на запястье, ты попыталсь вернуться в реальность. Перспектива полностью свалиться в депрессивную яму казалась заманчиво удобной, но ты сопротивлялась назло себе. "Buona notte, chica tosta." Вибрация телефона вовремя вывела тебя из внутренней борьбы. "Buona notte del cazzo, papito". "Я вижу твой матерный итальянский все улучшается". "Он уже стоит в моем резюме как отдельный язык". "Я считаю это своим великим вкладом и достижением". Через несколько секунд еще — "День не удался?". И как он всегда это чувствовал? Ты в неуверенности стояла с телефоном в руках. Поговорить о своих проблемах? Попросить о встрече? Нет, совсем не хотелось ни обременять его, ни делиться непрошенными чувствами. Телефон загорелся вновь. “Я знаю, как это исправить”. “Ну-ну. Рискни, удиви меня”. "Тук-тук". Ты вздрогнула от внезапного стука в дверь, последовавшего за сообщением. Очередная доставка? Ты неуверенно шла по коридору, машинально продолжая держать капающую кисть в руке. Мысли путались в голове, и ты приоткрыла дверь, сразу замирая. Шлеп. Очередная капля краски упала с кисти на кафельный пол. Дамиано посмотрел на влажное пятно и усмехнулся. — Интересная реакция на меня. Можно войти? — Да... Конечно. Ты отступила, пропуская его внутрь и закрывая дверь. Увидеть его сейчас, когда ты была в таком виде совсем не входило в планы. Но черная дыра внутри будто сразу сужалась —заслуга ядерной смеси адреналина с дофамином. Ты отложила кисточку в сторону и неуверенно повернулась к гостю лицом. Он перевел взгляд с тебя на твои перепачканные красками руки, на кисточку, и вновь на тебя. — Надеюсь, я не прервал творческий процесс? — Прерывать было нечего, и я рада тебя видеть. Ты чуть пожалела, что дала сорваться последней фразе, и неуверенно потупила взгляд. Неловкости способствовало и то, что ты все больше осознавала, во что была одета. Дамиано — одетый с иголочки, в легкую рубашку с несколькими расстегнутыми пуговицами, оголяющими серебряную цепь на шее, и джинсами-гранж. Тебе не надо было знать ценник чтобы видеть, какая дорогая ткань это была. Ты же предстала перед ним в домашних шортиках и черном кроп-топе с символикой Red Hot Chili Peppers, на котором красовались следы краски. Тревожность подкинула провальное сравнение между вашей первой встречей и текущим моментом. — Эй. Мне нравится, как ты выглядишь. Очень поэтически и вызывающе одновременно. Дамиано мягко притянул тебя к себе за руку, читая твои мысли. Его голос звучал одновременно шутливо и мягко, а на губах играла легкая улыбка. Вот она, новая порция эндорфинов, заставляющая сердце ухнуть. Было что-то не то, что-то новое в том, как он смотрел на тебя. В том, как ты себя ощущала с ним. Ты пыталась понять это ощущение, пока что не находя ему трактовки. — Старалась для тебя, — ты показала ему язык, обвивая руками его шею, — Пятая точка чувствовала твой скорый визит. — Пятая точка, значит? По ней я тоже скучал, — он усмехнулся, проведя руками вниз по твоей спине в подтверждение своим словам. — Так же сильно, как и по этому. Секунда — и ты почувствовала касание его теплых губ, переходящее в поцелуй. Тоже собственнический, как в первый раз, но более нежный и медленный, позволяя насладиться каждым моментом. Запах его одеколона был настолько приятный, что хотелось в нем раствориться. Отстранившись от Дамиано, ты заметила знакомый огонек в его глазах. — Одевайся. Мы должны идти. — Что..? — он остановил твои расспросы кратким поцелуем. — Я же сказал, что знаю, как исправить твой день. После молниеносного душа, ты остановила выбор на черном шелковом узорном белье, которое использовала в особых случаях — от Дамиано не стоило ждать чопорного чаепития. Черные колготки с кружевным узором, кожаная юбка, чокер и кофта цвета бургунди с открытыми плечами закончили образ. Дамиано довольно оглядел тебя с ног до головы, когда ты вышла к нему, и расплылся в мечтательной улыбке. — Даже не знаю, что выбрать – когда ты так одеваешься, или когда ты раздетая. — Выбор — это иллюзия, заставляющая верить, что нельзя иметь оба варианта. На улице вас ждал темный Мазератти — ты кинула на Дамиано удивленный взгляд, но он лишь открыл перед тобой дверь машины. Было интересно довериться парню, и ноги сами сделали шаг вперед. “Почему бы и нет” — пролетела знакомая мысль. — Надеюсь, ты готова к обзорной экскурсии по ночному Риму. Ты побаивалась машин и скорости, и в сиденье ты невольно держалась за ручку сбоку, хотя Дамиано не ехал быстро в черте города — отчасти чтобы ты успевала пробегать глазами по достопримечательностям под его комментарии. — Я тебе не верю. — Я серьезно. Это первый раз когда я вижу колизей. — Это же база римского туризма, — он плавно вывернул руль, и посмотрел на тебя, — Еще скажи, что ни разу не пробовала джелато. — Ну… Тяжелый, резкий выдох. Дамиано театрально приложил ладонь к лицу. — Я оскорблен до глубины своей итальянской души. — Значит, душа у тебя все-таки есть? — И душа, и много чего еще, — он подмигнул, — Мы на месте. Вы припарковались на неприметной стоянке, и вот уже шли вдоль Тибра, встречая редких прохожих. Дамиано увлекал тебя смешными рассказами из туров, спрашивал про рисование, тактично избегая вопросов о твоем настроении. Ты понимала, что он заметил деперссивные нотки в общении с тобой, и была благодарна отсутствию давления. Сегодня Дамиано открывался тебе с новой стороны — он был более мягким и внимательным, искренне увлеченным беседой, и видеть его таким было… Приятно. — Что? — он заметил улыбку на твоих губах. Ты мотнула головой, возвращаясь в реальность: вы гуляли посреди сада. — Это парк, про который ты говорил? — Да, — он медленно вел тебя мимо деревьев, — Чаще его зовут Апельсиновым садом, Giardino degli Aranci. Он знаменит этим видом. Ты, наконец, увидела, куда вела тропинка – она подходила к удивительной панораме ночного города с холма. Рим сиял для тебя своими ночными огоньками, точно новогодняя елка, вызывая давно позабытый детский восторг. На несколько секунд у тебя перехватило дыхание от красоты. — Это мое любимое место, — Дамиано гордо расправил плечи, заметив твою реакцию. — Мне нравится тишина парка в ночи. Помогает думать. — Выглядит волшебно… Спасибо тебе. Когда вы подходили к стоянке, ты поняла, что немного голодна — за весь день, погруженный в творчество и размышления, ты проглотила только кофе, рогалик, и сигаретный дым. Сев в машину, ты проверила время — до полуночи оставался час. — Есть шанс найти хотя бы один открытый ресторан в это время? — Есть одно место, и именно туда мы и направляемся. Кстати, — он кивнул головой на бардачок перед тобой, — Если понравится - куплю еще. Две пачки дорогих на вид сигарет, которые ты обнаружила в бардачке, вызвали улыбку — Дамиано помнил свое пустяковое обещание двухнедельной давности. Скорая остановка в Париоли и парковка перед красивейшим жилым историческим особняком развеяли сомнения - Дамиано привез тебя к себе домой. “Слава Богу, что сейчас нет приступов мании”, ты мрачно усмехнулась про себя, представляя, как вытянулось бы лицо Дамиано от твоих восторжений и слез от красоты здания, вызванных состоянием эйфории. Ты почувствовала холодок от мыслей о его реакции на тебя — на всю тебя — и скорей отогнала звоночки тревожности. Просторное фойе с мраморными полами и колоннами и тихим внутренним двориком сменилось квартирой Дамиано, поражавшей своим панорамным видом на Рим. Минуя кухню, вы вышли на террасу, и ты разрывалась между любованием интерьером и видом на город, из-за чего Дамиано предложил провести неприлично поздний ужин за столом на террасе. Сидя в плетеном кресле с предложенным аперетивом и просекко, у тебя был шанс тайком бросать взгляд на готовящего на кухне парня через прозрачное стекло. Сейчас он смешивал ингридиенты соуса для пасты, и от сосредоточенности между бровями образовалась небольщая морщинка. Тебе с трудом удавалось заставлять себя сидеть на месте, а не заключить его в объятия, дав волю рукам и губам. Внутренний голос протестовал, хотел отвлечь Дамиано от готовки, чтобы он забыл про чертов ужин и грубо содрал с тебя всю одежду, заставляя таять под силой его тела и касаний. Ты медленно закрыла глаза, приостанавливая воображение, и потянулась за коробкой подаренных сигарет. Бумага оставляла на губах легкий вишневый привкус, ты с наслаждением сделала затяжку и стряхнула пепел с конца сигареты. Выдох, ты сделала еще один глоток вкусного просекко, переводя взгляд на засыпающий город. — Обещаю, лазанья почти свежая, я ее сделал сегодня до выхода, — вслед за пастой он вынес блюдо, от вкусного запаха которого у тебя заурчал живот. — Какая бы она ни была — уверяю, это самое лучшее, что я когда-либо съем. И это было чистой правдой — ты давно не ела с таким аппетитом и наслаждением. Дамиано упоминал, что в туре часто готовит для всей группы, и теперь было понятно, почему. Вам обоим не хотелось спать, и потрясающе вкусный ужин с приятным разговором сменился просмотром фильма в отдельном зале. Видимо, Дамиано в этот день хотел устроить тебе насыщенную итальянскую программу: после фильма Феллини, он пытался выбрать иной шедевр, пока ты осматривала комнату с вновь полным бокалом в руке. Благоговение перед красотой апартаментов смешалось с нетерпением. Легкая провокация не помешала бы. — Знаешь, если бы дизайн твоего дома был человеком, я бы имела его на каждом углу этой квартиры пока он не взмолил о пощаде. Несколько секунд паузы, видимо, он обдумывал твои слова. — Дизайн – это отражение хозяина помещения, — Дамиано отложил пульт и посмотрел на тебя, — А молить о пощаде – не в моей привычке. Ты сделала еще глоток вина и с усмешкой посмотрела на него поверх бокала. Его слова звучали как вызов, и от этого становилось интересно. — Да неужели? Не в твоей привычке? Он сделал еще шаг, подходя совсем близко и выдерживая твой взгляд; его руки опустились на твои бедра, норовя скользнуть под короткую юбку. Провокация удалась. — Напомнить, кто молил о продолжении в нашу первую встречу? – его тихое рычание на ухо обдало тебя жаром. — Я лишь последовала твоим убедительным уговорам. Наслаждение было чувствовать мурашки от его прикосновений — его руки уже были под юбкой. Все больше желания разливалось по телу, хотелось сделать шаг еще дальше, вновь проверить грани дозволенного. Еще глоток, и, отставив стакан, ты мягко положила ему руки на плечи, прижимаясь ближе и с удовлетворением чувствуя твердость в его штанах. Ты чуть повела бедрами, создавая приятное трение – Дамиано прикрыл глаза, резко выдыхая. — Хочешь что-то мне сказать? — нарочито-невинный вопрос, вызвавший его улыбку. — Не начинай того, чего не сможешь закончить. Ты перевела взгляд на его приоткрытые губы, мягко коснулась ладонью его щеки, и потянулась за влажным поцелуем; его руки переместились на твою попку, сжимая кожу и начиная стягивать колготки. Ты провела рукой вниз по его телу, проскользнув в штаны, и с приятным удивлением обнаружила отсутствие нижнего белья, в поцелуе ловя его первый стон когда ты обхватила его рукой и начала медленно двигать вверх-вниз. Ты успела сделать несколько движений и чуть надавила на чувствительную головку, когда он резко прервал поцелуй и взял тебя за руку. — Кое-кто доигрался. Очень кстати комната переходила сразу в просторную спальную, освещаемую только приглушенным светом из коридора. Не разрывая поцелуя и стягивая с тебя юбку, Дамиано подталкивал тебя вперед. Его рубашка полетела на пол, следом - твоя кофта. Мягкий толчок вперед – и ты упала на кровать, поднимаясь снизу наверх вглядом по его телу, цепляясь за татуировки, кубики пресса, пирсинг в соске, чуть сверкнувший в полутьме комнаты. Ты невольно закусила губу, чувствуя, что он тоже тебя разглядывает, не скрывая вожделения в глазах. — Это белье очень красиво выглядит на твоей коже, но… - он обхватил тебя за бедра, пододвигая к себе, стоя у края кровати. — Тебе придется его снять. — Виктории оно тоже понравилось. Ты смотрела на него с легкой ухмылкой - как он ответит на эту провокацию? Он цокнул языком, его взгляд стал чуть более резким. — Ты и твое поведение, — он покачал головой, приспуская джинсы и зубами вскрывая упаковку презерватива. — Знаешь, что происходит с такими, как ты? — Даже не догадываюсь. Снова сарказм, хотя у тебя перехватывало дыхание от ожидания. Тебе показалось, что ему нравится, когда ты играешь с ним. — Таких наказывают. Чтоб отпечаталось. На каждом. Участке. Кожи. В уголках его губ играла опасная улыбка когда он чеканил слова. Ты невольно задержала дыхание, наблюдая за его пальцами. Секунда – и упаковка презерватива небрежно упала на пол. Он обхватил твои бедра и легко притянул к себе ближе, одной рукой стягивая твои трусики, пока ты, едва в сознании от нетерпения, стягивала с себя верх. Ты видела его сжатую челюсть и жадный взгляд, его глаза, которые казались черными в темноте. Стоило твоему нижнему белью оказаться на полу, казалось, что Дамиано стоит больших усилий сдерживать себя. Все твое тело будто напряглось от жара, идущего с низа живота. Казалось, что влажность уже начала просачиваться наружу – и наверняка так оно и было. По-прежнему сжимая руками твои бедра, Дамиано наклонился к тебе, заставляя невольно прикрыть глаза; его жар дыхания на ключице сменился чередой влажных поцелуев вверх по твоей шее. Его нарочито медленные движения, легкие укусы, то, как он сжимал твои бедра, только раззадоривало вас обоих, и ты нетерпеливо обхватила его ногами, стремясь прижать его тело ближе. Он усмехнулся, и его дыхание обожгло твою мочку уха. — Ты только моя, — его голос был тихим, низким, но резким, не переходя на шепот, — Моя и только моя. Поняла? — Звучит неубедительно. Твое внимание было сосредоточено на его бедрах и ты едва понимала, что говоришь. В ответ на твои слова, он усмехнулся, и ты почувствовала его вплотную к себе, его дразнящие движения вызвали резкий вдох. Ты сжалась в тугую пружину, которая норовила прорваться. — Неубедительно? - его дыхание по-прежнему обжигало твою кожу, — Что ж, у нас в запасе целая ночь. Закончим начатое. Он без предупреждения вошел, удерживая тебя на месте, входя полностью, глубоко и медленно, позволяя тебе прочувствовать его полностью. Ты инстинктивно запрокинула голову, делая вдох, открывая Дамиано больше доступа к своей шее, закусывая губу и не давая стону сорваться. Сердце на секунду замерло, начиная биться быстрее, от разгоряченного желания и выпитого алкоголя чуть кружилась голова. Он ускорил темп, но продолжал двигаться плавно, будто растягивая тебя, его губы скользили вниз по твоей шее и ключице влажными поцелуями и легкими, дразнящими покусываниями, оставляя на твоей коже расцветающие алые отметки, будто специально помечая тебя его собственностью. Ваши тела двигались в унисон, он крепко сжимал твои бедра, направляя их под нужным углом чтобы доставить тебе больше удовольствия, и его каждое новое движение вызывало твою дрожь и вздохи. Дамиано по-прежнему склонялся над тобой, и ты вновь инстинктивно закусила нижнюю губу, чувствуя его горячее дыхание и язык на своей груди. — Не стоит сдерживаться... Мне так хочется услышать все эти сладкие звуки, которые ты прячешь. — Я хочу больше… Не выдерживая его намеренно дразнящих и неспешных движений, ты потянула его ближе к себе за поцелуем. Несколько секунд что вы меняли позицию по твоей инициативе казались ужасной вечностью — ощущение его внутри было хуже наркотика, от которого нельзя оторваться. Плавно перекатившись и увлекая его за собой, ты оказалась сверху и выпрямившись, продолжила двигаться, задавая более быстрый темп. Твои руки мягко упирались в его пресс для поддержки, его руки сжались чуть сильнее на твоих бедрах, направляя их на него. Чем быстрее вы двигались, тем явнее чувствовалось то, что ему стоит усилий сдерживать себя, но тебе это нравилось. Казалось, что прошло несколько часов смены поз – когда каждый из вас останавливался, едва не достигая оргазма, чтобы сменить позу и продлить удовольствие. Поэтому когда он кончил, резко прижав твои бедра к своим, ты почти повалилась вниз на подушки рядом с ним. Казалось, что он мягко обхватил тебя, прижимая ближе к себе в объятия, и ты положила голову ему на плечо, закрывая глаза. Усталость, алкоголь, наслаждение, физическая утомленность – все это смешалось и наваливалось, и ты чувствовала, что начинаешь засыпать под звук стучания его сердца. Заметив это, он аккуратно убрал несколько прядок с твоего лица и мягко прижал губы к твоему виску в легком поцелуе. — Не хочешь в душ после..? — его голос был тоже тихий и уставший. Ты чуть мотнула головой, чувствуя, как засыпаешь. — Не хочу смывать послевкусие твоих касаний. ________________________________________________________ Запах цветов и апельсинов, доносящийся из окна, приятно щекотал нос. Ты прикрыла лицо рукой, защищая глаза от нескольких лучиков солнца, проникнувших внутрь, и неуверенно открыла глаза, чувствуя улыбку на губах. На удивление, в комнате ты была одна. Мягкий утренний свет, пробивающийся через шторы, окрашивал комнату в нежный персиковый цвет, но, вопреки идилии, ты почувствовала легкое напряжение. Из других комнат тоже не доходил звук, может, он на террасе? Улыбка медленно стерлась с твоего лица. Ты встала, оглядывая комнату и замечая отсутствие вещей Дамиано. Обернувшись в покрывало, ты неуверенно ступила на веранду, почувствовав уже нагретое солнцем дерево под босыми ногами. Тревога уколола вновь, когда ты не нашла хозяина квартиры и здесь. Легкий ветер шевелил густые кроны деревьев, с которых перелетали птицы; проснувшийся город деловито шумел, но вид, который вызывал благоговение вчера, сегодня привлекал ноль внимания. Внутренний голос горько усмехнулся, проводя контраст с вчерашним замечательным ужином на террасе и твоим одиночеством сейчас. Его не было на кухне или других комнатах просторных апартаментов, в масштабе которых ты чувствовала себя еще более крошечной и одинокой. Ты вновь вернулась в спальную, оглядывая ее в поисках зацепок - может, где-то была записка, которую ты не заметила? Вроде нет. Ладони неприятно вспотели. Почему он уехал? Может, это было из-за тебя? Было крайне сложно заставить тревожность заткнуться - слишком печально знакомый паттерн ситуации. Глухие удары сердца отдавались в голове, приглушая беспечное щебетание птиц в это сюрреалистически идеальное утро за окном. С прикроватного столика твое внимание невольно отвлек книжный шкаф, стоящий рядом: книги о музыке, рандомные вставки Паланика, Ремарка – в одном месте цепочка книг прервалась еле заметно выглядывающей бумажкой. Чужие вещи были для тебя вне зоны досягаемости, но тревожность открывала дорогу излишнему любопытству, и ты невольно потянулась к бумажке. Резкая вибрация телефона заставила тебя вздрогнуть – это был входящий от Дамиано. Паника немного успокоилась. Ты дотянулась до телефона, отвечая на звонок, и второй рукой пытаясь выудить бумажку – судя по плотности, это была фотография. — Алло? — Эй, привет, — его голос звучал чуть нервно, на фоне был слышен легкий шум и разговоры, — Прости, пришлось срочно уладить кое-что со студией. — Я почему-то так и подумала. Ложь легко сорвалась с твоих губ. Ты аккуратно вытянула фотографию белой стороной вверх и перевернула, чувствуя тяжелый удар сердца в ушах; кровь в венах будто сковало холодом. Дамиано что-то говорил в трубку, но ты совсем не разбирала его слов. На фотографии Дамиано нежно обнимал краcивую девушку, которая светилась от счастья и тянулась к нему за поцеулем. — Алло? - его голос в трубке частично вернул тебя в реальность. — А… Да, прости. Связь, кажется, не очень. Было значительно тяжелее заставить голос звучать легко и беззаботно. Ты все еще вглядывалась в каждую деталь фотографии пары, едва понимая собственные слова. — Я говорил что буду через час или раньше, прости за ожидание. — Да… Хорошо. Ты не была уверена, что как-то закончила звонок. Может, он подумал, что разбудил тебя, и речь была неразборчивой от сонливости. Ты постаралась аккуратно вернуть фотографию на место, после этого быстро собирая свои вещи по комнате и одеваясь. Дура, какая же дура. И почему ты решила, что в этот раз будет иначе? Непослушными пальцами ты набирала свой адрес в приложении, молясь, чтобы такси поскорее нашлось, и через долгую минуту ожидания ты побежала на выход. Ты закрыла за собой дверь? Кажется, да. Спустившись вниз, ты выбежала из дома и, сказав что-то в ответ приветствию таксиста, захлопнула дверь, желая как можно скорее и как можно дальше убраться отсюда. Кажется, постепенно хаос в голове успокаивался; ты вздохнула и, после некоторо колебания, набрала Арта; руки всё подрагивали от напряжения. — Алло? — на той стороне ответил незнакомый голос. Видимо, у Арта тоже не хватило терпения на тебя. ___________________________________ Человек в депрессивной фазе при биполярном расстройстве может постоянно ощущать глубокую грусть и пустоту, сопровождаемую чувством никчемности или вины, что приводит к уверенности, что весь мир против него, что он никому не нужен, и что его используют. Мысли замедляются, затрудняя концентрацию и принятие решений, а будущие перспективы кажутся безнадежными и мрачными. Сон нарушается: либо человек страдает бессонницей, либо, наоборот, испытывает чрезмерную сонливость. Могут возникать мрачные мысли о жизни, усиливающие чувство безысходности и способствующие большей изоляции от общества. В этом состоянии человек может стремиться к рискованным поступкам, таким, как быстрая езда на машине, употребление алкоголя или наркотиков, участие в рискованных или импульсивных действиях, чтобы вызвать эмоции или сбежать от душевной боли. Такой человек нуждается в постоянной поддержке, понимании со стороны близких и помощи специалиста.