My meds

Дальше без поддержки/комментов и тд. выставлять работу не буду ❤️‍🩹 Короткая прогулка по уже знакомым улицам казалась… Такой далекой. Ты будто была в тумане, и никак не могла рассеять его руками. Но здесь тебя уже знали, и ты могла спокойно сидеть в углу за барной стойкой. Телефон снова завибрировал и перестал. Ты кинула взгляд на экран, и собиралась выпить еще один шот, но Арт вовремя остановил твою руку. — Давай ты перестанешь заниматься самоуничтожением, — он сказал мягко, но с силой, и приобнял тебя за плечи. — Лучше пойдем отсюда. — Отстань. Ты резко мотнула головой, отстраняясь от него, но он никуда не ушел. Ты задавалась вопросом, как он тебя нашел, но усмехнулась, вспомнив, что это он первый показал тебе это место. На самом деле было достойно удивления то, как легко Арт переключался в режим мягкой заботы вопреки своему шумному и немного саркастичному характеру. Вопреки твоей колкости. Но сейчас ты будто ничего не чувствовала — даже присутствия друга, а в голове только вертелся вопрос — “Почему?”. — Пойдем. Он вновь аккуратно позвал, кивая в сторону выхода, но уже не трогая тебя. В этот раз ты поддалась, оставляя на столе два опустошенных и один полный шот текилы. Алкоголя в тебе было мало, но вместо того, чтоб притуплять, он наоборот разжигал ощущение бездны. Такой, которая разъедает изнутри, не оставляя ничего взамен. Вы вышли из шумного бара, и Арт, поймав такси, помог сесть тебе и затем сел рядом. Рим расплывался в серо-оранжевой дымке, и город будто дышал отдельно от тебя. Ты бездумно смотрела в окно, улицы казались непонятными и знакомыми одновременно, и ты едва осознавала, что Арт держит твою руку в своей. “Я опять недостаточно хороша, чтобы…”, ты подумала в молчании этой поездки, и постаралась оборвать мысль, но она продолжалась, “Чтобы меня любили. Почему… Меня никогда не достаточно”. Слёзы шли почти безэмоционально — автоматом. Ты даже не заметила, как они капнули на колени, чувствуя лишь комок в горле. Тушь, нанесенная еще вчера вечером, размазалась под глазами. — Приехали, — недовольно буркнул таксист, и вы с Артом вышли на улицу. Не сразу, но ты узнала район — вы были у Арта дома. Он молча, но с заботой помогал тебе подняться по ступеням, видимо, придерживая разговор на потом. Открыв дверь, ты с удивлением услышала шум готовки, исходящий из кухни. В легком непонимании ты посмотрела на друга. — Ты же… Жил один? Будто отвечая на твой вопрос, с кухни вышел молодой парень. Длинные черные волосы собраны в низкий тугой пучок, черная майка открывала вид на красивые, очерченные мускулами руки, в темно-карих глазах читалась доброта и легкая озабоченость. Незнакомый, но… Нет. Ты узнала в нем одногруппника Дамиано с фотографий, которые он показывал вчера. Теперь понятно, кто утром взял трубку вместо Арта. — Привет, — сказал он мягко. У тебя всё внутри сжалось. Конечно. Теперь здесь ты. В единственном месте, где я могла спрятаться. — Привет, — безжизненно бросила ты. Он выглядел слишком спокойно. Словно заранее знал, что ты будешь здесь. Может, они обсуждали тебя? Может, он уже всё про тебя знает? Ты тяжело вздохнула и закрыла лицо руками, чувствуя вновь подходящие к глазам слезы. Арт перекинулся взглядом с Этаном, тот чуть кивнул, бросая на тебя сочувственный взгляд, и вернулся обратно на кухню. — Пошли, я тебе помогу. — мягко сказал Арт, чуть сжимая твое плечо. Ты сидела на краю ванны, уставившись на плитку на стене. Парень смочил полотенце и аккуратно вытирал с твоего лица остатки туши, будто стирая не макияж, а чужое прикосновение и твои собственные фантазии. Шумела вода из раковины, на фоне был слышен шум из кухни, где готовился ужин. Пока теплая вода стекала по лицу, ты чувствовала, как в тебе растёт знакомое ощущение. Ты снова оказалась лишней. Неуместной. Даже там, где раньше было безопасно. Ты чувствовала, как периодически по лицу скатывались вниз слезы, выступавшие будто на автомате — остановить их не получалось. Твой друг аккуратно вытирал и их. — Может, все-таки скажешь, что случилось? Он выключил воду и аккуратно вытер тебе лицо полотенцем. В его голосе не было ни жалости, ни злости. Он просто хотел дать тебе выговориться. — Мы всё это время переписывались, — сказала ты. Голос звучал чужим. — Все было так… С ним было легко, он был такой заботливый. Я думала, что он... Что я ему интересна. Ты рассказала историю очень кратко, будто чеканя предложения. — Всё было хорошо. А потом я проснулась одна. И… — ты махнула рукой. — Потом это фото. Он немного помолчал. Потом: — Ты знаешь, дело даже не в нем. Может, он идиот. А может, просто не знает, что делает. Дело в том, что ты снова ищешь якорь не в себе. — Как ты с тем парнем? — выплюнула ты. — Я помню, что ты мне говорил. Как тебе плохо, как не понимаешь ничего. А потом хоп — и парень на кухне, и всё ок. Получилось более саркастично, чем ты намеревалась, но Арт только усмехнулся и вздохнул. — Мне повезло встретить Этана. Но до этого я перестал убегать от себя и искать себя в других. — он немного осекся, посмотрев на тебя, но продолжил. — Дамиано тебе ничего не обещал, но ты уже построила воздушные замки из-за простой заботы. Это не было упрёком. Это было честно. И от этого — больнее. — Ты же понимаешь, кому ты нужна больше всего сейчас? — ты непонимающе подняла глаза на Арта, твой взгляд был приглушен. — Себе. Самой себе. — Я просто устала быть запасным вариантом. У кого угодно. Всегда. Голос дрогнул, и ты не продолжила. Я даже себе запасной вариант. Ты знала, что твой друг был прав. То, что ранило больше всего, был не Дамиано и не произошедшее. Арт чуть подался вперёд, но не обнял, побоявшись нарушить твое пространство. — Понимаешь… Я даже не злюсь на него. Я злюсь на себя. За то, что была так глупа, что почувствовала себя живой. Что позволила себе что-то почувствовать вообще. Пауза. — Лучше тогда ничего не чувствовать. Никогда. Арт молча покачал головой и в этот раз, немного неуверенно, но обнял. Ты молча уткнулась в его футболку и закрыла глаза. После целого дня, проведенного в дымке событий этого утра, в игнорировании звонков и сообщений Дамиано, в более старых, болезненных воспоминаниях, ты чувствовала себя изнеможденной. Поэтому, выйдя из ванной, ты свернулась клубочком на диване в гостиной и мгновенно заснула. Когда парни вернулись с кухни, Этан кинул на тебя обеспокоенный взгляд. — Ты уверен, что с ней все будет нормально? — Думаю… Что да. Ей просто нужно время. Арт аккуратно, стараясь не разбудить тебя, прикрыл тебя сверху легким одеялом и подложил под голову подушку. Этан неуверенно смотрел на его действия. — Мы в последнее время не обсуждаем детально личную жизнь, — Этан немного замялся, — Но это было бы слишком даже для Дамиано. Я слышал, как он говорил с ней по телефону, как бесился, когда она не отвечала. Я его таким не видел. — Это ничего не значит, — Арт пожал плечами. — Он может быть искренним и… неосторожным одновременно. Может, он говорил по телефону с другой. Я не думаю что Дамиано плохой, по крайней мере, не намеренно. Но он не умеет быть с теми, кто нуждается в большем, чем он может дать. — Не думаешь, что он может измениться ради неё? Арт чуть усмехнулся. — Я думаю, что она может научиться не зависеть от него. Да и от кого-либо вообще. Вот тогда всё и решится. Этан провёл рукой по волосам. — Это страшно — быть для кого-то опорой, когда сам еле держишься. Арт чуть удивленно вскинул брови на эти слова, но, подумав, продолжил. — Зато честно. — он посмотрел в твою сторону. — И это всё, что сейчас ей нужно. _____________________________________ Ты заснула быстро, но сон не принес облегчения. Сначала ты услышала музыку — ту самую, с ночи знакомства. А потом увидела его. Полуулыбку, взгляд через плечо, прикосновение, которое ничего не обещало, но казалось всем. "Ты красивая, когда грустишь", — произносил он в твоём сне, и ты ненавидела себя за то, что снова откликаешься. В воспоминании он был другим. Или, может, ты была другой. Ты проснулась утром, укрытая пледом, в чужой гостиной, с пересохшим горлом и распухшими от слез глазами. Одна. Стресс и переживания чувствовались в теле физической болью. Ты провела рукой по лицу и попыталась открыть глаза. В голове остались только обрывки сна — его голос, его смех, его взгляд, — и ты невольно поморщилась. На столе были кофе и записка: “Мы не стали тебя будить. Ключ на кухне, если захочешь уйти. И ты всегда можешь вернуться.” Казалось бы, можно было радоваться. Они вдвоем тебя приняли с заботой и пониманием, даже когда не были обязаны. Но ты чувствовала себя опустошенной. Кофе остается нетронутым. Ты просто долго стояла у окна, бездумно смотря на город, щедро залитый солнцем. Из всех городов в мире, угораздило быть именно здесь. “Там хорошие шансы для художников”, вспомнились слова отца, и твои губы скривились в усмешке. Ты взяла телефон, и, не всматриваясь в сообщения и пропущенные, нажала “Очистить все.” Ты добралась до дома почти автоматически. Телефон изредка продолжал загораться, и ты не знала, был ли это Арт или родители, или Виктория, или… Кто-то еще. Но ты выключила звук. Потом — весь телефон. Потом — мозг.