Штопор

До этого дня Денис жил довольно беззаботно. За маской правильного комсомольца скрывался обычный эгоист, которого не заботят чужие проблемы. Несмотря на лозунги в духе "один за всех", каждый по итогу оставался сам за себя. Коневич понял это довольно рано, потому старался преуспеть везде и обогнать возможных конкурентов. Он видел в них таких же лживых и лицемерных людей с фальшивыми улыбками. А тут появилась она... Такая честная, выбивающаяся из серой толпы и, пусть и грубая порой, но настоящая. Находясь рядом с ней, хочется становиться лучше и совершить маленький подвиг, даже если это первая и последняя их встреча. А Ирине просто нужен был кто-то небезразличный. Ей нужно было высказаться, хотя бы недолго побыть уязвимой, а потом снова собраться с силами и забраться в кокон, запрещая себе доверять людям. С первого взгляда кажется, будто этих двоих не связывает ничего, но, тем не менее, в этот вечер они находили друг в друге успокоение, допивая бутылку вина. Мимо проходили люди, но им и дела нет до окружающих. Все в этом мире заняты своими проблемами. Ирина давно это прочувствовала. Трагедия, произошедшая в её семье, только укрепила такое убеждение.  Дулерайн всё не могла успокоиться. Она так долго молчала и скрывала свою боль, что сейчас не могла сдерживаться. Слёзы текли ручьём по щекам, что покрылись румянцем после вина. Дыхание сбивалось и мешало выговорить хоть слово. Денис хотел её успокоить, но боялся сделать ещё хуже. Обычно нужные слова сами всплывали в голове, а тут он оказался совсем беспомощным. Чтобы найти нужные слова - нужна душа, а от неё с каждым годом оставалось всё меньше и меньше. Парень аккуратно забрал у собеседницы пустую бутылку вина, отставив её поодаль. Потом, не заметив сопротивления, Коневич всё же снял пиджак и накинул его на плечи Иры, что продрогла от морозного ветерка. Ещё никто не поступал с ней так по-джентльменски. Этот маленький жест немного успокоил девушку, она попыталась восстановить дыхание, но всё ещё не хотела говорить ничего. А Денис её и не торопил. Ему самому нужно было время, чтобы понять, как можно помочь бедняжке и, более того, почему ему вообще хочется ей помогать?  В безмолвии они просидели достаточно долго. Набережная почти опустела, вместо семейных пар здесь всё чаще проходили шумные молодые люди. Темнело, на небе всё отчётливее становились видны звёзды. Денис задрал голову вверх, любуясь красотами и вдыхая свежий воздух. Он ощущал странное для себя чувство свободы и протеста, даже не делая ничего незаконного. Но сейчас правила, уставы, и нормы будто уходили на второй план, позволяя прислушаться к тому, что говорит сердце. - Ты извини. Я себя так не веду обычно, - Дулерайн постепенно приходила в себя и уже успела вытереть слёзы с лица. Пусть на душе и скребли кошки, но она считала, что нельзя плакать и показывать свою слабость. Нужно быть сильной. - Спасибо, что захотел помочь, но не нужно. Я справлюсь со всем. Она бы хотела просидеть здесь до утра и узнать нового знакомого чуть лучше, но посчитала нужным скорее уйти. Ирина сгорала от стыда из-за того, что взяла деньги и воспользовалась добротой Дениса. Нечестные деньги ей не нужны, но иногда хочется лишний раз поесть, да и раздать долги не помешало бы. Ещё отдать подружке часть денег за квартиру и, конечно, отложить сумму побольше, чтобы облагородить могилку сестрёнки. Добродушие Коневича било на поражение, потому Ира и хотела уйти. Меньше всего ей бы хотелось привязаться к кому-либо. Она быстро встала, скидывая пиджак с плеч и возвращая его Денису. - Подожди! Я что-то не то сделал? Оставь себе пиджак хотя бы, холодно же! - Коневич правда не хотел бы обидеть эту хрупкую девушку с большими и честными глазами. Кто бы мог подумать, что казанова и хитрец захочет оправдаться перед девчонкой, которую он знает всего ничего. Но она торопилась уйти вдаль, даже не оглядываясь. - Давай провожу хотя бы?! Дулерайн лишь делала вид, что ничего не слышит. Ах, как же ей хотелось положиться на кого-то, найти себе верного друга, просто чтобы не оставаться одной в этом холодном мире! По сравнению с его холодом даже морозец на улице кажется не таким страшным, хотя пиджак сейчас и не помешал бы... Денис остался стоять в тишине. Он бы мог броситься вперёд, но, точно юный мальчишка, боялся подступиться и получить отказ. Ирина показалась ему довольно симпатичной. Может, именно поэтому Коневич сначала и захотел познакомиться поближе, но, услышав её историю, запретил сам себе развивать мысли о любой романтике. Он, как настоящий советский гражданин, хоть и не верил в Бога, но захотел перенять на себя роль ангела-хранителя и сделать хоть что-то хорошее, поэтому всю дорогу шёл позади Иры. Медленно и бесшумно, чтобы не спугнуть, но при этом так, чтобы она постоянно была в поле зрения. ОКОДовец как раз знал про то, какое беззаконие сейчас творится на улицах. Он слышал истории о бедных девушках, которые служат разменной монетой. Слышал о драках "стенка на стенку" и о том, как убивают людей. Но всё это было чем-то далёким, будто происходящим в другой вселенной. А сейчас, видя, как Ирина, легко покачиваясь, беззаботно шагает домой, хотелось защитить её от возможных происшествий. Даже если они кажутся нереальными и невозможными. Впрочем, ничего ужасного и впрямь не произошло. Девушка пару раз запнулась, но продолжала стоять на ногах, а если бы упала - Денис бы выдал своё присутствие, бросившись ей помогать. А она всё торопилась дойти до дома. Бедолага винила себя в том, что дала слабину и расплакалась прямо при незнакомом парне: "Блин, идиотка! Только бы не встретить его ещё раз! А стыдно-то как... Олечка, прости, что я сдаюсь! Прости, что взяла эти деньги! Моя любимая сестрёнка, я так устала. Я хочу, чтобы у тебя там всё цивильно выглядело, почти накопила на оградку! Но у меня голова кругом уже, я с ног валюсь. А тут этот... Такой весь из себя... Радостный, сияет аж, тьфу! Но такой хороший. Мне нужно было знать, что не все в этом мире безразличны, но я под землю от стыда провалюсь, если ещё раз его увижу!"  С этими мыслями Ира зашла в подъезд, осторожно поднимаясь до квартиры и тихонько открывая дверь, чтобы не разбудить соседку. Денис же, убедившись, что девушка дошла до дома, спокойно выдохнул и развернулся. На душе было спокойно. Он улыбался и чувствовал себя живым, вдыхая свежий воздух и бодро шагая уже другой дорогой, в свою уютную, пусть и маленькую, квартирку. "Надо срочно что-нибудь придумать. Вот бы ещё раз её встретить! Так-так-так... КФУ, физико-математический... Ну, я точно смогу что-нибудь сделать! Если договориться с кем-нибудь... Да, точно!" - Денис строил какие-то планы и активно жестикулировал, сам того не замечая. Всю ночь он так и не смог уснуть, мучаясь от идей и удивительно яркого чувства радости после нового знакомства.

════ •⊰❂⊱• ════

После странной встречи на барахолке прошло пару дней. Ирина сначала даже понять не могла, была ли эта встреча реальной. Тогда всё сложилось слишком хорошо. Ненадолго у девушки даже упал весь груз с плеч. Оказалось, что для этого нужно просто высказаться и довериться кому-либо. Но Дулерайн была даже рада тому, что больше не виделась с Коневичем. Она бы умерла от смущения, если бы заговорила с ним ещё хоть раз, поэтому, чтобы не погружаться в мысли и не думать о странном новом знакомом и его обещаниях, Ира старательно погружалась в учёбу. Правда, на таких скучных дисциплинах, как, например, дискретная математика, сосредоточиться на знаниях было сложно... - При решении перечислительных задач комбинаторного анализа часто приходится сталкиваться с формулами, по которым вычисления при больших значениях входящих в них параметров становятся затруднительными. В этих случаях  используют более простые приближённые формулы, по которым погрешность вычислений тем меньше, чем ближе значения параметров к некоторым предельным величинам, в частности к бесконечности...  Бодрая речь преподавателя никак не соотносилась с заспанным видом аудитории, которой эта дискретная математика была неинтересна. Даже если кто-то и делал конспекты, то вряд ли осознанно понимая, о чём идёт речь. Ирина же сразу предпочла отнестись к лекции с безразличием, рисуя каракули на полях тетради. Более того, про асимптотические разложения она уже читала самостоятельно. Учебный процесс казался ей мукой, поэтому большую часть материала девушка проходила сама. Она и так была на особом счету. Из-за отказа вступать в комсомол ей чуть было не отказали в поступлении в учебное заведение. Спасли только хорошие результаты на вступительных экзаменах. Вот и приходилось опережать программу и поддерживать оценки и знания на должном уровне.  И стоило только вернуться из морока своих мыслей, как на доске уже красовались длинные формулы, в которых из множества символов можно было разглядеть только пару цифр. Остальное - знаки и буквы, смысл которых едва получалось уловить. - ... Для монотонно возрастающей функции f(x) формулы типа 5.2 и 5.3 принимают следующий вид... Я так посмотрю, что вам не особо интересно? - начал закипать преподаватель и, отложив мел, он прошёлся по аудитории, заглядывая всем студентам в тетради. Дулерайн тут же бросилась переписывать формулы с доски, но не успела. Морщинистые руки вырвали из её тетради листок с рисунками, демонстративно скомкав его перед всеми. - Дулерайн! Темы, которые мы сейчас разбираем, занимают значительное место в современной дискретной математике. А какое место тут занимаете вы? Вы, со своими каракулями в тетради, сможете с ходу написать на доске, какой вид принимают формулы для монотонно возрастающей функции? А Ирина могла. Она изучала ровно тот же учебник, по которому преподаватель слово в слово читал лекции. Недовольно выйдя к доске, она без труда вывела все необходимые формулы и даже хотела похвастаться, что может продолжить вести лекцию, но не стала. В коллективе её и так невзлюбили за излишнюю отстранённость. Вот и сейчас, наверняка, шепчутся и готовят очередную подлянку.  Преподаватель вдумчиво глядел в записи на доске, стараясь выцепить хоть одну ошибку, но не смог, отчего, кажется, побагровел. "Садитесь" - процедил он сквозь зубы и Ира поспешила обратно занять своё место, возвращаясь в мир грёз. Стоило только мечтательно облокотиться на парту, как в спину прилетел скомканный тетрадный лист. Развернув его, девушка увидела одну лишь надпись "Выскочка". Кто-то с задних парт заливался хохотом, но Дулерайн оставила их без внимания, где-то в глубине души считая, что заслуживает всех этих издёвок. Да и зачем тратить силы, ведь после пар опять нужно идти в библиотеку и писать реферат для одногруппницы за деньги, а потом, если останется время, шарахаться по городу в надежде найти хотя бы малюсенькую подработку. Звонок, сообщающий о конце занятия, обрадовал всех. Студенты поубегали со своих мест так быстро, будто аудитория изначально была пустой. Даже сам преподаватель спешил уйти из душного помещения. Кто-то специально задел Иру плечом, но она была отстранённой, витала в облаках и медленно собирала вещи, периодически поглядывая в окошко. Она всё вспоминала про добродушного комсомольца, который был к ней так добр... И стоило только вспомнить о нём, как кудрявая голова заглянула в аудиторию. Коневич, приметив задумавшуюся подругу по несчастью, быстро преодолел расстояние до её места. - Тук-тук-тук, - Денис пробарабанил пальцами по парте, привлекая внимание Дулерайн к себе. - Узнала? Если помнишь, то я говорил, что смогу помочь. Комсомольцы слов на ветер не бросают. В общем... Нашёл у нас подработку одну для тебя! - хвастливый выскочка, что сейчас вальяжно опирался на парту, был вовсе не похож на открытого и душевного парня, что тем злосчастным вечером согласился купить штопор.  Ира крайне не хотела повторить встречу с ОКОДовцем. Стыд пронизывал всё её тело и вводил в ступор. Ей бы хотелось быстрее собраться и уйти подальше от него, всем видом показывая безразличие. Ведь он видел, как она плачет. И бойкая девушка, что шла одна против всего мира, не могла себе позволять подобную слабость. Да, расклеилась, бывает, но жалость к себе Ирина терпеть не хотела бы. И именно поэтому к Денису она решила относиться враждебно, пусть он и был очень обаятельным. Но, может, если вести себя как ёжик, свернувшийся в клубок и выставивший свои иголки, Коневич сам отстанет? - "У вас" - это где? В комсомол я не вступлю, даже если там деньги будут просто так раздавать, - Ирина с толикой презрения посмотрела на опрятный вид Дениса. И что она нашла в нём в первую встречу? Это же обычный балагур. Шумный активист, от которого нет покоя. - Я знаю, - широко улыбнулся он. - Давай пройдёмся? Расскажу подробнее. Ира хотела было быстрее собрать вещи и, проигнорировав комсомольца, покинуть аудиторию, но тот будто бы наперёд читал её действия и успел перехватить с парты тетрадь. С победной улыбкой он перебирал её, довершив это самодовольной фразой: "Выслушаешь меня - отдам. Идёт?". И другого выбора у Ирины не было, так как терять тетрадь по дискретной математике это даже хуже, чем потерять достоинство.  Коневич поспешил выйти из аудитории, довольно ухмыляясь и задирая голову. Дулерайн же послушно поплелась за ним, периодически недовольно вздыхая. Парень же делал вид, что всё идёт по плану. В какой-то момент он, кажется, специально замедлился, чтобы поддразнить новую знакомую. По пути Денис здоровался со всеми, улыбался каждому и, наконец прорвавшись через толпы студентов, решил зайти в буфет. "Здравствуйте! Две запеканки и два компота, пожалуйста, - он радушно улыбнулся буфетчице. Эдакий образ кота Леопольда постепенно выматывал Иру. - Ирочка, поможешь унести? Во-о-он за тот стол давай сядем!" И Дулерайн была готова взорваться от этого панибратского обращения "Ирочка", но раз уж Денис снова смиловался и купил ей поесть - можно и потерпеть немного. В этом парне на удивление ловко смешивались и до ужаса раздражающие, и дико притягательные черты. Странно, выглядел он довольно просто, как карикатурный советский человек. И кудряшки его выглядели забавно. Если бы Ира впервые увидела его на улице - никогда бы просто так не подошла знакомиться. Но сейчас она видит в нём серьёзного человека, который не просто раскидывается словами, но и подкрепляет их делом. Он мог бы спросить "Тебе взять что-нибудь из еды?" и надеяться на отказ, но Денис так не сделал. И был в этом некий шарм. - И как тебя на учёбу зачислили? Ты же не комсомолка! - присев за стол и с голода набив рот едой, Денис без лишних пауз начал болтать. - Прожуй сначала... - девушка, хоть и пыталась выглядеть холодной, говорила беззлобно и даже немного усмехнулась неряшливому виду Коневича. Она, в противовес ему, старалась есть куда более аккуратно, хотя, если бы никто не смотрел, Ира бы набросилась на эту запеканку, сметая её в считанные секунды. - С трудом приняли вообще... Я уж думала наврать, что в церковь хожу, тогда бы вопросов про комсомол не было, но повезло. Я вступительные сдала очень хорошо, потому и взяли. - Так ты, получается, отличница? И как, всё успеваешь? - Денису понравилось видеть, как его собеседница постепенно раскрепощается и начинает мило улыбаться. Её улыбка поистине согревала сердце комсомольца, что уже забыл о искренних и нежных чувствах.  - Да ничего я не успеваю, в том и проблема. Просто если есть свободное время, его приходится тратить на учёбу. А свободного времени у меня мало, ты сам понимаешь. Сегодня вот нужно писать реферат одногруппнице, так что давай быстрее к делу, если можно. - Ну, слушай! В нашем центре научно-технического творчества молодёжи в устав можно записать практически любую деятельность. Якобы мы двигаем науку вперёд, все дела. Но... Ты же понимаешь, что отчёты о работе - это пустая формальность? В общем, так и так, мы под таким предлогом начали джинсы варить, наладили выпуск, но рук не хватает. Самый пик мы уже пропустили, выгоднее было бы валютой торговать, но тем не менее! Я тебе место выбил, даже не нужно в комсомол вступать, просто будешь помогать джинсы варить. Времени это занимает немного, так что сможешь тратить время не только на учебники, но и... Мир посмотреть, допустим. Круто, да? - Звучит потрясно, но я в ваших махинациях участвовать не хочу. Денис, правда, спасибо огромное, что помог в тот вечер, но мне это не по душе просто. А как заниматься делом, которое тебе не по душе? Не умею я так, прости ещё раз. Я тебе деньги за запеканку верну... Через неделю, наверное. Предложение Коневича казалось слишком идеальным. Всё в его плане выглядело так, что даже не прикопаешься. Здесь-то Ира и засомневалась. Много раз её пытались обмануть, заплатить меньше положенного, умолчать о условиях. И теперь она едва готова довериться кому-то, особенно если речь идёт про комсомольцев с их проклятым "бизнесом". Девушка наконец забрала тетрадку, что Денис положил на стол, и направилась в сторону выхода. - Куда ты всё время уходишь? - комсомолец второпях легонько схватил Иру за запястье, отчего и сам слегка испугался. Подобный жест был неуместен и мог только разозлить девушку, но она остановилась и, кажется, взгляд её стал мягче. Может, ей просто хочется ощущать себя нужной? Хочется, чтобы её остановили и позвали к себе? Денис быстро одёрнул руку и стыдливо поджал губы, всем выражение лица пытаясь передать извинения. - Знаешь, я вот, наоборот, понятия не имею, как заниматься тем, к чему лежит душа. Мне этот комсомол успел оскомину набить, я видеть не могу эти лица. И ты - первый "живой" человек, с которым я смог пообщаться за долгое время. Поэтому я просто искренне хочу помочь. Знаю, что это всё тебе не нравится, но просто попробуй, идёт? Сходим в НТТМ, я тебе всё покажу. Один раз, а дальше поступай как хочешь. Если останешься... Я буду рад. Коневич своей искренностью бил наотмашь. Ему это было несвойственно, но глядя в большие честные глаза девушки, он просто не мог позволить себе врать. Денис был похож на кота, который только с виду гуляет сам по себе, но на деле мечтает, чтобы его приручили и обогрели.  - Ну, допустим... Когда я туда прийти могу? - Дулерайн словно снова почувствовала родственную душу, прямо как тогда на набережной. - У тебя пары ещё есть? - Есть, но там... Физкультура только. - Я потом зайду, скажу что ты на соревнования по настольному теннису за факультет ходила, тебе это как два занятия засчитают, потом сможешь ещё один раз легально прогулять. Клёво, а? Ну, пошли тогда, быстрее! - серые будни вмиг приобрели яркие цвета. Эти двое, пусть и не были готовы это признать, могли растопить сердца друг другу и стать хорошими друзьями. Единственная проблема - пройти проверку временем и, конечно же, комсомольским центром научно-технического творчества молодёжи.